Книги в жанре «Любовные романы»
Я смотрю на экран телефона и все мои сомнения развеиваются. Как же так?! Как так получилось?!
- Света, почему тебе звонит мой муж? - тихо спрашиваю я.
- Сама то как думаешь? - усмехается язвительно.
Я смотрю в знакомое, ставшее родным лицо и не узнаю. На нем только злоба и ненависть.
- Да, ты все поняла правильно, - откидывается на спинку стула, - Матвей сын Максима. И он нас любит, помогает и хочет уйти от тебя!
Двое самых близких мне людей предали меня, и останавливаться не собираются. Они хотят разрушить всю мою жизнь и лишить меня всего. Я не позволю!
- Света, почему тебе звонит мой муж? - тихо спрашиваю я.
- Сама то как думаешь? - усмехается язвительно.
Я смотрю в знакомое, ставшее родным лицо и не узнаю. На нем только злоба и ненависть.
- Да, ты все поняла правильно, - откидывается на спинку стула, - Матвей сын Максима. И он нас любит, помогает и хочет уйти от тебя!
Двое самых близких мне людей предали меня, и останавливаться не собираются. Они хотят разрушить всю мою жизнь и лишить меня всего. Я не позволю!
– Подумать только, какую кошечку приволок Глебчик! – цедит незнакомый мужчина, окидывая меня хищным взглядом, от которого по коже бегут мурашки.
– Меня зовут Адель, – глупо улыбаюсь я и протягиваю руку для знакомства, словно не чувствую исходящей от него опасности. – Мой парень сказал, я могу получить у вас работу официантки.
Он игнорирует мой жест, сокращая расстояние между нами до критической отметки.
– Работу получишь, – обнажает белоснежные зубы в хищной усмешке незнакомец.
Эта усмешка – зловещий знак. Инстинкт кричит об опасности, велит бежать без оглядки, но нужда в деньгах сковывает ноги.
– Когда я могу подписать документы и приступить к работе? – стараюсь, чтобы голос звучал уверенно, но внутри все дрожит.
– Прямо сейчас! – обрывает он, не давая договорить.
– Не поняла…
– Раздевайся, красавица, – нагло ухмыляется мужик, прожигая взглядом. – Я первый тестирую девочек!
– Меня зовут Адель, – глупо улыбаюсь я и протягиваю руку для знакомства, словно не чувствую исходящей от него опасности. – Мой парень сказал, я могу получить у вас работу официантки.
Он игнорирует мой жест, сокращая расстояние между нами до критической отметки.
– Работу получишь, – обнажает белоснежные зубы в хищной усмешке незнакомец.
Эта усмешка – зловещий знак. Инстинкт кричит об опасности, велит бежать без оглядки, но нужда в деньгах сковывает ноги.
– Когда я могу подписать документы и приступить к работе? – стараюсь, чтобы голос звучал уверенно, но внутри все дрожит.
– Прямо сейчас! – обрывает он, не давая договорить.
– Не поняла…
– Раздевайся, красавица, – нагло ухмыляется мужик, прожигая взглядом. – Я первый тестирую девочек!
Мужчина оборачивается на мой вскрик, и я вижу его лицо - волевое и очень красивое. Ровные белые зубы оскалены, в тëмных глазах - неистовая, звериная ярость.
Из-за этого в облике мужчины мне невольно чудится что-то волчье, сила крупного зверя, вожака, чëрного волка - готового драться за свой авторитет хоть со всем миром...
- Не надо... - шепчу, чувствуя, что вот-вот провалюсь в блаженное забытье, и сопротивляться не останется сил. - Не надо...
- Надо, - властно настаивает незнакомец. - Ты сама хочешь этого, я знаю... Будь покорной, девочка!
Из-за этого в облике мужчины мне невольно чудится что-то волчье, сила крупного зверя, вожака, чëрного волка - готового драться за свой авторитет хоть со всем миром...
- Не надо... - шепчу, чувствуя, что вот-вот провалюсь в блаженное забытье, и сопротивляться не останется сил. - Не надо...
- Надо, - властно настаивает незнакомец. - Ты сама хочешь этого, я знаю... Будь покорной, девочка!
– Я понял, что до сих пор её люблю.
Невыносимо. Больно так, словно заживо сдирают кожу.
– То есть всё, что было между нами – неважно?
Дура. Гоша ведь выразился предельно ясно.
– Прости. Я должен был сказать тебе раньше.
Господи, этот ужас что, продолжается уже какое-то время?! А Гоша подходит ко мне и произносит:
– Вера, пойми. Нам будет невыносимо вместе.
– Но мы ведь подали заявление в ЗАГС. Собирались пожениться. Я уже бабушке рассказала.
– Напрасно, – произносит он. – Подумай сама. Ну куда тебе сейчас отношения, а тем более – ребёнок? У тебя всё ещё в жизни будет: и любимый, и свадьба. Тебе всего двадцать два года. Хорошо, что ты не успела забеременеть. Не нужен тебе сейчас аборт.
Мой жених сказал, что любит свою бывшую, и нам надо расстаться. А следом я получила фотографию - доказательство его измены. Я ушла и ничего не сказала о беременности. Но через два года бывший нашёл нас. Он хочет знать, кто отец моего сына, и требует провести тест на отцовство...
Невыносимо. Больно так, словно заживо сдирают кожу.
– То есть всё, что было между нами – неважно?
Дура. Гоша ведь выразился предельно ясно.
– Прости. Я должен был сказать тебе раньше.
Господи, этот ужас что, продолжается уже какое-то время?! А Гоша подходит ко мне и произносит:
– Вера, пойми. Нам будет невыносимо вместе.
– Но мы ведь подали заявление в ЗАГС. Собирались пожениться. Я уже бабушке рассказала.
– Напрасно, – произносит он. – Подумай сама. Ну куда тебе сейчас отношения, а тем более – ребёнок? У тебя всё ещё в жизни будет: и любимый, и свадьба. Тебе всего двадцать два года. Хорошо, что ты не успела забеременеть. Не нужен тебе сейчас аборт.
Мой жених сказал, что любит свою бывшую, и нам надо расстаться. А следом я получила фотографию - доказательство его измены. Я ушла и ничего не сказала о беременности. Но через два года бывший нашёл нас. Он хочет знать, кто отец моего сына, и требует провести тест на отцовство...
– Ты ничего не хочешь мне объяснить? – спрашиваю тихо, а у самой в сердце проворачивается нож.
– Объяснить что? – муж смотрит с искренним непониманием.
– Это. – Я включаю видео и разворачиваю айфон.
На записи муж идёт по моллу мимо бутиков, а с ним под руку – полная молодая блондинка. И я её знаю.
– Когда ты уже бросишь свою старуху? – капризно тянет она. – Гоняет тебя, как савраску, а у самой машина под задницей.
– У Нади сложная беременность, – отвечает мой муж.
– Я тоже беременна! – блондинка гладит себя по животу. – Я устала прятаться, любимый.
– И что ты на это скажешь? – выключаю видео и смотрю на каменное лицо мужа.
– А то, что я хочу домашнюю жену, – цедит он. – А не бизнес-леди.
«Твой муж тебе изменяет» – такое анонимное сообщение я получила. И всё встало на свои места.
Муж использовал даже мою вымоленную беременность, чтобы провернуть свои грязные дела. И измена – далеко не самое худшее.
Но я этого так не оставлю. Предателю воздастся за всё!
– Объяснить что? – муж смотрит с искренним непониманием.
– Это. – Я включаю видео и разворачиваю айфон.
На записи муж идёт по моллу мимо бутиков, а с ним под руку – полная молодая блондинка. И я её знаю.
– Когда ты уже бросишь свою старуху? – капризно тянет она. – Гоняет тебя, как савраску, а у самой машина под задницей.
– У Нади сложная беременность, – отвечает мой муж.
– Я тоже беременна! – блондинка гладит себя по животу. – Я устала прятаться, любимый.
– И что ты на это скажешь? – выключаю видео и смотрю на каменное лицо мужа.
– А то, что я хочу домашнюю жену, – цедит он. – А не бизнес-леди.
«Твой муж тебе изменяет» – такое анонимное сообщение я получила. И всё встало на свои места.
Муж использовал даже мою вымоленную беременность, чтобы провернуть свои грязные дела. И измена – далеко не самое худшее.
Но я этого так не оставлю. Предателю воздастся за всё!
“Твой муж тебе изменяет”.
Трясущимися руками смахиваю сообщение с экрана предварительного просмотра, стараясь ни в коем случае не войти в мессенджер.
Набираю номер Влада…
Гудок, второй, третий и…
“Абонент занят или…”
Нет!
Он со мной никогда так не поступал!
И тут же на еще не заблокированном экране всплывает: “Зачем ты звонишь? Ты нам мешаешь”.
Трясущимися руками смахиваю сообщение с экрана предварительного просмотра, стараясь ни в коем случае не войти в мессенджер.
Набираю номер Влада…
Гудок, второй, третий и…
“Абонент занят или…”
Нет!
Он со мной никогда так не поступал!
И тут же на еще не заблокированном экране всплывает: “Зачем ты звонишь? Ты нам мешаешь”.
— Одна ночь!
— Всего одна? Уверена, что не захочешь большего?
— Ни за что. Я иду на это только потому, что у меня нет выбора. Ты меня заставил.
— Раньше тебе нравилось… когда я тебя заставляю, — проходится по телу раздевающим взглядом. — Не будем терять время зря. Увидимся сегодня…
***
Попав в сложную ситуацию, я была вынуждена принять неприличное предложение бывшего.
Ненавижу его так же сильно, как когда-то… любила.
— Всего одна? Уверена, что не захочешь большего?
— Ни за что. Я иду на это только потому, что у меня нет выбора. Ты меня заставил.
— Раньше тебе нравилось… когда я тебя заставляю, — проходится по телу раздевающим взглядом. — Не будем терять время зря. Увидимся сегодня…
***
Попав в сложную ситуацию, я была вынуждена принять неприличное предложение бывшего.
Ненавижу его так же сильно, как когда-то… любила.
— Как ты относишься к измене, любимый?
Муж замер на секунду, словно кусок мяса застрял у него в горле.
— К измене? К чему это вдруг, Ника?
Я улыбнулась.
— Да так… Думаешь, можно в одну реку дважды войти?
Егор поставил бокал на стол, стараясь не выдать своей нервозности. Попался, «козлик».
— Не совсем понимаю, к чему все, но, наверное… нет. Я думаю, что это ошибка.
— Вот и я так считаю, — кивнула. — Просто у Климентьевых, представляешь, Денис изменяет Алёне. Просто невероятно, правда? На её месте, — я покачала головой, — наверное, лишила бы его… мужского достоинства, бизнеса и опозорила на всю округу. А она терпит, дурочка. Знает все и терпит.
Егор побледнел, глаза слегка расширились.
— Хорошо, что у меня есть ты. И у нас с тобой всё по любви, и никаких… глупостей.
Егор с трудом удержал спокойное выражение лица, а я в мыслях усмехнулась.
Какая же ты скотина, Ларинов. Но скоро ты поймёшь, как ошибся, и узнаешь, какой я могу быть, когда меня предают...
Муж замер на секунду, словно кусок мяса застрял у него в горле.
— К измене? К чему это вдруг, Ника?
Я улыбнулась.
— Да так… Думаешь, можно в одну реку дважды войти?
Егор поставил бокал на стол, стараясь не выдать своей нервозности. Попался, «козлик».
— Не совсем понимаю, к чему все, но, наверное… нет. Я думаю, что это ошибка.
— Вот и я так считаю, — кивнула. — Просто у Климентьевых, представляешь, Денис изменяет Алёне. Просто невероятно, правда? На её месте, — я покачала головой, — наверное, лишила бы его… мужского достоинства, бизнеса и опозорила на всю округу. А она терпит, дурочка. Знает все и терпит.
Егор побледнел, глаза слегка расширились.
— Хорошо, что у меня есть ты. И у нас с тобой всё по любви, и никаких… глупостей.
Егор с трудом удержал спокойное выражение лица, а я в мыслях усмехнулась.
Какая же ты скотина, Ларинов. Но скоро ты поймёшь, как ошибся, и узнаешь, какой я могу быть, когда меня предают...
— Ленка, ты посмотри, какое колечко он подарил! — жеманно выдыхает девица, лениво протягивая руку с бриллиантовым кольцом перед подругой.
Я машинально отрываю взгляд от телефона и замечаю, как её подруга, сжимая губы в тонкую линию, кидает взгляд на кольцо.
— Какая разница, если он все еще женат на своей овце? — со злостью отвечает она.
— Ничего, скоро все изменится. Я ему сюрприз готовлю, — захихикала первая. — Кстати, давай покажу фотки с нашего отпуска на той неделе, — она поворачивает экран к подруге, которая жадно ловит каждый кадр.
Случайный взгляд — и мой мир трескается от этой нелепой случайности. Сердце падает вниз. С ней на фото... мой муж. Тот самый, который был со мной восемь лет, обещал быть рядом и в горе, и в радости.
В горле пересыхает, когда я слышу своё имя:
— Ярослава Викторовна? Пожалуйста, пройдёмте, — зовет меня врач, и я, как в тумане, поднимаюсь.
"Овца?" Я замираю. Овца — это, видимо, я.
Вот же урод! Но ничего, увидим кто тут п
Я машинально отрываю взгляд от телефона и замечаю, как её подруга, сжимая губы в тонкую линию, кидает взгляд на кольцо.
— Какая разница, если он все еще женат на своей овце? — со злостью отвечает она.
— Ничего, скоро все изменится. Я ему сюрприз готовлю, — захихикала первая. — Кстати, давай покажу фотки с нашего отпуска на той неделе, — она поворачивает экран к подруге, которая жадно ловит каждый кадр.
Случайный взгляд — и мой мир трескается от этой нелепой случайности. Сердце падает вниз. С ней на фото... мой муж. Тот самый, который был со мной восемь лет, обещал быть рядом и в горе, и в радости.
В горле пересыхает, когда я слышу своё имя:
— Ярослава Викторовна? Пожалуйста, пройдёмте, — зовет меня врач, и я, как в тумане, поднимаюсь.
"Овца?" Я замираю. Овца — это, видимо, я.
Вот же урод! Но ничего, увидим кто тут п
- Я невеста Вашего мужа… У нас даже банкетный зал для свадьбы уже забронирован, пригласительные сделаны- осталось только дату вписать…
В первую секунду мне кажется, что это розыгрыш, но враждебность в оленьих глазах юной прелестницы не оставляет сомнений, что она не блефует.
Какой-то бред! С Сергеем у нас всё прекрасно. Он очень поддерживал меня последние несколько месяцев…
- И… когда же свадьба, если уж и пригласительные готовы?
Сарказма в тоне от волнения не получается.
- После Вашей смерти,- выдает мне красотка…- Сергей хочет дождаться, когда Вы, наконец, помрете. Но я вот ждать не хочу. Зачем он Вам сейчас? Вам о Боге думать надо. А он шикарный мужчина в расцвете сил и у него всё впереди, а у Вас нет! Подвиньтесь уже!
Врачи поставили мне страшный диагноз. Любящий муж уверял, что вместе мы все преодолеем, а сам уже спланировал и мои похороны, и новую свадьбу с девочкой моложе себя на двадцать пять лет. Вот только я оказалась здоровой, и он пока об этом не знает...
В первую секунду мне кажется, что это розыгрыш, но враждебность в оленьих глазах юной прелестницы не оставляет сомнений, что она не блефует.
Какой-то бред! С Сергеем у нас всё прекрасно. Он очень поддерживал меня последние несколько месяцев…
- И… когда же свадьба, если уж и пригласительные готовы?
Сарказма в тоне от волнения не получается.
- После Вашей смерти,- выдает мне красотка…- Сергей хочет дождаться, когда Вы, наконец, помрете. Но я вот ждать не хочу. Зачем он Вам сейчас? Вам о Боге думать надо. А он шикарный мужчина в расцвете сил и у него всё впереди, а у Вас нет! Подвиньтесь уже!
Врачи поставили мне страшный диагноз. Любящий муж уверял, что вместе мы все преодолеем, а сам уже спланировал и мои похороны, и новую свадьбу с девочкой моложе себя на двадцать пять лет. Вот только я оказалась здоровой, и он пока об этом не знает...
Выберите полку для книги