Книги в жанре «Мелодрама»

На свадьбе сына я заметила на муже чужой след помады.
— Ты что, целовался с кем-то?
— С кем я тут, по-твоему, целоваться мог? — фыркает муж. — С золотыми рыбками в пруду? Или с садовым гномом?
А спустя время его любовница подошла ко мне и заявила, что беременна.
Двадцать пять лет я была идеальной женой, сглаживала углы и сохраняла фасад благополучия. Терпела унижения, обесценивание и гнев.
— Думаешь, твой адвокат чего-то стоит против моих связей? Да я тебя так по судам затаскаю! Ты же ничего без меня не значишь!
С меня хватит. Я начала готовить ответный удар.
А он думал, что я, вечно всепрощающая и слабая, сдамся. Думал, что его генеральские погоны защитят его от всего. Но он ошибся.

— Почему ты один? Сбежал от Вадима и зацепился за что-то? — спрашивала я нашего пса, дрожащего от холода у колеса незнакомой машины.
Вадим, мой муж, должен его сейчас выгуливать. Но вокруг — ни души.
Когда я попыталась высвободить поводок, оказалось, что его специально привязали.
Но кто?
Медленно, очень медленно, я привстала, вглядываясь сквозь запотевшее стекло.
На водительском сиденье лежала охапка скомканной одежды. А рядом… жёлтая резиновая курочка, любимая игрушка нашей собаки.
Не оставалось сомнений — мой муж оставил её там.
И вдруг...
Я отчетливо увидела на заднем сиденье женскую спину. Длинные волосы прилипли к влажной коже.
А потом… по ней медленно провела мужская рука.
Всё внутри оборвалось.
Я потеряла равновесие и осела на мокрый асфальт в поисках опоры.

Как он мог?

Молодой врач Егор Петровский не может быть в стороне от событий в стране и отправляется помогать Родине так, как умеет - сначала контракт врача, потом работа в больницах прифронтовых районов.
Дома, в Москве, осталась прежняя жизнь, которая кажется уже нереальной. Там непонимание невесты, родных, друзей и большие перспективы в ведущей клинике.
Но всё это теряет ценность, когда его пациенткой становится одинокая беременная девушка Оля Миронова.

– Ты хоть понимаешь, что наделал?! – мой голос дрожит.
– София, послушай… – Карим смотрит на меня сверху вниз. – Это ошибка.
– Что ты называешь ошибкой?! То, что было в номере, где мы отмечали пятилетие нашей свадьбы! Ты спал с другой женщиной там, где когда-то был со мной!
– Не драматизируй, – отмахивается муж. – Я люблю только тебя.
– А как насчет ребенка, Карим? Как насчет нашей мечты стать родителями? Ты просто плевал на все, когда раздевал эту блондинку!
– Успокойся, – муж хватает меня за руки. – Все будет как раньше.
– Нет, Карим. Ничего уже не будет как раньше.
Его глаза сужаются. В них появляется огонек опасности.
– Если ты задумаешь уйти с моим ребенком под сердцем… Клянусь, ты пожалеешь. Я отберу его у тебя. Поняла?
В день, когда мне должны сделать ЭКО, я узнаю, что мой муж меня предал.
Сомнения и ложь – так началась моя беременность.
Предатель клянется в любви, а я мечтаю стать матерью и пройду через все, даже если придется растить ребенка в одиночку…

— Ваш биоматериал был использован полтора года назад. Произошла ошибка в базе данных, — лепечет врач, бледнея.
— Найдите мне его, — рычу я. — Или я сотру вашу клинику с лица земли.
У меня есть всё: власть, деньги, статус. Но нет наследника. Жена рада моей бесплодности, а я схожу с ума от ярости.

Тогда я еще не знал, что эта врачебная ошибка станет настоящим чудом в моей жизни...

— Я хочу развестись, — говорит муж вместо приветствия, — даю тебе час, чтобы собрать вещи, Оксана. Когда вернусь домой, тебя и Златы не должно быть в квартире.
Позвонила, блин, мужу, чтобы купил лекарства для больной дочери!
— Кирилл, это шутка такая? Сегодня не первое апреля…
— А я не шучу, — отвечает муж, — уже два месяца, как я встречаюсь с другой втайне от тебя. С той, которая любит по-настоящему, прислушивается к моему мнению и ценит меня, в отличие от вас со Златой.
— Ты нормальный или нет, Кирилл? У тебя семья! Жена и дочь, которые любят тебя… а скоро ещё и сын родится…
— Вы не семья, а ошибка, — слова мужа ранят в самое сердце, — я женился на тебе по залёту, Оксана, о чём жалею все эти годы. Сейчас, когда встал на ноги, я хочу быть счастливым, но с другой девушкой, которая родит мне ребёнка. А твоя беременность, Оксана… никому не нужна. Для всех будет лучше, если ты сделаешь аборт и не будешь мешать моему счастью.

Лиза встала, прошлась по кухне, остановилась у окна.
– Я добьюсь признания отцовства через суд, если ваш муж не признает ребёнка добровольно, – сказала она жёстко. – ДНК-тест всё подтвердит. Игорю придётся признать Мишу.
– И что дальше? – спросила я, чувствуя, как внутри всё холодеет от её расчётливости.
– А дальше... – она повернулась к нам, – либо он женится на мне, и мы вместе будем воспитывать сына. Либо я оставлю Мишу ему и уеду. Начну жизнь заново, в другом городе, может, даже в другой стране.
– Ты готова бросить собственного ребёнка? – я не могла поверить своим ушам. – Снова?
– А что мне с ним делать? – Лиза пожала плечами. – Тащить за собой по съёмным квартирам? Искать мужчину, который примет чужого ребёнка? Я уже попробовала – не работает. Мужчины бегут, как только узнают о сыне.
– Но это же твой сын! – воскликнул Андрей. – Как ты можешь так говорить?

– Ты слишком молодая для училки. И слишком красивая, – говорит он порочным шёпотом. – Решила докопаться до моего сына, чтобы привлечь моё внимание? Что ж, у тебя получилось.

– Что вы себе позволяете?

– Я себе позволяю всё.

Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.

– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.

Я учительница. Он отец ученика.

Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.

Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.

Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.

И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.

А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.

Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».

Расплачиваюсь за мандаринки, и тут кто-то дергает меня за рукав.
Оборачиваюсь. Пацан. Мелкий. Но на рожицу школьник.
— Дядь, дай мандаринку, — лицо делает жалостливое.
Шапка съехала на бок, весь в снегу, перчатка одна, за спиной санки.
— Держи, — протягиваю ему весь пакет.
— Ого! Вот это ты исполнитель мечт! Может, ты помощник деда Мороза?
Хмыкаю.
— Может.
Верит, пусть верит.
— Тогда можно я тебе желание загадаю, что для него припас?
— Ну давай своё желание.
Готовлюсь услышать про велик или компьютер.
— Я хочу папу! — заявляет парень.
— Чего? — теряю настрой творить чудеса.
— Папу. Мне очень надо. Желательно богатого, чтобы мог маме операцию оплатить. Да и на всякий случай… Если мама не поправится, бабка меня точно в детдом сдаст. А кто туда хочет-то?
— С чего ты решил? — ситуация накаляется.
— Из-за меня мама и заболела.
Голос у него вздрагивает, нос краснеет, но не ревёт. Шмыгает чуть.
— А что ты сделал то?
— Родился… — звучит на выдохе.

Иду по коридору женской консультации. Как же меняется восприятие мира, когда внутри тебя зарождается новая жизнь.
Сворачиваю к лестнице и замираю.
Мой муж стоит у окна в конце коридора, склонившись к телефону. Что он делает в женской консультации посреди рабочего дня?
— Маша? — увидев, идёт ко мне. — Ты что здесь делаешь?
— Я была на приёме. — Прижимаю папку крепче к груди. — А ты?
Он не отвечает. Смотрит на меня растерянным взглядом.
— Серёжа, что происходит?
— Поговорим дома.
Мы успеваем сделать три шага к лестнице, когда слышу за спиной голос:
— Сергей, нас уже вызывают!
Оборачиваюсь, Инга стоит у двери кабинета УЗИ. Вдова, друга Сергея, погибшего два года назад в аварии.
— Инга? — Мой голос звучит чужим.
— Маша, привет! Вот, пришли на УЗИ с Серёжей.
— Замолчи. — Голос Сергея падает как удар хлыста. — Иди в кабинет.
— Я беременна от Сергея. — Инга говорит это так, словно сообщает о погоде за окном. — Уже четыре месяца. Думала, он тебе давно сказал.