Книги в жанре «Любовные романы»
— Ань, нам надо поговорить.
— Мне тоже, — улыбаюсь я, — давай ты первый.
— Я не хочу тебе больше врать. Все ночные дежурства, которые я брал последние полгода... Это были не дежурства.
— А что это было?
— У меня другая женщина. Давно. — он встаёт и начинает ходить взад-вперёд по комнате, — С тобой всё... скучно. Приелось. Ты слишком идеальная, Ань. А с ней я чувствую себя живым. — он поворачивается ко мне, — Она скоро сюда переедет. Поэтому собирай вещи и освободи квартиру.
Я молча встаю и подхожу к шкафу. Чемодан лежит на самом верху.
— Достань чемодан, мне высоко.
Он снимает его и ставит передо мной.
— Давай быстрее.
— Засекай время, — огрызаюсь я и начинаю складывать вещи.
Я не дам ему увидеть мои слёзы. Он их не заслуживает. Я уйду с достоинством. Но я не скажу ему о ребёнке. Никогда.
— Мне тоже, — улыбаюсь я, — давай ты первый.
— Я не хочу тебе больше врать. Все ночные дежурства, которые я брал последние полгода... Это были не дежурства.
— А что это было?
— У меня другая женщина. Давно. — он встаёт и начинает ходить взад-вперёд по комнате, — С тобой всё... скучно. Приелось. Ты слишком идеальная, Ань. А с ней я чувствую себя живым. — он поворачивается ко мне, — Она скоро сюда переедет. Поэтому собирай вещи и освободи квартиру.
Я молча встаю и подхожу к шкафу. Чемодан лежит на самом верху.
— Достань чемодан, мне высоко.
Он снимает его и ставит передо мной.
— Давай быстрее.
— Засекай время, — огрызаюсь я и начинаю складывать вещи.
Я не дам ему увидеть мои слёзы. Он их не заслуживает. Я уйду с достоинством. Но я не скажу ему о ребёнке. Никогда.
«Лейлу похитили по ошибке — её перепутали с другой девушкой, которую должны были украсть в невесты. Привезённая в дом сурового Руслана, она сталкивается с его гневом: «Как вы вообще могли перепутать? Та была изящной, а эта…» Но Лейла не из тех, кто плачет в углу: её чувство юмора и упрямое достоинство сбивают Руслана с толку и постепенно растапливают его сердце. А пока он пытается разобраться в собственных чувствах, хитрый Тимур плетёт интриги, чтобы использовать эту путаницу в своих целях. История о том, как одна ошибка может перевернуть судьбы — и как смех способен растопить даже самое гордое сердце».
— Я соскучился! — Вадим сгребает в охапку какую-то рыжеволосую девицу с огромным животом.
Я теряю равновесие, наблюдая за этой картиной. Коллега, одноклассница, жена друга... Мысленно перебираю варианты, чтобы оправдать поведение мужа. Но все рушится вдребезги, когда он жадно впивается в губы беременной незнакомки. А потом и вовсе садится с ней в нашу машину и уезжает в неизвестном направлении.
***
Муж мне изменяет! Узнаю об этом в день годовщины нашей свадьбы. А я все еще люблю его. Как мне поступить? Простить и остаться с любимым или сжечь мосты и шагнуть в новую жизнь...
Я теряю равновесие, наблюдая за этой картиной. Коллега, одноклассница, жена друга... Мысленно перебираю варианты, чтобы оправдать поведение мужа. Но все рушится вдребезги, когда он жадно впивается в губы беременной незнакомки. А потом и вовсе садится с ней в нашу машину и уезжает в неизвестном направлении.
***
Муж мне изменяет! Узнаю об этом в день годовщины нашей свадьбы. А я все еще люблю его. Как мне поступить? Простить и остаться с любимым или сжечь мосты и шагнуть в новую жизнь...
Королева Марго, выстроила для своего мужа Ростислава идеальный глянцевый мир на Остоженке, вложив в его бизнес огромное отцовское приданое. Однако в быту холёная львица была полным нулём, и хронически голодный Ростислав быстро попался на хитрые приёмчики офисной мышки Люсеньки. Жестоко преданная мужем и названная «пустоцветом», Марго уходит, унося ледяную пустыню в душе. Спасать Риту берётся её давний друг Толик — модный владелец центра «Богини». И Королева Марго превращается в королеву… РИТКУ! И ее новое королевство идет ей куда больше старого!
Юна сбежала от матери-убийцы, и нашла приют в месте, которого не существует на картах... Но она его нашла...
Ярослава Смирнова студентка третьего курса юридического факультета. Неожиданно друг Ярославы делает ей заманчивое предложение - сыграть роль подставной невесты перед родителями парня. Яра хоть и не авантюристка по натуре, но соглашается помочь другу. Только вот незадача - семья оказывается не в восторге от девушки любимого младшего сына. Но парочка и не думает сдаваться, играя в любовь. Все вроде бы складывается отлично, но неожиданно жених Ярославы пропадает.
Катя мечтает написать книгу и взять отпуск. Как совместить эти два желания? Конечно же, отправиться в путешествие! Девушку встретят вдохновляющая Италия и дерзкий хозяин квартиры Марко, новые друзья и увлечения. Написать книгу и не влюбиться, или наоборот?
Говорят, от любви до ненависти один шаг. Но Вера и Марк знали: от ненависти до любви — тоже. Иногда эти чувства идут рука об руку, переплетаясь, как корни старого дерева.
Он был её врагом — потому что пришёл разрушить то, что она любила.
Он стал её любовником — потому что разрушил стены, которые она выстроила вокруг своего сердца.
Он остался её любовью — потому что оказался единственным, кто увидел в ней не слабость, а силу.
Иногда, просыпаясь по утрам в их доме у озера, Вера смотрела на спящего Марка и думала: как же странно устроена жизнь. Тот, кого ты больше всего ненавидел, может стать тем, кого ты любишь больше всех.
Нужно только не бояться. Не бояться столкнуться. Не бояться признать свою ошибку. Не бояться полюбить врага.
Потому что иногда враг — это просто тот, кто ещё не стал твоим домом.
Он был её врагом — потому что пришёл разрушить то, что она любила.
Он стал её любовником — потому что разрушил стены, которые она выстроила вокруг своего сердца.
Он остался её любовью — потому что оказался единственным, кто увидел в ней не слабость, а силу.
Иногда, просыпаясь по утрам в их доме у озера, Вера смотрела на спящего Марка и думала: как же странно устроена жизнь. Тот, кого ты больше всего ненавидел, может стать тем, кого ты любишь больше всех.
Нужно только не бояться. Не бояться столкнуться. Не бояться признать свою ошибку. Не бояться полюбить врага.
Потому что иногда враг — это просто тот, кто ещё не стал твоим домом.
Но счастье оказалось хрупким. Через неделю после той ночи Елизавета нашла в кабинете Кирилла документы, которые перевернули всё.
Это были отчёты его юристов. Датируемые ещё до их свадьбы. Из них следовало, что Кирилл знал о проблемах её отца задолго до того, как предложил сделку. Более того — он сам спровоцировал эти проблемы, скупив долги компании Морозовых через подставные фирмы.
Елизавета сидела на полу его кабинета, держа в руках бумаги, и чувствовала, как мир рушится во второй раз. Всё было ложью. Его забота, его нежность, его признание в любви — всё это было частью плана. Он не спас её семью. Он загнал её в ловушку.
Когда Кирилл вошёл в кабинет и увидел её с документами, его лицо побледнело.
— Лиза...
— Не смей, — она встала, и её голос был ледяным. — Не смей называть меня так.
— Дай мне объяснить.
— Объяснить? Что ты разрушил мою семью, чтобы получить меня? Что вся эта свадьба, этот брак, эти ночи — всё это было расчётом?
— Нет! — он шагнул к ней.
Это были отчёты его юристов. Датируемые ещё до их свадьбы. Из них следовало, что Кирилл знал о проблемах её отца задолго до того, как предложил сделку. Более того — он сам спровоцировал эти проблемы, скупив долги компании Морозовых через подставные фирмы.
Елизавета сидела на полу его кабинета, держа в руках бумаги, и чувствовала, как мир рушится во второй раз. Всё было ложью. Его забота, его нежность, его признание в любви — всё это было частью плана. Он не спас её семью. Он загнал её в ловушку.
Когда Кирилл вошёл в кабинет и увидел её с документами, его лицо побледнело.
— Лиза...
— Не смей, — она встала, и её голос был ледяным. — Не смей называть меня так.
— Дай мне объяснить.
— Объяснить? Что ты разрушил мою семью, чтобы получить меня? Что вся эта свадьба, этот брак, эти ночи — всё это было расчётом?
— Нет! — он шагнул к ней.
Ей было больно, ее ломало, она теряла человеческий облик от ревности, но стоило ему поманить ее, стоило ему жестко взять ее — и она прощала всё. Она была готова ползать перед ним на коленях, лишь бы он не забирал у нее эти крохи внимания.
Слеза, холодная и горькая, скатилась по ее щеке, упав на бедро.
Она пустила в свое сердце человека, который не просто растоптал его. Он нагадил внутри, вытер ноги и оставил ее убирать за ним грязь. Она сама дала ему эту власть. Сама подписала контракт на собственное уничтожение. И самое страшное заключалось в том, что прямо сейчас, сидя в разгромленном кабинете, раздавленная и униженная, она знала: если вечером он позвонит и прикажет приехать к нему, она поедет.
Виолета закрыла лицо руками и беззвучно завыла, раскачиваясь на краю стола. Ломка только начиналась.
Слеза, холодная и горькая, скатилась по ее щеке, упав на бедро.
Она пустила в свое сердце человека, который не просто растоптал его. Он нагадил внутри, вытер ноги и оставил ее убирать за ним грязь. Она сама дала ему эту власть. Сама подписала контракт на собственное уничтожение. И самое страшное заключалось в том, что прямо сейчас, сидя в разгромленном кабинете, раздавленная и униженная, она знала: если вечером он позвонит и прикажет приехать к нему, она поедет.
Виолета закрыла лицо руками и беззвучно завыла, раскачиваясь на краю стола. Ломка только начиналась.
Выберите полку для книги