Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
- Оглохла, Колючка? Я сказал, стой.
- А я сказала – отвали, мажор! Ты больной на всю голову!
- Да? А чего тогда дрожишь, когда я подхожу? - прижимаю её к стене, глядя прямо в злые, горящие глаза и укладывая руку на её задницу. - Бешу тебя?
- Ненавижу, - толкает с силой в грудь.
- Отлично. Значит, скоро влюбишься.
В нашем универе все помешаны на «Вызове». Дикая игра, где элита выполняет задания на камеру. Мой новый фант - развести на чувства эту колючую новенькую. Пацаны ржали:
«Слейся, Мага, она тебя зароет».
Да пошли они на хрен! Я никогда не проигрываю.
Вот только система дала жёсткий сбой. Выиграв спор, я влип сам. И теперь готов отдать все свои бабки, лишь бы она никогда не увидела то грёбаное видео, с которого всё началось.
- А я сказала – отвали, мажор! Ты больной на всю голову!
- Да? А чего тогда дрожишь, когда я подхожу? - прижимаю её к стене, глядя прямо в злые, горящие глаза и укладывая руку на её задницу. - Бешу тебя?
- Ненавижу, - толкает с силой в грудь.
- Отлично. Значит, скоро влюбишься.
В нашем универе все помешаны на «Вызове». Дикая игра, где элита выполняет задания на камеру. Мой новый фант - развести на чувства эту колючую новенькую. Пацаны ржали:
«Слейся, Мага, она тебя зароет».
Да пошли они на хрен! Я никогда не проигрываю.
Вот только система дала жёсткий сбой. Выиграв спор, я влип сам. И теперь готов отдать все свои бабки, лишь бы она никогда не увидела то грёбаное видео, с которого всё началось.
Она: Он выводит меня из себя. Его взгляд – вызов. Его слово – пощёчина. Но когда он рядом, моё сердце сходит с ума.
Он: Я должен держать дистанцию. Но когда она рядом, мне хочется нарушить каждое правило, которое я сам придумал.
Сводный ворвался в мою комнату и толкнул на кровать...
Он: Я должен держать дистанцию. Но когда она рядом, мне хочется нарушить каждое правило, которое я сам придумал.
Сводный ворвался в мою комнату и толкнул на кровать...
– Ты разве еще не слышала? – он делает шаг ближе, и я инстинктивно отступаю. Пячусь к стене. – О нашем маленьком пари.
– Ты... – слова застревают в горле. – Ты лжешь.
– Ты говорила, что тебя нельзя купить, – его голос становится тише, интимнее, и от этого мне только страшнее. – Помнишь? «Я не продаюсь». Такая гордая. Такая неприступная.
Ты стоила дешевле, чем я думал. Всего-то и нужно было дать тебе мелочи вроде мнимой заботы. Вроде глупой болтовни о книгах твоей мертвой мамочки.
– Ты... чудовище, – выдавливаю я.
– Возможно, – он пожимает плечами. – Но знаешь, что самое любопытное?
– То, что ты уже хочешь меня, – шепчет он, и его язык скользит по моей нижней губе – быстро, дерзко, обжигающе. – Ненавидишь, но все равно хочешь. И ты сама это знаешь.
– Ты... – слова застревают в горле. – Ты лжешь.
– Ты говорила, что тебя нельзя купить, – его голос становится тише, интимнее, и от этого мне только страшнее. – Помнишь? «Я не продаюсь». Такая гордая. Такая неприступная.
Ты стоила дешевле, чем я думал. Всего-то и нужно было дать тебе мелочи вроде мнимой заботы. Вроде глупой болтовни о книгах твоей мертвой мамочки.
– Ты... чудовище, – выдавливаю я.
– Возможно, – он пожимает плечами. – Но знаешь, что самое любопытное?
– То, что ты уже хочешь меня, – шепчет он, и его язык скользит по моей нижней губе – быстро, дерзко, обжигающе. – Ненавидишь, но все равно хочешь. И ты сама это знаешь.
- Красавица, сама проснёшься? Или поцелуями разбудить?
Вздрагиваю и чуть не падаю с кровати!
Откуда в моём загородном доме незнакомый кавказец?
Стоит передо мной в одном полотенце, поигрывает мышцами.
- Что вы здесь делаете? Как вы сюда попали?
Он чуть наклоняется, стягивает с меня одеяло.
Оценивает взглядом.
- Красавица, неправильные вопросы задаёшь. Важно не то, как я сюда попал. Важно то, что я с тобой сделаю...
Сегодня этот опасный горец ворвался в мой дом, а завтра от него будет зависеть не только моё будущее, но и жизнь моей семьи. И, чтобы спасти родных, мне придётся пожертвовать самым дорогим...
Вздрагиваю и чуть не падаю с кровати!
Откуда в моём загородном доме незнакомый кавказец?
Стоит передо мной в одном полотенце, поигрывает мышцами.
- Что вы здесь делаете? Как вы сюда попали?
Он чуть наклоняется, стягивает с меня одеяло.
Оценивает взглядом.
- Красавица, неправильные вопросы задаёшь. Важно не то, как я сюда попал. Важно то, что я с тобой сделаю...
Сегодня этот опасный горец ворвался в мой дом, а завтра от него будет зависеть не только моё будущее, но и жизнь моей семьи. И, чтобы спасти родных, мне придётся пожертвовать самым дорогим...
— Алиса, почему ты плачешь на балконе? Что этот придурок сделал?
— Макс пришёл на мой день рождения с другой… сказал, что я скучная.
— Я убью его.
— Не надо, Кирилл.
— Тогда поехали с нами. Будешь под присмотром.
— Вы серьёзно? Мы же… сводные.
— И что? Кровь не главное. Ты — наша. И никто больше не посмеет тебя тронуть.
— Макс пришёл на мой день рождения с другой… сказал, что я скучная.
— Я убью его.
— Не надо, Кирилл.
— Тогда поехали с нами. Будешь под присмотром.
— Вы серьёзно? Мы же… сводные.
— И что? Кровь не главное. Ты — наша. И никто больше не посмеет тебя тронуть.
Я всегда думала, что знаю, что такое любовь.
А потом я застала своего мужа с моей лучшей подругой на нашем кухонном столе. И весь мой мир рухнул, обнажив под собой бездну, о которой я даже не подозревала.
В тот же вечер я оказалась в кабинете своего свекра — Сергея Аркадьевича. Врача. Отчима Димы.
Человека, который всегда был для меня близок. Я рыдала, кричала о своей боли, о том, как мне стыдно за свою скучную жизнь. А он смотрел на меня как на женщину, которой не хватает страсти. И предложил мне игру.
Игру для раскрытия моей истинной сути.
А потом я застала своего мужа с моей лучшей подругой на нашем кухонном столе. И весь мой мир рухнул, обнажив под собой бездну, о которой я даже не подозревала.
В тот же вечер я оказалась в кабинете своего свекра — Сергея Аркадьевича. Врача. Отчима Димы.
Человека, который всегда был для меня близок. Я рыдала, кричала о своей боли, о том, как мне стыдно за свою скучную жизнь. А он смотрел на меня как на женщину, которой не хватает страсти. И предложил мне игру.
Игру для раскрытия моей истинной сути.
— Знаете, что я здесь подумал... — патриарх семьи поднимает на нас тяжелый, цепкий взгляд. — Так я от вас внуков не дождусь. Вам надо переехать.
— Что? — мы с бывшим мужем вскидываемся абсолютно синхронно.
— Будете жить здесь. Месяц. Понятно?
Два года назад он вышвырнул меня из своей жизни, поверив жестокой лжи. А теперь этот самовлюбленный мерзавец заявляется ко мне с ультиматумом: я снова должна надеть маску его любящей жены.
Мы с бывшим ненавидим друг друга. У него уже есть новая женщина. А меня раздирает желание отомстить.
Но дед требует правнука и круглосуточного совместного проживания. И теперь мы заперты в одной клетке на целый месяц...
Вот только изображать страсть становится всё опаснее, особенно когда всплывают грязные тайны нашего разрыва.
— Что? — мы с бывшим мужем вскидываемся абсолютно синхронно.
— Будете жить здесь. Месяц. Понятно?
Два года назад он вышвырнул меня из своей жизни, поверив жестокой лжи. А теперь этот самовлюбленный мерзавец заявляется ко мне с ультиматумом: я снова должна надеть маску его любящей жены.
Мы с бывшим ненавидим друг друга. У него уже есть новая женщина. А меня раздирает желание отомстить.
Но дед требует правнука и круглосуточного совместного проживания. И теперь мы заперты в одной клетке на целый месяц...
Вот только изображать страсть становится всё опаснее, особенно когда всплывают грязные тайны нашего разрыва.
Максим стоял в дверях переговорной, расстегнув пиджак и ослабив галстук, и смотрел на меня так, что у меня внутри всё перевернулось.
– Анастасия, – произнёс он, голос его прозвучал тихо, почти интимно. – Задержитесь на минуту. Есть разговор.
Я поставила бокал на стол и последовала за ним. Переговорная была погружена в полумрак – только свет от уличных фонарей проникал через панорамные окна, рисуя на полу длинные тени. Максим закрыл дверь, щелчок замка прозвучал в тишине как выстрел.
– Я искал тебя, – сказал он, прислоняясь к столу и складывая руки на груди, в этой расслабленной позе было столько уверенности, что я невольно залюбовалась. – Ты забыла салфетку. Я хотел вернуть.
– Салфетку, – повторила я, мой голос прозвучал на удивление ровно, хотя сердце уже отбивало чечётку где-то в горле. – Серьёзно? Ты искал меня, чтобы вернуть салфетку?
– Анастасия, – произнёс он, голос его прозвучал тихо, почти интимно. – Задержитесь на минуту. Есть разговор.
Я поставила бокал на стол и последовала за ним. Переговорная была погружена в полумрак – только свет от уличных фонарей проникал через панорамные окна, рисуя на полу длинные тени. Максим закрыл дверь, щелчок замка прозвучал в тишине как выстрел.
– Я искал тебя, – сказал он, прислоняясь к столу и складывая руки на груди, в этой расслабленной позе было столько уверенности, что я невольно залюбовалась. – Ты забыла салфетку. Я хотел вернуть.
– Салфетку, – повторила я, мой голос прозвучал на удивление ровно, хотя сердце уже отбивало чечётку где-то в горле. – Серьёзно? Ты искал меня, чтобы вернуть салфетку?
— С днём рож... — поздравление застряло на полуслове, когда она увидела стоящего Ясю в одном полотенце, держащемся на честном слове в районе бедер.
— Даже так, Рыбкина... — мужские руки потянулись к ткани.
— Нет... — закрыла Алиса глаза, — Яся, стой! Не смей!
— Рыбка, посмотри на меня.
— Остановись, то, что ты делаешь, неправильно.
— Алис, для кого неправильно? Когда мне не было восемнадцати, может быть, да, но и тогда мне было наплевать на чужое мнение. Ты хочешь того же. Я это чувствую.
— Ты безумен. Не усложняй, иначе мне придется держаться от тебя подальше.
— Отпусти себя и падай со мной. Давай согрешим.
Елисей слишком долго был для неё "мальчиком". Спустя годы он вернулся мужчиной. С одним-единственным желанием: упасть к её ногам и больше никогда не вставать. Даже если мать проклянет его, даже если Алиса скажет "нет" — он уже сделал свой выбор. Его сердце на волоске, и этот волосок держит только она.
— Даже так, Рыбкина... — мужские руки потянулись к ткани.
— Нет... — закрыла Алиса глаза, — Яся, стой! Не смей!
— Рыбка, посмотри на меня.
— Остановись, то, что ты делаешь, неправильно.
— Алис, для кого неправильно? Когда мне не было восемнадцати, может быть, да, но и тогда мне было наплевать на чужое мнение. Ты хочешь того же. Я это чувствую.
— Ты безумен. Не усложняй, иначе мне придется держаться от тебя подальше.
— Отпусти себя и падай со мной. Давай согрешим.
Елисей слишком долго был для неё "мальчиком". Спустя годы он вернулся мужчиной. С одним-единственным желанием: упасть к её ногам и больше никогда не вставать. Даже если мать проклянет его, даже если Алиса скажет "нет" — он уже сделал свой выбор. Его сердце на волоске, и этот волосок держит только она.
— Попалась, зайка, — ухмыляюсь, наблюдая, как в карих, широко распахнутых глазах, тонут золотистые блики подсветки. — Помнишь, я говорил, что ты ответишь мне за свою выходку?
— Платон, не надо… — упираясь руками мне в грудь, шепчет Любовь.
— Тебе не сбежать, — я тоже перехожу на шепот. Ощущения разрывают изнутри. Бурлят. Разносятся огнем по всему телу и мощной волной устремляются в пах. — Отдашь должок и будешь свободна.
***
Она временно устроилась к нам домработницей. Милая, невинная девчонка, которую мне нельзя трогать. Но в первую же ночь я нарушил все правила и чуть не затащил ее в постель. Тогда я даже не думал, что мой интерес перерастет во что-то большее. Если вовремя не остановиться – будет жесткий скандал. Проблема лишь в том, что останавливаться я не собираюсь.
⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀
• Богатый парень и простая девушка
• Любовь и юмор
• Первая любовь
ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ! В КНИГЕ ПРИСУТСТВУЕТ НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА И ПОСТЕЛЬНЫЕ СЦЕНЫ! СТРОГО 18
— Платон, не надо… — упираясь руками мне в грудь, шепчет Любовь.
— Тебе не сбежать, — я тоже перехожу на шепот. Ощущения разрывают изнутри. Бурлят. Разносятся огнем по всему телу и мощной волной устремляются в пах. — Отдашь должок и будешь свободна.
***
Она временно устроилась к нам домработницей. Милая, невинная девчонка, которую мне нельзя трогать. Но в первую же ночь я нарушил все правила и чуть не затащил ее в постель. Тогда я даже не думал, что мой интерес перерастет во что-то большее. Если вовремя не остановиться – будет жесткий скандал. Проблема лишь в том, что останавливаться я не собираюсь.
⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀
• Богатый парень и простая девушка
• Любовь и юмор
• Первая любовь
ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ! В КНИГЕ ПРИСУТСТВУЕТ НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА И ПОСТЕЛЬНЫЕ СЦЕНЫ! СТРОГО 18
Выберите полку для книги