Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
«Я не отдам свою звёздочку». Борис потерял всё, но главная его битва впереди – он должен вернуть трёхлетнюю Мию, которую у него отняли по решению суда. В этом ему помогает случайная спасительница – Анна, девушка, которая сама привыкла только отдавать. Их отношения начинаются с ночи на полу тесной квартирки, а перерастают в нечто большее – в общую цель, общие мечты и общую боль. Смогут ли два человека, раздавленные жизнью, сложить свои осколки в единое целое и создать семью, где будет место для счастья?
— А что ты чувствуешь? — спросила я, глядя ему в глаза.
Он молчал. Я видела, как он борется с собой, как его руки сжимаются в кулаки.
— Я схожу с ума по тебе, — ответил наконец Максим. — Я не могу работать, не могу спать, не могу думать ни о чём, кроме тебя.
— Так перестань бороться, — прошептала я, поднимая руку к его щеке.
Он перехватил мою руку раньше, чем я коснулась его. Сжал её. Я чувствовала, как дрожат его пальцы.
— Я не могу, — сказал он хрипло. — Если я перестану бороться, я потеряю контроль.
— Тогда потеряй его, — ответила я. — Это не так страшно, как ты себе внушил.
Он смотрел на меня, и я видела, как его ледяная защита рушится.
Секунда — и я оказалась прижатой к стене…
Он молчал. Я видела, как он борется с собой, как его руки сжимаются в кулаки.
— Я схожу с ума по тебе, — ответил наконец Максим. — Я не могу работать, не могу спать, не могу думать ни о чём, кроме тебя.
— Так перестань бороться, — прошептала я, поднимая руку к его щеке.
Он перехватил мою руку раньше, чем я коснулась его. Сжал её. Я чувствовала, как дрожат его пальцы.
— Я не могу, — сказал он хрипло. — Если я перестану бороться, я потеряю контроль.
— Тогда потеряй его, — ответила я. — Это не так страшно, как ты себе внушил.
Он смотрел на меня, и я видела, как его ледяная защита рушится.
Секунда — и я оказалась прижатой к стене…
Я подняла глаза, и мир вокруг меня рухнул.
Это был он!
Тот самый нахал,с кем я столкнулась в деканате.
Тот, в чью грудь я врезалась носом.
Тот, кто посмел меня оскорбить с насмешливой улыбкой!
Он стоял на пороге моего дома.
Моего дома!! И смотрел на меня с тем же выражением лица, которое запомнила в тот день — смесь удивления и легкого веселья.
Мой отец решил снова жениться, и оказалось, что у его невесты есть сын. Самоуверенный наглый эгоист, который не выбирает слов и готов на все, чтобы доказать - я ему не ровня. Но не тут-то было!
Это был он!
Тот самый нахал,с кем я столкнулась в деканате.
Тот, в чью грудь я врезалась носом.
Тот, кто посмел меня оскорбить с насмешливой улыбкой!
Он стоял на пороге моего дома.
Моего дома!! И смотрел на меня с тем же выражением лица, которое запомнила в тот день — смесь удивления и легкого веселья.
Мой отец решил снова жениться, и оказалось, что у его невесты есть сын. Самоуверенный наглый эгоист, который не выбирает слов и готов на все, чтобы доказать - я ему не ровня. Но не тут-то было!
— Ну чего ты так дёргаешься за рулём, — сказала сестра из динамика. — Осторожнее надо. У тебя же дети в машине.
— Лер, а ты откуда знаешь, что я тормозила?
— Оль. Нажми на тормоз. Просто нажми.
Я нажала. Педаль ушла в пол. На спидометре сто десять, рядом дочь с букетом на линейку, сзади двухлетний сын.
— Лер, у меня отказали тормоза.
— Я знаю, солнце.
Неделю назад мне прислали фото: мой муж в постели с моей сестрой-близнецом. На фото под ним была я. Только не я.
Она плакала: «Мы напились, прости». Он сказал: «Я не помню». А первого сентября я везла дочь в школу и решила, что вечером позову его домой.
Сестра решила иначе.
Нас объявят погибшими. Она войдёт в мой дом, наденет мой халат и сядет в его кресло. Ей не нужен был мой муж. Ей нужно было стать мной...
— Лер, а ты откуда знаешь, что я тормозила?
— Оль. Нажми на тормоз. Просто нажми.
Я нажала. Педаль ушла в пол. На спидометре сто десять, рядом дочь с букетом на линейку, сзади двухлетний сын.
— Лер, у меня отказали тормоза.
— Я знаю, солнце.
Неделю назад мне прислали фото: мой муж в постели с моей сестрой-близнецом. На фото под ним была я. Только не я.
Она плакала: «Мы напились, прости». Он сказал: «Я не помню». А первого сентября я везла дочь в школу и решила, что вечером позову его домой.
Сестра решила иначе.
Нас объявят погибшими. Она войдёт в мой дом, наденет мой халат и сядет в его кресло. Ей не нужен был мой муж. Ей нужно было стать мной...
Три года Алиса собирала себя по осколкам после того, как муж одним предательством стёр её прежнюю жизнь. Она научилась быть холодной, собранной и недосягаемой — пока в лифте не сработала красная кнопка «Стоп».
Алексей вошёл так, будто развод был лишь паузой, а она по-прежнему принадлежит ему по праву. «Ты всё ещё моя. Просто пока не помнишь», — сказал он, и тело предала её раньше, чем разум успел возвести новую броню. Это история о том, как невозможно нажать «пуск», когда самый опасный человек в твоей жизни уже остановил время между этажами.
Алексей вошёл так, будто развод был лишь паузой, а она по-прежнему принадлежит ему по праву. «Ты всё ещё моя. Просто пока не помнишь», — сказал он, и тело предала её раньше, чем разум успел возвести новую броню. Это история о том, как невозможно нажать «пуск», когда самый опасный человек в твоей жизни уже остановил время между этажами.
Кира приходит в музыкальный магазин продать дедовское пианино как лишнюю мебель — а уходит с решением, которое за несколько месяцев изменит её карьеру, её отношение к собственным мечтам и саму её жизнь.
— Майор, — сказала я, глядя ему прямо в глаза, — вы слишком долго работаете. Идите домой. Это приказ.
Он замер.
Я видела, как его глаза расширились на долю секунды. Как в них мелькнуло удивление. Он смотрел на меня и не верил своим ушам.
— Вера, — начал он, — я не могу…
— Можете, — перебила я. — Вы сделали всё, что нужно. Сейчас вы пойдёте домой, выпьете чай и ляжете спать. Это не обсуждается.
— Слушаюсь, — сказал он.
В тот момент я поняла: впервые в жизни мой голос имел вес. Впервые я не боялась сказать. Впервые я была кем-то.
А всё началось с того, что он спросил: «Можно?»
Никто и никогда не спрашивал меня об этом. Ни бывший муж, ни кто-либо ещё. А этот мужчина спросил. У разведённой, тихой, «никакой».
И я влюбилась. Окончательно. Безвозвратно.
_______
💔 История о том, как можно потерять всё, включая себя, а затем заново найти. О мужской бережности и женской силе. О тихом счастье, которое начинается с одного вопроса: «Можно я буду рядом?»
Он замер.
Я видела, как его глаза расширились на долю секунды. Как в них мелькнуло удивление. Он смотрел на меня и не верил своим ушам.
— Вера, — начал он, — я не могу…
— Можете, — перебила я. — Вы сделали всё, что нужно. Сейчас вы пойдёте домой, выпьете чай и ляжете спать. Это не обсуждается.
— Слушаюсь, — сказал он.
В тот момент я поняла: впервые в жизни мой голос имел вес. Впервые я не боялась сказать. Впервые я была кем-то.
А всё началось с того, что он спросил: «Можно?»
Никто и никогда не спрашивал меня об этом. Ни бывший муж, ни кто-либо ещё. А этот мужчина спросил. У разведённой, тихой, «никакой».
И я влюбилась. Окончательно. Безвозвратно.
_______
💔 История о том, как можно потерять всё, включая себя, а затем заново найти. О мужской бережности и женской силе. О тихом счастье, которое начинается с одного вопроса: «Можно я буду рядом?»
Вера держится за своё кафе, как за якорь: это её труд, её мир, место, где она наконец-то чувствует себя на своём месте. Но бывший не готов смириться с тем, что его власть кончилась — и наносит удар: крадёт документы, надеясь снова загнать её в угол.
На её стороне двое, такие разные, что, кажется — они вообще из разных вселенных. Дамир как буря: резкий, горячий, он защищает так, будто готов снести любую преграду. Макар как тихий свет в тёмной комнате: он не кричит, но слышит каждое невысказанное слово и будто знает, когда ей просто нужно, чтобы кто-то тихо посидел рядом.
Вере предстоит не только вернуть своё, но и разобраться в себе: понять, где заканчивается потребность в защите и начинается настоящая близость, и выбрать не по инерции, а по сердцу.
На её стороне двое, такие разные, что, кажется — они вообще из разных вселенных. Дамир как буря: резкий, горячий, он защищает так, будто готов снести любую преграду. Макар как тихий свет в тёмной комнате: он не кричит, но слышит каждое невысказанное слово и будто знает, когда ей просто нужно, чтобы кто-то тихо посидел рядом.
Вере предстоит не только вернуть своё, но и разобраться в себе: понять, где заканчивается потребность в защите и начинается настоящая близость, и выбрать не по инерции, а по сердцу.
Адвокат Артур нервно поправил дужку очков и хотел было вмешаться, но Марк лишь едва заметно усмехнулся, поворачиваясь к ней:
- Вы слишком много о себе мните, Сорокина. Я не покупаю интим за деньги, мне нужен только юридический статус. Личные комнаты будут разделены. Что еще?
- Я добавляю пункт об авансе, - уверенно продолжала Вероника, зачеркивая ручкой спорную строчку и вписывая новый абзац на полях.
Демидов медленно подошел к столу, нагнулся над ней, опираясь ладонями о полированную столешницу. Его лицо оказалось в опасной близости. Вероника ощутила тепло его дыхания и тонкий аромат дорогой парфюмерной композиции, но не отстранилась, прямо встречая его тёмный, проницательный взгляд.
- У вас хорошая хватка, Вероника, - произнес он с явным одобрением.
- Вы слишком много о себе мните, Сорокина. Я не покупаю интим за деньги, мне нужен только юридический статус. Личные комнаты будут разделены. Что еще?
- Я добавляю пункт об авансе, - уверенно продолжала Вероника, зачеркивая ручкой спорную строчку и вписывая новый абзац на полях.
Демидов медленно подошел к столу, нагнулся над ней, опираясь ладонями о полированную столешницу. Его лицо оказалось в опасной близости. Вероника ощутила тепло его дыхания и тонкий аромат дорогой парфюмерной композиции, но не отстранилась, прямо встречая его тёмный, проницательный взгляд.
- У вас хорошая хватка, Вероника, - произнес он с явным одобрением.
Лера умеет защищать старые стены лучше, чем собственное сердце.
Кирилл привык получать то, что ему нужно: хороший проект, правильные цифры, нужный результат. Их первая встреча начинается со спора о стене старого петербургского особняка, которую он хочет убрать, а она категорически отказывается сносить.
Очень скоро профессиональное раздражение становится притяжением.
Они пытаются строить отношения правильно. Без игр. Без запасных вариантов. Без людей, к которым можно уйти после ссоры.
Но сказать это гораздо проще, чем сделать...
Кирилл привык получать то, что ему нужно: хороший проект, правильные цифры, нужный результат. Их первая встреча начинается со спора о стене старого петербургского особняка, которую он хочет убрать, а она категорически отказывается сносить.
Очень скоро профессиональное раздражение становится притяжением.
Они пытаются строить отношения правильно. Без игр. Без запасных вариантов. Без людей, к которым можно уйти после ссоры.
Но сказать это гораздо проще, чем сделать...
Подборка эмоциональных коротких любовных романов
Выберите полку для книги