Читать и слушать книги
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 🌹
— Мама, а это папина машина?» — Лиза выглядывает из-за моего плеча.
— Да, — тихо отвечаю я. — Папина.
— А почему она здесь? Папа же сказал, что поехал к бабушке.
Я молчу. Что я могу ей сказать? Что ее отец — лжец?
Я иду к подъезду. За дверью слышны шаги, легкие, быстрые. Женский голос, веселый, беззаботный:
— Иду, иду!
Дверь открывается.
— Здравствуйте, — говорю я спокойно. — Илья дома?
В этот момент из квартиры раздается его голос: «Маша, кто там?»
— Аня, — выдыхает он. — Ты… как ты…
— Здравствуй, Илья, — говорю я. — А я думала, ты у мамы.
— Ань, давай поговорим, — начинает он. — Только спокойно.
Из глубины квартиры раздается детский голос:
— Мама, папа, что случилось?
И в коридор выбегает девочка лет пяти с глазами — темно-карими, точь-в-точь как у Ильи.
У них есть дочь.
— Это наша Сонечка, — тихо говорит его любовница. — Ей пять лет.
— Папа, — спрашивает наша дочь. — А почему эта девочка тебя папой называет? Ты нашу маму больше не любишь?
— Мама, а это папина машина?» — Лиза выглядывает из-за моего плеча.
— Да, — тихо отвечаю я. — Папина.
— А почему она здесь? Папа же сказал, что поехал к бабушке.
Я молчу. Что я могу ей сказать? Что ее отец — лжец?
Я иду к подъезду. За дверью слышны шаги, легкие, быстрые. Женский голос, веселый, беззаботный:
— Иду, иду!
Дверь открывается.
— Здравствуйте, — говорю я спокойно. — Илья дома?
В этот момент из квартиры раздается его голос: «Маша, кто там?»
— Аня, — выдыхает он. — Ты… как ты…
— Здравствуй, Илья, — говорю я. — А я думала, ты у мамы.
— Ань, давай поговорим, — начинает он. — Только спокойно.
Из глубины квартиры раздается детский голос:
— Мама, папа, что случилось?
И в коридор выбегает девочка лет пяти с глазами — темно-карими, точь-в-точь как у Ильи.
У них есть дочь.
— Это наша Сонечка, — тихо говорит его любовница. — Ей пять лет.
— Папа, — спрашивает наша дочь. — А почему эта девочка тебя папой называет? Ты нашу маму больше не любишь?
— Ты улыбайся. Люди смотрят, — шипела мне в ухо свекровь.
— Это что?
— Никах. У твоего мужа будет вторая жена.
Я стояла среди гостей и не понимала, как дышать. Меня обманом привели на чужую свадьбу, а она оказалась — моего мужа. Свекровь рядом говорит, чтобы молчала и не позорила семью. А я уже внутри умерла.
— Это что?
— Никах. У твоего мужа будет вторая жена.
Я стояла среди гостей и не понимала, как дышать. Меня обманом привели на чужую свадьбу, а она оказалась — моего мужа. Свекровь рядом говорит, чтобы молчала и не позорила семью. А я уже внутри умерла.
Покажи мне на что ты способен! - я схватила его за полы его пиджака и резко изо всех сил потянула на себя. Огромный вкусно пахнущий мужчина посопротивлялся какую-то долю секунды, но потом поддался и мы вместе упали на кровать моей матери.
О, Боги! Лиза, что ты делаешь!
Она - восемнадцатилетняя бесприданница без отца. Он - Валерий, вдовец, статный и сильный, который приходит к её матери с цветами. Но смотрит на Лизу. И однажды, когда мамы нет дома, между ними происходит то, что переворачивает всё. История о том, как девочка из неблагополучной семьи увела жениха у собственной матери. И заплатила за это… или обрела всё, о чём мечтала? Острая, чувственная проза о границах, взрослении и цене желания. Это короткий рассказ для тех кто любит талантливый гиперреализм
О, Боги! Лиза, что ты делаешь!
Она - восемнадцатилетняя бесприданница без отца. Он - Валерий, вдовец, статный и сильный, который приходит к её матери с цветами. Но смотрит на Лизу. И однажды, когда мамы нет дома, между ними происходит то, что переворачивает всё. История о том, как девочка из неблагополучной семьи увела жениха у собственной матери. И заплатила за это… или обрела всё, о чём мечтала? Острая, чувственная проза о границах, взрослении и цене желания. Это короткий рассказ для тех кто любит талантливый гиперреализм
- Кость, я не хочу разводиться пока. Давай мы с тобой притормозим, - любовница мужа просит у него отсрочки своего развода.
- Кристин, я дам тебе больше. Понимаешь это? Я дам тебе намного больше, чем он может тебе дать. Потому что ему на тебя плевать, а мне на тебя нет, - пытается уговорить ее муж, а я еле сдерживаюсь, чтобы не ворваться к любовничкам, и не расстроить их планы, которых особо и нет.
- Давай так, Кость, за полгода мы решаем все наши проблемы, и потом прижмем эту парочку так, что они сами нам все отдадут. И кстати, я даже знаю, как мне Сашу раскрутить, - довольная собой, тянет Кристина.
- И что же ты придумала? - спрашивает муж.
Мы были вместе с первого класса, поженились в восемнадцать, потеряли ребенка в двадцать девять. Но я думала, что у нас с мужем все хорошо, а он изменил мне с женой нашего лучшего друга. И если друг готов все спустить на тормозах и просто уйти, то я нет.
Я жажду мести, и я им отомщу, и плевать, что он того не стоит.
- Кристин, я дам тебе больше. Понимаешь это? Я дам тебе намного больше, чем он может тебе дать. Потому что ему на тебя плевать, а мне на тебя нет, - пытается уговорить ее муж, а я еле сдерживаюсь, чтобы не ворваться к любовничкам, и не расстроить их планы, которых особо и нет.
- Давай так, Кость, за полгода мы решаем все наши проблемы, и потом прижмем эту парочку так, что они сами нам все отдадут. И кстати, я даже знаю, как мне Сашу раскрутить, - довольная собой, тянет Кристина.
- И что же ты придумала? - спрашивает муж.
Мы были вместе с первого класса, поженились в восемнадцать, потеряли ребенка в двадцать девять. Но я думала, что у нас с мужем все хорошо, а он изменил мне с женой нашего лучшего друга. И если друг готов все спустить на тормозах и просто уйти, то я нет.
Я жажду мести, и я им отомщу, и плевать, что он того не стоит.
Захожу в номер. На полу — одежда: короткое платье, кружевной топ, мужская рубашка. Делаю шаг. И запах бьёт в нос. Мои духи. Те, что он подарил мне вчера.
Ещё шаг.
На кровати — она.
Я цепенею.
Он поднимает голову. В его глазах — ярость.
— Ты? Какого чёрта ты здесь делаешь?
Ещё шаг.
На кровати — она.
Я цепенею.
Он поднимает голову. В его глазах — ярость.
— Ты? Какого чёрта ты здесь делаешь?
– Мам, а давай вернёмся домой на два дня раньше и устроим папе сюрприз? – предлагает дочь.
Две недели назад наш папа подарил нам путёвки в санаторий. Предполагалось, что это будет семейный отпуск, но муж не смог поехать, ссылаясь на работу.
– Вот папа обрадуется! Он любит сюрпризы!
И я согласилась, ещё не зная, какой «сюрприз» ждёт нас…
Когда мы подходили к дому, машина мужа уже стояла на парковке.
– Папа домой приехал! – радуется дочь, набирая скорость. – Папочка! А вот и мы! Я так скучала по тебе!
Он обернулся на её голос, и одновременно с этим мир остановился… В руках мужа пригрелся крошечный малыш. Он совсем маленький – вот-вот родился!
– Пап, а кто это с тобой?
Он хотел было ответить, но его перебила девушка, высунувшись из машины:
– Это наш сыночек, познакомьтесь. А я – новая жена! Мы только что приехали из роддома. И теперь мы – его семья! А тебя и твою мать он не любит и никогда не любил!
– Папа? – в глазах дочери дрожат слёзы. – Это правда?!
Две недели назад наш папа подарил нам путёвки в санаторий. Предполагалось, что это будет семейный отпуск, но муж не смог поехать, ссылаясь на работу.
– Вот папа обрадуется! Он любит сюрпризы!
И я согласилась, ещё не зная, какой «сюрприз» ждёт нас…
Когда мы подходили к дому, машина мужа уже стояла на парковке.
– Папа домой приехал! – радуется дочь, набирая скорость. – Папочка! А вот и мы! Я так скучала по тебе!
Он обернулся на её голос, и одновременно с этим мир остановился… В руках мужа пригрелся крошечный малыш. Он совсем маленький – вот-вот родился!
– Пап, а кто это с тобой?
Он хотел было ответить, но его перебила девушка, высунувшись из машины:
– Это наш сыночек, познакомьтесь. А я – новая жена! Мы только что приехали из роддома. И теперь мы – его семья! А тебя и твою мать он не любит и никогда не любил!
– Папа? – в глазах дочери дрожат слёзы. – Это правда?!
Я — сирота, живу в общаге, никому не нужна. А он — генерал, который однажды схватил меня под дождём и назвал чужим именем — Аня. Потом я узнала правду: я — точная копия его погибшей любви, моей матери. И он запер меня в своём особняке, чтобы смотреть на её лицо в моих чертах.
— Ты видишь во мне только её призрак? — кричу я. — Отпусти!
Вадим сжимает мои плечи:
— Будешь делать так, как я сказал.
— А если нет? Зарежешь?
С этого момента начинается моя война с тюремщиком в погонах. Но когда ночью он приходит в мою комнату и стирает все границы, я понимаю: бежать я уже не хочу. И хуже всего — он знает об этом. Потому что теперь я не пленница. Я — его одержимость. И живое напоминание о той, кого он не смог спасти.
— Ты видишь во мне только её призрак? — кричу я. — Отпусти!
Вадим сжимает мои плечи:
— Будешь делать так, как я сказал.
— А если нет? Зарежешь?
С этого момента начинается моя война с тюремщиком в погонах. Но когда ночью он приходит в мою комнату и стирает все границы, я понимаю: бежать я уже не хочу. И хуже всего — он знает об этом. Потому что теперь я не пленница. Я — его одержимость. И живое напоминание о той, кого он не смог спасти.
— Ты переводил ей деньги?
— Кому?
— Моей сестре.
Он молчит. Секунда. Две.
— Ясна, давай без истерик…
— Семь лет, — перебиваю его. — Семь лет ты водил меня за нос.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что это? Благотворительность?
Он раздражённо выдыхает и отводит взгляд. И в этот момент мне уже не нужны никакие объяснения.
Я открыла общий счёт, к которому он сам меня подключил. Увидела переводы, даты, суммы. Годы. Пока я считала деньги и слушала про «тяжёлое время», он содержал мою сестру.
Муж оказался не просто предателем. Он жил двойной жизнью.
И теперь он уверен, что я соглашусь на его условия и тихо уйду ни с чем.
Вот только он не знает главного.
Я уже вижу, как забрать у него всё.
— Кому?
— Моей сестре.
Он молчит. Секунда. Две.
— Ясна, давай без истерик…
— Семь лет, — перебиваю его. — Семь лет ты водил меня за нос.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что это? Благотворительность?
Он раздражённо выдыхает и отводит взгляд. И в этот момент мне уже не нужны никакие объяснения.
Я открыла общий счёт, к которому он сам меня подключил. Увидела переводы, даты, суммы. Годы. Пока я считала деньги и слушала про «тяжёлое время», он содержал мою сестру.
Муж оказался не просто предателем. Он жил двойной жизнью.
И теперь он уверен, что я соглашусь на его условия и тихо уйду ни с чем.
Вот только он не знает главного.
Я уже вижу, как забрать у него всё.
Говорят, в этом поселке сама земля пропитана тоской.
Лилиана Смирнова лишь одна из многих, кому суждено сгинуть в нищете и безысходности.
Здесь орудует маньяк, от которого уже много лет не могут защитить местных девушек. Здесь прошлое хранит страшные тайны.
Но однажды ночью в ее жизни появляется Глеб Темнов, режиссер, который видит в ней не жертву обстоятельств, а девушку, способную на многое.
Он открывает ей дверь в другой мир, но плата за этот билет: ее сердце, тело и правда о ее семье.
Сможет ли невинная героиня довериться этому мужчине, и не сгореть в пламени его темных тайн?
Или ночь, подарившая им встречу, станет для нее последней?
Лилиана Смирнова лишь одна из многих, кому суждено сгинуть в нищете и безысходности.
Здесь орудует маньяк, от которого уже много лет не могут защитить местных девушек. Здесь прошлое хранит страшные тайны.
Но однажды ночью в ее жизни появляется Глеб Темнов, режиссер, который видит в ней не жертву обстоятельств, а девушку, способную на многое.
Он открывает ей дверь в другой мир, но плата за этот билет: ее сердце, тело и правда о ее семье.
Сможет ли невинная героиня довериться этому мужчине, и не сгореть в пламени его темных тайн?
Или ночь, подарившая им встречу, станет для нее последней?
💚🤍💚 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💚🤍💚
— Катерина, ты старая. Ты мне больше не нужна.
Тридцать пять свечей на моём торте ещё горят, когда муж объявляет при всех гостях, что подаёт на развод.
Он перечисляет мои морщины и лишние килограммы, когда в дверях моего дома появляется Она — двадцать пять лет, красное платье, полтора года тайных встреч.
Гости бесшумно исчезают, словно их никогда и не было. Дочь плачет у мамы на коленях.
Олег наклоняется к моему уху: «Улыбнись, Катя. Не позорься».
Он думает, я сломаюсь. Он забыл, что тринадцать лет брака — это не только борщи и сериалы. Это знание всех его тайн.
Я задуваю свечи.
И улыбаюсь.
Самое интересное только начинается.
— Катерина, ты старая. Ты мне больше не нужна.
Тридцать пять свечей на моём торте ещё горят, когда муж объявляет при всех гостях, что подаёт на развод.
Он перечисляет мои морщины и лишние килограммы, когда в дверях моего дома появляется Она — двадцать пять лет, красное платье, полтора года тайных встреч.
Гости бесшумно исчезают, словно их никогда и не было. Дочь плачет у мамы на коленях.
Олег наклоняется к моему уху: «Улыбнись, Катя. Не позорься».
Он думает, я сломаюсь. Он забыл, что тринадцать лет брака — это не только борщи и сериалы. Это знание всех его тайн.
Я задуваю свечи.
И улыбаюсь.
Самое интересное только начинается.
Выберите полку для книги