Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Я застаю мужа с любовницей в собственном бюро.
Семь недель измены. Четырнадцать лет вместе. Казалось бы, хуже уже не будет.
Но в ту же ночь одному из моих клиентов присылают фрагмент строго конфиденциальной записи, которая хранилась только у меня.
А потом я узнаю главное: Ирма появилась возле моего бюро еще до знакомства с моим мужем.
Она выбрала не его.
Она выбрала меня.
Кто-то знает мой график, привычки, клиентов и даже то, как я пишу сообщения. От моего имени назначают встречи, чужие тайны становятся оружием, а мое имя постепенно превращают в имя женщины, которой нельзя доверять.
Чтобы спасти дело всей своей жизни, мне придется понять, сколько мой муж успел рассказать любовнице — и зачем ей понадобилась именно моя жизнь.
А рядом оказывается Арсент Вяземский. Мужчина, который сначала подозревает меня сам.
И, возможно, именно поэтому его доверию однажды будет стоить поверить.
Семь недель измены. Четырнадцать лет вместе. Казалось бы, хуже уже не будет.
Но в ту же ночь одному из моих клиентов присылают фрагмент строго конфиденциальной записи, которая хранилась только у меня.
А потом я узнаю главное: Ирма появилась возле моего бюро еще до знакомства с моим мужем.
Она выбрала не его.
Она выбрала меня.
Кто-то знает мой график, привычки, клиентов и даже то, как я пишу сообщения. От моего имени назначают встречи, чужие тайны становятся оружием, а мое имя постепенно превращают в имя женщины, которой нельзя доверять.
Чтобы спасти дело всей своей жизни, мне придется понять, сколько мой муж успел рассказать любовнице — и зачем ей понадобилась именно моя жизнь.
А рядом оказывается Арсент Вяземский. Мужчина, который сначала подозревает меня сам.
И, возможно, именно поэтому его доверию однажды будет стоить поверить.
ЗАВЕРШЕН
Мне 45, по бумаге я ее опекун.
Она живет в моем доме на ощупь: по голосу, по шагам, по теплу чужой ладони.
Не видит возраста. Не видит запрета.
Произносит мое имя так спокойно, словно оно всегда принадлежало ей.
Шесть месяцев – и по закону я должен отпустит ее.
Но до этого я должен удержать дистанцию,
Но пока я только удерживаю дыхание каждый раз, когда она проходит мимо.
Грех уже живет со мной под одной крышей.
Она – стала моим грехом, а я – ее опекун.
Мне 45, по бумаге я ее опекун.
Она живет в моем доме на ощупь: по голосу, по шагам, по теплу чужой ладони.
Не видит возраста. Не видит запрета.
Произносит мое имя так спокойно, словно оно всегда принадлежало ей.
Шесть месяцев – и по закону я должен отпустит ее.
Но до этого я должен удержать дистанцию,
Но пока я только удерживаю дыхание каждый раз, когда она проходит мимо.
Грех уже живет со мной под одной крышей.
Она – стала моим грехом, а я – ее опекун.
Она — выпускница консерватории с красным дипломом, правильная пай-девочка в бежевом тренче, которая никогда не нарушала правил. Он — скандальный рокер с татуировками на полтела, криминальным прошлым и славой человека, который сжигает всё, к чему прикасается.
Они должны были никогда не встретиться. Но судьба решила иначе.
Они должны были никогда не встретиться. Но судьба решила иначе.
Спустя пять лет после драматичного расставания в деревне Егор возвращается из Швейцарии дипломированным экономистом, чтобы начать карьеру в строительной империи своего отчима. В первый же вечер он сталкивается с Алёной — своей первой и единственной любовью. Но перед ним уже не та беззаботная девчонка с качелей над обрывом: теперь она — безупречный юрист компании, холодная карьеристка и любовница отца Егора.
За внешним лоском скрывается страшная правда: спасая жизнь больной матери, Алёна заключила сделку с дьяволом, отдав себя во власть серьезного бизнесмена. Попытки Егора достучаться до неё разбиваются о ледяную стену безразличия — ради безопасности Алёна делает вид, что они никогда не были знакомы.
Смогут ли они возродить свою любовь или останутся по разные стороны баррикад? Что произошло дальше в истории Егора и Алёны вы узнаете, прочитав данную книгу :))
За внешним лоском скрывается страшная правда: спасая жизнь больной матери, Алёна заключила сделку с дьяволом, отдав себя во власть серьезного бизнесмена. Попытки Егора достучаться до неё разбиваются о ледяную стену безразличия — ради безопасности Алёна делает вид, что они никогда не были знакомы.
Смогут ли они возродить свою любовь или останутся по разные стороны баррикад? Что произошло дальше в истории Егора и Алёны вы узнаете, прочитав данную книгу :))
Продолжение книги "Не по договору"
иза ушла от Дина, уверенная, что так спасает его будущее. Но вскоре узнаёт, что носит под сердцем его ребёнка.
Проходят месяцы. У Дина, кажется, новая жизнь, а Лиза решает справляться одна. Пока однажды болезнь новорождённой дочери не заставляет её обратиться за помощью к единственному человеку, которому она всё ещё доверяет.
Дин узнаёт правду слишком поздно.
Теперь между ними — обида, потерянное время и маленькая девочка, которая навсегда связала их судьбы.
Но можно ли начать сначала, если любовь уже однажды оказалась сильнее страха?
иза ушла от Дина, уверенная, что так спасает его будущее. Но вскоре узнаёт, что носит под сердцем его ребёнка.
Проходят месяцы. У Дина, кажется, новая жизнь, а Лиза решает справляться одна. Пока однажды болезнь новорождённой дочери не заставляет её обратиться за помощью к единственному человеку, которому она всё ещё доверяет.
Дин узнаёт правду слишком поздно.
Теперь между ними — обида, потерянное время и маленькая девочка, которая навсегда связала их судьбы.
Но можно ли начать сначала, если любовь уже однажды оказалась сильнее страха?
Линь Сяоюй не помнит, когда в последний раз спала в настоящей кровати. Она живёт на подоконнике над лапшичной, ест то, что «спасла» с прилавков, и не доверяет никому. У неё нет дома, нет имени, нет будущего — только правила, которые она придумала сама.
Чэнь Вэй не должен был сюда приходить. Сын владельца сети чайных, он мог бы жить в особняке с прислугой. Но вместо этого варит чай в маленькой лавке на ночном рынке и пытается доказать отцу, что достоин большего, чем место в семейной корпорации.
Чэнь Вэй не должен был сюда приходить. Сын владельца сети чайных, он мог бы жить в особняке с прислугой. Но вместо этого варит чай в маленькой лавке на ночном рынке и пытается доказать отцу, что достоин большего, чем место в семейной корпорации.
В топе диалогов приложения висит закрепленный чат: «Анжела Стажировка». Та самая двадцатитрехлетняя пиарщица с надутыми губами, о которой Денис за ужином лениво отзывался: «Двух слов связать не может, взяли по знакомству».
Открываю переписку. Глаза скользят по строчкам, выхватывая куски диалогов за последние три месяца:
«Малыш, на субботу столик в Sky Lounge подтвердили на 20:30. Возьмем то самое игристое и устриц. Не думай о ценнике, для моей девочки мне ничего не жалко. Я покажу тебе, что такое красивая жизнь, а не это унылое болото».
«Денисик, а жена точно ничего не заподозрит? Вдруг позвонит?»
«Да перестань. Вера — домашняя клуша. Сидит в своих трениках за компом, гречку доедает. Я ей напел про тяжелую инвентаризацию, она мне еще и термос с собой на дорожку всучила. Она без меня пропадет, держится за мои штаны обеими руками, куда она дернется? Посидит дома, не развалится. А в воскресенье перед выездом заедем в ювелирный, выберем тебе тот браслет с сапфирами».
Открываю переписку. Глаза скользят по строчкам, выхватывая куски диалогов за последние три месяца:
«Малыш, на субботу столик в Sky Lounge подтвердили на 20:30. Возьмем то самое игристое и устриц. Не думай о ценнике, для моей девочки мне ничего не жалко. Я покажу тебе, что такое красивая жизнь, а не это унылое болото».
«Денисик, а жена точно ничего не заподозрит? Вдруг позвонит?»
«Да перестань. Вера — домашняя клуша. Сидит в своих трениках за компом, гречку доедает. Я ей напел про тяжелую инвентаризацию, она мне еще и термос с собой на дорожку всучила. Она без меня пропадет, держится за мои штаны обеими руками, куда она дернется? Посидит дома, не развалится. А в воскресенье перед выездом заедем в ювелирный, выберем тебе тот браслет с сапфирами».
Она приехала в Сеул с сумкой эскизов и без единой иллюзии на её счёт. Просто работа — хорошая, редкая, шанс, за который не жалко было переехать на другой конец света.
Она не планировала, что случайно окажется тем человеком, который слышит семерых айдолов лучше, чем слышат их миллионы фанатов. Не планировала, что один из них станет для неё чем-то больше, чем она сама успеет это понять.
София приехала рисовать костюмы. А получила миллион возможностей и настоящую семью, пускай и не по крови.
Роман о том, как чужая страна становится домом, а строгие правила k-pop индустрии — не помехой, а декорацией для самого настоящего чувства. Про тепло, которое не выражают словами. Про то, что весна пахнет не только цветами.
Она не планировала, что случайно окажется тем человеком, который слышит семерых айдолов лучше, чем слышат их миллионы фанатов. Не планировала, что один из них станет для неё чем-то больше, чем она сама успеет это понять.
София приехала рисовать костюмы. А получила миллион возможностей и настоящую семью, пускай и не по крови.
Роман о том, как чужая страна становится домом, а строгие правила k-pop индустрии — не помехой, а декорацией для самого настоящего чувства. Про тепло, которое не выражают словами. Про то, что весна пахнет не только цветами.
На нашу пятнадцатую годовщину муж привёл в ресторан беременную любовницу.
— Я люблю её. Мы разводимся, Лера.
Я не стала устраивать сцену. Просто сняла обручальное кольцо и ушла.
Андрей не знает одного: я тоже беременна. Он думает, что выбрал новую семью. И пусть думает. Я не собираюсь говорить ему о ребёнке.
— Я люблю её. Мы разводимся, Лера.
Я не стала устраивать сцену. Просто сняла обручальное кольцо и ушла.
Андрей не знает одного: я тоже беременна. Он думает, что выбрал новую семью. И пусть думает. Я не собираюсь говорить ему о ребёнке.
— Папа! Папа! Поздравляю тебя с Днём программиста! — звенит голос нашей дочки. Она впервые за неделю видит своего отца, позвонив ему по видеосвязи, пока я готовлю обед.
Рома что-то отвечает ей, и я не слишком вслушиваюсь в их разговор. Но после небольшой паузы вопрос моей Ирочки — чистый, наивный — заставляет меня забыть, как дышать:
— Папа, а что это за тётя там у тебя? И почему она голая у нас дома ходит?
***
Я с дочуркой уехала в поселок к своему старенькому папе, едва пережившему тяжелый инфаркт. И пока я ухаживаю за единственным родителем, мой муж кувыркается в нашей постели с другой женщиной. И обвиняет в случившемся меня. Оказывается, я не имела права оставлять его одного, даже в такой ситуации. Он же мужчина, и у него есть потребности!
Рома что-то отвечает ей, и я не слишком вслушиваюсь в их разговор. Но после небольшой паузы вопрос моей Ирочки — чистый, наивный — заставляет меня забыть, как дышать:
— Папа, а что это за тётя там у тебя? И почему она голая у нас дома ходит?
***
Я с дочуркой уехала в поселок к своему старенькому папе, едва пережившему тяжелый инфаркт. И пока я ухаживаю за единственным родителем, мой муж кувыркается в нашей постели с другой женщиной. И обвиняет в случившемся меня. Оказывается, я не имела права оставлять его одного, даже в такой ситуации. Он же мужчина, и у него есть потребности!
Выберите полку для книги