Книги в жанре «Эротика»
- Я прошлась по самолюбию самого Варанова! – сестра, находилась на грани истерики, ткнула в неё пальцем. - И ты тоже. Да-да, ты тоже.
- Не понимаю тебя.
- А чего меня понимать? Помнишь наш спор?
По позвонку Тессы прошелся холод, во рту внезапно пересохло.
- Помню.
Как же не помнить. Тесса повелась, как идиотка малолетняя. Ива приехала навестить родителей и взяла её на слабо. Как бы между делом ляпнула, что Тесса не сможет нарисовать копию одной картины.
Тесса взяла и нарисовала.
Даже потом приехала к Иве и лично вручила, довольная результатом. Тогда она не обратила внимания, как Ива долго восхищенно ахала и охала.
- Я твоё полотно продала Варану. Как оригинал… ***
Ей не обещали долгую и счастливую жизнь. Наоборот, ей назвали едва ли не точную дату смерти.
Двадцать лет назад шаманка, гомерически смеясь, бросила в темноту: «Нет в крае человека, способного бороться с духами, что вьют над этой девкой. А вот если злой человек придет…»
ХЭ!!!
- Не понимаю тебя.
- А чего меня понимать? Помнишь наш спор?
По позвонку Тессы прошелся холод, во рту внезапно пересохло.
- Помню.
Как же не помнить. Тесса повелась, как идиотка малолетняя. Ива приехала навестить родителей и взяла её на слабо. Как бы между делом ляпнула, что Тесса не сможет нарисовать копию одной картины.
Тесса взяла и нарисовала.
Даже потом приехала к Иве и лично вручила, довольная результатом. Тогда она не обратила внимания, как Ива долго восхищенно ахала и охала.
- Я твоё полотно продала Варану. Как оригинал… ***
Ей не обещали долгую и счастливую жизнь. Наоборот, ей назвали едва ли не точную дату смерти.
Двадцать лет назад шаманка, гомерически смеясь, бросила в темноту: «Нет в крае человека, способного бороться с духами, что вьют над этой девкой. А вот если злой человек придет…»
ХЭ!!!
– Забирай, Дем, – ржет Марат за спиной. – Она бешеная, но тебе такие нравятся.
Я резко вскидываю голову.
– Я не вещь.
– Да? – тихо произносит Демид.
Он медленно поднимается с дивана. Подходит слишком близко.
Я упрямо задираю подбородок, хотя внутри всё начинает неприятно звенеть от напряжения.
За спиной кто-то ржет, но Демид даже не оборачивается.
Продолжает смотреть мне в глаза.
– Обычно девушки здесь ведут себя умнее.
Я криво усмехаюсь.
– Обычно девушки здесь хотят ваших денег. Поэтому и молчат.
На секунду между нами повисает тишина.
Демид чуть наклоняется ко мне.
Так близко, что я чувствую на губах его дыхание.
– А ты, значит, у нас особенная?
Я резко вскидываю голову.
– Я не вещь.
– Да? – тихо произносит Демид.
Он медленно поднимается с дивана. Подходит слишком близко.
Я упрямо задираю подбородок, хотя внутри всё начинает неприятно звенеть от напряжения.
За спиной кто-то ржет, но Демид даже не оборачивается.
Продолжает смотреть мне в глаза.
– Обычно девушки здесь ведут себя умнее.
Я криво усмехаюсь.
– Обычно девушки здесь хотят ваших денег. Поэтому и молчат.
На секунду между нами повисает тишина.
Демид чуть наклоняется ко мне.
Так близко, что я чувствую на губах его дыхание.
– А ты, значит, у нас особенная?
– Все эти годы я мечтала вернуться в тот бункер, – признаюсь ему.
Лука вернулся другим. Даже не тем разбитным мажором, которым был в самом начале нашего знакомства.
– А я – нет, Синица. Вот смотрю на тебя и не понимаю, что на меня нашло тогда.
– Прости меня, пожалуйста.
Пытаюсь дотронуться, но он не дает.
– Поздно. И не нужно. Но можем переспать, если тебе станет легче. Для здоровья, так сказать. Ведь твой муж тебя не трогает. А если и трогает, то не так, как тебе хочется.
Лука вернулся другим. Даже не тем разбитным мажором, которым был в самом начале нашего знакомства.
– А я – нет, Синица. Вот смотрю на тебя и не понимаю, что на меня нашло тогда.
– Прости меня, пожалуйста.
Пытаюсь дотронуться, но он не дает.
– Поздно. И не нужно. Но можем переспать, если тебе станет легче. Для здоровья, так сказать. Ведь твой муж тебя не трогает. А если и трогает, то не так, как тебе хочется.
Я думала, что три месяца смогут стереть из памяти ту клинику, ту комнату с зеркальными стенами и троих мужчин, которые превратили меня в свою игрушку. Но каждую ночь я просыпалась с пульсирующей пустотой внутри, понимая, что обычная жизнь стала для меня пресной и невыносимой — и тогда я сама набрала номер, чтобы вернуться в их власть.
– Сколько? – Ждановская баба уселась на мой рабочий стол своей идеальной задницей и ткнула мне экраном сотового. – Столько хватит?
– Это он тебя подослал? – едва сдерживал злость. Попался как сопляк на красивые глазки.
– Мало? Ладно… – добавила еще ноль к шести предыдущим и повернула телефон снова. – Теперь-то ты прекратишь рыть на Глеба?
Вскипел, поднялся, навис над ней.
– Какой вы жадный, товарищ полковник, – вздрогнула, когда мои пальцы сомкнулись на тонкой шее, и медленно улыбнулась будто специально нарываясь. – Ммм… Снова предпочтешь натурой?
– Это он тебя подослал? – едва сдерживал злость. Попался как сопляк на красивые глазки.
– Мало? Ладно… – добавила еще ноль к шести предыдущим и повернула телефон снова. – Теперь-то ты прекратишь рыть на Глеба?
Вскипел, поднялся, навис над ней.
– Какой вы жадный, товарищ полковник, – вздрогнула, когда мои пальцы сомкнулись на тонкой шее, и медленно улыбнулась будто специально нарываясь. – Ммм… Снова предпочтешь натурой?
Она - дерзкая, непокорная, талантливая. Она - такая, какими не могут быть женщины в арабском мире. У принца такой игрушки еще не было, и ему безразлично, что она против. Чем закончится игра? Он ее сломает или она найдет у него сердце?
***
- Я оказалась там случайно, - заикаясь, наконец, выдавила она.
- Случайно? - с сарказмом спросил принц. - Это только в дешевых женских романах на оргии попадают случайно, детка! - зловеще добавил.
- Я просто хотела посмотреть на Ваш дворец, а потом меня схватили по ошибке, - снова попыталась оправдаться Саша, не замечая его язвительного и грозного тона.
- Приличные женщины в моей стране ночью носа из дома не высовывают. А те, что шастают по улицам в это время, однозначно хотят, чтоб их поимели, - Имран со злостью ударил ладонями по подлокотникам кресла.
Саша испуганно вздрогнула и сжалась.
- … потаскухи, которые ищут развлечений и соблазняют мужчин. Ты знаешь, что за распутное поведение женщин наказывают?
***
- Я оказалась там случайно, - заикаясь, наконец, выдавила она.
- Случайно? - с сарказмом спросил принц. - Это только в дешевых женских романах на оргии попадают случайно, детка! - зловеще добавил.
- Я просто хотела посмотреть на Ваш дворец, а потом меня схватили по ошибке, - снова попыталась оправдаться Саша, не замечая его язвительного и грозного тона.
- Приличные женщины в моей стране ночью носа из дома не высовывают. А те, что шастают по улицам в это время, однозначно хотят, чтоб их поимели, - Имран со злостью ударил ладонями по подлокотникам кресла.
Саша испуганно вздрогнула и сжалась.
- … потаскухи, которые ищут развлечений и соблазняют мужчин. Ты знаешь, что за распутное поведение женщин наказывают?
— Даже не думала, что Дагестан окажется таким живописным, — пораженно озираюсь по сторонам.
— Рад, что понравилось, — раздается совсем рядом от моего гида, а потом чувствую руки на талии.
Резко оборачиваюсь. Упираюсь в его двухметровую фигуру.
Пещера, обрыв, облака. Ни души вокруг.
— Что вы делаете? Почему так смотрите? — отступаю назад.
Свет заката ложится на его лицо — меня будто током прошибает.
Это ведь мой наглый новоявленный босс- дагестанец, которого я месяц назад послала и хлопнула дверью, уволившись! Просто сейчас он с бородой!
— Га… Гасан Манапович?..
— Узнала-таки, Алиса.
Сжимает мои бедра.
— Пусти!
— Как ты там меня называла? Пещерный человек, дикарь, абрек… Знаешь, что такие делают с блондиночками из Москвы? Даже не догадываешься, но скоро прочувствуешь…
— Рад, что понравилось, — раздается совсем рядом от моего гида, а потом чувствую руки на талии.
Резко оборачиваюсь. Упираюсь в его двухметровую фигуру.
Пещера, обрыв, облака. Ни души вокруг.
— Что вы делаете? Почему так смотрите? — отступаю назад.
Свет заката ложится на его лицо — меня будто током прошибает.
Это ведь мой наглый новоявленный босс- дагестанец, которого я месяц назад послала и хлопнула дверью, уволившись! Просто сейчас он с бородой!
— Га… Гасан Манапович?..
— Узнала-таки, Алиса.
Сжимает мои бедра.
— Пусти!
— Как ты там меня называла? Пещерный человек, дикарь, абрек… Знаешь, что такие делают с блондиночками из Москвы? Даже не догадываешься, но скоро прочувствуешь…
Алиса - преподаватель в юридическом университете, холодная и отстранённая, давно построила стены вокруг своего сердца.
Артур, её талантливый и целеустремлённый студент, видит за её маской ту самую хрупкую женщину, которую она скрывает ото всех.
Их страсть вспыхнула вопреки всему — правилам, условностям, голосу разума. Казалось, они обрели друг в друге спасение. Но счастье оказалось хрупким.
Артур, её талантливый и целеустремлённый студент, видит за её маской ту самую хрупкую женщину, которую она скрывает ото всех.
Их страсть вспыхнула вопреки всему — правилам, условностям, голосу разума. Казалось, они обрели друг в друге спасение. Но счастье оказалось хрупким.
– Пакуйте её и в вертолёт, – сказал этот мужлан в дорогом костюме, который совершенно не скрывал настоящей личности бандита.
– Не советую ко мне даже прикасаться, если дороги причиндалы, – говорю ровно, но внутри всё звенит от напряжения.
– И что же ты сделаешь, принцесса? – Он растянул губы и окинул меня похотливым взглядом.
– Всё, чему принцессу научил папа, – смотрю прямо, не тушуясь.
А в следующий момент меня подхватывают под руки и несут к лифту, который поднимается на крышу.
– Советую передумать, – говорю уже злясь, когда вся наша странная делегация выходит на крышу, где от движения лопастей вертолёта становится трудно дышать.
– Согласен! – неожиданно бросает он, перекрикивая работу двигателей и бросает одному из охранников: – Меняем маршрут. В горы летим. И вызови мне регистратора. Хочу успеть ещё и жениться до Нового года.
– Не советую ко мне даже прикасаться, если дороги причиндалы, – говорю ровно, но внутри всё звенит от напряжения.
– И что же ты сделаешь, принцесса? – Он растянул губы и окинул меня похотливым взглядом.
– Всё, чему принцессу научил папа, – смотрю прямо, не тушуясь.
А в следующий момент меня подхватывают под руки и несут к лифту, который поднимается на крышу.
– Советую передумать, – говорю уже злясь, когда вся наша странная делегация выходит на крышу, где от движения лопастей вертолёта становится трудно дышать.
– Согласен! – неожиданно бросает он, перекрикивая работу двигателей и бросает одному из охранников: – Меняем маршрут. В горы летим. И вызови мне регистратора. Хочу успеть ещё и жениться до Нового года.
Я начинающая журналистка. Написать книгу о скандальном фехтовальщике — мой шанс зарекомендовать себя в издательстве и наконец выбраться из статуса «принеси-подай».
Фантом — невероятно красивый мужчина, о котором ходят легенды. Теперь отшельник, прослывший чудовищем в глазах общества.
Все коллеги отказались от этого проекта. Я дала согласие и отправилась в его дом на месяц для сбора материала, но даже не подозревала, каким адом станет эта поездка.
Фантом — невероятно красивый мужчина, о котором ходят легенды. Теперь отшельник, прослывший чудовищем в глазах общества.
Все коллеги отказались от этого проекта. Я дала согласие и отправилась в его дом на месяц для сбора материала, но даже не подозревала, каким адом станет эта поездка.
Выберите полку для книги