Книги в жанре «Современная проза»

Она была той самой женщиной — терпеливой, понимающей, прощающей.
Пока одна сцена в больничном коридоре не превратила её жизнь в пепел.

Муж, который «в командировке», стоит рядом с её лучшей подругой.
Игрушка в руках — для чужого ребёнка.
Улыбка — не для неё.
И вдруг становится ясно: пять лет брака были спектаклем, где она играла роль «жены по умолчанию».

Ирэн не кричит.
Не умоляет.
Не мстит.

Она надевает беруши, выключает телефон, возвращается к работе, которую бросила ради него, — и собирает доказательства его двойной жизни.
А потом разбивает его маски при всех — с детектором лжи, холодной улыбкой и достоинством, которое он давно перестал замечать.

Её новая жизнь начинается там, где заканчивается его ложь.
И впервые за много лет Ирэн выбирает себя — и показывает дочери, что любовь не должна ранить.

БЕСПЛАТНО Поддержите "БИБЛИОТЕКОЙ"📘 и "НРАВИТСЯ"❤️ ПОДПИШИТЕСЬ, чтобы не пропустить новинки и акции!
— Да ты мне по гроб жизни обязана! Если бы не я, ты бы со своим отпрыском давно ночевала под забором!
— К-к-как ты так можешь? Он же все слышит. — я еле выдавила из себя слова, закрывая сыну уши.
— А мне плевать! — он усмехнулся, словно наслаждаясь моим страхом. — Во всём виноват он. Да и чего ты ожидала от жизни? Кому нужна баба с прицепом?
Это не в первый раз. Не в десятый. И даже не в сотый. Так прошли мои последние три года. С мужчиной, у которого всегда виноваты мы: я и мой ребенок. Где каждое слово — удар в спину, каждый день — испытание на прочность, и даже собственная мать кивает ему в унисон, будто он спаситель, а не палач.
Я долго терпела. Пока не поняла: если не уйти сейчас, он сломает нас окончательно.
Я сделала этот шаг.
Но в тот момент еще не подозревала, что решившись исправить свою жизнь, я найду спасение в руках того человека, от которого когда-то тоже ушла.

– Мне бабы в подразделении не нужны. Здесь не санаторий и не курорт, а тренировочная база спецназа. Тут суровые жесткие мужики, нянькаться и слезки вытирать ей никто не будет. Нормального спеца мне в инструктора привези, а не это недоразумение, – недовольно рычит на моего сопровождающего до боли знакомый голос.
Я без труда узнаю в нем бывшего мужа, с которым мы тяжело расстались шесть лет назад.
– Я тебе и привез первоклассного спеца! Знаешь, скольких сил стоило ее уговорить сюда приехать?! – возмущается капитан, сопровождавший меня до базы.
– Да плевать мне, я сказал…
Малинин осекается на полуслове, когда я, не выдержав, выхожу из машины.
Мгновенно помрачнев, он ругается сквозь зубы и зыркает на меня волком.
– Ты еще какого хрена тут забыла?
– Как видишь, теперь я тут работаю. Я и есть тот самый спец, инструктор БПЛА, – хмыкаю, скрестив руки на груди.
Капитан оглядывает нас со странным выражением лица.
– Вы что, знакомы?

- Да? - торопливо ответила на звонок Вика, в надежде успеть закончить разговор до прихода очередного клиента.
-...
- Вас не слышно. Алло?
- Виктория? - тихо поинтересовался нежный женский голос.
- Да, это я, - сказала Вика открыв свой блокнот, чтобы посмотреть свободные окошки для вероятно новой клиентки.
- Нам с Вами нужно поговорить, - немного сбила Вику с толку девушка. - Давайте встретимся сегодня или завтра вечером.
- Не понимаю.... Скажите так, что Вы хотели, - Вика сама не поняла, почему занервничала.
- Это не телефонный разговор. Я работаю с Вячеславом в одной организации и... Давайте встретимся.
- Х-хорошо. Сегодня в семь у входа в парк Горького удобно? - дрожащим голосом спросила Вика.
- Да, буду, - коротко ответила девушка и повесила трубку, а Вика медленно села на стул и в попытке успокоиться сделала несколько глубоких вдохов, прикрыв глаза. Не помогло. Вика догадывалась, что ее ждет, но пыталась заглушить зарождающуюся панику, внушая себе, что всё хорошо. Хорошо ж

В моей семье всегда был один ребёнок — Мари. Хрупкая, больная, любимая. А я была той, кто готовил, убирал и исчезал, когда становилось неудобно. Той, чьё имя вспоминали только тогда, когда нужно было закрыть очередную дыру.

Когда родители продали меня Винсенту Вольфу, я думала, что достигла дна. Но человек, которого весь город считает монстром, оказался единственным, кто дал мне тишину, пространство и право выбирать.
Я приехала как товар. Но впервые в жизни почувствовала себя живой.

А потом семья вернулась.
Не за мной — за ним.
Сестра решила, что я снова уступлю, как уступала двадцать лет. Что тень легко отодвинуть в сторону, если она мешает.

Но девочка, которая стояла в коридоре и слушала запах ужина, приготовленного не для неё, умерла.
Её убили те, кто называл себя семьёй.

Осталась женщина, которая умеет закрывать двери.
И эта дверь захлопнется за ними навсегда.

БЕСПЛАТНО
— Ты уже покупателя нашёл?
Муж спокойно кладёт передо мной документы на продажу моей мастерской.
Полковник Арсений Зорин уверен: скоро его переведут в Москву, и семья должна ехать за ним.
Как всегда.
Только я ничего продавать не собиралась.
А потом дочь присылает случайную фотографию из кафе.
На заднем плане мой муж держит за руку другую женщину.
Очень скоро выясняется: у Арсения есть не только любовница. Есть квартира, планы и вторая версия нашей семейной жизни, о которой я почему-то узнаю последней.

– Кто она?! – требую я, вытирая слёзы, внутри разгорается злость, смешанная с болью. – Скажи мне хотя бы, кто она! Я заслуживаю знать, ради кого ты разрушил нашу жизнь!

– Это не важно, – отвечает он уклончиво.

– Важно! – кричу я, стискивая телефон. – Я имею право знать! Сколько времени это длится?! Год?! Два?! Все пять лет?!

Пауза. Долгая, мучительная пауза, во время которой слышно только моё рваное дыхание и стук собственного сердца.

– Четырнадцать лет , – наконец говорит он тихо.

Четырнадцать лет. Всё время, что мы были вместе. И задолго до этого. Я замираю, переставая дышать, и мир вокруг меня перестаёт существовать.

– Ты... ты изменял мне все время? – произношу я медленно. – Пять лет ты жил двойной жизнью? Приходил ко мне домой, ложился в нашу постель, говорил, что любишь меня, а сам... сам был с ней? Зачем ты вообще на мне женился, если уже на момент нашего знакомства почти 10 лет был в отношения. Я не понимаю…

— Арин, я с ними не поеду. Ты езжай. Я боюсь. Он то ли бандит, то ли еще кто, я не знаю.
Я работаю в престижном ателье. Моя начальница забыла дошить костюм и улетела в отпуск. А люди заказчика — огромные амбалы, завалились в ателье и требуют срочно отдать костюм.
Теперь я должна ехать с ними в дом к этому человеку, чтобы провести примерку.
И вот я склоняюсь перед ним, подкалываю низ брюк. А его льдистый взгляд скользит по моему телу и пробирается под кожу.
— А ты хорошенькая, — хрипло говорит он. — Тебе бы другими вещами заниматься, стоя на коленях перед мужчиной.
Мне хочется оскорбиться, послать его куда подальше и сбежать. Но я не могу. Потому что уже стала заложницей этих холодных глаз и вибрирующего голоса...

После двух лет московской гонки я наконец-то вырвался в родной город — к маме, к привычному уюту, к долгожданному отдыху.
Идеальный план «приехать и отдохнуть» рухнул в одну секунду, когда на пороге появилась Ксюша — моя бывшая подруга детства.
И теперь вместо отдыха меня ждут бессонные ночи, горы памперсов и баночки с детским пюре.
Я, как настоящий друг, вызвался посидеть с её сыном.
Но есть одна деталь, которая не даёт мне покоя: этот маленький человечек… до жути похож на меня.
И он заставляет меня пересмотреть всё, к чему я так стремился все эти годы.

Пять лет назад пятнадцатилетняя Ева исчезла. Похищенная безумцем, она провела трое суток в кромешной тьме, потеряв надежду и веру в спасение. Но однажды дверь открылась — и на пороге появился он. Кирилл. Старшеклассник, мечтавший спасать жизни, стал её светом, её героем… и её судьбой.
Теперь Ева взрослая. Хрупкая, молчаливая, с глазами, в которых всё ещё живёт та тьма. Любовь к Кириллу — не просто чувство, а якорь, спасший её душу. Только вот для него она — напоминание о чужой боли. Он избегает, отталкивает, считает её чувства иллюзией травмы.
Но может ли сердце, прошедшее сквозь страх и бездну, ошибаться? Или любовь Евы — всего лишь тень прошлого, в которую она неосознанно продолжает возвращаться?
Это история о хрупкой грани между спасением и зависимостью. О боли, взрослении и праве на любовь — даже если её никто не ждал