Книги в жанре «Любовные романы»
Он — крупный бизнесмен, который уверен: до него не дотянуться. Но жизнь решила отсыпать сюрпризов и ему.
— В смысле, на спор? Как это — на спор?! Мой холдинг взломали на спор?! Да я ж… урою!
Она — хакер и компьютерный гений, хорошо известный сотням людей в сети по никнейму Лёха, а на самом деле одиночка, давно забившая на личную жизнь, да и на самое себя, если честно. Потому что неинтересно, потому что нет того, ради кого стоило бы. Но один неверный шаг, совершенный из глупого желания похвастаться, и в реале, прямо под дверью ее квартиры появляются трое мордоворотов.
— Мы знаем, что ты дома, Лёха, так что без глупостей. Открывай, мужик, пока по-хорошему просим.
Побег по крышам в чем была. Улица. Пешеходный переход. И какой-то хам на дорогой тачке:
— Скажи спасибо, что капот мне не поцарапала, и вали отсюда, бомжиха убогая!
— В смысле, на спор? Как это — на спор?! Мой холдинг взломали на спор?! Да я ж… урою!
Она — хакер и компьютерный гений, хорошо известный сотням людей в сети по никнейму Лёха, а на самом деле одиночка, давно забившая на личную жизнь, да и на самое себя, если честно. Потому что неинтересно, потому что нет того, ради кого стоило бы. Но один неверный шаг, совершенный из глупого желания похвастаться, и в реале, прямо под дверью ее квартиры появляются трое мордоворотов.
— Мы знаем, что ты дома, Лёха, так что без глупостей. Открывай, мужик, пока по-хорошему просим.
Побег по крышам в чем была. Улица. Пешеходный переход. И какой-то хам на дорогой тачке:
— Скажи спасибо, что капот мне не поцарапала, и вали отсюда, бомжиха убогая!
ОДНОТОМНИК Когда Вера узнала, что беременна от мужчины, который её предал, она хотела просто исчезнуть. Но его новая невеста и её влиятельный отец решают сделать Веру врагом номер один. За кулисами красивой свадьбы разворачивается настоящая война: давление, ложь, публичный позор и попытка лишить женщину права быть матерью. Вера не ищет мести. Она ищет правду. Но если для правды придётся разрушить чужую империю — она сделает это. Ради себя. И ради маленького сердца под своим.
– Алло?
– Алиса.
Он говорит мое имя так, будто я его жена. Будто мы живем вместе и он просто звонит, чтобы сказать, что задерживается.
– Кирилл, – выдыхаю я, и голос дрожит, не могу этого контролировать. – Что… что случилось?
– Я в больнице, – говорит он, и я слышу, как он старается быть спокойным, но паника просачивается сквозь слова. – Кажется, попал в аварию, но не волнуйся, я живой. Нога сломана, но это не страшно. Я не смогу прийти сегодня вечером, но завтра, клянусь, я буду в ЗАГСе. Я не опоздаю на нашу свадьбу.
Я не могу дышать. Свадьба? ЗАГС?
– Кирилл, – говорю я, и в голосе появляется та самая дрожь, которую я так ненавижу. – Кирилл, ты… что с тобой?
– Со мной уже все в порядке, – отвечает он. – Я приду вовремя, обещаю.
Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать. Он бредит. Он умирает. Все разом потеряло смысл Три года после развода. Три года молчания.
– Алиса.
Он говорит мое имя так, будто я его жена. Будто мы живем вместе и он просто звонит, чтобы сказать, что задерживается.
– Кирилл, – выдыхаю я, и голос дрожит, не могу этого контролировать. – Что… что случилось?
– Я в больнице, – говорит он, и я слышу, как он старается быть спокойным, но паника просачивается сквозь слова. – Кажется, попал в аварию, но не волнуйся, я живой. Нога сломана, но это не страшно. Я не смогу прийти сегодня вечером, но завтра, клянусь, я буду в ЗАГСе. Я не опоздаю на нашу свадьбу.
Я не могу дышать. Свадьба? ЗАГС?
– Кирилл, – говорю я, и в голосе появляется та самая дрожь, которую я так ненавижу. – Кирилл, ты… что с тобой?
– Со мной уже все в порядке, – отвечает он. – Я приду вовремя, обещаю.
Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать. Он бредит. Он умирает. Все разом потеряло смысл Три года после развода. Три года молчания.
❗ВТОРАЯ ЧАСТЬ ДИЛОГИИ❗
Всё происходит слишком стремительно и я не сразу понимаю, в какой именно момент ситуация выходит из-под моего контроля.
Поднимаю голову и вижу перед собой мою синеглазку, вот только картинка мне совершенно не нравится.
— Злата, опусти пистолет, — с хрипом взываю к голосу её разума, но, кажется, она совсем не в себе.
Её руки трясутся, но она продолжает направлять оружие на источник всех её бед.
— Не могу, — в её глазах боль вперемешку с решительностью. — Я так больше не могу. Прости…
***
Любовь — очень сложное чувство. Никакими словами не описать всего, что оно несёт в себе. И никакой логике не поддаются поступки, которые люди совершают во имя любви. Или… ради её защиты.
Всё происходит слишком стремительно и я не сразу понимаю, в какой именно момент ситуация выходит из-под моего контроля.
Поднимаю голову и вижу перед собой мою синеглазку, вот только картинка мне совершенно не нравится.
— Злата, опусти пистолет, — с хрипом взываю к голосу её разума, но, кажется, она совсем не в себе.
Её руки трясутся, но она продолжает направлять оружие на источник всех её бед.
— Не могу, — в её глазах боль вперемешку с решительностью. — Я так больше не могу. Прости…
***
Любовь — очень сложное чувство. Никакими словами не описать всего, что оно несёт в себе. И никакой логике не поддаются поступки, которые люди совершают во имя любви. Или… ради её защиты.
— Ты должна быть мне благодарна, — абсолютно ровным голосом произносит муж.
— За то, что ты притащил любовницу в наш юбилейный круиз?! — шепчу я, не веря своим ушам.
— За то, что я оградил тебя от лишнего стресса. Знакомься, это мой сын. И теперь они будут жить с нами. Не устраивай сцен, дорогая, нам ещё неделю плыть вместе.
Ответить я не успеваю. Оглушительный скрежет рвущегося металла сотрясает судно. Палуба резко уходит из-под ног, визг сирен сливается с криками паникующих людей. Огромный лайнер начинает стремительно идти ко дну посреди ледяной Атлантики.
В хаосе и дыму мы пробиваемся к последней спасательной шлюпке. — Только три места! — орёт офицер, отталкивая толпу. Нас четверо. Мой муж смотрит на свою новую женщину, на плачущего наследника, а затем переводит ледяной взгляд на меня. И хладнокровно надевает последний спасательный жилет на себя.
— Ты в институте плаванием занималась — справишься, — бросает он. — А ей нужно растить моего сына. Это просто математика
— За то, что ты притащил любовницу в наш юбилейный круиз?! — шепчу я, не веря своим ушам.
— За то, что я оградил тебя от лишнего стресса. Знакомься, это мой сын. И теперь они будут жить с нами. Не устраивай сцен, дорогая, нам ещё неделю плыть вместе.
Ответить я не успеваю. Оглушительный скрежет рвущегося металла сотрясает судно. Палуба резко уходит из-под ног, визг сирен сливается с криками паникующих людей. Огромный лайнер начинает стремительно идти ко дну посреди ледяной Атлантики.
В хаосе и дыму мы пробиваемся к последней спасательной шлюпке. — Только три места! — орёт офицер, отталкивая толпу. Нас четверо. Мой муж смотрит на свою новую женщину, на плачущего наследника, а затем переводит ледяной взгляд на меня. И хладнокровно надевает последний спасательный жилет на себя.
— Ты в институте плаванием занималась — справишься, — бросает он. — А ей нужно растить моего сына. Это просто математика
Я простая уборщица, а он богатый и красивый мужчина.
И мой босс! Между нами ничего не может быть!
Или ... может?!
***
— Сиди смирно! — яростно шепчет Громов и крепче прижимает меня к себе. — Веди себя влюблённо!
Я хлопаю глазами и совсем не могу совладать со своим дыханием. Вернее, я просто не дышу! Ручища босса сцапала меня так, что шелохнуться боюсь.
— Зачем я вам? — пищу сдавленно, пытаясь не ощущать, какие горячие ладони у Громова и как моё тело на них реагирует.
— Побудешь моей ба.. женщиной, — прокашливается босс. — Это недолго и совсем не больно. Вернее, очень приятно.
И в подтверждение этого ведёт ладонью выше по моей спине, рождая явный ответ в моём теле — ему нравится!
И Громов это понимает! Это написано на его самодовольном красивом лице.
Мамочки, как я из этого выпутаюсь?! И … хочу ли?
И мой босс! Между нами ничего не может быть!
Или ... может?!
***
— Сиди смирно! — яростно шепчет Громов и крепче прижимает меня к себе. — Веди себя влюблённо!
Я хлопаю глазами и совсем не могу совладать со своим дыханием. Вернее, я просто не дышу! Ручища босса сцапала меня так, что шелохнуться боюсь.
— Зачем я вам? — пищу сдавленно, пытаясь не ощущать, какие горячие ладони у Громова и как моё тело на них реагирует.
— Побудешь моей ба.. женщиной, — прокашливается босс. — Это недолго и совсем не больно. Вернее, очень приятно.
И в подтверждение этого ведёт ладонью выше по моей спине, рождая явный ответ в моём теле — ему нравится!
И Громов это понимает! Это написано на его самодовольном красивом лице.
Мамочки, как я из этого выпутаюсь?! И … хочу ли?
— Соня? Что случилось? Я был на объекте, там связи нет.
На каком объекте, хотела спросить я, мойки не строят по ночам. За его голосом шёл ровный гул дороги и ещё что-то тонкое, музыкальное, женское по тембру, и я не стала это разбирать, потому что было не до того.
— Майю сбила машина. На переходе у художки. Идёт операция.
Пауза получилась длинной, слишком длинной для отца. В такой паузе человек не дышит, в такой он соображает.
— Какая машина?.. — У Демьяна сел голос. — Кто? Как?
— Не знаю. Водитель уехал. Приезжай.
На каком объекте, хотела спросить я, мойки не строят по ночам. За его голосом шёл ровный гул дороги и ещё что-то тонкое, музыкальное, женское по тембру, и я не стала это разбирать, потому что было не до того.
— Майю сбила машина. На переходе у художки. Идёт операция.
Пауза получилась длинной, слишком длинной для отца. В такой паузе человек не дышит, в такой он соображает.
— Какая машина?.. — У Демьяна сел голос. — Кто? Как?
— Не знаю. Водитель уехал. Приезжай.
Я пришла в офис к Максиму Князеву за доказательствами, что он крадёт моих клиентов, а нашла неприятности!
Чтобы меня не поймали с поличным, ляпнула первое, что пришло в голову. Сказала, что влюбилась в него и просто искала встречи!
Кто же знал, что наглый конкурент мне поверит, и заявит, что теперь я его девушка?!
Чтобы меня не поймали с поличным, ляпнула первое, что пришло в голову. Сказала, что влюбилась в него и просто искала встречи!
Кто же знал, что наглый конкурент мне поверит, и заявит, что теперь я его девушка?!
Нине сорок. В съемной квартире — пустой холодильник, свидетельство о разводе и дешевое вино. В памяти — голос бывшего мужа: «Кому ты нужна, старая? Отработанный материал». Единственное, что держит её на плаву — дочь Лена, которая учится в другом городе и присылает деньги на еду с сообщением: «Ты у меня красивая. Не слушай папу». Нина ненавидит себя за то, что принимает подачки от двадцатилетней дочери, но ради неё каждое утро тащится в офис, где она — всего лишь серая тень в углу.
В понедельник объявляют о приходе нового финансового директора. Тимур — темноволосый, с акцентом, властный и невероятно харизматичный — с первого дня выделяет Нину среди всех. И она решает рискнуть — просто побыть живой женщиной.
В понедельник объявляют о приходе нового финансового директора. Тимур — темноволосый, с акцентом, властный и невероятно харизматичный — с первого дня выделяет Нину среди всех. И она решает рискнуть — просто побыть живой женщиной.
— Вы — животные, — вырывается из меня всхлип. — Как же вы так могли со мной?
— Алиса, успокойся, — застегивает ремень муж.
— Как тут успокоиться, когда муж изменяет с моей родной сестрой.
— Прекрати. Алена любит тебя, и не хотела тебе делать больно.
— А ты? Ты тоже не хотел делать больно?
— Я… всегда любил ее. Пять лет назад она выбрала Семена, а сейчас, я больше не хочу притворяться. Я собираюсь наконец-то быть с любимой женщиной, — заявляет холодно.
— Если она любимая, то я кто?
— Ты лишь замена. Но сейчас Алена беременна и я планирую наконец-то жить с ней и растить своего ребенка сам. Ты ведь так и не родила.
Муж изменил с моей родной сестрой, заявив, что всегда любил ее, а я была лишь заменой. Она беременна от него и супруг торопит меня с разводом. А когда случается трагедия, он появляется снова, требуя от меня невозможного. Он требует отдать им моего сына в обмен на его спасение.
— Алиса, успокойся, — застегивает ремень муж.
— Как тут успокоиться, когда муж изменяет с моей родной сестрой.
— Прекрати. Алена любит тебя, и не хотела тебе делать больно.
— А ты? Ты тоже не хотел делать больно?
— Я… всегда любил ее. Пять лет назад она выбрала Семена, а сейчас, я больше не хочу притворяться. Я собираюсь наконец-то быть с любимой женщиной, — заявляет холодно.
— Если она любимая, то я кто?
— Ты лишь замена. Но сейчас Алена беременна и я планирую наконец-то жить с ней и растить своего ребенка сам. Ты ведь так и не родила.
Муж изменил с моей родной сестрой, заявив, что всегда любил ее, а я была лишь заменой. Она беременна от него и супруг торопит меня с разводом. А когда случается трагедия, он появляется снова, требуя от меня невозможного. Он требует отдать им моего сына в обмен на его спасение.
Выберите полку для книги