Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»

— Предлагаю тебе приятный способ отработать долг, — самодовольно заявляет босс. — За триста штук я бы мог нанять себе несколько таких как ты. Но тебе повезло, — его пальцы скользят по моим влажным от слёз щекам. — Сегодня я хочу именно тебя.

Когда-то давно этот мужчина был для меня рыцарем в сияющих доспехах.
Но прошли годы, я выросла и поняла, что в жестокой реальности нет места сказкам.
Рахим Рамзанов владелец шикарного ночного клуба, где я работаю официанткой.
Сегодня мне не повезло, меня оболгали и обвинили в воровстве.
И теперь мой «рыцарь» смотрит на меня как на воровку:

— Будешь возмещать ущерб лично мне.
— Я не воровка! Это харам! Я не буду с вами спать!
— А никто тебе это и не предлагает, — властно дёргает замочек на моей блузке. — Лично я собираюсь тебя как следует наказать. А уж будешь ты спать после этого или нет — меня не касается. Раздевайся!

— Анна? — голос бывшего мужа прозвучал опасно. — Что ты тут делаешь?
— Работаю, — неохотно призналась.
— В ЗАГСе? Так это ты устроила цирк с документами, чтобы я не смог жениться?!
— Артём, я могу объяснить...
— Объяснить, как ты решила снова испортить мне жизнь?!

Бывший муж возненавидел меня после развода, и теперь мне придется помешать ему жениться во второй раз. На это у меня есть веская причина — ей четыре года, зовут Катюша, и муж о своей дочери пока не ничего знает...

Как на лужайке моего нового загородного дома оказалась коляска с двумя младенцами?
И где их мать?
— Хасан… — шепчет появившаяся на крыльце Марьяна. — А ты что тут делаешь?
— Живу. А ты… Это чьи дети вообще? — я показываю на коляску.
Марьяна молчит.
— Чьи? — требуя я.
— Мои.
Мы расстались год назад, ну чуть больше. Год и месяц, плюс-минус. А сколько детям? Месяца три? Четыре?
Учитывая, что я был у Марьяны первым…
Арифметика очень простая…
— А ну-ка скажи, — произношу гневно, делая шаг к ней. — От кого это ты детей родила?
— От кого надо. Ты тут не причём.
— А мне кажется, даже очень причём… — я срываюсь с места и иду к ней, а Марьяна, подпрыгнув, юркает обратно в дом, закрывая дверь на замок.
Очень глупо, учитывая, что у меня тоже есть свой ключ.
Я его достаю, вижу, как паника проступает на лице Марьяны, смотрящей на меня через стеклянную входную дверь, когда я вставляю ключ в замок и открываю его…

— Любящие жены и любовниц принимают. Даже дружить могут с ними, только чтобы мужу было хорошо. А ты лишь мое мужское естество пытаешься пристыдить, — цедит муж.
— Я должна принять твою любовницу? Я?! А если бы я тебе изменила, как бы ты себя чувствовал? Тоже принял бы моего любовника?
— Изменять не бабское дело, — рычит муж сквозь зубы. — Это нам — помылся и пошел. А в вас след от каждого мужика остается. Поэтому у нас любовниц может быть сколько угодно, а вы должны быть чистыми.
— То есть вот так ты объясняешь свою измену? — неверяще спрашиваю. — Потому что тебе просто можно?
— Да твою ж мать, Таша, — Вадим дергает плечом. — У меня времени нет на твои истерики. Тебе поругаться хочется? Нашла причину?
— А ты считаешь, что ее нет? — снова тычу ему доказательством измены в лицо.
— Главное, что ты должна уяснить — я твой! — Вадим нависает надо мной. — Да услышь ты меня: плевать, сколько баб я буду иметь на стороне. Пока я возвращаюсь к тебе — у нас все нормально.

Босс ехал по делам, заблудился и забрел в деревню. И кто же знал, что это та самая деревня, которую он приказал снести, чтобы построить там элитный коттеджный поселок!
***
– Ну давай же, давай! Черти тебя дери! – заорал я, стиснув руль до побелевших костяшек.
Машина ухнула передними колесами вниз, я по инерции налетел грудью на руль. Двигатель еще раз взвыл, а потом настала такая тишина, что я услышал чириканье птиц. Я полулежал на руле злой и взмокший, в застрявшей машине, а наверху заливались птицы.
– Ладно. – Я выпрямился и потер ушибленную грудь. – Сейчас сдам назад. Все нормально.
Завел двигатель, стартер щелкнул пару раз и затих. Я в бешенстве ударил кулаком по рулю и выругался. Схватил смартфон и заорал.
– Ну, куда мы дальше едем, железяка?!
Красные буквы «нет сети» на экране издевательски мигали.
– Конечно. Кто бы сомневался, – пробормотал я, откидывая со лба мокрые волосы.

— Мне сегодня прислали странное сообщение, — сказала я мужу. — Что ты мне изменяешь.
— Ты не веришь этому, надеюсь? — спросил он.
Сначала-то я не верила. А потом мы поехали в гости к его родителям.
И меня выбросили из машины — на трассе, по которой редко ездят, которую лес обступает с двух сторон стеной, в сотне километров от человеческого жилья.
Ночь такая холодная, а на мне легкая одежда, и нет телефона. А еще эта темнота — она как будто хватает меня за горло черными костлявыми пальцами.
— Баб надо воспитывать, как собак, — услышала я напоследок. — А если своего места не знают, то наказывать.

— И что мне с вами делать? — спрашиваю трех угощиков, которые разбили мой джип и снесли забор особняка, но они молчат, как партизаны. — Куда на моей машине собрались?
— Маму спасать. Ба сказала, ее полицейские схватили, — писклявым голосом болтает пацан справа. — А в садике гадости говорили, что ее заберут навсегда, вот мы и решили…
— Мы вытащим ее из тюрьмы! Мы все взяли с собой!
Девчонка в подтверждение расстегивает рюкзак и демонстрирует мне фонарик, детский молоточек, пластырь и плюшевого зайца.
— Ладно, мама в полиции, а папа ваш где? — спрашиваю их, но наш разговор прерывает отчаянный крик.
— НЕГОДНИКИ! — а по дороге к нам несется седовласая женщина. — Вы на кой черт сбежали из детского сада? У меня чуть сердце не остановилось, когда я вас там не нашла!
Она с разбегу сгребает в охапку малышню. А потом открывает глаза, и мы встречаемся взглядами.
— Лидия Михайловна?
Ее лицо белеет. Я резко опускаю взгляд на детей и снова смотрю на мать моей бывшей.
— А Ксюша где?

— Сердцебиение четкое. Срок маленький, но все ровно, — сказала мне врач.
Через год после выкидыша, я снова беременна.
Мне не терпится рассказать мужу.
Сегодня Рома помогает с чем-то по двору моему отцу.
Разворачиваю машину и еду к ним.
Я захожу во двор, набираю воздух, чтобы позвать их.
А из распахнутого окна на первом этаже вытекает голос.
Ромин.
— Это было классно. Ты огонь.
В ответ — смех.
Этот смех я знаю всю жизнь.
Алина.
Моя младшая сестра.
Я делаю два шага к окну. Осторожно заглядываю, чтобы не заметили.
Тюль колышется. За ним — кровать.
Рома поперек нее, голый по пояс.
Моя сестра у него под рукой.
— Я бы родила тебе.
— Так в чем проблема?
Смех на два голоса.
Я приехала сделать сюрприз. Сообщить самую важную новость нашей семьи.
А в итоге это…
— Ну что, тигрица. — нежно говорит Рома — Идем в баню. Отец с утра топит, грех не погреться.
Алина что-то тянет в ответ, слов не разобрать.
— Люблю тебя, — роняет Рома ей куда-то в шею.
Боже.
Рома. Алина.
Вместе

«Люблю тебя, милая. Сладких снов. Мечтаю о дне, когда буду засыпать и просыпаться рядом с тобой»
Совсем не такое сообщение я ожидала увидеть в преддверии двадцать восьмой годовщины брака.
Удивлена ли я? Нет.
Я счастлива, что, наконец, мой муж, виртуозный лжец, наконец, попался.
Я смогу предъявить ему доказательство его измены, чтобы он перестал называть меня дурой и истеричкой.
И когда я это делаю, то не вижу в его глазах вину или сожаление. Он смотрит на меня с усмешкой.
- Развод? Серьёзно? Да кому ты нужна, Инна? Сиди молча, как сидела все эти годы, и без лишних движений. А ещё раз потревожишь мою любимую женщину, пожалеешь.

— Ты уверена, что хочешь вернуться за тот стол? Там уже обсуждают, какая ты хамка и что ты недостойна сыночки-корзиночки.
У меня горят щеки. От стыда. От злости. От желания провалиться сквозь пол.
— Я вообще-то замуж выхожу, — неуверенно протягиваю.
— За это недоразумение с мамой в комплекте? — Орлов с кривой ухмылкой выгибает бровь. — Бросай этого морковного сблевыша, Лисичка!
Через месяц я должна была стать женой Вани Фунтикова.
Но его мама уже распланировала нашу свадьбу, общий дом и мое «перевоспитание». Судя по всему, после брака мне отводилась почетная роль слепой, глухой и немой рожальницы в углу.
И тогда я сбежала.
Не одна — меня увез Артем Орлов. Бывший одноклассник, первая несостоявшаяся любовь и мужчина, который смотрит так, будто давно решил: отпускать меня он не намерен.