Книги в жанре «Любовные романы»

Муж-владелец строительной компании изменяет ей с директором по рекламе прямо на презентации жилого комплекса, который Марина проектировала для семей с детьми, а девятилетняя дочь слышит, как отец называет их семью ошибкой. Марина подает на развод, снимает маленькую квартиру и заказывает независимую строительную экспертизу дома, где уже заселены жильцы. Она обнаруживает, что ради сроков муж подписал замену безопасных материалов на дешевые и опасные, а его любовница готовит медийную кампанию, которая сделает виноватой Марину. Антон возвращается в ее жизнь с угрозой опекой, давлением юристов и попыткой выкупить тишину деньгами компании. Цена второго шанса для бывшего мужа — публично признать собственную подпись, оплатить замену материалов и принять, что имя, дом и дочь больше не принадлежат ему по праву силы.

Четыре года назад генерал Денис Северов подписал развод, поверив матери, что Алина прервала беременность и уехала из страны. На самом деле Алина родила тройняшек, писала ему двенадцать писем и копий справок, а его мать выкупала их у почтальона и сжигала. Теперь Алина - руководитель центра реабилитации после развода, мать троих пятилеток и женщина, которая не ждет генерала. Они сталкиваются не в госпитале и не в кабинете, а на пожаре: он командует спасателями, она принимает эвакуированных семей в своем центре, и старший из тройняшек тянет его за рукав, потому что генерал похож на фотографию в мамином запертом ящике. Денис требует объяснений, Алина показывает квитанции заказных писем и закрывает дверь. Теперь он знает: дети его, брак разрушила не Алина, а его собственная семья, а у бывшей жены есть работа, дом и график, в который генерал подписан волонтером, а не мужем. Чтобы увидеть сыновей, он должен сдать телефон, отказаться от давления через связи, пройти семейную медиацию и публично

Кто он тот, кто смотрит? Его взгляд темный, безумный, но он обещает сделать меня живой! Разве не безумие, поддаться его обещанию и выяснить, кто же он на самом деле?

Мне сорок шесть, и на двадцать четвёртую годовщину свадьбы муж решил подарить мне… испытательный срок.

Шесть месяцев, двенадцать пунктов и подробный список того, что я должна в себе исправить: похудеть, одеваться по его вкусу, реже встречаться с подругой, меньше спорить и снова стать женщиной, которую он захочет видеть рядом.

Через полгода Олег собирался решить, достойна ли я остаться его женой.

Я решила быстрее.

Развод.

Вот только через несколько дней должна начаться уже оплаченная двухнедельная автомобильная поездка, рассчитанная на экипаж из двоих. Муж больше не едет, а моим напарником становится незнакомый мужчина — Прохор Вельский.

Он не собирается меня спасать. Не учит жить. Не выставляет оценок.

И именно поэтому рядом с ним становится опасно хорошо.

Олег уверен, что через шесть месяцев я одумаюсь и вернусь.

А мне впервые за двадцать четыре года предстоит выяснить совсем другое: чего хочу я сама — и с кем хочу ехать дальше.

Знаете, что самое смешное? Я целый год думала, что мне повезло. Он красивый, успешный, внимательный. Любовь с первого взгляда, и всё такое. А потом оказалось, что меня использовали как бюджетный инкубатор. Потому что нормальная суррогатная мать стоит ого-го сколько миллионов. А я стоила почти ничего. Не считая цветов, ужинов и небольших подарков. Ноль связей. Ноль шансов на победу. Идеальная кандидатура для того, чтобы потом сказать: «А кто ты, собственно, вообще такая? Мать? Да мне плевать!»
Развод, бывший муж забрал сына и уехал заграницу, оставив меня у разбитого корыта.
Но, не на ту нарвался. Если мир хочет видеть меня жертвой, то мир ошибся адресом. У меня есть план «Б»...

— Ваш бывший муж сбежал с моей невестой.
— Бывший муж.

Наутро после развода в мою дверь стучит Заур Карданов и приносит новость хуже измены: двадцать четыре процента бизнеса его семьи оформлены на меня. Подпись похожа на мою. Только я ничего не подписывала.

Чтобы очистить своё имя, мне придётся ехать с Зауром в горы, где всплывает афера восьмилетней давности, а бывший муж оказывается частью чужой игры.

Мне сорок два. Я только вернула себе свободу и мужа точно не ищу. Но чем ближе мы подбираемся к правде, тем опаснее становится мужчина, который умеет не приказывать, а слышать.

И всё труднее понять, что страшнее — довериться ему или однажды захотеть остаться.

Его главный талант — вовремя исчезнуть. Он виртуоз побегов и абсолютный сторонник правила: «Лучшая беседа та, которая не состоялась».
Но однажды появилась ОНА. Настоящий ураган из упрямства, который в упор не видит чужих границ. Она не играет по правилам и не принимает отказов. И поэтому его идеальная система даёт сбой. Сбежать больше не удастся, а каждый шаг назад лишь сильнее затягивает в ловушку. Кажется, виртуозу побегов придётся принять вызов.

Я начинаю вспоминать свое прошлое. Каждое новое воспоминание – как шаг по неимоверно тонкому льду, и чем дальше, тем яснее я понимаю, что не хочу возвращаться в свою прежнюю жизнь, где скрывается что-то жуткое и очень опасное. Что-то, о чем мне совсем не хочется вспоминать. Но теперь у меня нет выбора. В попытках выяснить правду о своем прошлом я разворошила слишком много чужих секретов, и меня уже не оставят в покое, пока не заставят замолкнуть навсегда.
Но даже не это самое страшное.
Человек, который вызывается мне помочь, кажется не менее опасным, чем мои неведомые враги. Его мотивы туманны, а взгляд слишком холоден. Но на чьей стороне он на самом деле?
И какую плату потребует за свою помощь?

Он бросил меня, когда я сказала, что беременна.
Сказал, что не просил этого.
Что ему не нужна ни я, ни ребёнок.

Я ушла в никуда.
Без денег, без поддержки, с разбитым сердцем.
Я родила дочь и научилась жить без него.

Прошло пять лет.
Он увидел меня в ресторане.
И замер.

А потом посмотрел на мою девочку.
И в его глазах я увидела то, чего не видела никогда.

Страх.
Вину.
И любовь.

Но я больше не та, кто простит всё.
Теперь у меня есть дочь.
И я не позволю ему снова сломать нас.

Он хочет вернуться.
Он хочет узнать её.
Он говорит, что изменился.

Но хватит ли мне сил снова поверить?

– Ты уверена, что никто не узнает, что мы её травили? – спросил мой муж у любовницы, пока я лежала на полу почти без сознания.
Если бы я могла пошевелиться, наверное, вздрогнула бы.
Мне показалось, что я неправильно услышала. Что мозг, измученный болезнью, соединял несвязанные слова и придумывал страшный смысл.
Лиза ответила спокойно:
– Уверена.
Гриша снова подошёл ближе.
– Она ещё дышит.
– Ну и что?
– В смысле «что»? Она живая.
Лиза раздражённо выдохнула.
– Значит, ей мало той дозировки.

Мой муж и наша соседка – любовники. И они захотели меня отравить…