Книги в жанре «Любовные романы»
– Я беременна! Ты ни за что не догадаешься, кто отец! – радостно произносит моя лучшая подруга, хитро глядя на меня.
– Я так рада за тебя, но… Ты даже не говорила, что состоишь в отношениях.
Разумеется, я рада за подругу, но моя радость за неё перемешивается с моей личной болью. Ведь уже несколько лет мы с мужем не можем зачать малыша.
– Отец моего ребёнка – твой муж, – хищно улыбается подруга, в то время как у меня из-под ног уходит земля.
Не верю…
– Да-да. Пока ты год бегала по врачам и боролась с бесплодием, я спала с твоим мужем и залетела практически сразу!
В один день я узнала о измене мужа с лучшей подругой и о своей долгожданной беременности спустя три года бесплодия. Но предатель не достоин быть отцом моего малыша. И теперь мне страшно, ведь растить своего ребёнка я буду одна.
– Я так рада за тебя, но… Ты даже не говорила, что состоишь в отношениях.
Разумеется, я рада за подругу, но моя радость за неё перемешивается с моей личной болью. Ведь уже несколько лет мы с мужем не можем зачать малыша.
– Отец моего ребёнка – твой муж, – хищно улыбается подруга, в то время как у меня из-под ног уходит земля.
Не верю…
– Да-да. Пока ты год бегала по врачам и боролась с бесплодием, я спала с твоим мужем и залетела практически сразу!
В один день я узнала о измене мужа с лучшей подругой и о своей долгожданной беременности спустя три года бесплодия. Но предатель не достоин быть отцом моего малыша. И теперь мне страшно, ведь растить своего ребёнка я буду одна.
До семейного ужина остаётся час. Слышу, как возвращается Вадим.
— О, Галка, когда успела забрать кота?
Молча продолжаю нарезать салат и пытаюсь не позволить показаться слезам.
— Договаривались же, что я заберу.
— Я звонила тебе.
— Был на совещании.
— Я знаю. В ванной, — смотрю в его бесстыжие глаза. — С Ксюшей. И даже не пытайся оправдываться.
— Галь, ну ты чего?
— Вадим. Глупо оправдываться. Когда я позвонила тебе, телефон зажужжал в твоей куртке. В прихожей у Ксюши. Вы были в ванной. И я слышала твой голос. Кстати, когда заскочишь к ней завтра, привет передай.
— Галчонок, я могу объяснить.
— Не надо. Унеси салат.
Как же больно. Пять лет назад мы о многом мечтали. И самая главная мечта — ребёнок — может уже никогда не сбыться. Пока не стану сообщать родным о своей беременности. Вдруг после такого предательства я решусь на…
— О, Галка, когда успела забрать кота?
Молча продолжаю нарезать салат и пытаюсь не позволить показаться слезам.
— Договаривались же, что я заберу.
— Я звонила тебе.
— Был на совещании.
— Я знаю. В ванной, — смотрю в его бесстыжие глаза. — С Ксюшей. И даже не пытайся оправдываться.
— Галь, ну ты чего?
— Вадим. Глупо оправдываться. Когда я позвонила тебе, телефон зажужжал в твоей куртке. В прихожей у Ксюши. Вы были в ванной. И я слышала твой голос. Кстати, когда заскочишь к ней завтра, привет передай.
— Галчонок, я могу объяснить.
— Не надо. Унеси салат.
Как же больно. Пять лет назад мы о многом мечтали. И самая главная мечта — ребёнок — может уже никогда не сбыться. Пока не стану сообщать родным о своей беременности. Вдруг после такого предательства я решусь на…
Один день из жизни Морозовых. И не только.
Да какой день.
День Всех влюблённых, который совпал ещё с одним событием. И не только.
«- Она? - выходит из меня с писком, и широкие ладони Емели на моих плечах сжимаются крепче.
- Почему она, Федь? - вопрошающе смотрю на брата.
- Алёныч, ну так получилось, - замялся Фёдор, видя, какой эффект произвёл своим сюрпризом»
Да какой день.
День Всех влюблённых, который совпал ещё с одним событием. И не только.
«- Она? - выходит из меня с писком, и широкие ладони Емели на моих плечах сжимаются крепче.
- Почему она, Федь? - вопрошающе смотрю на брата.
- Алёныч, ну так получилось, - замялся Фёдор, видя, какой эффект произвёл своим сюрпризом»
❗️ХЭ❗️
– Пусть ЭТИ сидят на стульчиках, – слышу грозный голос из группы.
Отцовское сердце подсказывает: это про моих малых.
– Ваши дети – банда! – заявляет с порога воспиталка – “мисс Гарпия”. Так эту даму зовут мои двойняшки.
– Нет, они ДСК – дружная семейная команда, – пытаюсь отшутиться.
– Считаю, вы как отец не справляетесь с обязан.., – взвизгивает “Гарпия”. – Считаю необходимым обратиться в органы опеки.
– А я считаю, вам нужно работать в кукольном магазине, – рычу в ответ. – У меня идеальные дети. Потому что они – мои!
Говоря, вижу за спиной “Гарпии” хрупкую блондинку. Она прыскает от смеха и показывает мне знак “супер”.
В тот момент я и подумать не мог, что этот знак принесёт мне много новых приятных хлопот…
– Пусть ЭТИ сидят на стульчиках, – слышу грозный голос из группы.
Отцовское сердце подсказывает: это про моих малых.
– Ваши дети – банда! – заявляет с порога воспиталка – “мисс Гарпия”. Так эту даму зовут мои двойняшки.
– Нет, они ДСК – дружная семейная команда, – пытаюсь отшутиться.
– Считаю, вы как отец не справляетесь с обязан.., – взвизгивает “Гарпия”. – Считаю необходимым обратиться в органы опеки.
– А я считаю, вам нужно работать в кукольном магазине, – рычу в ответ. – У меня идеальные дети. Потому что они – мои!
Говоря, вижу за спиной “Гарпии” хрупкую блондинку. Она прыскает от смеха и показывает мне знак “супер”.
В тот момент я и подумать не мог, что этот знак принесёт мне много новых приятных хлопот…
– Я не собирался тебя покупать. Такие, как ты, меня мало интересуют. Но раз так вышло, продемонстрируй, что ты умеешь. За миллион, – приказывает мой хозяин, прожигая взглядом, от которого внутренности сворачиваются в узел.
Я попала в передрягу. Из-за долгов отца я оказалась в руках бандитов. Меня ждала незавидная участь стать товаром в руках мужчин. И моё тело выставили на аукцион.
И каково же было моё изумление, когда я увидела своего покупателя.
Высокопоставленного чиновника. Человека, у ног которого я недавно готова была ползать, умоляя спасти мать.
А теперь я его вещь.
Его приобретение.
Его собственность.
Я попала в передрягу. Из-за долгов отца я оказалась в руках бандитов. Меня ждала незавидная участь стать товаром в руках мужчин. И моё тело выставили на аукцион.
И каково же было моё изумление, когда я увидела своего покупателя.
Высокопоставленного чиновника. Человека, у ног которого я недавно готова была ползать, умоляя спасти мать.
А теперь я его вещь.
Его приобретение.
Его собственность.
- Не, сладкое я все же не люблю.
Как и Витя.
По всему телу пробежала мелкая дрожь. И почему же малец считает, что я его мать?
- Максимка, а кто тебе сказал, что я – твоя мама?
- Никто, - мальчик пожал плечами и запил сладкое чаем. – Пришлось самому провести расследование.
- Пришлось? Что-то… с папой?
- Да, он в беде, - Макс вдруг посерьезнел и тяжело вздохнул.
- Заболел? – еле слышно выдохнула я.
- Ага, мозгом.
- Ох…
***
В одно чудесное утро на пороге моей квартиры появляется мальчик и заявляет, что он - мой сын. С этим мне еще придется разобраться, а пока я еду в деревню, чтобы спасти парня от отца-тирана и его будущей жены.
Как и Витя.
По всему телу пробежала мелкая дрожь. И почему же малец считает, что я его мать?
- Максимка, а кто тебе сказал, что я – твоя мама?
- Никто, - мальчик пожал плечами и запил сладкое чаем. – Пришлось самому провести расследование.
- Пришлось? Что-то… с папой?
- Да, он в беде, - Макс вдруг посерьезнел и тяжело вздохнул.
- Заболел? – еле слышно выдохнула я.
- Ага, мозгом.
- Ох…
***
В одно чудесное утро на пороге моей квартиры появляется мальчик и заявляет, что он - мой сын. С этим мне еще придется разобраться, а пока я еду в деревню, чтобы спасти парня от отца-тирана и его будущей жены.
– Как расплачиваться будешь?
От голоса мужчины у меня мурашки.
– Простите, я… Извините, я случайно его разбила.
– Я не просил извинений. А задал конкретный вопрос: как будешь расплачиваться?
По телу пробегает волна страха и какого-то другого чувства.
Молчу.
У меня нет столько денег.
– Сегодня был тяжелый день, – начинает мужчина неторопливо. – И я хочу расслабиться. Понимаешь, о чем я?
– Да, конечно! – оживляюсь. – Я умею делать массаж хорошо. Папе всегда делала.
Мои слова вызывают в нем усмешку.
– Ты реально дура или так умеючи косишь?
– Что? – голос подрагивает. – Я правда не понимаю…
– А что тут непонятного – покувыркаемся и разбежимся. Только, давай, без представлений. У меня нет на них времени.
Я разбила ноутбук в номере дорогого отеля, где подрабатываю горничной после пар. И его хозяин запросил в расплату… меня.
Но это еще не самое страшное.
Ужаснее всего – гостем из номера оказался отец моей лучшей подруги. А он всегда получает то, что хочет.
От голоса мужчины у меня мурашки.
– Простите, я… Извините, я случайно его разбила.
– Я не просил извинений. А задал конкретный вопрос: как будешь расплачиваться?
По телу пробегает волна страха и какого-то другого чувства.
Молчу.
У меня нет столько денег.
– Сегодня был тяжелый день, – начинает мужчина неторопливо. – И я хочу расслабиться. Понимаешь, о чем я?
– Да, конечно! – оживляюсь. – Я умею делать массаж хорошо. Папе всегда делала.
Мои слова вызывают в нем усмешку.
– Ты реально дура или так умеючи косишь?
– Что? – голос подрагивает. – Я правда не понимаю…
– А что тут непонятного – покувыркаемся и разбежимся. Только, давай, без представлений. У меня нет на них времени.
Я разбила ноутбук в номере дорогого отеля, где подрабатываю горничной после пар. И его хозяин запросил в расплату… меня.
Но это еще не самое страшное.
Ужаснее всего – гостем из номера оказался отец моей лучшей подруги. А он всегда получает то, что хочет.
Я смотрела на него и не верила.
Нет, не в то, что он мне изменил — это я уже поняла. Я не верила в то, что этот человек передо мной — мой муж. Тот самый, с кем мы прожили двадцать лет.
— Ты правда думаешь, что я это стерплю? — мой голос дрожал, но я держалась. Еще чуть-чуть, и все, к черту слезы. Они ему только в радость.
— Ты зря драматизируешь, Лена. Да, я был с ней. Но она лёгкая такая. Без этого… груза.
— Груза? — переспросила одними губами, потому что в горле пересохло. — Это ты про меня? Про нашу семью? Про наших детей?!
Он пожал плечами.
—Я хочу настоящего чего-то. И мне плевать, что ты там себе напридумывала.
Настоящего? Интересно, а когда именно у нас с ним все превратилось в прошлое? Вчера? Месяц назад? Или все эти годы были просто затянувшейся паузой перед его новой жизнью?
— Кстати, — он усмехнулся. — Я не собираюсь делить имущество из-за твоих эмоций.
А вот тут я резко пришла в себя.
— А если я скажу, что выгоняю тебя отсюда к чертовой матери?
Нет, не в то, что он мне изменил — это я уже поняла. Я не верила в то, что этот человек передо мной — мой муж. Тот самый, с кем мы прожили двадцать лет.
— Ты правда думаешь, что я это стерплю? — мой голос дрожал, но я держалась. Еще чуть-чуть, и все, к черту слезы. Они ему только в радость.
— Ты зря драматизируешь, Лена. Да, я был с ней. Но она лёгкая такая. Без этого… груза.
— Груза? — переспросила одними губами, потому что в горле пересохло. — Это ты про меня? Про нашу семью? Про наших детей?!
Он пожал плечами.
—Я хочу настоящего чего-то. И мне плевать, что ты там себе напридумывала.
Настоящего? Интересно, а когда именно у нас с ним все превратилось в прошлое? Вчера? Месяц назад? Или все эти годы были просто затянувшейся паузой перед его новой жизнью?
— Кстати, — он усмехнулся. — Я не собираюсь делить имущество из-за твоих эмоций.
А вот тут я резко пришла в себя.
— А если я скажу, что выгоняю тебя отсюда к чертовой матери?
— Маленькая девочка Ли-да решила со мной поиграть? — он опасно приподнимает бровь и перехватывает меня за локоть.
— Нет- нет, отпустите меня, пожалуйста. Я ничего не отправляла. Это не я, — пячусь назад, но спина касается холодной стены, а мамин босс нависает надо мной словно скала.
— Я потерял из-за твоей выходки много-много денег. И ты их отработаешь. Сполна. На колени, Ли-да.
Я приехала в город чтобы получить опыт стажировки в крупной фирме, а попала в такую заваруху, что даже врагу не пожелаешь. Теперь я в его власти. Мамин босс. Он хочет меня себе…чтобы я отработала то, чего я не совершала.
— Нет- нет, отпустите меня, пожалуйста. Я ничего не отправляла. Это не я, — пячусь назад, но спина касается холодной стены, а мамин босс нависает надо мной словно скала.
— Я потерял из-за твоей выходки много-много денег. И ты их отработаешь. Сполна. На колени, Ли-да.
Я приехала в город чтобы получить опыт стажировки в крупной фирме, а попала в такую заваруху, что даже врагу не пожелаешь. Теперь я в его власти. Мамин босс. Он хочет меня себе…чтобы я отработала то, чего я не совершала.
— Как тебя зовут?
— Екатерина, можно просто Катя, — она почему-то смущается, и мне это смущение очень заходит.
Снова окидываю взглядом хрупкую, донельзя ладную фигурку и вздыхаю. Эх, Катя-Катя, откуда же ты такая на мою голову взялась?
— Катя, значит, — улыбаюсь и напеваю слова одной старой песни: — Катя-Катерина, маков цвет. Без тебя мне сказки в жизни нет. Катя-Катерина, эх, душа. До чего ж ты, Катя, хороша…
Щеки девушки тут же становятся красными, как те самые маки. А я получаю от этого странное удовольствие…
***
Он — офицер, для которого служение Родине — цель и смысл всей жизни. Хороший боец и преданный друг, балагур и закоренелый холостяк.
Она очаровательная красотка, на которую неприятности сыпятся как из рога изобилия.
У него шрамы на теле, а у нее шрамами расчерчена душа.
Сумеют ли они разглядеть друг в друге свою судьбу? Или груз прошлого, обид и недопониманий окажется непреодолимым?
— Екатерина, можно просто Катя, — она почему-то смущается, и мне это смущение очень заходит.
Снова окидываю взглядом хрупкую, донельзя ладную фигурку и вздыхаю. Эх, Катя-Катя, откуда же ты такая на мою голову взялась?
— Катя, значит, — улыбаюсь и напеваю слова одной старой песни: — Катя-Катерина, маков цвет. Без тебя мне сказки в жизни нет. Катя-Катерина, эх, душа. До чего ж ты, Катя, хороша…
Щеки девушки тут же становятся красными, как те самые маки. А я получаю от этого странное удовольствие…
***
Он — офицер, для которого служение Родине — цель и смысл всей жизни. Хороший боец и преданный друг, балагур и закоренелый холостяк.
Она очаровательная красотка, на которую неприятности сыпятся как из рога изобилия.
У него шрамы на теле, а у нее шрамами расчерчена душа.
Сумеют ли они разглядеть друг в друге свою судьбу? Или груз прошлого, обид и недопониманий окажется непреодолимым?
Выберите полку для книги