Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»

Один шанс на миллион. Врачи сказали, что я никогда не рожу. А потом случилось чудо — две полоски на тестах, стук сердечка на УЗИ.
Сперва муж гнал меня на аборт, потом подал на развод и хочет отсудить себе ребёнка.

Я купила дом в забытой деревне, чтобы спрятаться от него и всей этой войны.
Только я, малыш в животе и…сосед. Пластический хирург без работы. Угрюмый мужик с топором. Чужой человек.
Он приносил мне картошку, когда кончились продукты. Он вёз меня в метель, когда начались схватки. Он держал за руку, когда я рожала.

И теперь он говорит, что хочет быть отцом моего сына.
И бывший муж не унимается.
Я не знаю, на чём закончится эта война. Знаю только, что малыш будет расти с тем, кто выберет его сердцем.

Это я обещаю.

Алёна прилетает на Кипр, чтобы выдохнуть, побыть наедине с собой и забыть о прошлых отношениях. Единственное правило: никаких курортных романов. Сосед по арендованному коттеджу, кажется, не читал этот пункт. Он слишком хорош, слишком близко — и смотрит так, что запреты начинают трещать.

Но «трещать» ещё не значит «рушиться». А Алёна прекрасно знает цену красивым обещаниям.

Варя Лапина умеет держать микрофон, удар и собственное достоинство. Она пышная, дерзкая, смешная и слишком живая для тех, кто привык делить людей на “свой круг” и всех остальных.

Артём Рождественский — богатый наследник, красавец и мажор с безупречной фамилией, которому кажется, что мир обязан расступаться сам. Пока однажды в прямом эфире Варя не бросает ему вызов:

месяц обычной жизни без семейных денег, помощников, водителя и привычного “папа решит”.

Он соглашается, чтобы доказать, что не проигрывает. Она — чтобы показать зрителям правду. Но чем дальше заходит пари, тем труднее понять, где заканчивается шоу и начинается настоящее притяжение.

Он учится носить коробки, признавать ошибки и слышать людей. Она учится не путать красивые жесты с настоящим выбором. А вокруг уже кипят слухи, семейные интриги, ревность, скандалы и вопрос, на который придётся ответить обоим:

это всё ещё спор — или любовь, которую уже не спрятать за камерами?

– Я тебе не подхожу, – эти слова сорвались с губ раньше, чем Рома успел коснуться меня, – Мы слишком разные, настолько, что я...
– А кто тебе сказал, что ты мне не подходишь? Как по мне, мы идеально дополняем друг друга. А вот это твоё «Я тебе не подхожу» говорит разве что о твоей неуверенности в себе.
Привыкнув идти напролом, ещё и каким-то волшебным образом чувствуя, что у меня на душе, Рома коснулся пальцами моего подбородка, вынуждая поднять голову и посмотреть на него.
– Я в себе уверена.
– Да что ты говоришь! – язвительно усмехнулся, склонившись к моему лицу, – Настолько, что приняла свои недостатки?
– Я... Какие недостатки? Ты про мой лишний вес?
– А чего это ты так смутилась, уверенная ты моя? И при чём тут твой вес? Или ты думаешь, что я образец идеала, поэтому ты мне не подходишь?

С того дня, как Кристина вышла замуж, мир вокруг нее начал тускнеть. Она чувствовала себя потерянной и одинокой, бредя по жизни, которая с каждым днём становилась всё длиннее, труднее и безнадёжнее. Крис не знала, сколько ещё сможет выдержать. Но однажды она встретила незнакомца, который по иронии судьбы стал для неё спасением после того, как чуть не сбил её.

Уже давно подозреваю, что мой собственный муж мне изменяет, это началось с губной помады на воротнике и закончилось... Разводом.
– Давай развод! Хватит! С меня хватит!
– Хорошо, – сказала я одними губами. – Развод – значит, развод.

Очень скоро в моей жизни появился новый человек, "легенда всех риелторов" и мужчина, умеющий удивительно нежно любить.
– Кофе был неплох, – сказал Роман негромко. – Хотя я предпочитаю пить его, а не стирать в нём свою рубашку.

– Андрей, я все эти годы жертвовала собой ради семьи, детей, ради тебя. Я делала все…
– Тебя об этом никто не просил, – холодно отрезает муж, – может быть стоило не идти на жертвы, а вести себя достойно?
– Ты несправедлив.
– Жизнь, вообще несправедлива, Маша. Собирай свои вещи и чтобы к обеду твоих вещей не было в моем доме, можешь пожить в моей старой квартире, а дальше решим.
– А дети…
– Дети остануться в этом доме. Или ты думаешь они захотят жить с такой матерью как ты?


Я три года знаю про все измены моего мужа.
У него вторая семья, у него любовница, которой я дала деньги, чтобы защитить репутацию мужа.
Я пожертвовала всем, ради спасения нашей семьи, а он все равно решил, что я его недостойна.

— Виктория Сергеевна, вы знаете китайский. Через полчаса переговоры. Будете переводить.
— Я не переводчик. Я в рекламе работаю.
— Плачу вам миллион.
— Хорошо, но у меня есть условие.
— Какое?
— После переговоров едете со мной в деревню. На пасеку. Мёд качать.
— Вы серьёзно?
— Абсолютно. Я спасаю ваши переговоры, вы спасаете мой медовый сезон.
Вчера я застала мужа с любовницей. Он был уверен: я поплачу, испугаюсь и прощу. Но вместо этого я уехала к детям, к маме и к своей пасеке. Только одна я не справлюсь. И тут в моей жизни появляется Демид Воронцов — жёсткий босс-миллиардер, который привык всё решать деньгами. Но со мной так не получится. У нас теперь сделка: я помогаю ему, он — мне. И кто бы мог подумать, что всё начнётся с пчёл, старой медогонки и мужчины, который совсем не умеет быть простым.

Я провожу ладонью по каменной плите, под которой уже год лежит наш сын.
— Артур, — шепчу я мужу, — мне кажется, он нас сегодня услышал.
— Надя, — вдруг говорит он. — Послушай меня.
Я поворачиваюсь. Что-то нехорошее в его голосе.
— Хватит.
Что «хватит»? Дышать? Помнить?
— Я ухожу от тебя.
Мир не рушится со звоном.
Он просто теряет цвет, становясь серым, как это небо. Кажется, даже вороны на ветках замолчали разом.
— Что?
Я переспрашиваю, потому что звуки не складываются в смысл.
— Прости. Я больше не могу смотреть на твое лицо. Ты плачешь по ночам, я же слышу. Я… я хочу жить.
— Ты серьезно? Сейчас? Здесь?
Тянусь к нему, хочу коснуться плеча, но он дергается.
— Не надо, Надь.
Машина тормозит в трех метрах от нас.
Марина.
Крестная Димки. В руках нет ничего. Ни цветов, ни игрушек.
Она приехала не к Димке.
Она приехала за Артуром.
— Ты… — воздух в легких заканчивается. — Вы…

Кто-то хватает меня за талию и приподнимает над землёй, а другой рукой крепко зажимает мой рот. Я в ловушке. Пытаюсь вырваться и барахтаюсь. Даже смогла зацепиться ботинком за оградку, но это не помогло. Меня резко дёрнули — и освободили мою ногу. Я не могу издать ни звука.
— Попалась? А не нужно совать свой нос туда, куда не следует, — раздался голос.
— Швед! Поймал? — крикнул второй мужчина.
— Ага. Сейчас приведу, — сказал мой пленитель.
Но мы так и не двинулись с места. Он продолжает держать меня на весу.
— Не реви. Поговорим и отпустим — а я реву? — Если издашь хоть звук, сделаю тебе лишнюю дырку в голове. Кивни, если поняла?
Я кивнула. Он поставил меня на землю, я предприняла попытку вырваться, да неудачную. Он снова поднял меня над землёй.
— Я что-то не так сказал? — спросил он. — Сейчас ты тихо, без криков и истерик, пойдёшь со мной. Мы поговорим — и ты благополучно отправишься домой, к маме и папе. Уяснила? — рявкнул он.