Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «slozhnye-otnosheniya»
Аннотация:
Это так занимательно – высказать начальству всё то, что накипело за пять лет работы, но при этом сохранить своё рабочее место, да ещё и получить за это приличную сумму денег.
Попахать, конечно, тоже придётся, но зато какой бонус мне светит!
***
- Вызывали, Марк Никитич?
Захожу в кабинет к боссу с его любимым кофе.
- Вызывал, Лидия Михайловна. Кофе как обычно – три раза плюнули и наслали порчу, чтобы у меня не стояло?
- Конечно, Марк Никитич. Сейчас кругом сплошные кризисы, но должно же быть хоть где-то постоянство! Я вас в этом вопросе не подведу. Обещаю!
- Ой, Лидия Михайловна, вот только не надо переходить к угрозам.
- Я тут подумала... сегодня кофейный оттенок прекрасно бы подошёл к цвету ваших брюк. Не находите, Марк Никитич?
О да! Он находил! Ещё как!
- Ваше увольнение, Лидия Михайловна! Вот что прекрасно бы подошло к любому моему наряду в любой день недели, месяца и года.
- Как жаль, что вам это не светит!
Это так занимательно – высказать начальству всё то, что накипело за пять лет работы, но при этом сохранить своё рабочее место, да ещё и получить за это приличную сумму денег.
Попахать, конечно, тоже придётся, но зато какой бонус мне светит!
***
- Вызывали, Марк Никитич?
Захожу в кабинет к боссу с его любимым кофе.
- Вызывал, Лидия Михайловна. Кофе как обычно – три раза плюнули и наслали порчу, чтобы у меня не стояло?
- Конечно, Марк Никитич. Сейчас кругом сплошные кризисы, но должно же быть хоть где-то постоянство! Я вас в этом вопросе не подведу. Обещаю!
- Ой, Лидия Михайловна, вот только не надо переходить к угрозам.
- Я тут подумала... сегодня кофейный оттенок прекрасно бы подошёл к цвету ваших брюк. Не находите, Марк Никитич?
О да! Он находил! Ещё как!
- Ваше увольнение, Лидия Михайловна! Вот что прекрасно бы подошло к любому моему наряду в любой день недели, месяца и года.
- Как жаль, что вам это не светит!
– Сашенька… ты не сердись… я, кажется, сережку потеряла… боюсь, что в кровати осталась, пока мы с тобой…
Смех женский – грудной, глубокий, а у меня телефон чуть из рук не падает. Я слышу женский голос в умной колонке, к которой подключился телефон мужа.
– Ты такой зверь… любимый… в общем, проверь постель, чтобы вдруг твоя женушка не нашла сережку… может, еще и в ванной, правда, упала, я… не помню… ты был таким диким… ненасытным…
Телефон все-таки падает из моих ослабевших рук, звонок прерывается, и колонка замолкает.
Я не верю, что Саша мог в… нашу супружескую кровать чужую женщину притащить…
Слезы текут по щекам, я проверяю постель… меня буквально накрывает какой-то страшной агонией. И в тот момент, когда кажется, что это все какой-то сумасшедший розыгрыш, что-то со звоном падает на пол с простыни.
– Не может быть… – проговариваю дрогнувшим голосом, а сама наклоняюсь и поднимаю с пола золотую сережку с бриллиантом...
Смех женский – грудной, глубокий, а у меня телефон чуть из рук не падает. Я слышу женский голос в умной колонке, к которой подключился телефон мужа.
– Ты такой зверь… любимый… в общем, проверь постель, чтобы вдруг твоя женушка не нашла сережку… может, еще и в ванной, правда, упала, я… не помню… ты был таким диким… ненасытным…
Телефон все-таки падает из моих ослабевших рук, звонок прерывается, и колонка замолкает.
Я не верю, что Саша мог в… нашу супружескую кровать чужую женщину притащить…
Слезы текут по щекам, я проверяю постель… меня буквально накрывает какой-то страшной агонией. И в тот момент, когда кажется, что это все какой-то сумасшедший розыгрыш, что-то со звоном падает на пол с простыни.
– Не может быть… – проговариваю дрогнувшим голосом, а сама наклоняюсь и поднимаю с пола золотую сережку с бриллиантом...
— Изменять с моей лучшей подругой, Яш? Серьезно? Других женщин не нашлось?
— Прекрати, Ада, — вздыхает. — Ты же давно большая девочка и понимаешь, что есть вещи, которые невозможно контролировать, — ослабляет галстук.
— Разве? По-моему очень просто держать штаны застегнутыми и не снимать их с кем-то кроме жены.
— Когда ты вообще разрешала снять перед тобой штаны? Ты же забыла о том, как я выгляжу без одежды. А страсть вообще не для тебя. Я тебя не виню. Кто-то создан для уюта, а кто-то для праздника и горячих ночей.
— Хочешь сказать, что тебе с ней лучше?
— Она дарит мне то, чего ты давно не даешь.
— Тогда развод.
— Не дури. Какой развод в нашем возрасте! Да и зачем? К тому же тебе так самой проще. Я больше не буду приставать, а ты делать вид, что болит голова. А с Инной у вас будет еще больше общего. Кстати, я пригласил ее с нами в отпуск. Спать я буду с ней в номере, а днем будем втроем отдыхать, как и раньше. Я даже рад, что больше не придется прятаться.
— Прекрати, Ада, — вздыхает. — Ты же давно большая девочка и понимаешь, что есть вещи, которые невозможно контролировать, — ослабляет галстук.
— Разве? По-моему очень просто держать штаны застегнутыми и не снимать их с кем-то кроме жены.
— Когда ты вообще разрешала снять перед тобой штаны? Ты же забыла о том, как я выгляжу без одежды. А страсть вообще не для тебя. Я тебя не виню. Кто-то создан для уюта, а кто-то для праздника и горячих ночей.
— Хочешь сказать, что тебе с ней лучше?
— Она дарит мне то, чего ты давно не даешь.
— Тогда развод.
— Не дури. Какой развод в нашем возрасте! Да и зачем? К тому же тебе так самой проще. Я больше не буду приставать, а ты делать вид, что болит голова. А с Инной у вас будет еще больше общего. Кстати, я пригласил ее с нами в отпуск. Спать я буду с ней в номере, а днем будем втроем отдыхать, как и раньше. Я даже рад, что больше не придется прятаться.
Илья - обычный парень. Далеко не идеальный, зато простой, отзывчивый и честный. Склонен к бунтарству, как большинство подростков.
Карина - скромная и стеснительная девушка из семьи с очень строгими нравами. Знакомство с Ильей и первые сильные чувства к парню, заставляют ее преступить через некоторые правила и нормы воспитания.
Карина - скромная и стеснительная девушка из семьи с очень строгими нравами. Знакомство с Ильей и первые сильные чувства к парню, заставляют ее преступить через некоторые правила и нормы воспитания.
— А ты классная, — отвешиваю щедрый комплимент.
Смотрю, как она опускает ресницы.
— Спасибо… — выдерживает короткую паузу. — Ты женат?
Вопрос с подковыркой, если честно.
— А надо? — ухожу от темы.
В ее глазах мелькает легкое замешательство.
— Это у тебя спросить нужно…
Давлю лыбу, разглядывая ее еще внимательнее.
— Нет. Для тебя — не женат.
Смотрю, как она опускает ресницы.
— Спасибо… — выдерживает короткую паузу. — Ты женат?
Вопрос с подковыркой, если честно.
— А надо? — ухожу от темы.
В ее глазах мелькает легкое замешательство.
— Это у тебя спросить нужно…
Давлю лыбу, разглядывая ее еще внимательнее.
— Нет. Для тебя — не женат.
— Ты предлагаешь подходить к незнакомым мужчинам, просить снимать штаны и демонстрировать ягодицы? — посмеиваюсь над Евой.
— Ну зачем сразу ягодицы? Можно попросить разуться.
— Дарья Сергеевна, вы чем тут занимаетесь? — раздаётся практически над ухом голос босса, и я резко оборачиваюсь.
Рука разжимается, и колба падает на лакированную туфлю Медведева.
— Кислота! — выкрикиваю я. — Быстрее разувайтесь!
Недолго думая, пересаживаюсь поближе к боссу и стаскиваю с его ноги туфлю вместе с носком.
Мой взгляд примагничивается к сросшимся среднему и указательному пальцам. Точно таким же, как у моих двойняшек.
Отказывалась разувать мужчин. И вот – разула.
Теперь в душе миллион вопросов. И главный — может ли мой босс быть отцом моих детей?
— Ну зачем сразу ягодицы? Можно попросить разуться.
— Дарья Сергеевна, вы чем тут занимаетесь? — раздаётся практически над ухом голос босса, и я резко оборачиваюсь.
Рука разжимается, и колба падает на лакированную туфлю Медведева.
— Кислота! — выкрикиваю я. — Быстрее разувайтесь!
Недолго думая, пересаживаюсь поближе к боссу и стаскиваю с его ноги туфлю вместе с носком.
Мой взгляд примагничивается к сросшимся среднему и указательному пальцам. Точно таким же, как у моих двойняшек.
Отказывалась разувать мужчин. И вот – разула.
Теперь в душе миллион вопросов. И главный — может ли мой босс быть отцом моих детей?
Муж заказал встречу с продажной женщиной в дорогой гостинице, но на нее пришла я.
— Яна?! Ты что тут делаешь?
— Я ведь такая же… темноволосая, высокая, тот же цвет глаз. Скажи, зачем?
— Все просто: ты мне надоела. Скучно стало.
— Надоела?! Скучно?
— Чертовски. Разводиться не собираюсь с тобой. Успокойся. Двенадцать лет вместе. Трое детей. Ты останешься моей женой. Считай, что это мое хобби. А сейчас уходи. Скоро сюда придет девушка.
Двенадцать лет вместе. Рука об руку. По любви. Трое детей. Но теперь ему нужны другие. Не я одна. И он думает, что я буду это терпеть? Вот уж нет. Он нарушил клятву, данную мне в день свадьбы. Меня для него больше нет. Но вскоре я узнаю о новой беременности, которую муж требует прервать…
— Яна?! Ты что тут делаешь?
— Я ведь такая же… темноволосая, высокая, тот же цвет глаз. Скажи, зачем?
— Все просто: ты мне надоела. Скучно стало.
— Надоела?! Скучно?
— Чертовски. Разводиться не собираюсь с тобой. Успокойся. Двенадцать лет вместе. Трое детей. Ты останешься моей женой. Считай, что это мое хобби. А сейчас уходи. Скоро сюда придет девушка.
Двенадцать лет вместе. Рука об руку. По любви. Трое детей. Но теперь ему нужны другие. Не я одна. И он думает, что я буду это терпеть? Вот уж нет. Он нарушил клятву, данную мне в день свадьбы. Меня для него больше нет. Но вскоре я узнаю о новой беременности, которую муж требует прервать…
Она — его новая сестра. Он — её роковая ошибка. Они встретились в лесу, когда она приставила ружьё к его затылку. Он хотел её сломать и наказать за дерзость.
Макс не отступит. Она не сдастся. Чем дольше длится их игра, тем страшнее цена. Но когда он узнаёт, что она — не просто заноза, а первый поцелуй, первая любовь... Остановиться уже невозможно.
Запретная связь, которая разорвёт всё вокруг.
Макс не отступит. Она не сдастся. Чем дольше длится их игра, тем страшнее цена. Но когда он узнаёт, что она — не просто заноза, а первый поцелуй, первая любовь... Остановиться уже невозможно.
Запретная связь, которая разорвёт всё вокруг.
Он называет меня любимой, а я не помню даже своего имени. Этот опасный мужчина скрывает какой-то страшный секрет и кажется, я забыла, что значит быть Насильно Его.
Адель проходила мимо служебного коридора, когда услышала голос своего мужа. Она осторожно заглянула за угол и тут же отпрянула обратно за стену, подслушивая интимный разговор.
- Ты что здесь делаешь? - шипел Теймур на длинноногую официантку в коротком платье и белом переднике.
- Работаю.
- Какого хрена ты работаешь? Я тебя обеспечиваю!
- Ну, котик, мне мало твоих денюжек, кошечке не хватает! - промурлыкала начинающая содержанка, которая пока ещё не нашла более богатого спонсора и даже позорила себя работой.
Дальше Адель не расслышала, они слишком тихо говорили, а затем девица затащила его в подсобку, громко захлопнув дверь. Адель, не зная зачем, всё же подошла к двери и тупо на неё уставилась стеклянными глазами.
- Может, постучитесь, прежде, чем войти? Вдруг они не одеты? - тихо усмехнулся приятный голос рядом с ней. - Они точно там не стаканы считают, можете не сомневаться. Хотите - дверь с ноги выбью?
- Ты что здесь делаешь? - шипел Теймур на длинноногую официантку в коротком платье и белом переднике.
- Работаю.
- Какого хрена ты работаешь? Я тебя обеспечиваю!
- Ну, котик, мне мало твоих денюжек, кошечке не хватает! - промурлыкала начинающая содержанка, которая пока ещё не нашла более богатого спонсора и даже позорила себя работой.
Дальше Адель не расслышала, они слишком тихо говорили, а затем девица затащила его в подсобку, громко захлопнув дверь. Адель, не зная зачем, всё же подошла к двери и тупо на неё уставилась стеклянными глазами.
- Может, постучитесь, прежде, чем войти? Вдруг они не одеты? - тихо усмехнулся приятный голос рядом с ней. - Они точно там не стаканы считают, можете не сомневаться. Хотите - дверь с ноги выбью?
Подборка романов о сложных отношениях
Выберите полку для книги