Книги в жанре «Драма» по тегу «skachat»
Касса фастфуда, два часа ночи.
— Терминал не работает. Кухня закрыта. Всего доброго.
Я думала, что больше никогда его не увижу. Такие, как Арсен Астахов, не возвращаются туда, где им сказали «нет».
А потом выяснилось, что папочка-миллиардер назначил его моим новым начальником. И у него ко мне предложение.
— Мне нужна фиктивная девушка. На один месяц. И мне нужна именно ты. Я оплачу твой университет.
Три правила: никаких чувств, никаких прикосновений, никаких поцелуев. Просто сделка.
Только с каждым днём держать дистанцию становится всё сложнее.
— Терминал не работает. Кухня закрыта. Всего доброго.
Я думала, что больше никогда его не увижу. Такие, как Арсен Астахов, не возвращаются туда, где им сказали «нет».
А потом выяснилось, что папочка-миллиардер назначил его моим новым начальником. И у него ко мне предложение.
— Мне нужна фиктивная девушка. На один месяц. И мне нужна именно ты. Я оплачу твой университет.
Три правила: никаких чувств, никаких прикосновений, никаких поцелуев. Просто сделка.
Только с каждым днём держать дистанцию становится всё сложнее.
Семь лет назад он растоптал меня, унизил, бросил, вернул мужу как ненужную игрушку. А теперь мы снова встретились. И я сделаю ему лучшую свадьбу в мире, а потом забуду навсегда.
- Илон, всё не так, как ты поняла.
- Да ну? – а это даже смешно. – И что я не так поняла? Что у тебя другая семья? Ларочка и Коленька, которому, на минуточку, три года!
Срываюсь на крик, сейчас с радостью вцепилась бы в его волосы и оттаскала. Выдыхаю, надо успокоиться. Держи себя в руках, Илона, этот ублюдок не стоит твоих эмоций. Тебе сейчас нужен покой.
- Малыш, позволь мне всё объяснить, прошу!
- Собираешься объяснять, в каких позах Коленьку зачали? – спрашиваю саркастично. – Избавь от подробностей.
- Илон, прекращай! – начинает злиться. – Да, так вышло, что я тебе изменил, это жизнь, понимаешь? Просто ты так помешалась на детях, что в какой-то момент это стало раздражать! Я не люблю её, поверь. Я не собирался делать ей ребёнка! Чёрт! Да я вообще детей не хочу и не хотел! Нам же так хорошо вдвоём было!
А это удар под дых.
Я вернулась домой счастливой будущей мамой, но узнала, что у мужа другая семья. Ухожу в никуда, нам с малышом такой папа не нужен.
- Да ну? – а это даже смешно. – И что я не так поняла? Что у тебя другая семья? Ларочка и Коленька, которому, на минуточку, три года!
Срываюсь на крик, сейчас с радостью вцепилась бы в его волосы и оттаскала. Выдыхаю, надо успокоиться. Держи себя в руках, Илона, этот ублюдок не стоит твоих эмоций. Тебе сейчас нужен покой.
- Малыш, позволь мне всё объяснить, прошу!
- Собираешься объяснять, в каких позах Коленьку зачали? – спрашиваю саркастично. – Избавь от подробностей.
- Илон, прекращай! – начинает злиться. – Да, так вышло, что я тебе изменил, это жизнь, понимаешь? Просто ты так помешалась на детях, что в какой-то момент это стало раздражать! Я не люблю её, поверь. Я не собирался делать ей ребёнка! Чёрт! Да я вообще детей не хочу и не хотел! Нам же так хорошо вдвоём было!
А это удар под дых.
Я вернулась домой счастливой будущей мамой, но узнала, что у мужа другая семья. Ухожу в никуда, нам с малышом такой папа не нужен.
– Я могу перевести тебе эту сумму прямо сейчас, – лениво отвечает Сергей, указав взглядом на свой навороченный смартфон. – Но что я получу взамен?
Сглатываю и отвожу взгляд. Чего-то подобного мне стоило от него ожидать.
– Я ведь сказала, что всё тебе верну, – произношу твёрдо. – Сразу же, как только продам квартиру.
– Неинтересно.
– Верну с процентами!
– Зачем мне твои копейки? – усмехается он.
Сжимаю кулаки под столом. Чёрт, мне нужны эти деньги…
– Говори прямо, чего ты хочешь?
– Тебя. В рабство. На один месяц. И мы договорились.
Попав в сложную ситуацию, я вынуждена обратиться за помощью к человеку, которого безумно любила в юности. Но он меня предал. За годы разлуки стал еще более жестоким и бездушным подонком. А я так и не смогла задавить в себе чувства к нему.
Сглатываю и отвожу взгляд. Чего-то подобного мне стоило от него ожидать.
– Я ведь сказала, что всё тебе верну, – произношу твёрдо. – Сразу же, как только продам квартиру.
– Неинтересно.
– Верну с процентами!
– Зачем мне твои копейки? – усмехается он.
Сжимаю кулаки под столом. Чёрт, мне нужны эти деньги…
– Говори прямо, чего ты хочешь?
– Тебя. В рабство. На один месяц. И мы договорились.
Попав в сложную ситуацию, я вынуждена обратиться за помощью к человеку, которого безумно любила в юности. Но он меня предал. За годы разлуки стал еще более жестоким и бездушным подонком. А я так и не смогла задавить в себе чувства к нему.
— Твоя цена — ты сама, Лиз. Будешь жить по моим правилам, — его голос звучит как приговор.
Три года назад он предал нашу любовь, поверив чужой лжи, и выбросил меня из своей жизни. Теперь, когда моей семье грозит смертельная опасность, мне пришлось самой прийти к нему на поклон.
Рустам — одержимый, властный, привыкший брать всё силой. Он думает, что купил меня и сломал. Но он еще не знает, что я храню секрет, который разрушит его правила. Под моим сердцем бьется ребенок. Его ребенок, о котором он никогда не должен узнать.
Три года назад он предал нашу любовь, поверив чужой лжи, и выбросил меня из своей жизни. Теперь, когда моей семье грозит смертельная опасность, мне пришлось самой прийти к нему на поклон.
Рустам — одержимый, властный, привыкший брать всё силой. Он думает, что купил меня и сломал. Но он еще не знает, что я храню секрет, который разрушит его правила. Под моим сердцем бьется ребенок. Его ребенок, о котором он никогда не должен узнать.
- Я видела вас сегодня, - говорю хрипло. Каждое слово по глотке ножом проходит. – Тебя и ту брюнетку у магазина для взрослых.
- Бред какой-то, - выдыхает Максим. – Увидела, придумала измену на пустом месте, взяла сына и сбежала? Вер, я не думал, что ты у меня такая фантазёрка.
- Да, пусть я фантазёрка, дура, истеричка – как хочешь, так и называй. Твоя переписка, твои командировки… Не хотела верить, пока своими глазами вас не увидела. Прояви уважение, скажи правду.
Он молчит слишком долго, а мне больше нечего ему сказать. По крайней мере, сейчас.
- Я тебе всё объясню, - отвечает он наконец. – Возвращайтесь домой, пожалуйста. Ты не так всё поняла.
Муж искал острые ощущения на стороне. Устрою ему такой экстрим, что он сто раз пожалеет об измене!
- Бред какой-то, - выдыхает Максим. – Увидела, придумала измену на пустом месте, взяла сына и сбежала? Вер, я не думал, что ты у меня такая фантазёрка.
- Да, пусть я фантазёрка, дура, истеричка – как хочешь, так и называй. Твоя переписка, твои командировки… Не хотела верить, пока своими глазами вас не увидела. Прояви уважение, скажи правду.
Он молчит слишком долго, а мне больше нечего ему сказать. По крайней мере, сейчас.
- Я тебе всё объясню, - отвечает он наконец. – Возвращайтесь домой, пожалуйста. Ты не так всё поняла.
Муж искал острые ощущения на стороне. Устрою ему такой экстрим, что он сто раз пожалеет об измене!
— Ты проиграла те скачки, горянка. По условиям пари ты добровольно вошла в мой дом. И теперь ты моя жена.
— Я проиграла спор, но не свою душу. Если ты перешагнешь черту сейчас, когда я говорю тебе «нет» — ты будешь просто насильником. Ты получишь лишь красивый труп в своей постели.
— Хорошо. Силой я тебя не возьму. Я умею ждать. Но запомни: наступит день, и ты придешь ко мне сама...
Я — Седа, гордая дочь кузнеца и дипломированный ветеринар. Проиграв безумное пари на скачках, я была вынуждена войти в его дом как законная жена. Не поверив моему слову, он выгнал меня с позором. Одна, без денег и помощи, в ледяной метели Дальнего Востока я выжила и родила сына — он точная копия своего отца. Но Волк напал на след своей дикой птицы. Аслан был шокирован, увидев у моих ног ребенка, но я больше не та девчонка, что проиграла спор.Нашу главную войну характеров ты только что начал, Аслан. И на этот раз ты её проиграешь.
— Я проиграла спор, но не свою душу. Если ты перешагнешь черту сейчас, когда я говорю тебе «нет» — ты будешь просто насильником. Ты получишь лишь красивый труп в своей постели.
— Хорошо. Силой я тебя не возьму. Я умею ждать. Но запомни: наступит день, и ты придешь ко мне сама...
Я — Седа, гордая дочь кузнеца и дипломированный ветеринар. Проиграв безумное пари на скачках, я была вынуждена войти в его дом как законная жена. Не поверив моему слову, он выгнал меня с позором. Одна, без денег и помощи, в ледяной метели Дальнего Востока я выжила и родила сына — он точная копия своего отца. Но Волк напал на след своей дикой птицы. Аслан был шокирован, увидев у моих ног ребенка, но я больше не та девчонка, что проиграла спор.Нашу главную войну характеров ты только что начал, Аслан. И на этот раз ты её проиграешь.
Марк осекся на полуслове, взгляд замер на её ключице.
— Твоя тату… — его голос сорвался на хрип. — Яд в каждом слове, да? Ты и в жизни такая же, Алиса. Сама ищешь способ ужалить побольнее.
— А ты боишься яда, Марк? — прошептала она, глядя ему прямо в глаза. — Или боишься, что он тебе понравится?
Марк тяжело сглотнул, его пальцы непроизвольно дернулись.
Алиса — писательница-миллионница, которая прячется от реальности за сюжетами собственных детективов и псевдонимом Элла Стоун. Но когда книжные кошмары оживают и за ней начинает охоту реальный маньяк, на её пути встает новый сосед сверху — Марк. Он профайлер, человек, который привык видеть людей насквозь и профессионально распознавать ложь. Теперь Алиса вынуждена подчиниться жесткому протоколу безопасности и терпеть в своей квартире циничного защитника в режиме «тотального контроля 24/7». По правилам Марка, между ними не должно быть ничего личного, но взаимное раздражение быстро превращается в опасное, наэлектризованное притяжение
— Твоя тату… — его голос сорвался на хрип. — Яд в каждом слове, да? Ты и в жизни такая же, Алиса. Сама ищешь способ ужалить побольнее.
— А ты боишься яда, Марк? — прошептала она, глядя ему прямо в глаза. — Или боишься, что он тебе понравится?
Марк тяжело сглотнул, его пальцы непроизвольно дернулись.
Алиса — писательница-миллионница, которая прячется от реальности за сюжетами собственных детективов и псевдонимом Элла Стоун. Но когда книжные кошмары оживают и за ней начинает охоту реальный маньяк, на её пути встает новый сосед сверху — Марк. Он профайлер, человек, который привык видеть людей насквозь и профессионально распознавать ложь. Теперь Алиса вынуждена подчиниться жесткому протоколу безопасности и терпеть в своей квартире циничного защитника в режиме «тотального контроля 24/7». По правилам Марка, между ними не должно быть ничего личного, но взаимное раздражение быстро превращается в опасное, наэлектризованное притяжение
Он не должен был её замечать. Она не должна была его бояться.
Максим Волков потерял всё пять лет назад. Он живёт в пустом доме, не подпускает никого. Никто не знает, что под дорогим костюмом — старый шрам и привычка не привязываться. Но в тот вечер он слышит её смех.
Она —администратор в его клубе. Женщина, которая прячется от прошлого: от мужа, который находил её везде, от матери, которая говорила «сама виновата», от собственного тела, которое она давно перестала считать своим. Она умеет быть незаметной. Умеет улыбаться, когда страшно. Умеет молчать, когда хочется кричать. Но иногда смех прорывается сам — громкий, живой, настоящий. И именно этот смех слышит тот, кто давно никого не слушал.
Это история о двух людях, которые давно перестали верить, что заслуживают любви. О том, как страх быть увиденным борется с желанием быть нужным. И о том, что иногда чужая боль — это единственное, что помогает исцелиться.
Максим Волков потерял всё пять лет назад. Он живёт в пустом доме, не подпускает никого. Никто не знает, что под дорогим костюмом — старый шрам и привычка не привязываться. Но в тот вечер он слышит её смех.
Она —администратор в его клубе. Женщина, которая прячется от прошлого: от мужа, который находил её везде, от матери, которая говорила «сама виновата», от собственного тела, которое она давно перестала считать своим. Она умеет быть незаметной. Умеет улыбаться, когда страшно. Умеет молчать, когда хочется кричать. Но иногда смех прорывается сам — громкий, живой, настоящий. И именно этот смех слышит тот, кто давно никого не слушал.
Это история о двух людях, которые давно перестали верить, что заслуживают любви. О том, как страх быть увиденным борется с желанием быть нужным. И о том, что иногда чужая боль — это единственное, что помогает исцелиться.
– Я люблю тебя! – решаюсь на откровение.
– Лена, остановись, – хмурится мужчина.
– Нет! Знаю, что не должна. Это неправильно. Не после того, как я с твоим сыном...
– Прекрати! Ты не в себе!
– Нет, пап, погоди, – вдруг раздается со стороны дверей. – Пусть договаривает. Интересно же! Продолжай, Лен. Так что мы там с тобой?..
***
Этот мужчина появился в моей жизни, когда в ней не осталось никого и ничего, кроме окончательно съехавшего с катушек психа-отчима и проблем с деньгами. Леша защитил, помог, не дал окончательно отчаяться и сломаться.
Так я влюбилась. И сразу очутилась между двух огней: бывшим парнем, чувства которого отвергла, и его отцом, о котором больше не могла не думать.
Любимый намного старше меня. Но однажды все изменилось!
– Лена, остановись, – хмурится мужчина.
– Нет! Знаю, что не должна. Это неправильно. Не после того, как я с твоим сыном...
– Прекрати! Ты не в себе!
– Нет, пап, погоди, – вдруг раздается со стороны дверей. – Пусть договаривает. Интересно же! Продолжай, Лен. Так что мы там с тобой?..
***
Этот мужчина появился в моей жизни, когда в ней не осталось никого и ничего, кроме окончательно съехавшего с катушек психа-отчима и проблем с деньгами. Леша защитил, помог, не дал окончательно отчаяться и сломаться.
Так я влюбилась. И сразу очутилась между двух огней: бывшим парнем, чувства которого отвергла, и его отцом, о котором больше не могла не думать.
Любимый намного старше меня. Но однажды все изменилось!
Подборка книг
Выберите полку для книги