Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Трое детей, свалившихся на голову, — это не проблема, это катастрофа. Няни разбегаются быстрее, чем я успеваю запомнить их имена. Мне нужна женщина, которая не побоится этой банды. И моя бывшая подходит идеально!
— Нет, я с тобой больше никогда не свяжусь!
— Кара, это всего лишь взаимовыгодная сделка, — продолжаю наступать на бывшую, загоняя её в угол. — Ты живёшь со мной, помогаешь с детьми, а я решаю твою ма-а-аленькую проблему.
Взглядом указываю на людей в форме, которые пришли за моей бывшей.
— Нет, я с тобой больше никогда не свяжусь!
— Кара, это всего лишь взаимовыгодная сделка, — продолжаю наступать на бывшую, загоняя её в угол. — Ты живёшь со мной, помогаешь с детьми, а я решаю твою ма-а-аленькую проблему.
Взглядом указываю на людей в форме, которые пришли за моей бывшей.
— Дядя Сережа, а у тебя дети есть?
— Нет, Яська.
— Жалко. Ты был бы хороший папа...
***
Мне сорок один. Я — репродуктолог, мать-одиночка и женщина, которую предал муж. Я сделала ЭКО от анонимного донора, родила Ясю и пять лет жила спокойно…
А потом подруга подарила мне путевку на круиз, и мой «анонимный донор» оказался капитаном этого чертова лайнера. Он ничего не знает, Яся не знает, и я не знаю, как выжить следующие десять дней, глядя, как мой ребенок обнимает мужчину, который даже не подозревает, что он — ее отец.
— Нет, Яська.
— Жалко. Ты был бы хороший папа...
***
Мне сорок один. Я — репродуктолог, мать-одиночка и женщина, которую предал муж. Я сделала ЭКО от анонимного донора, родила Ясю и пять лет жила спокойно…
А потом подруга подарила мне путевку на круиз, и мой «анонимный донор» оказался капитаном этого чертова лайнера. Он ничего не знает, Яся не знает, и я не знаю, как выжить следующие десять дней, глядя, как мой ребенок обнимает мужчину, который даже не подозревает, что он — ее отец.
– Отношения? С тобой? Только на спор или по приколу! – те гадкие слова порой звучат в ушах, хотя прошло почти десять лет.
Да, именно после выпускного я и узнала: любимый и единственный Пашенька, мой первый мужчина, на меня… поспорил.
А сейчас, поглядев в лицо соседа-наглеца, полагающего, что к его ногам обязаны падать все женщины от восемнадцати и до бесконечности, поняла:
– Никакое воспитание и порядочность не заставят меня дать ему… то, за чем он явился.
Он известен, успешен, из состоятельной семьи, его жизнь состоит из концертов, тусовок, эфиров на радио и репетиций. А мечтает он об уютном и тихом семейном счастье с… соседкой-пышечкой.
Увы, у них конфликт.
Она из глубинки, всего добилась сама, занимается любимым делом и планирует посвятить жизнь ученикам. Никаких иных мужчин в ее будущем не предполагается.
Сосед – рок-звезда приглашает на прогулку? Ни за что!
В МОИХ КНИГАХ, КРОМЕ ЛЮБВИ И СЧАСТЬЯ, НЕТ НИЧЕГО ОПАСНОГО И НЕЗАКОННОГО!
Да, именно после выпускного я и узнала: любимый и единственный Пашенька, мой первый мужчина, на меня… поспорил.
А сейчас, поглядев в лицо соседа-наглеца, полагающего, что к его ногам обязаны падать все женщины от восемнадцати и до бесконечности, поняла:
– Никакое воспитание и порядочность не заставят меня дать ему… то, за чем он явился.
Он известен, успешен, из состоятельной семьи, его жизнь состоит из концертов, тусовок, эфиров на радио и репетиций. А мечтает он об уютном и тихом семейном счастье с… соседкой-пышечкой.
Увы, у них конфликт.
Она из глубинки, всего добилась сама, занимается любимым делом и планирует посвятить жизнь ученикам. Никаких иных мужчин в ее будущем не предполагается.
Сосед – рок-звезда приглашает на прогулку? Ни за что!
В МОИХ КНИГАХ, КРОМЕ ЛЮБВИ И СЧАСТЬЯ, НЕТ НИЧЕГО ОПАСНОГО И НЕЗАКОННОГО!
– Я Лиза. Ваш секретарь. Новый, – выдавила я, понимая, как идиотски это звучит в моем нынешнем положении. – Я тут... приводила все в порядок, и застежка расстегнулась... Я сейчас, быстро...
Я как-то очень уж резко дернула рукой, пытаясь соединить злополучные крючки, и бюстгальтер совсем съехал вниз. Стало видно больше, чем следовало бы.
– Ой…
Вот это не повезло! Первый день на новой работе, и сразу столько неприятностей! Расстегнутый бюстгальтер, босс, явившийся раньше времени, и его невеста... Тоже явившаяся. Скандал! Теперь я изображаю любовницу босса (не спрашивайте!) и украдкой о нем вздыхаю. Почему украдкой? Как говорит моя подруга - внешность важна. И пышкам не достаются богатые красавцы.
Я как-то очень уж резко дернула рукой, пытаясь соединить злополучные крючки, и бюстгальтер совсем съехал вниз. Стало видно больше, чем следовало бы.
– Ой…
Вот это не повезло! Первый день на новой работе, и сразу столько неприятностей! Расстегнутый бюстгальтер, босс, явившийся раньше времени, и его невеста... Тоже явившаяся. Скандал! Теперь я изображаю любовницу босса (не спрашивайте!) и украдкой о нем вздыхаю. Почему украдкой? Как говорит моя подруга - внешность важна. И пышкам не достаются богатые красавцы.
Я заметила шевеление в углу комнаты. Точно! Девочки спрятались, чтобы посмеяться.
– Ты пришла, – сказал кто-то, и прежде чем поняла, что голос мужской, я выстелила залпом из водяного пистолета.
– Эй! Аня? – спросил второй голос, Сергея Александровича, а я выстрелила в ту сторону, откуда он шел.
Мною овладел шок. Это не шутка девочек?
– Ты решила поиграть? – прорычал Лев Александрович.
Меня реально сюда пригласили боссы? Лев обхватил меня сзади, забирая водяное оружие. От его близости по телу пошли мурашки, заставляя оживать все потаённые фантазии о нём.
Водяной залп прилетел в меня, отчего мое платье наверняка стало слишком прозрачным.
Включился яркий свет.
– Сосулькина? Ты чего это заявилась и стреляешь? – спросил Сергей, по его мускулистой груди соблазнительно стекали капли воды.
– Я думала…. девочки пошутили, – пока я пыталась ответить, он накрыл мои губы поцелуем, а Лев поцеловал шею.
Голова закружилась! Вот это восьмое марта! То ни одного подарка, то сразу два!
– Ты пришла, – сказал кто-то, и прежде чем поняла, что голос мужской, я выстелила залпом из водяного пистолета.
– Эй! Аня? – спросил второй голос, Сергея Александровича, а я выстрелила в ту сторону, откуда он шел.
Мною овладел шок. Это не шутка девочек?
– Ты решила поиграть? – прорычал Лев Александрович.
Меня реально сюда пригласили боссы? Лев обхватил меня сзади, забирая водяное оружие. От его близости по телу пошли мурашки, заставляя оживать все потаённые фантазии о нём.
Водяной залп прилетел в меня, отчего мое платье наверняка стало слишком прозрачным.
Включился яркий свет.
– Сосулькина? Ты чего это заявилась и стреляешь? – спросил Сергей, по его мускулистой груди соблазнительно стекали капли воды.
– Я думала…. девочки пошутили, – пока я пыталась ответить, он накрыл мои губы поцелуем, а Лев поцеловал шею.
Голова закружилась! Вот это восьмое марта! То ни одного подарка, то сразу два!
— Ты уверен насчет Лиды? — свекровь понижает тон до заговорщицкого шепота, но в открытое окно я слышу каждое слово. — Семь лет с Василисой это не месяц.
— Вот именно, мам. — отвечает ей мой муж. — Мне тридцать семь лет, я хочу драйва, хочу женщину, которая со мной на одной волне.
Коробка с тортом, на котором написано “Ты станешь папой” липнет к ладоням.
— Но развод... это же суды, раздел.
— Не будет никакого раздела. Я не дурак. Мне нужен год все спрятать. Ну поделим мы с Васькой квартиру, ладно. Лиде сейчас нельзя нервничать, у нее срок уже приличный, живот видно.
Я не могу дышать. По ногам пробегает дрожь. В голове только одна картинка: Егор обнимает какую-то Лиду, гладит ее живот. Тот самый живот, который я так мечтала иметь.
Он хочет год? Хорошо.
Я изучу каждый ингредиент его лжи и приготовлю ему такое блюдо, которое он не сможет переварить.
У меня нет машины. У меня нет работы.
Но у меня есть малыш. Мой малыш. И силы пересчитать все, что мой муж так намерен “спрятать
— Вот именно, мам. — отвечает ей мой муж. — Мне тридцать семь лет, я хочу драйва, хочу женщину, которая со мной на одной волне.
Коробка с тортом, на котором написано “Ты станешь папой” липнет к ладоням.
— Но развод... это же суды, раздел.
— Не будет никакого раздела. Я не дурак. Мне нужен год все спрятать. Ну поделим мы с Васькой квартиру, ладно. Лиде сейчас нельзя нервничать, у нее срок уже приличный, живот видно.
Я не могу дышать. По ногам пробегает дрожь. В голове только одна картинка: Егор обнимает какую-то Лиду, гладит ее живот. Тот самый живот, который я так мечтала иметь.
Он хочет год? Хорошо.
Я изучу каждый ингредиент его лжи и приготовлю ему такое блюдо, которое он не сможет переварить.
У меня нет машины. У меня нет работы.
Но у меня есть малыш. Мой малыш. И силы пересчитать все, что мой муж так намерен “спрятать
- Влад,…я просто… хотела позлить Диану.
- Это я понял.
- Спасибо, что подыграл.
Он становится серьёзным.
- Я не играл. За свои слова нужно отвечать, девочка моя.
Сердце пропускает удар, меня охватывает ужас. Он смотрит на меня так, что пламя в его глазах вот-вот меня обожжёт. Я судорожно пытаюсь придумать, что сказать, но Влад заводит машину, включает музыку, и мы едем.
До встречи с ним, Её жизнь ничем не отличалась от жизни тысяч таких же студенток. Но появившись в ней, Он навсегда перевернул её мир. Она думала, что счастье накрыло её с головой, но прошлое преподнесло неожиданный поворот и теперь ей предстоит непростой выбор.
- Это я понял.
- Спасибо, что подыграл.
Он становится серьёзным.
- Я не играл. За свои слова нужно отвечать, девочка моя.
Сердце пропускает удар, меня охватывает ужас. Он смотрит на меня так, что пламя в его глазах вот-вот меня обожжёт. Я судорожно пытаюсь придумать, что сказать, но Влад заводит машину, включает музыку, и мы едем.
До встречи с ним, Её жизнь ничем не отличалась от жизни тысяч таких же студенток. Но появившись в ней, Он навсегда перевернул её мир. Она думала, что счастье накрыло её с головой, но прошлое преподнесло неожиданный поворот и теперь ей предстоит непростой выбор.
— Тань, не дури, — приказал муж. — Разведёмся без лишнего шума. Сколько тебе отстегнуть, чтобы ты держала язык за зубами?
— Столько у тебя не отыщется, — процедила я.
— Миллион? Два? Десять? — свободно жонглирует суммами он. — Хочешь — сразу заплачу, хочешь — частями, до самой твоей пенсии. Подойдёт?
Вцепиться бы ему в горло и придушить!
У него впереди новая жизнь с новой женщиной, а я — ошибка молодости, о которой он давно успел пожалеть.
— Пошёл ты к чёрту со своими миллионами! — рявкнула я.
Он лишь плечами пожал и на прощание бросил:
— Как хочешь. Рано или поздно всё равно назад приползёшь. От таких, как я, Тань, не уходят.
— Столько у тебя не отыщется, — процедила я.
— Миллион? Два? Десять? — свободно жонглирует суммами он. — Хочешь — сразу заплачу, хочешь — частями, до самой твоей пенсии. Подойдёт?
Вцепиться бы ему в горло и придушить!
У него впереди новая жизнь с новой женщиной, а я — ошибка молодости, о которой он давно успел пожалеть.
— Пошёл ты к чёрту со своими миллионами! — рявкнула я.
Он лишь плечами пожал и на прощание бросил:
— Как хочешь. Рано или поздно всё равно назад приползёшь. От таких, как я, Тань, не уходят.
— Ты не можешь иметь детей, а твоя сестра родит мне сына. Ты будешь ему матерью, — объявил муж, обнимая мою беременную сестру. На глазах у всех родственников.
— Ты изменял мне, и думаешь, я останусь? Мы могли удочерить Полину. Десять дней — и у нас была бы дочь!
— Чужой ребенок с непонятной генетикой? — Демьян брезгливо поморщился. — Зачем нам такая, если у нас будет свой, родной.
— Никогда, ни за что я не смогу принять этого ребёнка!
— Примешь! — отрезал муж. — Выхода у нас нет! Главное, ты остаёшься моей женой. Так что не строй из себя жертву.
До этого дня я думала, что хуже уже некуда: бесплодие, годы лечения. Но я нашла выход — усыновление. Осталось всего ничего, и Полина, маленькая девочка из детдома, стала бы нашей дочкой по закону.
А теперь, когда меня предали самые близкие, на кону стояла не только Полина, но и крошечное чудо, ведь моё тело, которое столько лет считалось пустым и бесплодным, вдруг преподнесло сюрприз. Такой, о котором я даже боялась мечтать…
— Ты изменял мне, и думаешь, я останусь? Мы могли удочерить Полину. Десять дней — и у нас была бы дочь!
— Чужой ребенок с непонятной генетикой? — Демьян брезгливо поморщился. — Зачем нам такая, если у нас будет свой, родной.
— Никогда, ни за что я не смогу принять этого ребёнка!
— Примешь! — отрезал муж. — Выхода у нас нет! Главное, ты остаёшься моей женой. Так что не строй из себя жертву.
До этого дня я думала, что хуже уже некуда: бесплодие, годы лечения. Но я нашла выход — усыновление. Осталось всего ничего, и Полина, маленькая девочка из детдома, стала бы нашей дочкой по закону.
А теперь, когда меня предали самые близкие, на кону стояла не только Полина, но и крошечное чудо, ведь моё тело, которое столько лет считалось пустым и бесплодным, вдруг преподнесло сюрприз. Такой, о котором я даже боялась мечтать…
В этот момент за спиной раздался рёв мотоцикла — громкий, режущий слух. Я растерянно обернулся и увидел, как на меня несётся чёрный спортивный байк. Расстояние сокращалось с пугающей скоростью.
Мотоцикл резко затормозил в паре шагов от меня — так, что резина жалобно взвизгнула по асфальту. Водитель поднял затемнённое стекло шлема. Открывая только глаза.
Я с трудом сглотнул: за рулём была азиатка лет тридцати, с холодным, цепким взглядом.
Глаза, эти глаза…
Не теряя ни секунды, она достала из за пазухи пистолет и навела его прямо на меня.
Я стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться. В ушах звенело, а из трубки доносились сумбурные вопросы Торпа на английском:
— Дюон? Дюон, ты слышишь меня?! Что нам делать?!
Она не сводила с меня глаз. Я не пытался защититься, продолжая стоять, ожидая выстрела…
— Тик-так, тик-так, профессор Чонг, — произнесла она...
Мотоцикл резко затормозил в паре шагов от меня — так, что резина жалобно взвизгнула по асфальту. Водитель поднял затемнённое стекло шлема. Открывая только глаза.
Я с трудом сглотнул: за рулём была азиатка лет тридцати, с холодным, цепким взглядом.
Глаза, эти глаза…
Не теряя ни секунды, она достала из за пазухи пистолет и навела его прямо на меня.
Я стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться. В ушах звенело, а из трубки доносились сумбурные вопросы Торпа на английском:
— Дюон? Дюон, ты слышишь меня?! Что нам делать?!
Она не сводила с меня глаз. Я не пытался защититься, продолжая стоять, ожидая выстрела…
— Тик-так, тик-так, профессор Чонг, — произнесла она...
Выберите полку для книги