Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Он был её первой любовью — и первым предательством.
Теперь он мёртв... или только притворяется?
Когда успешный ресторатор Дениз Демир предлагает Зое Дарницкой стать его сообщницей в инсценировке собственной смерти, она хочет отказать. Но её муж и жена Демира планируют не просто убийство — они хотят оставить Зою с огромным долгом и разрушенной жизнью.
Месть — опасная игра. Особенно когда приходится притвориться любовницей человека, которого ты ненавидишь. Или ненавидела? Или…
Между ложью и правдой, между притворством и чувствами — слишком тонкая грань.
И когда мёртвый воскреснет, придётся ответить на главный вопрос: ненависть или любовь?
Он инсценировал смерть.
Она согласилась на обман.
Но никто не ожидал, что любовь окажется настоящей.
Теперь он мёртв... или только притворяется?
Когда успешный ресторатор Дениз Демир предлагает Зое Дарницкой стать его сообщницей в инсценировке собственной смерти, она хочет отказать. Но её муж и жена Демира планируют не просто убийство — они хотят оставить Зою с огромным долгом и разрушенной жизнью.
Месть — опасная игра. Особенно когда приходится притвориться любовницей человека, которого ты ненавидишь. Или ненавидела? Или…
Между ложью и правдой, между притворством и чувствами — слишком тонкая грань.
И когда мёртвый воскреснет, придётся ответить на главный вопрос: ненависть или любовь?
Он инсценировал смерть.
Она согласилась на обман.
Но никто не ожидал, что любовь окажется настоящей.
Этого в книге нет, но закон обязал указать. Лилия любила Марка молча целое десятилетие, с юности, но в его мире для неё всегда была лишь роль лучшего друга. Он делился с ней своими романами, сомнениями перед свадьбой с другой женщиной, не видя в её глазах ничего, кроме поддержки.
Одна роковая ночь перед его свадьбой всё изменила — границы рухнули, чувства вырвались наружу. Но наутро, испугавшись хаоса, он назвал это ошибкой и попросил остаться друзьями. Для неё это стало приговором. Разбитая, она исчезла без следа, навсегда стерев себя из его жизни и забрав с собой невыносимую боль и тайну, которая изменила всё.
Одна роковая ночь перед его свадьбой всё изменила — границы рухнули, чувства вырвались наружу. Но наутро, испугавшись хаоса, он назвал это ошибкой и попросил остаться друзьями. Для неё это стало приговором. Разбитая, она исчезла без следа, навсегда стерев себя из его жизни и забрав с собой невыносимую боль и тайну, которая изменила всё.
Я кладу фотографии на стол веером. Муж смотрит. Даже не вздрагивает. Лишь уголок губ дёргается – не понимаю, насмешка это или нерв.
– Ну да, это Юля, – говорит спокойно, ровно, как про погоду. – И я её люблю.
– То есть… все вот так? Так просто?
– А зачем усложнять?
– А я? – спрашиваю. Голос срывается на шёпот. – А я кто тебе? Я же… – ищу слова и не нахожу. – Я же старалась.
Понимаю, что это звучит как-то по-особенному жалко, унизительно. Но других слов у меня нет. Рома смотрит прямо, без тени сожаления, и произносит почти лениво, будто повторяет заученный текст:
– Ты – пустое место. Ты не личность, Настя. А Юля… Она по-настоящему классная.
_______
– Ну да, это Юля, – говорит спокойно, ровно, как про погоду. – И я её люблю.
– То есть… все вот так? Так просто?
– А зачем усложнять?
– А я? – спрашиваю. Голос срывается на шёпот. – А я кто тебе? Я же… – ищу слова и не нахожу. – Я же старалась.
Понимаю, что это звучит как-то по-особенному жалко, унизительно. Но других слов у меня нет. Рома смотрит прямо, без тени сожаления, и произносит почти лениво, будто повторяет заученный текст:
– Ты – пустое место. Ты не личность, Настя. А Юля… Она по-настоящему классная.
_______
— Кирилл Денисович Орлов, — сказала женщина спокойно.
— Простите?
— Это сын Дениса. Вашего мужа.
У меня в руках была его медицинская карта. Семь лет мальчику. У мужа вторая семья. И ребёнок, которого он навещал после работы.
Он уверял, что любит меня. Что у нас всё нормально. Параллельно строя другую жизнь — с любовницей и ещё одним ребёнком на подходе.
Я узнала не из слухов. Не из сплетен. Я узнала в своём кабинете. И если он думал, что я буду молчать ради репутации — он плохо меня знает.
— Простите?
— Это сын Дениса. Вашего мужа.
У меня в руках была его медицинская карта. Семь лет мальчику. У мужа вторая семья. И ребёнок, которого он навещал после работы.
Он уверял, что любит меня. Что у нас всё нормально. Параллельно строя другую жизнь — с любовницей и ещё одним ребёнком на подходе.
Я узнала не из слухов. Не из сплетен. Я узнала в своём кабинете. И если он думал, что я буду молчать ради репутации — он плохо меня знает.
Судьба обрушила на Аню один удар за другим. Сначала, незадолго до свадьбы, погибает её жених, а в день похорон его старший брат Тимур заявляет на неё права — по закону гор. Теперь она пленница в чужой стране, где традиции сильнее чувств. Отец Ани в огромных долгах, а значит, она не сможет отказаться от брака, потому что должна спасти родителей. Но, чем глубже Аня погружается в мир Тимура, тем сложнее отличить жестокость от боли, властность от отчаяния, а ненависть — от любви…
Этот роман, вторая часть, продолжение романа"Разорванные в клочья."
Прошло три года. Максимилиан научился дышать без Ланы. Лана научилась жить без надежды.
Они больше не ищут друг друга — они ищут себя. И Нью-Йорк, этот жестокий, равнодушный, Вавилон, становится сценой для их последнего акта.
Будет ли у этой истории счастливый финал?
Я не знаю.
Эта книга о том, что любовь не лечит. Она не бинт, не пластырь, не целебная мазь. Любовь — это скальпель. Она вскрывает старые швы и заставляет тебя смотреть на то, что
гноилось внутри долгие годы.
Но иногда — только иногда — за этим следует исцеление.
Прошло три года. Максимилиан научился дышать без Ланы. Лана научилась жить без надежды.
Они больше не ищут друг друга — они ищут себя. И Нью-Йорк, этот жестокий, равнодушный, Вавилон, становится сценой для их последнего акта.
Будет ли у этой истории счастливый финал?
Я не знаю.
Эта книга о том, что любовь не лечит. Она не бинт, не пластырь, не целебная мазь. Любовь — это скальпель. Она вскрывает старые швы и заставляет тебя смотреть на то, что
гноилось внутри долгие годы.
Но иногда — только иногда — за этим следует исцеление.
Я ехала в горы, чтобы спрятаться от всего мира и зализать раны после предательства мужа. Он променял меня на фитнес-модель, бросив в лицо: «Ты просто неформат для красивой жизни, Тася».
Я думала, что в глуши меня никто не тронет. Но я ошиблась.
Тагир Шамилев — хозяин этих земель, суровый горец, живущий по законам предков. Он ждал профессора-архивариуса, а приехала я.
— Здесь не курорт для столичных пампушек, — отрезал он, оглядев меня ледяным взглядом. — Уезжай, пока цела.
Но снежная буря решила иначе. Мы заперты в его доме. Я для него — всё то, что он презирает: мягкая, слабая, неправильная. Он для меня — воплощение опасности.
Но почему тогда, когда я падаю, его руки держат меня так крепко? И почему его взгляд обжигает сильнее, чем пощечина бывшего?
Он должен жениться на идеальной красавице своего круга. А я... я просто неформат.
Но говорят, что горы меняют всё. Даже каменные сердца.
Я думала, что в глуши меня никто не тронет. Но я ошиблась.
Тагир Шамилев — хозяин этих земель, суровый горец, живущий по законам предков. Он ждал профессора-архивариуса, а приехала я.
— Здесь не курорт для столичных пампушек, — отрезал он, оглядев меня ледяным взглядом. — Уезжай, пока цела.
Но снежная буря решила иначе. Мы заперты в его доме. Я для него — всё то, что он презирает: мягкая, слабая, неправильная. Он для меня — воплощение опасности.
Но почему тогда, когда я падаю, его руки держат меня так крепко? И почему его взгляд обжигает сильнее, чем пощечина бывшего?
Он должен жениться на идеальной красавице своего круга. А я... я просто неформат.
Но говорят, что горы меняют всё. Даже каменные сердца.
✅ПОЛНЫЙ ТЕКСТ
— Почему ты не разведешься со своей клушей? — немного капризно звучит женский голос из гримерки.
— Детка, — произносит печально муж, — ну не ты же будешь мне гладить рубашки, убирать квартиру и готовить борщи. А Лиза к работе приучена с детства, мужским вниманием не избалована.
Голова кружится. Не удержав равновесие, наваливаюсь на дверь, которая сразу же распахивается.
— Лиза? — Антон ссаживает с себя девушку, и та без стеснения поправляет сползшую лямку... — А мы тут репетируем.
Раскрываю ладонь, в которой уже полностью смятый снимок УЗИ, и он падает на пол. Низ живота невыносимо колет. Чувствую тепло, сползающее по бедру.
— Мой ребенок…
Боже... я столько лет хотела малыша, а теперь... Не дай его потерять...
— Почему ты не разведешься со своей клушей? — немного капризно звучит женский голос из гримерки.
— Детка, — произносит печально муж, — ну не ты же будешь мне гладить рубашки, убирать квартиру и готовить борщи. А Лиза к работе приучена с детства, мужским вниманием не избалована.
Голова кружится. Не удержав равновесие, наваливаюсь на дверь, которая сразу же распахивается.
— Лиза? — Антон ссаживает с себя девушку, и та без стеснения поправляет сползшую лямку... — А мы тут репетируем.
Раскрываю ладонь, в которой уже полностью смятый снимок УЗИ, и он падает на пол. Низ живота невыносимо колет. Чувствую тепло, сползающее по бедру.
— Мой ребенок…
Боже... я столько лет хотела малыша, а теперь... Не дай его потерять...
— Вы… ты мне тоже очень нравишься! — выпалила я, неожиданно даже для самой себя.
Я замерла, глядя на босса снизу вверх, в надежде и мучительном предвкушении. Мир вокруг словно поставили на паузу.
И вдруг эту магическую тишину разрезал голос. Резкий, властный, пропитанный холодным недоумением.
— Марат? Кто это? И почему у неё в руках мой букет?
— Это Катя, мой секретарь, — прозвучал голос Марата Игоревича пугающе спокойно.
— Бывшая секретарь!
Кэт сделала резкий шаг вперед и буквально вырвала из моих онемевших пальцев букет.
Я совершила самую большую глупость в жизни — призналась в любви своему боссу.
Но вместо взаимности я получила унижение.
Вместо сказки — встречу с призраком из прошлого.
Теперь Марат считает меня лгуньей и охотницей за деньгами. Он хочет меня наказать, уволить и забыть.
Но почему тогда он сходит с ума от ревности, видя меня с другим?
Я замерла, глядя на босса снизу вверх, в надежде и мучительном предвкушении. Мир вокруг словно поставили на паузу.
И вдруг эту магическую тишину разрезал голос. Резкий, властный, пропитанный холодным недоумением.
— Марат? Кто это? И почему у неё в руках мой букет?
— Это Катя, мой секретарь, — прозвучал голос Марата Игоревича пугающе спокойно.
— Бывшая секретарь!
Кэт сделала резкий шаг вперед и буквально вырвала из моих онемевших пальцев букет.
Я совершила самую большую глупость в жизни — призналась в любви своему боссу.
Но вместо взаимности я получила унижение.
Вместо сказки — встречу с призраком из прошлого.
Теперь Марат считает меня лгуньей и охотницей за деньгами. Он хочет меня наказать, уволить и забыть.
Но почему тогда он сходит с ума от ревности, видя меня с другим?
Маргарита Вышнепольская когда-то подавала нешуточные надежды как спортсменка в бальных танцах и блистала на паркете. Но жизнь внесла свои коррективы, и девушке пришлось уйти из спорта.
Егор Краснов – то самое обстоятельство, из-за которого Рита бросила спорт. Они познакомились, когда Рита вместе с партнером выступала на корпоративе в головном офисе холдинга, уже тогда возглавляемого Красновым. Но юной танцовщице тогда не было восемнадцати лет, и Краснову пришлось оставить ее в покое.
Спустя 8 лет судьба снова сталкивает их. Краснову нужен преподаватель, который за 10 дней сможет научить его танцевать танго. Вышнепольской нужна срочная оплата операции для дочери, серьезно пострадавшей в автокатастрофе. Смогут ли они забыть горечь разочарований, боль и то предательство, которое совершили по отношению друг к другу? Или между ними навсегда останется пропасть?
Егор Краснов – то самое обстоятельство, из-за которого Рита бросила спорт. Они познакомились, когда Рита вместе с партнером выступала на корпоративе в головном офисе холдинга, уже тогда возглавляемого Красновым. Но юной танцовщице тогда не было восемнадцати лет, и Краснову пришлось оставить ее в покое.
Спустя 8 лет судьба снова сталкивает их. Краснову нужен преподаватель, который за 10 дней сможет научить его танцевать танго. Вышнепольской нужна срочная оплата операции для дочери, серьезно пострадавшей в автокатастрофе. Смогут ли они забыть горечь разочарований, боль и то предательство, которое совершили по отношению друг к другу? Или между ними навсегда останется пропасть?
Выберите полку для книги