Читать и слушать книги
– Знакомься, Оля, это Амина, – свекровь улыбается улыбкой змеи, указывая мне на гостью за щедро накрытым столом, – вторая жена Амирхана.
Моя приветственная улыбка быстро вянет.
– Вторая… кто? – шепчу.
– Жена, разумеется.
Живот пронзает такой резкой болью, что становится трудно дышать. Меньше всего я ожидала такой подставы от собственного мужа.
И он предал не только меня, но и своего ребенка, о котором я не успела ему сказать.
Моя приветственная улыбка быстро вянет.
– Вторая… кто? – шепчу.
– Жена, разумеется.
Живот пронзает такой резкой болью, что становится трудно дышать. Меньше всего я ожидала такой подставы от собственного мужа.
И он предал не только меня, но и своего ребенка, о котором я не успела ему сказать.
Спустя пять лет я возвращаюсь в город, забравший моё сердце, возможность любить и желание завести семью. Полностью отдав себя работе, я стал другим человеком. Но во Владивостоке за каждым углом стоят призраки прошлого. С каждой встречей со старыми знакомыми и возвращающимися воспоминаниями, которые закапывал в работе, призраки становятся всё реальнее. Пока не принимают образ Кристины Царёвой. Той, что разрушила меня. Только теперь она не Царёва.
Она была моим табу с первого взгляда. Сейчас она чужая жена. Но чем больше секретов вскрывается, тем яснее становится, что не осталось ни принципов, ни запретов, ни человечности. Только одна цель. И неважно, каким образом я её добьюсь.
Она была моим табу с первого взгляда. Сейчас она чужая жена. Но чем больше секретов вскрывается, тем яснее становится, что не осталось ни принципов, ни запретов, ни человечности. Только одна цель. И неважно, каким образом я её добьюсь.
♥ МИНИ ♥
Сбегая с собственной свадьбы, Лилиан рассчитывала укрыться в старой заброшенной библиотеке.
Вот только у пыльных фолиантов есть таинственный хранитель, и он куда опаснее жениха-тирана.
Рядом с ним сердце Лилиан начинает биться чаще. Хотя, может, дело вовсе не в страхе?
Сбегая с собственной свадьбы, Лилиан рассчитывала укрыться в старой заброшенной библиотеке.
Вот только у пыльных фолиантов есть таинственный хранитель, и он куда опаснее жениха-тирана.
Рядом с ним сердце Лилиан начинает биться чаще. Хотя, может, дело вовсе не в страхе?
Он — капитан уголовного розыска. Холодный, жесткий, привыкший доверять только фактам. Она — свидетель, который слишком много видел. Они встретились случайно. Но теперь связаны общей целью — выжить.
— Кто за тобой охотится?
— Люди, привыкшие решать вопросы радикально...
Я отворачиваюсь, скрывая дрожь. Мне страшно, как никогда.
— Ты хочешь, чтобы я поверил? — капитан не сводит с меня глаз, как хищник, изучает добычу.
— Нет. Просто не сдавай меня.
— Я не сдаю тех, кто говорит правду.
Слова звучат слишком ровно, но несут какой-то тайный смысл. Слишком опасный, чтобы просто отмахнуться.
— А если я вру? — выдавливаю из себя и нервно сглатываю.
— Тогда спасать тебя бессмысленно, — криво усмехается и резко нажимает на газ.
Теперь за мной охотятся. А я должна верить, что этот мужчина с ними не за одно. Но что, если я ошибаюсь? Что если все это жестокая игра? Каждый шаг на снегу может стать последним. Для меня. Для него. Или для нас обоих.
— Кто за тобой охотится?
— Люди, привыкшие решать вопросы радикально...
Я отворачиваюсь, скрывая дрожь. Мне страшно, как никогда.
— Ты хочешь, чтобы я поверил? — капитан не сводит с меня глаз, как хищник, изучает добычу.
— Нет. Просто не сдавай меня.
— Я не сдаю тех, кто говорит правду.
Слова звучат слишком ровно, но несут какой-то тайный смысл. Слишком опасный, чтобы просто отмахнуться.
— А если я вру? — выдавливаю из себя и нервно сглатываю.
— Тогда спасать тебя бессмысленно, — криво усмехается и резко нажимает на газ.
Теперь за мной охотятся. А я должна верить, что этот мужчина с ними не за одно. Но что, если я ошибаюсь? Что если все это жестокая игра? Каждый шаг на снегу может стать последним. Для меня. Для него. Или для нас обоих.
Красавица Диана, графиня Кэмпбелл - богата и знатна. Обожающий супруг, готовый по мановению руки или одному взгляду выполнить любую прихоть и любое желание, очаровательная дочь, безмерно любимая обоими родителями, - что ещё требуется Диане для счастья?
Но есть одно, чего у молодой женщины нет, и она чувствует себя как запертая в золотую клетку птица.
Однажды прошлое напомнит о себе, ворвется в жизнь графини - сможет ли она устоять перед ним, что выберет - клетку или свободу?
Но есть одно, чего у молодой женщины нет, и она чувствует себя как запертая в золотую клетку птица.
Однажды прошлое напомнит о себе, ворвется в жизнь графини - сможет ли она устоять перед ним, что выберет - клетку или свободу?
🌹Деревня, покой… куда там! Соседка соблазнительная за забором такое вытворяет! И неважно, что не для меня! Нечего будить во мне ненасытного зверя!
В соседях теперь брутальный красавчик! Пялится на меня и руки загребущие норовит протянуть. Нахал!
Ничего! Для озабоченных крапива за сараем имеется. Сразу все желание отвалится! И не надо меня поцелуями и объятиями горячими соблазнять! Не надо, я сказала! М-м…
В соседях теперь брутальный красавчик! Пялится на меня и руки загребущие норовит протянуть. Нахал!
Ничего! Для озабоченных крапива за сараем имеется. Сразу все желание отвалится! И не надо меня поцелуями и объятиями горячими соблазнять! Не надо, я сказала! М-м…
— Что, Ангелина, твой надежный вариант оказался не таким уж надежным? Уже жалеешь, что меня 20 лет назад отфутболила?
— Нет! — отвечаю сквозь зубы.
Да, — ноет сердце, но черта с два я скажу об этом Илье Медведеву по кличке «Гризли».
Конечно, муж изменил на глазах у всех, и он стал свидетелем моего позора.
Илья делает ко мне шаг. Его пальцы ложатся мне на подбородок и слегка сжимают. Губы так близко… шепчут:
— Уверена, что нет? А если проверю?
— Я в ваших проверках не нуждаюсь. И не хочу! Тебя… Вас!
Я вырываюсь, но Илья рывком возвращает меня обратно.
— А вот я хочу.
— Нет! — отвечаю сквозь зубы.
Да, — ноет сердце, но черта с два я скажу об этом Илье Медведеву по кличке «Гризли».
Конечно, муж изменил на глазах у всех, и он стал свидетелем моего позора.
Илья делает ко мне шаг. Его пальцы ложатся мне на подбородок и слегка сжимают. Губы так близко… шепчут:
— Уверена, что нет? А если проверю?
— Я в ваших проверках не нуждаюсь. И не хочу! Тебя… Вас!
Я вырываюсь, но Илья рывком возвращает меня обратно.
— А вот я хочу.
Вы верите, что можно влюбиться в соседского мальчишку, который младше на семь лет? Вот и я не верила. Пока не встретила ранней весной.
Моя жизнь после развода свернула не туда. Зря я не смогла перетерпеть расставание и в приступе вымораживающего одиночества позвала бывшего мужа обратно. Зря так жила четыре года. Терпела. Плакала в подушку от обиды и теряла себя.
И если бы не слепой случай, не шальная удача, то и не знала бы никогда, какое оно на вкус — весеннее счастье.
Моя жизнь после развода свернула не туда. Зря я не смогла перетерпеть расставание и в приступе вымораживающего одиночества позвала бывшего мужа обратно. Зря так жила четыре года. Терпела. Плакала в подушку от обиды и теряла себя.
И если бы не слепой случай, не шальная удача, то и не знала бы никогда, какое оно на вкус — весеннее счастье.
- Кто она, Тим? – спрашиваю мужа, когда он просит прочесть переписку в его телефоне.
- Она не должна была сегодня писать, - вот и весь ответ.
- Это все, что ты можешь сказать? Она не должна была сегодня писать? – с губ срывается крик отчаяния. – Как ты мог сказать ей, что ненавидишь детей? Почему ты мне изменяешь?
- Свет, сделай одолжение, не голоси, - он отмахивается от меня и демонстративно потирает переносицу. – Она дает мне то, чего не можешь дать мне ты, покой. Мне нужен дом, а не зверинец, милая. Пожалуй, нам нужен развод.
Он захотел развод, ему надоел зверинец. Я отпустила его, успела даже забыть. Но два года спустя он появляется вновь, чтобы разрушить меня до конца. Вот только…
- Она не должна была сегодня писать, - вот и весь ответ.
- Это все, что ты можешь сказать? Она не должна была сегодня писать? – с губ срывается крик отчаяния. – Как ты мог сказать ей, что ненавидишь детей? Почему ты мне изменяешь?
- Свет, сделай одолжение, не голоси, - он отмахивается от меня и демонстративно потирает переносицу. – Она дает мне то, чего не можешь дать мне ты, покой. Мне нужен дом, а не зверинец, милая. Пожалуй, нам нужен развод.
Он захотел развод, ему надоел зверинец. Я отпустила его, успела даже забыть. Но два года спустя он появляется вновь, чтобы разрушить меня до конца. Вот только…
– Это Диана – моя супруга, – с гордостью произносит Захар, представляя меня.
Оборачиваюсь и застываю. В залитый банкетный зал входит тот самый влиятельный деловой партнер, столь важный для моего мужа. Денис Беркутов… мой бывший. Пока я стою, потеряв дар речи, мужчины обмениваются крепким рукопожатием.
– Очень приятно, – выдавливаю из себя, не отрывая взгляда от человека, которого когда-то любила. Да кого я обманываю? Он – единственный, кого я когда-либо по-настоящему любила.
– У вас очень красивая жена, – нагло констатирует Денис, протягивая мне руку. Он узнал? Несомненно, узнал! По надменному выражению лица, по холодному блеску в глазах, я понимаю – Беркутов все еще презирает меня за то, что когда-то я променяла его на… деньги.
Оборачиваюсь и застываю. В залитый банкетный зал входит тот самый влиятельный деловой партнер, столь важный для моего мужа. Денис Беркутов… мой бывший. Пока я стою, потеряв дар речи, мужчины обмениваются крепким рукопожатием.
– Очень приятно, – выдавливаю из себя, не отрывая взгляда от человека, которого когда-то любила. Да кого я обманываю? Он – единственный, кого я когда-либо по-настоящему любила.
– У вас очень красивая жена, – нагло констатирует Денис, протягивая мне руку. Он узнал? Несомненно, узнал! По надменному выражению лица, по холодному блеску в глазах, я понимаю – Беркутов все еще презирает меня за то, что когда-то я променяла его на… деньги.
Выберите полку для книги