Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Я попала на скандальное тв-шоу и вмиг лишилась всего: репутации, семьи, работы, дома.
Меня унизили и растоптали, пытались довести до слез на глазах миллионов телезрителей. Но просчитались.
Взрослые девочки не плачут на публике.
Они собирают осколки разбитого сердца и идут дальше. По осколкам репутации тех, кто их предал.
В новую жизнь. Под руку с новой любовью.
Меня унизили и растоптали, пытались довести до слез на глазах миллионов телезрителей. Но просчитались.
Взрослые девочки не плачут на публике.
Они собирают осколки разбитого сердца и идут дальше. По осколкам репутации тех, кто их предал.
В новую жизнь. Под руку с новой любовью.
РОМАН ЗАВЕРШЕН. МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА
– Вы в курсе, что ваша супруга состоит в интимной связи с моим мужем? – спокойно произношу, глядя свёкру в глаза.
Мои слова, как нож, разрезают фальшивую идиллию богатого особняка.
– Лживая дрянь! Ты решила разрушить нашу семью из-за своей больной фантазии! – истерично орет “мачеха” моего мужа.
– Это все твоя глупая ревность. Хочешь потерять все, что у тебя есть? – в бешенстве рычит мой муж, дергая меня за руку.
– Это не фантазия. Это правда, которую я видела своими глазами. И у меня есть доказательства, – говорю, отправляя свёкру фотографию “любовников”.
Сделав это, понимаю – маски сорваны. Правда вырвалась на свободу. Но…
Что страшнее: жить в сладком обмане или смотреть в глаза леденящей душу реальности?..
– Вы в курсе, что ваша супруга состоит в интимной связи с моим мужем? – спокойно произношу, глядя свёкру в глаза.
Мои слова, как нож, разрезают фальшивую идиллию богатого особняка.
– Лживая дрянь! Ты решила разрушить нашу семью из-за своей больной фантазии! – истерично орет “мачеха” моего мужа.
– Это все твоя глупая ревность. Хочешь потерять все, что у тебя есть? – в бешенстве рычит мой муж, дергая меня за руку.
– Это не фантазия. Это правда, которую я видела своими глазами. И у меня есть доказательства, – говорю, отправляя свёкру фотографию “любовников”.
Сделав это, понимаю – маски сорваны. Правда вырвалась на свободу. Но…
Что страшнее: жить в сладком обмане или смотреть в глаза леденящей душу реальности?..
- Лана, значит, - бросает в спину, от чего мои ноги прирастают к земле.
Сердце стучит в неистовом ритме, предчувствуя приближающуюся тревогу. Я мысленно приказываю себе сбежать, как можно быстрее, но действую совершенно иначе. Поворачиваюсь к нему и ловлю на себе пронзающий, обжигающий взгляд и наглую ухмылку, которая будит в душе холодный страх. Каждое его движение, каждое слово, взгляд излучает опасность.
Он не делает попыток приблизиться ко мне, но я-то знаю, на что способен этот псих. Наша первая встреча была не самой приятной. Мне удалось ускользнуть от него. Но он пообещал, что мы еще встретимся.И вот, спустя месяц, он вновь ворвался в мою жизнь, когда я едва успела забыть его. Богатенький мажор, бабник и просто отбитый придурок, который рушит все мои мечты спокойно проучиться в универе.
Сердце стучит в неистовом ритме, предчувствуя приближающуюся тревогу. Я мысленно приказываю себе сбежать, как можно быстрее, но действую совершенно иначе. Поворачиваюсь к нему и ловлю на себе пронзающий, обжигающий взгляд и наглую ухмылку, которая будит в душе холодный страх. Каждое его движение, каждое слово, взгляд излучает опасность.
Он не делает попыток приблизиться ко мне, но я-то знаю, на что способен этот псих. Наша первая встреча была не самой приятной. Мне удалось ускользнуть от него. Но он пообещал, что мы еще встретимся.И вот, спустя месяц, он вновь ворвался в мою жизнь, когда я едва успела забыть его. Богатенький мажор, бабник и просто отбитый придурок, который рушит все мои мечты спокойно проучиться в универе.
— Так хорошо меня знаешь, Анфи-и-са? — спрашивает мой босс.
Не могу вымолвить ни слова, оглушённая тем, как он произнёс моё имя, почти выдохнув его мне на ухо. Кожа мгновенно покрывается предательскими мурашками.
— Да, — выдавливаю из себя.
— Уверена? — Глеб накрывает ладонью моё колено. — Остановишь меня? — прищурившись, смотрит в глаза. — Анфиса, ты же знаешь правило. Меня нужно остановить. Прямо сейчас.
Он пьян? Это проверка? Игра?
Глеб прав: я должна его остановить, но не могу.
******
Мой босс — красив как дьявол, но холоден как лёд. А ещё у него есть жёсткое правило — никаких романов на работе. Но даже понимая, что мне ничего не светит, я умудрилась безответно в него влюбиться.
И всё шло своим чередом, пока на благотворительном ужине он не проявил инициативу и не затащил меня в постель. Вот только на следующее утро передо мной снова был не горячий мужчина, а холодный айсберг.
Он решил забыть нашу ночь? Или?..
Не могу вымолвить ни слова, оглушённая тем, как он произнёс моё имя, почти выдохнув его мне на ухо. Кожа мгновенно покрывается предательскими мурашками.
— Да, — выдавливаю из себя.
— Уверена? — Глеб накрывает ладонью моё колено. — Остановишь меня? — прищурившись, смотрит в глаза. — Анфиса, ты же знаешь правило. Меня нужно остановить. Прямо сейчас.
Он пьян? Это проверка? Игра?
Глеб прав: я должна его остановить, но не могу.
******
Мой босс — красив как дьявол, но холоден как лёд. А ещё у него есть жёсткое правило — никаких романов на работе. Но даже понимая, что мне ничего не светит, я умудрилась безответно в него влюбиться.
И всё шло своим чередом, пока на благотворительном ужине он не проявил инициативу и не затащил меня в постель. Вот только на следующее утро передо мной снова был не горячий мужчина, а холодный айсберг.
Он решил забыть нашу ночь? Или?..
– Я так скучала, – женский голос доносится из кабинета моего мужа, главного врача.
– И я скучал, – шепчет в ответ супруг.
Кто там? С кем разговаривает мой любимый? Без стука захожу в кабинет. Рядом с моим мужем стоит незнакомая девушка.
– Кто это?!
Вместо мужа отвечает рыжая незнакомка.
– У нас долгая история. Мы не были женаты, но когда у меня родился сын, я думала, что мы с Всеволодом поженимся. Но он выбрал карьеру. Я уехала на четыре года и оборвала все связи. Однако сейчас всё изменилось. Ты была лишь временным развлечением, недолговечной заменой. Сейчас вернулась я. Его настоящая любовь, мать его сына. Он – мой! – злорадствующе улыбается.
Мне больно это слышать! Не верю! Почему муж молчит?!
– Сева, скажи, что это неправда! – по щекам текут слёзы.
– Правда. Я не хочу, чтобы ты была моей женой. Документы о разводе придут по почте. На этом наши дороги расходятся. Прощай, – произносит мужчина, чьего ребёнка я ношу под сердцем.
– И я скучал, – шепчет в ответ супруг.
Кто там? С кем разговаривает мой любимый? Без стука захожу в кабинет. Рядом с моим мужем стоит незнакомая девушка.
– Кто это?!
Вместо мужа отвечает рыжая незнакомка.
– У нас долгая история. Мы не были женаты, но когда у меня родился сын, я думала, что мы с Всеволодом поженимся. Но он выбрал карьеру. Я уехала на четыре года и оборвала все связи. Однако сейчас всё изменилось. Ты была лишь временным развлечением, недолговечной заменой. Сейчас вернулась я. Его настоящая любовь, мать его сына. Он – мой! – злорадствующе улыбается.
Мне больно это слышать! Не верю! Почему муж молчит?!
– Сева, скажи, что это неправда! – по щекам текут слёзы.
– Правда. Я не хочу, чтобы ты была моей женой. Документы о разводе придут по почте. На этом наши дороги расходятся. Прощай, – произносит мужчина, чьего ребёнка я ношу под сердцем.
— Правила, — начинает он без предисловий. — Первое: никаких личных средств связи. Телефона у тебя нет, и не будет. Второе: выход за периметр — под запретом. Территория охраняется, попытка уйти будет расценена как враждебный акт. Третье: беспрекословное подчинение мне и Борису в вопросах безопасности. Твоя задача — быть невидимой, но находиться в пределах моей досягаемости. Ты теперь не помощница. Ты — обязательный атрибут моей безопасности. Живой щит, если угодно. Выхода, Сидорова, нет. Пока я не выясню, кто и как нас сегодня пытался размазать по асфальту.
Ярость поднимается во мне такой горячей волной, что на секунду перебивает страх.
— Вы не имеете права! Я не вещь! Я…
— Имею, — спокойно перебивает он. — Потому что в тот момент, когда ты села в мою машину, ты стала мишенью. Так же, как и я. Твоя «свобода» сейчас — это верная смерть где-нибудь в канаве. Здесь у тебя есть шанс. Хочешь им воспользоваться — слушайся. Нет — дверь на улицу открыта. Но учти, они уже знают твое лицо.
Ярость поднимается во мне такой горячей волной, что на секунду перебивает страх.
— Вы не имеете права! Я не вещь! Я…
— Имею, — спокойно перебивает он. — Потому что в тот момент, когда ты села в мою машину, ты стала мишенью. Так же, как и я. Твоя «свобода» сейчас — это верная смерть где-нибудь в канаве. Здесь у тебя есть шанс. Хочешь им воспользоваться — слушайся. Нет — дверь на улицу открыта. Но учти, они уже знают твое лицо.
- Вижу шестеренки заработали.
- Я все таки верю, что меня можно полюбить.
- С деньгами можно любого полюбить.
- Да меня Катюха будет любить и без денег! Ясно! Да любая полюбит.
Я даже подскочил со стула.
- Хорошо, - отец вдруг встрепенулся, развернулся ко мне лицом и положил руки перед собой.
Вот мы и добрались до сути. Прищурившись, я сел обратно.
- Давай заключим сделку.
- Какую? - спросил не скрывая любопытства.
Соглашаясь на эксперимент, я даже не подозревал каким ужасом он для меня обернется. Теперь я обычный парень с копейками в кармане. Друзья смылись стоило обо всем рассказать, а любимая девушка послала. Жутко представить какое еще разочарование ждет меня впереди.
- Я все таки верю, что меня можно полюбить.
- С деньгами можно любого полюбить.
- Да меня Катюха будет любить и без денег! Ясно! Да любая полюбит.
Я даже подскочил со стула.
- Хорошо, - отец вдруг встрепенулся, развернулся ко мне лицом и положил руки перед собой.
Вот мы и добрались до сути. Прищурившись, я сел обратно.
- Давай заключим сделку.
- Какую? - спросил не скрывая любопытства.
Соглашаясь на эксперимент, я даже не подозревал каким ужасом он для меня обернется. Теперь я обычный парень с копейками в кармане. Друзья смылись стоило обо всем рассказать, а любимая девушка послала. Жутко представить какое еще разочарование ждет меня впереди.
— Квест выполнен. Деньги мои.
Я медленно сажусь, натягивая на себя простыню. Холодный шёлк прилипает к влажной коже.
— Что ты имеешь в виду?
— Я выиграл спор, — поясняет Гордей, спуская ноги с кровати. — Три месяца назад мы с пацанами поспорили, что я смогу уложить первую скромницу института в постель. Ну и вот. Я выиграл.
— Ты… — голос срывается, превращаясь в хрип. — Ты всё это время… просто…
— Это была игра, Светик.
Он оборачивается, и его улыбка становится шире. Та самая улыбка, от которой у меня всегда подкашивались ноги.
Теперь она выглядит как жуткая гримаса.
— Признайся, в глубине души ты это подозревала. Кто на такую пышку позарится? Да я тебя из жалости взял. Для спортивного интереса.
В ту ночь моя жизнь рухнула. Он выиграл спор, а я осталась с ребёнком на руках.
Но я не сдалась, стала сильной, привела себя в порядок и открыла кондитерскую с ПП-десертами, сделав свои слабости своей силой.
И всё было отлично, пока под Новый год на моём пороге не появился он…
Я медленно сажусь, натягивая на себя простыню. Холодный шёлк прилипает к влажной коже.
— Что ты имеешь в виду?
— Я выиграл спор, — поясняет Гордей, спуская ноги с кровати. — Три месяца назад мы с пацанами поспорили, что я смогу уложить первую скромницу института в постель. Ну и вот. Я выиграл.
— Ты… — голос срывается, превращаясь в хрип. — Ты всё это время… просто…
— Это была игра, Светик.
Он оборачивается, и его улыбка становится шире. Та самая улыбка, от которой у меня всегда подкашивались ноги.
Теперь она выглядит как жуткая гримаса.
— Признайся, в глубине души ты это подозревала. Кто на такую пышку позарится? Да я тебя из жалости взял. Для спортивного интереса.
В ту ночь моя жизнь рухнула. Он выиграл спор, а я осталась с ребёнком на руках.
Но я не сдалась, стала сильной, привела себя в порядок и открыла кондитерскую с ПП-десертами, сделав свои слабости своей силой.
И всё было отлично, пока под Новый год на моём пороге не появился он…
Узнав про измену мужа, я выбираю единственное верное решение — бежать как можно дальше. Вот только на пути встаёт настоящий отец моего сына. А сбежать от мафии становится уже не так просто, как от неверного мужа...
Он спас ее из бездны. Влад, кумир толпы, привыкший владеть всем и всеми, подарил ей — горничной Ласте, потерявшей всё, — страсть, кров и уверенность: «Ты моя». Она поверила, что нашла любовь, способную укрыть от любых бед.
Но одна ночь разрушила эту иллюзию. Его пьяное откровение обнажило холодный расчет там, где она ждала тепла. За ним последовало предательство — грязное, наглое, запечатленное на видео. А потом… слова врача, перечеркнувшие все прежние правила.
Что окажется сильнее: любовь, похожая на смертельную зависимость, или инстинкт материнства, проснувшийся вопреки всему?
Ласта стоит на пороге выбора, который определит ее судьбу. Простить и остаться в золотой клетке? Или, храня величайшую тайну, шагнуть в неизвестность, рискуя всем, чтобы сохранить себя?
Это—не сказка. Это история о любви, которая ранит, о предательстве, которое заставляет прозреть, и о силе, рождающейся там, где отступать уже некуда. История о том, как из осколков разбитого сердца можно собрать новую жизнь
Но одна ночь разрушила эту иллюзию. Его пьяное откровение обнажило холодный расчет там, где она ждала тепла. За ним последовало предательство — грязное, наглое, запечатленное на видео. А потом… слова врача, перечеркнувшие все прежние правила.
Что окажется сильнее: любовь, похожая на смертельную зависимость, или инстинкт материнства, проснувшийся вопреки всему?
Ласта стоит на пороге выбора, который определит ее судьбу. Простить и остаться в золотой клетке? Или, храня величайшую тайну, шагнуть в неизвестность, рискуя всем, чтобы сохранить себя?
Это—не сказка. Это история о любви, которая ранит, о предательстве, которое заставляет прозреть, и о силе, рождающейся там, где отступать уже некуда. История о том, как из осколков разбитого сердца можно собрать новую жизнь
Выберите полку для книги