Читать и слушать книги
- Ну и кто здесь у вас самый главный? Позовите его сейчас же!
- Иначе мы будем жаловаться! В этот, как его… Минздрав!
Все бы ничего, но голоса, которые угрожают мне расправой, принадлежат двум очаровательным девочкам.
- Нас какая-то злая тетька к маме в палату не пускает! Мы уже и халаты надели, в шлепки переобулись… А она все равно не пускает! Говорит, детям в реанимацию не положено!
- И еще, если мама через две недели не поправится, нас отдадут в приют! Как будто мы ничейные… А мы - чейные! Мамины!
- А еще у нас папа есть! Он большой и сильный. Работает главным врачом больницы скорой помощи!
- Ты - наш папа!
Ну, чтобы положительные тесты на беременность мне предъявляли - было. Но чтобы живых детей…
К тому же, есть нюанс. После тяжелой болезни отцом я больше стать не могу.
Буду разбираться что за аферистка мне их подсунула!
- Иначе мы будем жаловаться! В этот, как его… Минздрав!
Все бы ничего, но голоса, которые угрожают мне расправой, принадлежат двум очаровательным девочкам.
- Нас какая-то злая тетька к маме в палату не пускает! Мы уже и халаты надели, в шлепки переобулись… А она все равно не пускает! Говорит, детям в реанимацию не положено!
- И еще, если мама через две недели не поправится, нас отдадут в приют! Как будто мы ничейные… А мы - чейные! Мамины!
- А еще у нас папа есть! Он большой и сильный. Работает главным врачом больницы скорой помощи!
- Ты - наш папа!
Ну, чтобы положительные тесты на беременность мне предъявляли - было. Но чтобы живых детей…
К тому же, есть нюанс. После тяжелой болезни отцом я больше стать не могу.
Буду разбираться что за аферистка мне их подсунула!
Михаил Буров – богатый, одинокий и расчетливый. Антонина Белкина – преподаватель его сына, независимая, с собственными правилами. Всего один взгляд, один танец, один интерес и на утро она просыпается в его доме и… по законам жанра – сбегает.
Очень скоро Миша снова появляется в её жизни, теперь в роли спонсора университета. Отпустит ли он её? Ни за что. Добьется любой ценой. Но у неё есть парень, дорогие подарки ей ни к чему, а маленькая собака Кнопка – её настоящая слабость, к которой тоже нужен ключ.
Очень скоро Миша снова появляется в её жизни, теперь в роли спонсора университета. Отпустит ли он её? Ни за что. Добьется любой ценой. Но у неё есть парень, дорогие подарки ей ни к чему, а маленькая собака Кнопка – её настоящая слабость, к которой тоже нужен ключ.
В первую встречу он испортил меня. Во вторую извинился. В третью в нас стреляли. Не по своей воле я была втянута в криминальные разборки и застряла с ним. С бандитом, который причинил мне боль и которого я возненавидела. Но как быть, если на смену ненависти неожиданно появляется другое чувство?
― Ты меня ментам сдала? ― прорычал я, глядя в ее напуганные глаза. ― По ориентировке узнала?
Девчонка тяжело сглотнула и слабо покачала головой. Так бы и свернул ее тонкую шейку. Отправила меня на смерть и строит из себя саму невинность.
― Отпусти! Я на помощь позову! ― попробовала вырваться. Маленькая пташка в лапах кота.
― Кого? Мента своего? Зови! Пусть посмотрит, что я с тобой сделаю.
― Ты меня ментам сдала? ― прорычал я, глядя в ее напуганные глаза. ― По ориентировке узнала?
Девчонка тяжело сглотнула и слабо покачала головой. Так бы и свернул ее тонкую шейку. Отправила меня на смерть и строит из себя саму невинность.
― Отпусти! Я на помощь позову! ― попробовала вырваться. Маленькая пташка в лапах кота.
― Кого? Мента своего? Зови! Пусть посмотрит, что я с тобой сделаю.
— Я возвращаюсь к бывшей жене. — холодно сказал муж.
— Что? К Инне? — спросила с неверием и болью. — А как же я и Матвей?
— Ты не переживай, я вас не обделю. Тебе вон машину оставлю. Ты без неё никак, а Инна моя любит представительский класс, — он воодушевленно улыбнулся и мигом стал серьезным.—Но! Дом в Черногории ей отпишу. Мы туда переедем.
— Ты вообще о чем?
— Я о разделе имущества, Геля. Сама пойми, Инна не чужой человек, мать моих детей. Одна крутилась вертелась, воспитывала. А теперь дети выросли, пора мне стать хотя бы дедом для своих внуков.
— Мы же с тобой двадцать лет в браке, у нас есть сын, — мой голос дрогнул, а глаза наполнились слезами.
— Ну хочешь, я Матвея с собой в Черногорию заберу. Не переживай, Инна хорошо его воспитает…
На воспитание сына не отдала, а развелась с мужем и попыталась начать новую жизнь.
Только спустя полгода Роберт вернулся и смело заявил:
—Собирайся, вы с Матвеем летите со мной в Черногорию. Тоже будешь моих внуков воспитывать!
— Что? К Инне? — спросила с неверием и болью. — А как же я и Матвей?
— Ты не переживай, я вас не обделю. Тебе вон машину оставлю. Ты без неё никак, а Инна моя любит представительский класс, — он воодушевленно улыбнулся и мигом стал серьезным.—Но! Дом в Черногории ей отпишу. Мы туда переедем.
— Ты вообще о чем?
— Я о разделе имущества, Геля. Сама пойми, Инна не чужой человек, мать моих детей. Одна крутилась вертелась, воспитывала. А теперь дети выросли, пора мне стать хотя бы дедом для своих внуков.
— Мы же с тобой двадцать лет в браке, у нас есть сын, — мой голос дрогнул, а глаза наполнились слезами.
— Ну хочешь, я Матвея с собой в Черногорию заберу. Не переживай, Инна хорошо его воспитает…
На воспитание сына не отдала, а развелась с мужем и попыталась начать новую жизнь.
Только спустя полгода Роберт вернулся и смело заявил:
—Собирайся, вы с Матвеем летите со мной в Черногорию. Тоже будешь моих внуков воспитывать!
— Ты правда такая наивная или просто бесстыжая? Всю ночь шептать имя мужа и даже не понять, что я — не он? — цинично усмехнулся Эмир, глядя прямо мне в глаза.
— Нет… Это шутка, да? Рашид, скажи, что ты шутишь… — я в панике отпрянула, пытаясь прикрыться простынёй, но он лишь презрительно улыбнулся.
— Я не Рашид, дорогая. Я — Эмир, его брат. Ты стала удобным способом отомстить ему. Теперь можешь возвращаться к мужу, мне больше нечего у тебя брать.
В первую брачную ночь я сгорала от стыда и счастья, уверенная, что рядом мой муж. Но горькое утро разбило иллюзии вдребезги.
Он уничтожил мою любовь, доверие и честь, превратив мечту о счастье в унизительную ошибку. И теперь я вынуждена стать женой мужчины, который украл у меня всё.
— Нет… Это шутка, да? Рашид, скажи, что ты шутишь… — я в панике отпрянула, пытаясь прикрыться простынёй, но он лишь презрительно улыбнулся.
— Я не Рашид, дорогая. Я — Эмир, его брат. Ты стала удобным способом отомстить ему. Теперь можешь возвращаться к мужу, мне больше нечего у тебя брать.
В первую брачную ночь я сгорала от стыда и счастья, уверенная, что рядом мой муж. Но горькое утро разбило иллюзии вдребезги.
Он уничтожил мою любовь, доверие и честь, превратив мечту о счастье в унизительную ошибку. И теперь я вынуждена стать женой мужчины, который украл у меня всё.
- Ваш сын убил моего отца. Мы посадим его в тюрьму на десять лет, если мы не договоримся.
- Но как? Как можно договориться? Сашенька наш единственный кормилец! Его нельзя в тюрьму! - затрепещала мама, пока я подслушивала у дрери.
- Вы забрали у нас отца, мы заберем у вас кормильца.
- Не надо его! Лучше заберите дочь! Вы жениться планировали, а Верочка хорошая хозяйка. Она нам все равно не нужна, будет служить вам до конца жизни, но Сашеньку оставьте.
Мужчина с жгучими карими глазами посмотрел сквозь маму и столкнулся взглядом со мной. Он - Аслан Тагаев - самый страшный и жестокий человек в округе, перед которым преклонялись даже воры в законе, а я... та самая Вера, которая будет служить ему до конца жизни.
- Но как? Как можно договориться? Сашенька наш единственный кормилец! Его нельзя в тюрьму! - затрепещала мама, пока я подслушивала у дрери.
- Вы забрали у нас отца, мы заберем у вас кормильца.
- Не надо его! Лучше заберите дочь! Вы жениться планировали, а Верочка хорошая хозяйка. Она нам все равно не нужна, будет служить вам до конца жизни, но Сашеньку оставьте.
Мужчина с жгучими карими глазами посмотрел сквозь маму и столкнулся взглядом со мной. Он - Аслан Тагаев - самый страшный и жестокий человек в округе, перед которым преклонялись даже воры в законе, а я... та самая Вера, которая будет служить ему до конца жизни.
Состояние её семьи исчезло по щелчку пальцев Михаила Медвежко. Это имя Александра раз за разом перекатывала на языке, словно пытаясь распробовать все оттенки своей ненависти. В какой-то момент поклялась себе, что уничтожит Медведя — так его за глаза звали в бизнес-кругах. Даже если придётся продать душу дьяволу.
И первый шаг, который Александра сделала на пути к своей цели — устроилась на работу к объекту своей ненависти. Его личным секретарём.
Охота на Медведя началась. Вот только Александра не знала, как легко ненависть может смениться чем-то совсем противоположным.
И первый шаг, который Александра сделала на пути к своей цели — устроилась на работу к объекту своей ненависти. Его личным секретарём.
Охота на Медведя началась. Вот только Александра не знала, как легко ненависть может смениться чем-то совсем противоположным.
— Я мучаюсь, — проникновенно произносит муж.
— По тебе и не скажешь, — едко усмехаюсь. — Молодая любовница, новая жизнь...
— Представь себе, Даяна, мужчины иногда мучаются и изменяют! — зло парирует Саша.
— Так не мучайся, — зло кидаю белье в корзину. Промахиваюсь. Оно падает комом на пол. — Уходи к ней.
Смотрю с яростью на мужа, который предал. До сих пор с трудом верю в происходящее.
— Не могу, — удрученно отвечает он.
— Почему? Алименты уже не надо платить. Дети выросли. Мы — взрослые люди. Каждый будет жить так, как ему хочется!
— Я люблю тебя, — внезапно произносит Саша. Мое сердце пронзает болью. Сейчас он будет просить прощение. А мне надо держаться из последних сил. Муж смотрит прямо мне в глаза и внезапно продолжает. — И её я люблю. Пойми... Я разрываюсь между вами!
— По тебе и не скажешь, — едко усмехаюсь. — Молодая любовница, новая жизнь...
— Представь себе, Даяна, мужчины иногда мучаются и изменяют! — зло парирует Саша.
— Так не мучайся, — зло кидаю белье в корзину. Промахиваюсь. Оно падает комом на пол. — Уходи к ней.
Смотрю с яростью на мужа, который предал. До сих пор с трудом верю в происходящее.
— Не могу, — удрученно отвечает он.
— Почему? Алименты уже не надо платить. Дети выросли. Мы — взрослые люди. Каждый будет жить так, как ему хочется!
— Я люблю тебя, — внезапно произносит Саша. Мое сердце пронзает болью. Сейчас он будет просить прощение. А мне надо держаться из последних сил. Муж смотрит прямо мне в глаза и внезапно продолжает. — И её я люблю. Пойми... Я разрываюсь между вами!
💙ПЕРВЫЕ ДНИ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!💙
— Наш брак гораздо выше по значимости, чем твоя дурацкая регистрация. Так что привыкай, дорогуша, я первая жена Влада. И мать его наследника.
— Я тебе не верю! — задыхаюсь я, сжимая кулаки до боли.
— Не веришь? — Диана спрыгивает со стола и приближается ко мне, покачивая бедрами так вызывающе, что меня снова затошнило. — А ты вспомни, милая, сколько раз Влад за последние полгода к тебе прикасался? Сколько раз ставил себе «срочные операции» по вечерам? Сколько ужинов отменил? Сколько ночей ты ждала его одна в постели, пока он…
— Заткнись! — кричу я, задыхаясь от невыносимой боли.
— Нет, я хочу, чтобы ты, дура, глаза открыла! — она переходит на мерзкий ультразвук. — Каждый раз, когда он не приезжал к тебе, он был со мной! Влад целовал меня, обнимал, шептал на ухо, как сильно любит и хочет! А теперь мы переезжаем в новый дом. Наш с ним дом!
Я думала, что наш брак с мужем - сказка, пока... не узнала, что он уже ЖЕНАТ!
— Наш брак гораздо выше по значимости, чем твоя дурацкая регистрация. Так что привыкай, дорогуша, я первая жена Влада. И мать его наследника.
— Я тебе не верю! — задыхаюсь я, сжимая кулаки до боли.
— Не веришь? — Диана спрыгивает со стола и приближается ко мне, покачивая бедрами так вызывающе, что меня снова затошнило. — А ты вспомни, милая, сколько раз Влад за последние полгода к тебе прикасался? Сколько раз ставил себе «срочные операции» по вечерам? Сколько ужинов отменил? Сколько ночей ты ждала его одна в постели, пока он…
— Заткнись! — кричу я, задыхаясь от невыносимой боли.
— Нет, я хочу, чтобы ты, дура, глаза открыла! — она переходит на мерзкий ультразвук. — Каждый раз, когда он не приезжал к тебе, он был со мной! Влад целовал меня, обнимал, шептал на ухо, как сильно любит и хочет! А теперь мы переезжаем в новый дом. Наш с ним дом!
Я думала, что наш брак с мужем - сказка, пока... не узнала, что он уже ЖЕНАТ!
— Ты моя подчинённая, Ягодкина. Мне принадлежишь!
— Я вам не рабыня! Я уволилась! А вы женитесь! Вот и идите к своей невесте!
Глаза босса темнеют. Он резко набрасывает на меня свой пиджак. Хватает сильными ручищами и взваливает на широкое плечо.
— Древний кавказский обычай, Ягодкина. У меня на родине случается так, что особенно непокорных сотрудниц похищают!
Безответно влюбиться в босса – классика жанра.
Особенно в такого как Расул Ахмедович…
Моё сердце и надежды разбились вдребезги, когда я узнала, что он женится.
Сбежала. Хотела больше никогда с ним не встречаться.
Но он нашёл.
И возжелал непременно меня присвоить…
— Я вам не рабыня! Я уволилась! А вы женитесь! Вот и идите к своей невесте!
Глаза босса темнеют. Он резко набрасывает на меня свой пиджак. Хватает сильными ручищами и взваливает на широкое плечо.
— Древний кавказский обычай, Ягодкина. У меня на родине случается так, что особенно непокорных сотрудниц похищают!
Безответно влюбиться в босса – классика жанра.
Особенно в такого как Расул Ахмедович…
Моё сердце и надежды разбились вдребезги, когда я узнала, что он женится.
Сбежала. Хотела больше никогда с ним не встречаться.
Но он нашёл.
И возжелал непременно меня присвоить…
Выберите полку для книги