Книги по тегу «запретная любовь и страсть»: ""
— Куда это ты собралась? — низким голосом спросил свёкор позади, притягивая ближе.
— Сначала нужно хорошенько насладиться завтраком, — лукаво шепнул его друг с другой стороны.
— И дополнить сладким кофейком, — отозвался ещё один друг свёкра с порога, закрывая собой выход.
Утро на даче после баньки оказалось не менее жарким. И в разгар жары на пороге возник ещё один гость, разогревая атмосферу до предела. Мне бы сбежать, но смогу ли, если от мужских взглядов перестаёт слушаться тело?
— Сначала нужно хорошенько насладиться завтраком, — лукаво шепнул его друг с другой стороны.
— И дополнить сладким кофейком, — отозвался ещё один друг свёкра с порога, закрывая собой выход.
Утро на даче после баньки оказалось не менее жарким. И в разгар жары на пороге возник ещё один гость, разогревая атмосферу до предела. Мне бы сбежать, но смогу ли, если от мужских взглядов перестаёт слушаться тело?
Слепо смотрю на конверт с баснословной суммой денег в нём и чувствую, что не могу сделать вдох.
- Вторую часть в таком же размере получишь, когда избавишься от ребёнка и предоставишь мне доказательства.
Голос матери любимого мужчины звучит так, будто она говорит о чём‑то обыденном и совсем не важном. Вот только я всё равно не могу поверить в происходящее. Не могу подавить в себе глупую надежду со слепой верой в человека, которому подарила всю себя. Не могу наивно не спросить:
- Тамерлан… Знает, что вы мне предлагаете сейчас?
Женщина, сидящая напротив, холодно усмехается, и мой мир рассыпается на части, когда она отвечает.
- А ты думаешь, по чьей воле я здесь? Слово и желание сына для меня - закон.
- Вторую часть в таком же размере получишь, когда избавишься от ребёнка и предоставишь мне доказательства.
Голос матери любимого мужчины звучит так, будто она говорит о чём‑то обыденном и совсем не важном. Вот только я всё равно не могу поверить в происходящее. Не могу подавить в себе глупую надежду со слепой верой в человека, которому подарила всю себя. Не могу наивно не спросить:
- Тамерлан… Знает, что вы мне предлагаете сейчас?
Женщина, сидящая напротив, холодно усмехается, и мой мир рассыпается на части, когда она отвечает.
- А ты думаешь, по чьей воле я здесь? Слово и желание сына для меня - закон.
Что выберет женщина, которая каждый день держит в руках чужие сердца? Позволить ли Марсу забрать её собственное?
Вера Баргузинская — гениальный хирург-трансплантолог. Она привыкла к жесткому контролю, холодному расчету и спокойной, размеренной жизни. Когда ей поступает предложение о работе в закрытой элитной клинике, Вера твердо решает отказаться. Она не планирует менять свою судьбу ради чужих амбиций.Но один взгляд на владельца клиники рушит всю её защиту.Коварный, магнетически сексуальный и опасный Марс Блицкриг не привык слышать «нет». Он вовлекает Веру в свою тонкую, обжигающую игру, где на кону стоят не просто медицинские контракты, а непреодолимое, граничащее с безумием притяжение.Ей предстоит сделать самый сложный выбор в жизни. Пойти по пути разума, сохранив привычный брак и покой? Или поддаться всепоглощающей восточной страсти, которая принесет с собой любовь, скандальный развод и полное перерождение?
Вера Баргузинская — гениальный хирург-трансплантолог. Она привыкла к жесткому контролю, холодному расчету и спокойной, размеренной жизни. Когда ей поступает предложение о работе в закрытой элитной клинике, Вера твердо решает отказаться. Она не планирует менять свою судьбу ради чужих амбиций.Но один взгляд на владельца клиники рушит всю её защиту.Коварный, магнетически сексуальный и опасный Марс Блицкриг не привык слышать «нет». Он вовлекает Веру в свою тонкую, обжигающую игру, где на кону стоят не просто медицинские контракты, а непреодолимое, граничащее с безумием притяжение.Ей предстоит сделать самый сложный выбор в жизни. Пойти по пути разума, сохранив привычный брак и покой? Или поддаться всепоглощающей восточной страсти, которая принесет с собой любовь, скандальный развод и полное перерождение?
Одна ночь. И четыре месяца, чтобы вытравить её из памяти. Тщетно. Время не властно над тем, что вспыхнуло между нами в полумраке комнаты.
Я думал, мы никогда не встретимся. Как же я ошибался.
Судьба свела нас снова. Тогда я не знал, кто она. Она не узнала меня. Теперь между нами титулы, этикет, молчаливые запреты. И притяжение, которое мы не в силах сломать.
Она любит другого. Называет меня чудовищем.
И в последнем она права.
Потому что есть тайна, которая заставит отвернуться от меня всех. Даже её. Особенно её…
Я думал, мы никогда не встретимся. Как же я ошибался.
Судьба свела нас снова. Тогда я не знал, кто она. Она не узнала меня. Теперь между нами титулы, этикет, молчаливые запреты. И притяжение, которое мы не в силах сломать.
Она любит другого. Называет меня чудовищем.
И в последнем она права.
Потому что есть тайна, которая заставит отвернуться от меня всех. Даже её. Особенно её…
Топчусь у ее стола, словно подросток.
Так и подмывает спросить, что за книгу она читает. Мне действительно интересно, но... вопрос будет выглядеть как подкат. Банально.
Может, сказать ей правду? «Мы с вами не знакомы, но прошлой ночью у нас был охренительный секс».
По-прежнему сжимаю ее мобильный в руке.
— А если бы я был вором и украл ваш телефон? — Это тоже искренне. Меня тревожит мысль, что женщина, которую я люблю, такая беспечная.
— Ерунда, здесь повсюду камеры. — Она наконец отрывается от книги и смотрит на меня. Впервые. Наши взгляды переплетаются, и от этого грудь словно сжимает металлический обруч: больно, сложно вдохнуть. Но при этом — такой кайф!
А потом звонит ее телефон, и на экране высвечивается имя: “Борис”. Муж.
Так и подмывает спросить, что за книгу она читает. Мне действительно интересно, но... вопрос будет выглядеть как подкат. Банально.
Может, сказать ей правду? «Мы с вами не знакомы, но прошлой ночью у нас был охренительный секс».
По-прежнему сжимаю ее мобильный в руке.
— А если бы я был вором и украл ваш телефон? — Это тоже искренне. Меня тревожит мысль, что женщина, которую я люблю, такая беспечная.
— Ерунда, здесь повсюду камеры. — Она наконец отрывается от книги и смотрит на меня. Впервые. Наши взгляды переплетаются, и от этого грудь словно сжимает металлический обруч: больно, сложно вдохнуть. Но при этом — такой кайф!
А потом звонит ее телефон, и на экране высвечивается имя: “Борис”. Муж.
– Скоро ты займешь ее место, Бусинка… Танька подпишет документы и… Ты же понимаешь, на ком будет ответственность? Ее вышвырнут, а тебя назначат на её место.
– Ты уверен, Юрасик? Когда уже эта дура догадается? Какая же она у тебя тупая... Ничего под собственным носом не замечает, – скрипуче хихикает Оксана, ассистентка мужа.
– Она и не знает, что я подал на развод. У нас заседание после Нового года. Тогда все и закончится… Детей у нас нет, имущественных споров тоже. А ты… Буся, тебе осталось потерпеть… всего ничего!
У нас сегодня годовщина, а муж обсуждает с любовницей, как меня подставить и освободить место для своей куклы…
Что теперь делать? Выбить дверь ногой и надеть мужу купленный для семейного праздника торт на голову? Или… эффектно отомстить?
А почему бы и нет? Замутить роман с шикарным мужиком, да и имущественный вопрос поставить ребром – я с голой пятой точкой на выход не собираюсь.
Муженёк ещё запоёт у меня фальцетом!
– Ты уверен, Юрасик? Когда уже эта дура догадается? Какая же она у тебя тупая... Ничего под собственным носом не замечает, – скрипуче хихикает Оксана, ассистентка мужа.
– Она и не знает, что я подал на развод. У нас заседание после Нового года. Тогда все и закончится… Детей у нас нет, имущественных споров тоже. А ты… Буся, тебе осталось потерпеть… всего ничего!
У нас сегодня годовщина, а муж обсуждает с любовницей, как меня подставить и освободить место для своей куклы…
Что теперь делать? Выбить дверь ногой и надеть мужу купленный для семейного праздника торт на голову? Или… эффектно отомстить?
А почему бы и нет? Замутить роман с шикарным мужиком, да и имущественный вопрос поставить ребром – я с голой пятой точкой на выход не собираюсь.
Муженёк ещё запоёт у меня фальцетом!
Новый год мы с мужем решаем встретить в компании своих университетских друзей. В числе них есть тот, в кого я когда-то была влюблена. И кого жутко боялась. Сейчас он - муж моей подруги. Мы, наедине, в новогоднюю ночь, и сбывается то, чего я так боялась. Я в его власти. И не могу выбраться.
«Мама, помоги…» — всё, что бьётся в моей голове, когда он зажимает меня между праздничным столом, собой и… берёт то, что давно хотел.
Мои сладкие крошки, эта история об огненной страсти, тлеющей годами любви, предательстве и выборе! Героиня не сможет устоять, и мы не можем судить её за это!;))
Ведь...
- он властный, опасный и очень горячий!
- одержимый, раненый и ласковый
- берёт своё откровенно и до отключки ангела на правом плече
- причина эмоций на разрыв
- причина ХЭ героини
Мыслить трезво невозможно!
«Мама, помоги…» — всё, что бьётся в моей голове, когда он зажимает меня между праздничным столом, собой и… берёт то, что давно хотел.
Мои сладкие крошки, эта история об огненной страсти, тлеющей годами любви, предательстве и выборе! Героиня не сможет устоять, и мы не можем судить её за это!;))
Ведь...
- он властный, опасный и очень горячий!
- одержимый, раненый и ласковый
- берёт своё откровенно и до отключки ангела на правом плече
- причина эмоций на разрыв
- причина ХЭ героини
Мыслить трезво невозможно!
Она запретила себе любить. Он привык получать всё, что хочет. Их первая встреча была случайной,а вторая неизбежной. Теперь каждый бал становится полем битвы, каждый взгляд обещанием, а каждая ночь искушением, которому всё труднее противиться. Но когда одержимость сталкивается с долгом, кто из них сломается первым?
Он — моя первая любовь.
Мужчина, почти вдвое старше.
Успешный, харизматичный, взрослый…
Я соблазнила его, но он четко дал понять, что у нас нет будущего.
Увидев на тесте две полоски, я ничего ему не сказала и теперь он думает, что я все подстроила.
Мужчина, почти вдвое старше.
Успешный, харизматичный, взрослый…
Я соблазнила его, но он четко дал понять, что у нас нет будущего.
Увидев на тесте две полоски, я ничего ему не сказала и теперь он думает, что я все подстроила.
Чертово пари сыграло со мной в злую шутку, когда моя драгоценная подруга загадала мне купить эльфа на невольном рынке.
Как только я представляла на себе руки этого существа меня бросало в дрожь. Эльфы на рынке для нас были диковинкой и новшеством, но кажется что-то пошло не так, когда я утонула в янтарных глазах...
Как только я представляла на себе руки этого существа меня бросало в дрожь. Эльфы на рынке для нас были диковинкой и новшеством, но кажется что-то пошло не так, когда я утонула в янтарных глазах...
Выберите полку для книги