Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
— Ты жил на две семьи!
— Жил и буду жить! — заявляет муж без доли раскаяния, — здесь мои дети! Ты мне не дала ничего! Ты пустая. Красивый фантик без начинки. И если не дура, то должна была понимать, что такое когда-то случиться…
Я узнала, что мой муж пять лет жил на две семьи и у него трое детей от любовницы.
Но на этом мои несчастья не закончились...
Громкий развод, лишивший меня почти всего.
Репутации, бизнеса и средств к существованию.
Единственная перспектива — стать сиделкой у генерала.
— Эта, — говорит он сотруднице HR-агентства, указывая на меня, — она и бесплатно выполнять мои прихоти будет, а уж за деньги…
Кровь стынет в жилах, я его узнаю.
Это Ярослав Суворов. Человек, из-за которого я стала бесплодной.
— Нет… Только не это, — шепчу в ужасе.
Но для человека, видевшего свою смерть в лицо, не существует слова «нет».
Даже из инвалидного кресла он смотрит на меня сверху вниз.
— Жил и буду жить! — заявляет муж без доли раскаяния, — здесь мои дети! Ты мне не дала ничего! Ты пустая. Красивый фантик без начинки. И если не дура, то должна была понимать, что такое когда-то случиться…
Я узнала, что мой муж пять лет жил на две семьи и у него трое детей от любовницы.
Но на этом мои несчастья не закончились...
Громкий развод, лишивший меня почти всего.
Репутации, бизнеса и средств к существованию.
Единственная перспектива — стать сиделкой у генерала.
— Эта, — говорит он сотруднице HR-агентства, указывая на меня, — она и бесплатно выполнять мои прихоти будет, а уж за деньги…
Кровь стынет в жилах, я его узнаю.
Это Ярослав Суворов. Человек, из-за которого я стала бесплодной.
— Нет… Только не это, — шепчу в ужасе.
Но для человека, видевшего свою смерть в лицо, не существует слова «нет».
Даже из инвалидного кресла он смотрит на меня сверху вниз.
– Ты кто? Агент пожарной безопасности? – произносит он с каменным выражением лица.
– Я? Нет, у меня другая профессия, – гордо заявляю я, при этом судорожно сглатывая. Взгляд падает на его красивые тонкие губы, мужественный подбородок, густые брови, прямой нос. Красивый, ничего не скажешь. Только уж больно грозный. – Я... спасатель. Там была физика... Жидкость должна была нейтрализовать термическую реакцию...
Мужчина берёт меня одной рукой за подбородок так, что я не могу пошевелиться.
– Физик из тебя хреновый, «спасатель». Ты только что сожгла вещь, стоимость которой примерно равна твоей годовой зарплате, и едва не устроила мне эпиляцию на груди. Как собираешься расплачиваться? Натурой или вызовем полицию?
––
Нелепая случайность сталкивает меня с ним – опасным, расчётливым и влиятельным мужчиной, который не привык проигрывать и умеет брать то, что считает своим. В этот раз он намерен взять меня. Я же посмела ему отказать... И тогда он затеял новую игру.
––
– Я? Нет, у меня другая профессия, – гордо заявляю я, при этом судорожно сглатывая. Взгляд падает на его красивые тонкие губы, мужественный подбородок, густые брови, прямой нос. Красивый, ничего не скажешь. Только уж больно грозный. – Я... спасатель. Там была физика... Жидкость должна была нейтрализовать термическую реакцию...
Мужчина берёт меня одной рукой за подбородок так, что я не могу пошевелиться.
– Физик из тебя хреновый, «спасатель». Ты только что сожгла вещь, стоимость которой примерно равна твоей годовой зарплате, и едва не устроила мне эпиляцию на груди. Как собираешься расплачиваться? Натурой или вызовем полицию?
––
Нелепая случайность сталкивает меня с ним – опасным, расчётливым и влиятельным мужчиной, который не привык проигрывать и умеет брать то, что считает своим. В этот раз он намерен взять меня. Я же посмела ему отказать... И тогда он затеял новую игру.
––
— Папа, не отдавай меня тёте…
Я приехала на вызов к заболевшему малышу. Но дверь открыл мой муж — с чужим ребенком на руках. С его ребенком.
Восемь лет брака. Четыре года обследований и надежд стать матерью. А у мужа все это время была другая семья.
Теперь мне предлагают оставить квартиру его сыну и не мешать чужому счастью. Я уйду от мужа. Но свою жизнь и жилье его новой семье не подарю.
Я приехала на вызов к заболевшему малышу. Но дверь открыл мой муж — с чужим ребенком на руках. С его ребенком.
Восемь лет брака. Четыре года обследований и надежд стать матерью. А у мужа все это время была другая семья.
Теперь мне предлагают оставить квартиру его сыну и не мешать чужому счастью. Я уйду от мужа. Но свою жизнь и жилье его новой семье не подарю.
— Андрюш, поздравляю. У тебя будет дочь,— говорит любовница мужа, держа в руках мои снимки УЗИ и НИПТ.
Кровь отливает от лица. Эти слова должна была произнести я, а вместо этого мою самую счастливую новость выкрикивает ярко накрашенная девица.
— Ты беременна— усмехается муж.
— Да.
Андрей резко встаёт из-за стола.
— Если ты думаешь, что ребёнок что-то изменит, то нет. Я всё равно разведусь с тобой.
— Столько лет строила ему клинику, решила родить дочь — и всё равно он выбрал другую— хихикает любовница— Рада сообщить тебе новость чучело,— она распахивает плащ и под тканью оказывается большой круглый живот, который уже невозможно ни с чем спутать.
— У нас с твоим мужем будет мальчик.
Я потратила много лет на попытки стать матерью. Я была хорошей женой, построила мужу клинику с нуля, поддерживала его во всём. А теперь он выкинул меня с моим ребенком, как ненужную вещь, но оказалось это не худшее, что он сделал со мной...
Кровь отливает от лица. Эти слова должна была произнести я, а вместо этого мою самую счастливую новость выкрикивает ярко накрашенная девица.
— Ты беременна— усмехается муж.
— Да.
Андрей резко встаёт из-за стола.
— Если ты думаешь, что ребёнок что-то изменит, то нет. Я всё равно разведусь с тобой.
— Столько лет строила ему клинику, решила родить дочь — и всё равно он выбрал другую— хихикает любовница— Рада сообщить тебе новость чучело,— она распахивает плащ и под тканью оказывается большой круглый живот, который уже невозможно ни с чем спутать.
— У нас с твоим мужем будет мальчик.
Я потратила много лет на попытки стать матерью. Я была хорошей женой, построила мужу клинику с нуля, поддерживала его во всём. А теперь он выкинул меня с моим ребенком, как ненужную вещь, но оказалось это не худшее, что он сделал со мной...
Я натыкаюсь на бывшего, которого не видела больше трёх лет, на детском празднике.
После нашего последнего разговора меня увезли с кровотечением в больницу.
Где мне сохранили беременность, только Милорадов об этом не знал.
- Что ты здесь делаешь? – появившийся будто из-под земли Марат, хватает мою руку.
- У моей подруги сын празднует день рождение. Всё.
- Подруга – это жена Кононова?
- Представь себе.
- Всегда тянулась к сильным мира сего…
- Сноб! – фыркаю я. – Пусти, я сказала. Ты делаешь мне больно!
- Потерпишь. Я Егора быстро просвещу, кто ты такая.
- Иди, просвещай. Я хороший человек, в отличие от тебя!
Кажется, он в шоке от моего отпора. Ну что ж… гад ты форменный… получай. Ещё и не такого могу дать!
За три года я отрастила когти и клыки. Я мать… я тигрица… я самодостаточная женщина, гордая и независимая.
А не дрожащая влюблённая дурочка, о которую ты однажды вытер ноги.
После нашего последнего разговора меня увезли с кровотечением в больницу.
Где мне сохранили беременность, только Милорадов об этом не знал.
- Что ты здесь делаешь? – появившийся будто из-под земли Марат, хватает мою руку.
- У моей подруги сын празднует день рождение. Всё.
- Подруга – это жена Кононова?
- Представь себе.
- Всегда тянулась к сильным мира сего…
- Сноб! – фыркаю я. – Пусти, я сказала. Ты делаешь мне больно!
- Потерпишь. Я Егора быстро просвещу, кто ты такая.
- Иди, просвещай. Я хороший человек, в отличие от тебя!
Кажется, он в шоке от моего отпора. Ну что ж… гад ты форменный… получай. Ещё и не такого могу дать!
За три года я отрастила когти и клыки. Я мать… я тигрица… я самодостаточная женщина, гордая и независимая.
А не дрожащая влюблённая дурочка, о которую ты однажды вытер ноги.
САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ПЕРВЫЕ ДНИ!
— Нам не нужна невеста с изъяном! — презрительно бросает сестра Джафарова, глядя на страшный ожог моей сестры. — Мансур, мы уходим…
— Нет, умоляю! Пощадите!
Отец с воем падает перед Джафаровым на колени, бьется лбом об его начищенные до блеска ботинки.
Замираю от звенящего напряжения, боясь даже вдохнуть.
Джафаров даже не смотрит на отца. Хищный взгляд властного миллиардера вдруг останавливается на мне. На той, что посмела бросить ему вызов, закрывая сестру собой.
— Старшую дочь оставь себе, — чеканит Мансур, не отрывая от меня темного, поглощающего взгляда, а уголок его губ дергается в жесткой усмешке. — Я заберу младшую. Собирайся, — приказывает уже мне, — едешь со мной.
Меня отдали чудовищу в уплату долга. Он привел меня в свой дом ради жестокой мести.
— Твой отец погряз в долгах, — Джафаров стоит на пороге моей спальни. — Хочу понять, не продешевил ли я, согласившись на эту сделку.
— Нам не нужна невеста с изъяном! — презрительно бросает сестра Джафарова, глядя на страшный ожог моей сестры. — Мансур, мы уходим…
— Нет, умоляю! Пощадите!
Отец с воем падает перед Джафаровым на колени, бьется лбом об его начищенные до блеска ботинки.
Замираю от звенящего напряжения, боясь даже вдохнуть.
Джафаров даже не смотрит на отца. Хищный взгляд властного миллиардера вдруг останавливается на мне. На той, что посмела бросить ему вызов, закрывая сестру собой.
— Старшую дочь оставь себе, — чеканит Мансур, не отрывая от меня темного, поглощающего взгляда, а уголок его губ дергается в жесткой усмешке. — Я заберу младшую. Собирайся, — приказывает уже мне, — едешь со мной.
Меня отдали чудовищу в уплату долга. Он привел меня в свой дом ради жестокой мести.
— Твой отец погряз в долгах, — Джафаров стоит на пороге моей спальни. — Хочу понять, не продешевил ли я, согласившись на эту сделку.
— Кто это, Паша?
Он не ответил.
— Кто этот ребёнок?
Молчание стало оглушительным.
Я смотрела на него, а он — на фотографию выписки из роддома. И впервые за всё время, что мы были вместе, Павел выглядел растерянным и … виноватым…
— Ты обещал, что у нас нет тайн, — сказала я, и голос предательски дрогнул. — Помнишь?
Паша медленно провёл ладонью по лицу.
— Я хотел тебе рассказать.
— Когда? После следующей командировки? Или когда ребёнок пойдёт в школу?
Я протянула ему фотографию.
Павел не взял её.
И это молчание сказало мне больше, чем любые слова.
Я собирала мужа на службу, утюжила ему форму, не спала ночами, переживая за его жизнь. А он отплатил мне изменой и ребёнком от другой женщины.
Я ушла без оглядки, но и представить не могла, что через пять лет прошлое накроет меня взрывной волной …
Он не ответил.
— Кто этот ребёнок?
Молчание стало оглушительным.
Я смотрела на него, а он — на фотографию выписки из роддома. И впервые за всё время, что мы были вместе, Павел выглядел растерянным и … виноватым…
— Ты обещал, что у нас нет тайн, — сказала я, и голос предательски дрогнул. — Помнишь?
Паша медленно провёл ладонью по лицу.
— Я хотел тебе рассказать.
— Когда? После следующей командировки? Или когда ребёнок пойдёт в школу?
Я протянула ему фотографию.
Павел не взял её.
И это молчание сказало мне больше, чем любые слова.
Я собирала мужа на службу, утюжила ему форму, не спала ночами, переживая за его жизнь. А он отплатил мне изменой и ребёнком от другой женщины.
Я ушла без оглядки, но и представить не могла, что через пять лет прошлое накроет меня взрывной волной …
— Айшат, освободи триста первый номер.
— Зачем?
— Туда переедет Индира.
— Кто такая Индира?
Ответ за мужа даёт свекровь:
— Его вторая жена.
Пять месяцев Камиль скрывал новую семью. Теперь его беременная жена должна поселиться в моей гостинице, родственники требуют «проявить мудрость», а сам муж уверен, что я немного поплачу и привыкну.
Только есть одна проблема.
Гостиница принадлежит мне.
И пока Камиль раздавал второй жене мою собственность, выяснилось, что подарить он успел гораздо больше, чем имел.
— Зачем?
— Туда переедет Индира.
— Кто такая Индира?
Ответ за мужа даёт свекровь:
— Его вторая жена.
Пять месяцев Камиль скрывал новую семью. Теперь его беременная жена должна поселиться в моей гостинице, родственники требуют «проявить мудрость», а сам муж уверен, что я немного поплачу и привыкну.
Только есть одна проблема.
Гостиница принадлежит мне.
И пока Камиль раздавал второй жене мою собственность, выяснилось, что подарить он успел гораздо больше, чем имел.
— Веста, я же после неё всегда менял постельное бельё. Ты ничего не замечала!
— Ты сейчас хочешь, чтобы я тебя за это поблагодарила?
Мой муж — подполковник, примерный семьянин, заботливый отец. Двадцать лет я была уверена, что знаю его лучше всех.
Оказалось, он месяцами приводил любовницу в наш дом, пока я навещала дочь или помогала отцу.
Она спала на моей кровати, пользовалась моими вещами. А однажды оставила кое-что специально, чтобы я наконец узнала правду.
Муж уверяет, что любит только меня и никогда не собирался уходить.
Вот только теперь уходить собираюсь я.
— Ты сейчас хочешь, чтобы я тебя за это поблагодарила?
Мой муж — подполковник, примерный семьянин, заботливый отец. Двадцать лет я была уверена, что знаю его лучше всех.
Оказалось, он месяцами приводил любовницу в наш дом, пока я навещала дочь или помогала отцу.
Она спала на моей кровати, пользовалась моими вещами. А однажды оставила кое-что специально, чтобы я наконец узнала правду.
Муж уверяет, что любит только меня и никогда не собирался уходить.
Вот только теперь уходить собираюсь я.
Случайно ввалиться в туалет к девушке со спущенными штанами: что может быть забавнее?
- Барышня, вам, может, чем помочь?
- Мужчина, в руках себя…
- Так я вот: держу в руках! Как тебе?
Она убежала, а я захотел продолжения знакомства.
Только она испекторша, а я спасатель горного ПСО. И нам придется вместе работать. Так что не надо нос воротить, она еще просто не знает, какое счастье ей привалило. Я ее достану, отвечаю! А бывший ее, знаете, куда пойдет?
- Барышня, вам, может, чем помочь?
- Мужчина, в руках себя…
- Так я вот: держу в руках! Как тебе?
Она убежала, а я захотел продолжения знакомства.
Только она испекторша, а я спасатель горного ПСО. И нам придется вместе работать. Так что не надо нос воротить, она еще просто не знает, какое счастье ей привалило. Я ее достану, отвечаю! А бывший ее, знаете, куда пойдет?
Выберите полку для книги