Книги в жанре «Драма» по тегу «skachat»

Один контракт. Три месяца. Ноль эмоций. Так думали оба. Полине нужны деньги на операцию матери, мажору Кириллу — чтобы отец отстал. Жизнь под одной крышей рушит планы: случайные касания в лифте, ночные разговоры на кухне, его взгляд, от которого пересыхает в горле. Фиктивные отношения трещат, когда игра перестаёт быть игрой. Что делать, если понарошку становится по-настоящему, а завтра контракт истекает? Честно, жарко до мурашек, трогает до слёз — не оторваться до последней страницы.

Она сбежала от токсичного начальника в глушь, а в наследство получила не только дом с печкой, но и должность местной свахи. Первый клиент — угрюмый, небритый, до невозможности притягательный Егор. Ему нужна невеста по расчёту, чтобы спасти хозяйство. У них месяц, восемь свиданий в бане под луной и на сеновале — и строгий запрет на чувства. Но когда вся деревня уже делает ставки, а вареники летят в ссору, планы летят к чертям. Честно, жарко, смешно, трогает до слёз — не оторваться.

Лиза верила, что у неё идеальный брак. Пока на пороге не появилась трёхлетняя девочка с глазами её мужа и запиской: «Это твоя дочь». Мир рушится, а муж теряет голову от отцовства. Ей предстоит выбор: бороться или сдаться. Но чем больше времени она проводит с этой малышкой, тем яснее: возможно, именно этот ребёнок — шанс научиться любить по-настоящему. Честно, трогает до слёз, будоражит — химия нежности и боли не отпускает до последней страницы.

Он — капитан хоккейной команды, чья ярость сметает всех. Она — тихая художница, согласившаяся на портрет от его матери. Ей нужны деньги, ему — модель. Она не боится его льда, он впервые встречает ту, кому плевать на славу. Но у Алисы секрет: три года назад она потеряла любимого на этом льду. Сможет ли Демид растопить её страх? Честно, жарко до мурашек, напряжение до разрыва — химия такая, что лёд плавится. Не оторваться ни на секунду.

Дейзи никогда не верила в судьбу. Для неё всё было просто: случайные встречи, случайные люди и чувства, которые со временем проходят. Но после знакомства с Тео её жизнь начинает меняться.
Незнакомые улицы вдруг кажутся знакомыми. Случайные слова отзываются странной болью в сердце. А иногда ей кажется, будто она уже проживала эти моменты раньше.
Чем ближе становится Тео, тем сильнее Дейзи чувствует, что между ними есть нечто большее, чем обычная симпатия. Их тянет друг к другу так, словно сама судьба снова и снова сталкивает их на одном пути. Но вместе с этим приходит необъяснимый страх — будто за их встречей скрывается тайна, которую лучше не раскрывать.

Это история о любви, которая не исчезает даже тогда, когда должна была остаться в прошлом. О воспоминаниях, которые невозможно объяснить. О выборе между сердцем и спокойной жизнью.
Некоторые люди приходят в нашу жизнь случайно. А некоторые — чтобы изменить её навсегда.

— Ты отработаешь у меня его долг, юрист, — в тёмных чеченских глазах Аслана Исаева полыхает опасный азарт. — С этого дня ты принадлежишь моему дому.
Мой брат-балбес снова вляпался, и теперь его жизнь зависит от чеченского миллионера с бешеным темпераментом. Но я не собираюсь ломаться перед этим львом. Я хладнокровно двигаю к нему официальный документ:
— Убирать, стирать, кофе подавать — пожалуйста. Но если спать с вами — ищите другую. Пишем контракт: интим под запретом.
— По рукам, — хищно усмехается он, ставя свою подпись. — Но я найду лазейку в твоей бумажке, отличница. И ты сама будешь умолять меня её переписать.
Он думал, что купил меня. Но упрямая львица в гневе страшнее льва. Наша игра на выживание началась, и пути назад больше нет.

— Жанна Сергеевна. — Он тоже поднялся. — Мы с вами раньше не встречались?

Вот оно.

Я подняла на него глаза и отмерила себе две секунды — вежливость к незнакомому человеку. Внутри всё стояло на цыпочках. Сказать «нет» — соврать при единственном свидетеле, знающем правду. Сказать «да» — открыть дверь, а за дверью одиннадцать лет и Казанский вокзал.

Он ждал. Спокойно, с прямой спиной, и в этом спокойствии было что-то от врача, привыкшего к чужой боли на приёме.

Я выбрала третье.

— У меня плохая память на лица, Максим Андреевич. Профессиональное. Я помню коммиты.

Секунду он молчал.

Потом сказал, тише и без служебной интонации:

— А я тебя помню.

«Тебя».

За тревогой—усталость от борьбы с собой. Моя книга—истории первых шагов. Перемены—когда слышишь себя

Третьи сутки льёт дождь, окопы размыты, и сержант Джек Харрисон готовит своих людей к ночному рейду в тыл врага. Война требует от них последнего: идти сквозь грязь и смерть, не оглядываясь. Но когда приказ выполнен, а тишина опускается на поле боя, Джек оказывается на краю, где кончаются надежды и начинается только следующий шаг. Что остаётся человеку, когда война забирает всё, ради чего он воевал, и даже мир приносит лишь пустоту?

Следующие три недели я жила одна. Ходила на работу — я занималась маркетингом в строительной компании, скучно, но платили хорошо. Ходила в зал. Готовила себе ужины. Читала. Спала одна на широкой кровати и не раскидывалась по диагонали, потому что не перед кем было изображать равнодушие.
Это было странно. Непривычно. В двадцать лет я не могла пробыть одна больше двух дней. Всегда кто-то был рядом. Мальчик, мужчина, любовник. Кто угодно. Лишь бы не тишина. Лишь бы не оставаться наедине с собой. Потому что в тишине слышно, как скрипят шестерёнки в голове. Как что-то не сходится. Как ты не та, кем себя считаешь.
Но я выдержала. Три недели. Без мужских рук. Без чужого дыхания на своей коже. Без необходимости быть чьей-то. Своей. Только своей.
И в конце третьей недели я поняла: мне не нужно было ни бросать Артёма, ни изменять ему. Мне нужно было сказать...