Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «besplatnie»
– Кто тебе позволил в мой кабинет девиц водить? – рычит мужчина на сына.
– Раз ко мне привел, значит, со мной и останется! – заявляет и за талию меня стискивает.
Визжу отчаянно. По груди ему кулаками молочу. Словно в стену бью. Смотрит на меня, ухмыляется.
– Отец, оставь ее. Аня – моя девушка, – отмирает Сергей.
Отпускать меня даже не пытается. Рукой за затылок берет. Голову запрокидывает и к себе притягивает. Горячим дыханием шею опаляет.
– Зачем тебе этот слюнтяй, малышка? – прямо в губы мне шепчет. – Моей будешь. В деньгах искупаю. Любой каприз оплачу.
– Отец, отпусти ее, – повторяет Сергей гневно.
– Выйди и дверь закрой, – требует монстр отрывисто.
Однокурсник предложил мне сделку. Я изображаю его девушку, а он устраивает мне престижную стажировку. Что могло пойти не так? Абсолютно все. Парень увлекся мной по-настоящему, а я, кажется, влюбилась в его отца.
– Раз ко мне привел, значит, со мной и останется! – заявляет и за талию меня стискивает.
Визжу отчаянно. По груди ему кулаками молочу. Словно в стену бью. Смотрит на меня, ухмыляется.
– Отец, оставь ее. Аня – моя девушка, – отмирает Сергей.
Отпускать меня даже не пытается. Рукой за затылок берет. Голову запрокидывает и к себе притягивает. Горячим дыханием шею опаляет.
– Зачем тебе этот слюнтяй, малышка? – прямо в губы мне шепчет. – Моей будешь. В деньгах искупаю. Любой каприз оплачу.
– Отец, отпусти ее, – повторяет Сергей гневно.
– Выйди и дверь закрой, – требует монстр отрывисто.
Однокурсник предложил мне сделку. Я изображаю его девушку, а он устраивает мне престижную стажировку. Что могло пойти не так? Абсолютно все. Парень увлекся мной по-настоящему, а я, кажется, влюбилась в его отца.
Двенадцать лет я делала ему имя. Сегодня — гала-вечер в честь годовщины нашей компании. Двести гостей, весь город. Его триумф. Я подготовила всё сама.
За пару часов до выхода захожу в VIP-зону. Дверь приоткрыта.
— Ты же понимаешь — у Марины своя роль. — Пауза. Он наклоняет голову к ней. — Она подрядчик, который сделал мне имя. Подрядчику платят, и забывают про него.
Они смеются.
Я не роняю планшет. Не плачу. Внутри становится очень тихо и очень ясно.
Потому что договор аренды площадки — мой. Трансляция — моя. Свет, гостевой список, финальный ролик — всё подписано мной.
Вечер состоится. Точно по плану. По моему.
Ты назвал меня подрядчиком, милый. Хорошо. Посмотрим, что умеет подрядчик, который оформлял все договоры.
За пару часов до выхода захожу в VIP-зону. Дверь приоткрыта.
— Ты же понимаешь — у Марины своя роль. — Пауза. Он наклоняет голову к ней. — Она подрядчик, который сделал мне имя. Подрядчику платят, и забывают про него.
Они смеются.
Я не роняю планшет. Не плачу. Внутри становится очень тихо и очень ясно.
Потому что договор аренды площадки — мой. Трансляция — моя. Свет, гостевой список, финальный ролик — всё подписано мной.
Вечер состоится. Точно по плану. По моему.
Ты назвал меня подрядчиком, милый. Хорошо. Посмотрим, что умеет подрядчик, который оформлял все договоры.
Официант улыбается. Взгляд скользит по нашему столику и останавливается на мне.
— Просили передать девушке в красном.
Вика переводит взгляд на меня. Я замираю.
Сегодня девушка в красном — это я.
— От кого? — спрашиваю.
Хотя уже знаю ответ. Спиной чувствую взгляд, прожигающий лопатки.
Официант наклоняется чуть ниже и говорит свистящим шепотом:
— Руслан Хасанов просит передать, что вы очень красивы. И ждет вас в VIP-комнате.
Мне надо было сказать «да». Но я сбежала. Думала, что на этом всё кончилось.
Я не знала, что Хасанову отказывать нельзя.
— Просили передать девушке в красном.
Вика переводит взгляд на меня. Я замираю.
Сегодня девушка в красном — это я.
— От кого? — спрашиваю.
Хотя уже знаю ответ. Спиной чувствую взгляд, прожигающий лопатки.
Официант наклоняется чуть ниже и говорит свистящим шепотом:
— Руслан Хасанов просит передать, что вы очень красивы. И ждет вас в VIP-комнате.
Мне надо было сказать «да». Но я сбежала. Думала, что на этом всё кончилось.
Я не знала, что Хасанову отказывать нельзя.
Дверь в спальню была приоткрыта. Милена просто коснулась её ладонью, и дверь отошла.
В спальне были двое — ее муж и жгучая брюнетка.
Скомканные простыни, запах любви и вина — всё это ударило в нос, в глаза, в самую душу.
— Что происходит? — выдохнула Милена. Голос прозвучал сипло, чуждо, будто был не её.
Роман увидел её первым. На его лице промелькнула тень испуга. Он сел, нервным жестом провёл рукой по волосам и посмотрел на Милену с неприкрытой злобой.
— О, явилась — не запылилась, — процедил он сквозь зубы. — Света, не обращай внимания, я сейчас выставлю её за дверь.
В груди Милены что-то оборвалось. Она даже не сразу поняла смысл его слов.
— Роман… — голос её дрогнул, сорвался, она сделала шаг вперёд, всё ещё сжимая в руке тюльпаны. — Ты же должен быть на работе. Ты… ты написал мне, что будешь поздно!
— О, Господи, только не начинай! — он закатил глаза с отвращением. — Ты сама меня довела до этого. Я сколько раз говорил — мне тебя не хватает. И вот — я нашел тебе замену...
В спальне были двое — ее муж и жгучая брюнетка.
Скомканные простыни, запах любви и вина — всё это ударило в нос, в глаза, в самую душу.
— Что происходит? — выдохнула Милена. Голос прозвучал сипло, чуждо, будто был не её.
Роман увидел её первым. На его лице промелькнула тень испуга. Он сел, нервным жестом провёл рукой по волосам и посмотрел на Милену с неприкрытой злобой.
— О, явилась — не запылилась, — процедил он сквозь зубы. — Света, не обращай внимания, я сейчас выставлю её за дверь.
В груди Милены что-то оборвалось. Она даже не сразу поняла смысл его слов.
— Роман… — голос её дрогнул, сорвался, она сделала шаг вперёд, всё ещё сжимая в руке тюльпаны. — Ты же должен быть на работе. Ты… ты написал мне, что будешь поздно!
— О, Господи, только не начинай! — он закатил глаза с отвращением. — Ты сама меня довела до этого. Я сколько раз говорил — мне тебя не хватает. И вот — я нашел тебе замену...
БЕСПЛАТНО Она была идеальной женой. Умной, красивой, терпеливой. Годами жертвовала собой ради семьи, пока однажды не поняла: брак держится только на её способности прощать. Она ушла. С двумя детьми, без денег и с разбитой самооценкой.
Он — владелец крупного холдинга, холодный стратег, не верящий в любовь. На собеседовании его привлекла не её красота, а внутренняя сила.
Между ними возникает притяжение, которого боятся оба. Она — раствориться в мужчине снова. Он — разрушить выверенную систему.
Но прошлое не отпускает: бывший муж начинает войну через детей.
Это история не о спасении. Это история о возвращении к себе. О боли, которая выжигает старую жизнь. И о любви, которая приходит, когда ты больше не согласен себя предавать.
Он — владелец крупного холдинга, холодный стратег, не верящий в любовь. На собеседовании его привлекла не её красота, а внутренняя сила.
Между ними возникает притяжение, которого боятся оба. Она — раствориться в мужчине снова. Он — разрушить выверенную систему.
Но прошлое не отпускает: бывший муж начинает войну через детей.
Это история не о спасении. Это история о возвращении к себе. О боли, которая выжигает старую жизнь. И о любви, которая приходит, когда ты больше не согласен себя предавать.
— Отпусти меня! Я умею плавать.
— Не отпущу, — усмехается Артём, ещё крепче прижимая меня к своему твердому телу. — Ты тонешь, Лина. А я тебя спасаю.
— Самоуверенный придурок.
Он касается щетиной моей щеки, царапая чувствительную кожу. По телу разливается предательский жар.
— Но ты ведь не вырываешься, Лина.
После разорванной помолвки я сбегаю в деревню, надеясь залечить разбитое сердце. Но и тут меня ждут неприятности — наглый сосед, который привык, что ему все подчиняются.
Наши встречи превращаются в поединки, а взаимное раздражение — в опасное притяжение. Как держаться подальше, если каждое столкновение заканчивается желанием оказаться еще ближе?
— Не отпущу, — усмехается Артём, ещё крепче прижимая меня к своему твердому телу. — Ты тонешь, Лина. А я тебя спасаю.
— Самоуверенный придурок.
Он касается щетиной моей щеки, царапая чувствительную кожу. По телу разливается предательский жар.
— Но ты ведь не вырываешься, Лина.
После разорванной помолвки я сбегаю в деревню, надеясь залечить разбитое сердце. Но и тут меня ждут неприятности — наглый сосед, который привык, что ему все подчиняются.
Наши встречи превращаются в поединки, а взаимное раздражение — в опасное притяжение. Как держаться подальше, если каждое столкновение заканчивается желанием оказаться еще ближе?
Подруга позвала меня в сауну отметить свой юбилей. Но вместо шумного праздника я обнаружила в соседней комнате своего мужа, резвящегося с двумя мулатками в крошечных полотенцах, едва прикрывающих грудь и бёдра. Он смеялся — низким, гортанным смехом.
Я смотрела на это зрелище, не в силах отвести взгляд.
В эту секунду в кармане халата завибрировал телефон. На экране высветилось сообщение: «Малыш. Задерживаюсь на работе. Горит квартальный отчёт. Не жди с ужином. Целую».
Пальцы сжали телефон так, что побелели костяшки. Дыхание сбилось, сердце заколотилось гулко.
«Задерживаюсь на работе».
Значит, вот как на самом деле обстоят дела!
Ну что ж, герой-любовник, я подаю на развод! А еще сниму все деньги с общего счета и отправлюсь с подругой в круиз!
Я смотрела на это зрелище, не в силах отвести взгляд.
В эту секунду в кармане халата завибрировал телефон. На экране высветилось сообщение: «Малыш. Задерживаюсь на работе. Горит квартальный отчёт. Не жди с ужином. Целую».
Пальцы сжали телефон так, что побелели костяшки. Дыхание сбилось, сердце заколотилось гулко.
«Задерживаюсь на работе».
Значит, вот как на самом деле обстоят дела!
Ну что ж, герой-любовник, я подаю на развод! А еще сниму все деньги с общего счета и отправлюсь с подругой в круиз!
Сюрприз на мальчишнике оборачивается катастрофой, я застаю своего парня со стриптизершей. Мерзко и больно. Я сбегаю и оказываюсь в машине со старшим братом одного из гостей. Дорогу размывает ливень. Город отрезан, а в отеле остался лишь номер для новобрачных. Незнакомец обещает не прикасаться ко мне, но смотрит так, что я забываю об измене и начинаю думать только об одном: хватит ли у него выдержки сдержать обещание?
Убегая от ненормального постояльца гостиницы я попала в Российскую империю и сразу усвоила три правила.
У женщины должны быть документы.
У горничной не должно быть собственного мнения.
А тело хозяйской внучки, найденное в запертой гостиной, лучше не трогать, особенно если тебя ещё не успели представить судебному следователю.
Теперь я служу в доме графини Вяземской, пытаюсь не попасть в тюрьму за отсутствие паспорта и пытаюсь доказать, что молодая наследница не покончила с собой. Мне никто не верит, кроме подозрительно красивого графа Арсеньева — бывшего гусара, нынешнего следователя и совершенно невыносимого мужчины.
Правда, он ещё не решил, кто я: полезная свидетельница, сообщница убийцы или главная угроза его душевному спокойствию.
А я ещё не решила, что опаснее: искать убийцу среди русской аристократии или влюбиться в мужчину, который однажды уже пообещал лично надеть на меня наручники.
ХЭ гарантирован!!!
У женщины должны быть документы.
У горничной не должно быть собственного мнения.
А тело хозяйской внучки, найденное в запертой гостиной, лучше не трогать, особенно если тебя ещё не успели представить судебному следователю.
Теперь я служу в доме графини Вяземской, пытаюсь не попасть в тюрьму за отсутствие паспорта и пытаюсь доказать, что молодая наследница не покончила с собой. Мне никто не верит, кроме подозрительно красивого графа Арсеньева — бывшего гусара, нынешнего следователя и совершенно невыносимого мужчины.
Правда, он ещё не решил, кто я: полезная свидетельница, сообщница убийцы или главная угроза его душевному спокойствию.
А я ещё не решила, что опаснее: искать убийцу среди русской аристократии или влюбиться в мужчину, который однажды уже пообещал лично надеть на меня наручники.
ХЭ гарантирован!!!
- Отпустите меня, это ошибка! - шепчу, испуганно отступая.
Я все еще надеюсь, что смогу достучаться до жестокого мужчины, к которому меня привезли.
- Кто тебя подослал? - угрожающе тихо спрашивает он.
Я остро чувствую его приближение, а по коже мороз от каждого вдоха.
- Никто, - мотаю головой. - Клянусь! Это все случайность! Я не…
Пальцы на моем лице не позволяют отвернуться и спастись от тяжелого взгляда.
- Я знаю отличный способ заставить тебя рассказать правду, - медленно произносит он. А затем толкает меня в сторону кровати.
Я впервые нарушила правило отца и сбежала от охраны на один вечер с подругой. А очнулась без зрения в доме мужчины, который купил меня как вещь. Он заказывает только слепых, и меня “исправили”, чтобы я подошла под заказ.
Он враг моей семьи и пока не знает, кто я. Но как только зрение вернется, я его вспомню. И мы поменяемся местами.
Я все еще надеюсь, что смогу достучаться до жестокого мужчины, к которому меня привезли.
- Кто тебя подослал? - угрожающе тихо спрашивает он.
Я остро чувствую его приближение, а по коже мороз от каждого вдоха.
- Никто, - мотаю головой. - Клянусь! Это все случайность! Я не…
Пальцы на моем лице не позволяют отвернуться и спастись от тяжелого взгляда.
- Я знаю отличный способ заставить тебя рассказать правду, - медленно произносит он. А затем толкает меня в сторону кровати.
Я впервые нарушила правило отца и сбежала от охраны на один вечер с подругой. А очнулась без зрения в доме мужчины, который купил меня как вещь. Он заказывает только слепых, и меня “исправили”, чтобы я подошла под заказ.
Он враг моей семьи и пока не знает, кто я. Но как только зрение вернется, я его вспомню. И мы поменяемся местами.
Подборка книг
Выберите полку для книги