Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
— Я няня вашего ребёнка. Интимные услуги отцу в мои обязанности не входят.
— Какие еще интимные услуги?! Ты что себе нафантазировала?
— Я нафантазировала?! Вы только что недвусмысленно намекнули лечь в вашу постель за хорошую прибавку к зарплате. Я не дура.
— Ты не дура, ты идиотка…
Я устроилась няней к сыну бездушного мужчины. В нем нет любви, чувств, эмоций и сострадания. Ничего. Только привлекательная и в то же время пугающая оболочка.
В тексте есть:
Главный герой — бездушный и циничный.
Главная героиня — веселая, дерзкая дурочка.
Противостояние характеров.
Разница в возрасте (герой старше на 14 лет).
Сложные отношения.
ХЭ (обязателен!)
— Какие еще интимные услуги?! Ты что себе нафантазировала?
— Я нафантазировала?! Вы только что недвусмысленно намекнули лечь в вашу постель за хорошую прибавку к зарплате. Я не дура.
— Ты не дура, ты идиотка…
Я устроилась няней к сыну бездушного мужчины. В нем нет любви, чувств, эмоций и сострадания. Ничего. Только привлекательная и в то же время пугающая оболочка.
В тексте есть:
Главный герой — бездушный и циничный.
Главная героиня — веселая, дерзкая дурочка.
Противостояние характеров.
Разница в возрасте (герой старше на 14 лет).
Сложные отношения.
ХЭ (обязателен!)
— Что-то ты поздно. Милый.
— Я ненадолго, только вещи соберу и уеду. Не хочу жить со страшное женой. Ты же в упор не видишь, глаза косые, нос страшный, брови, тебе не идут такие брови. Цвет волос отвратительный. Ты бесполезная.
Подняла удивленно брови. Причем, по его мнению, страшные брови.
— Значит развод.
— Нет. Я не дам тебе развод. Вот приведешь себя в порядок, тогда я к тебе вернусь.
Усмехнулась.
— От любовницы вернешься?
— Она красивее тебя и лучше. Хозяйственная, добрая, невероятно красивая. Но глупая. Я же мужчина, у нас инстинкты. С тобой пока не могу, но если ты станешь лучше, заживем как раньше. Давай, пока.
— Пока.
— Я ненадолго, только вещи соберу и уеду. Не хочу жить со страшное женой. Ты же в упор не видишь, глаза косые, нос страшный, брови, тебе не идут такие брови. Цвет волос отвратительный. Ты бесполезная.
Подняла удивленно брови. Причем, по его мнению, страшные брови.
— Значит развод.
— Нет. Я не дам тебе развод. Вот приведешь себя в порядок, тогда я к тебе вернусь.
Усмехнулась.
— От любовницы вернешься?
— Она красивее тебя и лучше. Хозяйственная, добрая, невероятно красивая. Но глупая. Я же мужчина, у нас инстинкты. С тобой пока не могу, но если ты станешь лучше, заживем как раньше. Давай, пока.
— Пока.
ЗАВЕРШЁННАЯ ПОВЕСТЬ! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
– Зачем ты пришла? – он прищуривается.
– Я хотела сказать тебе… Решила, что будет честно, если ты будешь знать, – делаю глубокий вдох.
– Я и так уже всё знаю, – перебивает меня Стас.
– Знаешь? – растерянно моргаю.
– Естественно, Ада! – он морщится. – Твоя мать позвонила моей, моя – мне. Чего ты от меня хочешь сейчас?
У меня пересыхает во рту.
– Я… хотела просто сказать…
– Ты выбрала свою жизнь, Ада, – он окидывает меня взглядом, качает головой. Я – свою. А теперь извини, у меня встреча, – бросает коротко и уходит, не оборачиваясь.
Жених бросил меня беременной, выбрав карьеру. Я справилась сама и теперь ращу его дочку. Вот только спустя шесть лет бывший снова появился в нашей жизни. Что ему от нас надо?
– Зачем ты пришла? – он прищуривается.
– Я хотела сказать тебе… Решила, что будет честно, если ты будешь знать, – делаю глубокий вдох.
– Я и так уже всё знаю, – перебивает меня Стас.
– Знаешь? – растерянно моргаю.
– Естественно, Ада! – он морщится. – Твоя мать позвонила моей, моя – мне. Чего ты от меня хочешь сейчас?
У меня пересыхает во рту.
– Я… хотела просто сказать…
– Ты выбрала свою жизнь, Ада, – он окидывает меня взглядом, качает головой. Я – свою. А теперь извини, у меня встреча, – бросает коротко и уходит, не оборачиваясь.
Жених бросил меня беременной, выбрав карьеру. Я справилась сама и теперь ращу его дочку. Вот только спустя шесть лет бывший снова появился в нашей жизни. Что ему от нас надо?
Николай лежал в постели съёмной квартиры на Садовой, глядя на спящую рядом Лизу, и понимал, что окончательно потерял себя. Её волосы рассыпались по подушке, ресницы трепетали во сне, губы были слегка приоткрыты. Она была прекрасна. Опасна. И абсолютно необходима — как воздух, как наркотик, от которого нет спасения.
Он провёл пальцем по её плечу, и Лиза открыла глаза, улыбнулась — той улыбкой, что переворачивала всё внутри.
— Доброе утро, — прошептала она.
— Доброе, — он притянул её к себе, зарылся лицом в её волосы. — Я люблю тебя.
Эти слова давались легко теперь. Слишком легко. Он говорил их каждый день, каждую ночь, когда приходил сюда — в эту квартиру, ставшую его настоящим домом. А та, другая квартира, где ждала Лера — его жена, превратилась в декорацию, в которой он играл роль любящего мужа.
Он провёл пальцем по её плечу, и Лиза открыла глаза, улыбнулась — той улыбкой, что переворачивала всё внутри.
— Доброе утро, — прошептала она.
— Доброе, — он притянул её к себе, зарылся лицом в её волосы. — Я люблю тебя.
Эти слова давались легко теперь. Слишком легко. Он говорил их каждый день, каждую ночь, когда приходил сюда — в эту квартиру, ставшую его настоящим домом. А та, другая квартира, где ждала Лера — его жена, превратилась в декорацию, в которой он играл роль любящего мужа.
Пиликнуло сообщение. Я нажал на экран. Выскочило видео.
- Что тут у нас? – наверное, Машка опять прислала фото своих прелестей.
Нет? Странно.
На видео - улица. Парадный вход какого-то ресторана или отеля. Кажется, это «Гермес». Точно! Я был с Машенькой там однажды. Ничего такой, дорогой отель. Славно мы там с малышкой позажигали. Пошло улыбнулся, вспомнив тот развратный вечер…
Так, стоп! Сейчас не об этом… камера направлена на вход. И что я должен там увидеть?
Подъехала красная машина… очень похожая на машину… моей жены.
Стоп. Это она и есть! Снимающий видео человек позаботился, чтобы хорошо были видны номера.
Дверь машины открывается, показались женские ноги - в красных туфлях с серебристой пряжкой… точно такие есть у моей жены!
Что тут, чёрт побери, происходит?!
- Что тут у нас? – наверное, Машка опять прислала фото своих прелестей.
Нет? Странно.
На видео - улица. Парадный вход какого-то ресторана или отеля. Кажется, это «Гермес». Точно! Я был с Машенькой там однажды. Ничего такой, дорогой отель. Славно мы там с малышкой позажигали. Пошло улыбнулся, вспомнив тот развратный вечер…
Так, стоп! Сейчас не об этом… камера направлена на вход. И что я должен там увидеть?
Подъехала красная машина… очень похожая на машину… моей жены.
Стоп. Это она и есть! Снимающий видео человек позаботился, чтобы хорошо были видны номера.
Дверь машины открывается, показались женские ноги - в красных туфлях с серебристой пряжкой… точно такие есть у моей жены!
Что тут, чёрт побери, происходит?!
Роман о поколении, рожденном на рубеже 60-х - 70-х годов прошлого века, пережившем развал великой страны и живущем в современной России. Книга о Любви - любви к Родине, любви к Женщине, любви к своему Делу. Рассказ о настоящих мужчинах, служащих закону, и их прекрасных женщинах, и их жизни на протяжении более полувека.
– Работа? Не смей меня принимать за дурака! Я вижу, как ты на нее смотришь. Вижу, как она тут расхаживает, как у себя дома. Дочь беглой матери, у которой в голове ветер и чужие понятия! Она не знает наших законов, нашего уклада. Она – чужая кровь. И это пятно на нашей репутации!
– Ее кровь такая же, как и наша! – почти кричит Тамерлан. Я никогда не слышала, чтобы он так повышал голос. – Ее мать отсюда! Она чувствует эту землю, она понимает ее!
– Либо ты прекращаешь это… это недоразумение. Отправляешь ее обратно в ее столицу, как только закончатся съемки и возвращаешься к своим обязанностям
– Или?
– Или… – Арсен делает паузу, и в этой паузе – ледяная мощь. – Ты лишаешься своего поста, своего положения здесь, наследства. Ты останешься без семьи, без всего, что значит быть Арсеновым. И я прокляну тебя именем твоей матери!
– Ее кровь такая же, как и наша! – почти кричит Тамерлан. Я никогда не слышала, чтобы он так повышал голос. – Ее мать отсюда! Она чувствует эту землю, она понимает ее!
– Либо ты прекращаешь это… это недоразумение. Отправляешь ее обратно в ее столицу, как только закончатся съемки и возвращаешься к своим обязанностям
– Или?
– Или… – Арсен делает паузу, и в этой паузе – ледяная мощь. – Ты лишаешься своего поста, своего положения здесь, наследства. Ты останешься без семьи, без всего, что значит быть Арсеновым. И я прокляну тебя именем твоей матери!
— Девочки, у вас скоро будет братик.
— Как это? Мама, ты беременна?
— Нет. Это у меня в животике растет сын вашего папы, — заявила любовница мужа в день рождения наших двойняшек.
____________
Я думала, что знаю своего мужа. Двадцать лет брака, две дочери, планы на будущее. Но когда застала его с беременной любовницей в день рождения детей, поняла, что жила с чужим человеком. Теперь передо мной новая жизнь и тест на беременность, который может изменить всё.
— Как это? Мама, ты беременна?
— Нет. Это у меня в животике растет сын вашего папы, — заявила любовница мужа в день рождения наших двойняшек.
____________
Я думала, что знаю своего мужа. Двадцать лет брака, две дочери, планы на будущее. Но когда застала его с беременной любовницей в день рождения детей, поняла, что жила с чужим человеком. Теперь передо мной новая жизнь и тест на беременность, который может изменить всё.
Грейс, после смерти матери, нашла своего биологического отца.
А у него есть враг - Гордей.
И Гордей очень даже не против отомстить своего врагу через его дочь...
А у него есть враг - Гордей.
И Гордей очень даже не против отомстить своего врагу через его дочь...
Есть всего одно правило: не влюбляться в гостей отеля. Но все правила созданы для того, чтобы их нарушать.
Её жизнь — это бесконечные коридоры роскошного отеля, накрахмаленная униформа и невидимость. Для таких, как София, горничных, существуют строгие правила: быть незаметной, вежливой и ни в коем случае не переступать черту, отделяющую прислугу от постояльцев.
Его жизнь — это деловые встречи, скучные коктейли и пятизвездочное одиночество. Один небрежный кивок — вот все, что он должен заметить.
Но одно случайное касание, один украдкой подслушанный смех, один взгляд, полный понимания, — и стена между ними дала трещину. Теперь им предстоит выбрать: остаться в своих мирах, где царят порядок и предрассудки, или нарушить главное правило и рискнуть всем ради чувства, которого не должно было быть.
Её жизнь — это бесконечные коридоры роскошного отеля, накрахмаленная униформа и невидимость. Для таких, как София, горничных, существуют строгие правила: быть незаметной, вежливой и ни в коем случае не переступать черту, отделяющую прислугу от постояльцев.
Его жизнь — это деловые встречи, скучные коктейли и пятизвездочное одиночество. Один небрежный кивок — вот все, что он должен заметить.
Но одно случайное касание, один украдкой подслушанный смех, один взгляд, полный понимания, — и стена между ними дала трещину. Теперь им предстоит выбрать: остаться в своих мирах, где царят порядок и предрассудки, или нарушить главное правило и рискнуть всем ради чувства, которого не должно было быть.
Выберите полку для книги