Книги по тегу «нежная героиня»: ""
— Отпусти её. Я согласен на твои условия, — голос Кости дрожит от ярости.
— На все? — усмехается Глеб, скользя ладонью по моему бедру. — Тебе придется делиться, братец. Смотреть и участвовать. А дёрнешься — по правилам Клуба она уйдёт на общак.
— Да, — Костя делает шаг к нам. — Только не смей причинять ей боль.
Я — просто первокурсница, которая случайно попала в лапы безжалостного мажора в закрытом колледже для элиты. Он ломает меня. А его брат — собирает по кусочкам.
Они ненавидят друг друга. Один ни за что не отпустит свою добычу, а другой готов пойти на сделку с дьяволом, лишь бы уберечь меня. Даже если цена моей безопасности — разделить меня со своим заклятым врагом.
dark romance (тёмная романтика)
закрытая элитная академия
любовный треугольник
мжм
серая мораль
очень откровенно
— На все? — усмехается Глеб, скользя ладонью по моему бедру. — Тебе придется делиться, братец. Смотреть и участвовать. А дёрнешься — по правилам Клуба она уйдёт на общак.
— Да, — Костя делает шаг к нам. — Только не смей причинять ей боль.
Я — просто первокурсница, которая случайно попала в лапы безжалостного мажора в закрытом колледже для элиты. Он ломает меня. А его брат — собирает по кусочкам.
Они ненавидят друг друга. Один ни за что не отпустит свою добычу, а другой готов пойти на сделку с дьяволом, лишь бы уберечь меня. Даже если цена моей безопасности — разделить меня со своим заклятым врагом.
dark romance (тёмная романтика)
закрытая элитная академия
любовный треугольник
мжм
серая мораль
очень откровенно
— Я тебя разлюбил, Лера. Мы расстаемся, — Кирилл невозмутимо поправляет галстук, стоя спиной ко мне.
— Что? – мне не хватает воздуха, – что ты сказал?
Кир поворачивается. Прокурорская форма на нем как влитая.
— Я сказал, что мы расстаемся, — спокойно повторяет, глядя мне в глаза.
В этот же день я узнаю, что беременна, но он не верит мне и вычеркивает из жизни. А спустя два года мы встречаемся вновь...
— Что? – мне не хватает воздуха, – что ты сказал?
Кир поворачивается. Прокурорская форма на нем как влитая.
— Я сказал, что мы расстаемся, — спокойно повторяет, глядя мне в глаза.
В этот же день я узнаю, что беременна, но он не верит мне и вычеркивает из жизни. А спустя два года мы встречаемся вновь...
Губы Тени скользят по виску, спускаясь к щеке... подбородку. Он замирает, а затем оставляет в уголке её рта невесомый поцелуй. Настолько мимолётный, что Женя даже не уверена, а не показалось ли ей? Может, это только её фантазия? Её помешательство, а похоже, что она и правда сходит с ума.
— Иди уже, меняй лампу. Или ты решила вернуть мне футболку?
Пальцами Тень подцепляет край её наряда. В его чуть потемневших глазах пляшут искры. И Женя снова убеждается в том, что для него всё происходящее — только игра. Просто она дурочка, которая не умеет справляться с собственными эмоциями и реакциями. Забавная зверушка, над которой можно посмеяться. От вспыхнувшей в груди обиды и злости она почти задыхается, с трудом втягивая воздух.
— Да пожалуйста! — резко выговаривает она и расстёгивает ремень.
Он падает за спиной, бряцая пряжкой об пол. Женя дёргает за край футболки вверх.
— Иди уже, меняй лампу. Или ты решила вернуть мне футболку?
Пальцами Тень подцепляет край её наряда. В его чуть потемневших глазах пляшут искры. И Женя снова убеждается в том, что для него всё происходящее — только игра. Просто она дурочка, которая не умеет справляться с собственными эмоциями и реакциями. Забавная зверушка, над которой можно посмеяться. От вспыхнувшей в груди обиды и злости она почти задыхается, с трудом втягивая воздух.
— Да пожалуйста! — резко выговаривает она и расстёгивает ремень.
Он падает за спиной, бряцая пряжкой об пол. Женя дёргает за край футболки вверх.
Пять лет назад я была самой счастливой девушкой в мире.
Моя история была похожа на турецкий сериал.
Влюблена. Любима. Счастлива. Красавец турок постучал в мою дверь.
Но мой милый оказался лжецом. Воспользовался мной и выбросил на улицу в буквальном смысле слова. А его невеста, назвав меня одноразовой игрушкой, всучила мне билет на самолет. Я никогда не вернулась бы в его страну, если бы не болезнь дочери.
— Ты тратишь миллионы на свои хотелки, а твоя дочь может умереть в любую минуту!
— Я ничего о ней не знал! Ты сама виновата!
— Как ты смеешь? Твоя семья выкинула меня на улицу. Твоя сестра угрожала, что продаст меня в бордель. Я была нищей студенткой! Я не могла ничего сделать, а ты… Если бы ты хотел узнать обо мне, ты бы мог. Значит, не хотел…
— Я узнал. Ты была с другим. Может, это его дочь ты привезла?
Хлесткий звук пощечины разрывает тишину патио.
— Ты мерзавец, Исмаил Берут! Но ты за всё заплатишь! Ты поможешь моей дочери!
— Я помогу. Только у всего есть цена, пташка..
Моя история была похожа на турецкий сериал.
Влюблена. Любима. Счастлива. Красавец турок постучал в мою дверь.
Но мой милый оказался лжецом. Воспользовался мной и выбросил на улицу в буквальном смысле слова. А его невеста, назвав меня одноразовой игрушкой, всучила мне билет на самолет. Я никогда не вернулась бы в его страну, если бы не болезнь дочери.
— Ты тратишь миллионы на свои хотелки, а твоя дочь может умереть в любую минуту!
— Я ничего о ней не знал! Ты сама виновата!
— Как ты смеешь? Твоя семья выкинула меня на улицу. Твоя сестра угрожала, что продаст меня в бордель. Я была нищей студенткой! Я не могла ничего сделать, а ты… Если бы ты хотел узнать обо мне, ты бы мог. Значит, не хотел…
— Я узнал. Ты была с другим. Может, это его дочь ты привезла?
Хлесткий звук пощечины разрывает тишину патио.
— Ты мерзавец, Исмаил Берут! Но ты за всё заплатишь! Ты поможешь моей дочери!
— Я помогу. Только у всего есть цена, пташка..
— Снимем стресс? — предлагает друг моего парня.
Парень уже бывший, потому что оказался изменяющим гадом, а его друг — внезапно мой новый гинеколог.
— Как? — спрашиваю, все еще находясь в очень щепетильном положении.
— Сейчас покажу, — отвечает, надевая перчатки на свои красивые и длинные пальцы. — Ты удивишься, детка!
Парень уже бывший, потому что оказался изменяющим гадом, а его друг — внезапно мой новый гинеколог.
— Как? — спрашиваю, все еще находясь в очень щепетильном положении.
— Сейчас покажу, — отвечает, надевая перчатки на свои красивые и длинные пальцы. — Ты удивишься, детка!
САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ!
Я успеваю ударить по тормозам. Черт возьми! Какого черта ребенок делает на дороге.
— Ты в порядке? — спрашиваю я, выходя из машины.
— Да, — тихо отвечает пацан. Видимо, сильно испугался.
— Прежде чем выбегать на дорогу, нужно смотреть по сторонам. Даже во дворе. Папа наверняка говорил тебе, — спокойно объясняю я, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди. Я и сам не на шутку испугался.
— У нас нет папы, — отвечает он, поглядывая на девочку, как две капли воды похожую на него самого.
— Кир, это и есть наш папа, — заявляет она. — Я видела его у мамы на фотографии.
В этот момент из-за угла выбегает запыхавшаяся женщина, и я впадаю в ступор. Это Диана, моя… бывшая.
— Ди, объяснишь, почему твои дети считают меня папой?
Я успеваю ударить по тормозам. Черт возьми! Какого черта ребенок делает на дороге.
— Ты в порядке? — спрашиваю я, выходя из машины.
— Да, — тихо отвечает пацан. Видимо, сильно испугался.
— Прежде чем выбегать на дорогу, нужно смотреть по сторонам. Даже во дворе. Папа наверняка говорил тебе, — спокойно объясняю я, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди. Я и сам не на шутку испугался.
— У нас нет папы, — отвечает он, поглядывая на девочку, как две капли воды похожую на него самого.
— Кир, это и есть наш папа, — заявляет она. — Я видела его у мамы на фотографии.
В этот момент из-за угла выбегает запыхавшаяся женщина, и я впадаю в ступор. Это Диана, моя… бывшая.
— Ди, объяснишь, почему твои дети считают меня папой?
Мой новый сосед на две недели — мужчина, которого не стоит впускать в дом.
Ленка — подруга, каких поискать: я согласилась приютить ее знакомого, а она подсунула мне хищника в клетку.
Я не знаю его имени, меня пугают его шрамы. Но когда он смотрит на меня своей скучающей усмешкой, все внутри переворачивается.
Кажется, я готова рискнуть и подпустить его ближе... чем бы это ни кончилось.
Ленка — подруга, каких поискать: я согласилась приютить ее знакомого, а она подсунула мне хищника в клетку.
Я не знаю его имени, меня пугают его шрамы. Но когда он смотрит на меня своей скучающей усмешкой, все внутри переворачивается.
Кажется, я готова рискнуть и подпустить его ближе... чем бы это ни кончилось.
Моя работа — решать проблемы, которые другим не под силу. Спецслужбы, контрабанда, зачистка компромата — я вижу изнанку этого мира каждый день. Меня невозможно просчитать.
Позвонил старый сослуживец. Погиб наш общий друг, владелец крупного ресторана, а его дочь оказалась в эпицентре криминального замеса. Просьба была одна: приехать и вытащить девчонку.
Местная верхушка решила, что может безнаказанно зачистить свидетелей. Они просто не поняли, с кем связались. Чтобы спасти её, мне придется заблокировать этот город, вскрыть их грязные схемы и вывезти её под чужим именем.
Паспорт и легенда будут готовы к утру. Девчонка напугана, бунтует и боится моего контроля сильнее, чем убийц на улицах. Ей придется подчиняться моим правилам, если хочет выжить.
Я обещал другу просто её спрятать. Но теперь, когда она в моих руках, я её уже никуда не отпущу.
Позвонил старый сослуживец. Погиб наш общий друг, владелец крупного ресторана, а его дочь оказалась в эпицентре криминального замеса. Просьба была одна: приехать и вытащить девчонку.
Местная верхушка решила, что может безнаказанно зачистить свидетелей. Они просто не поняли, с кем связались. Чтобы спасти её, мне придется заблокировать этот город, вскрыть их грязные схемы и вывезти её под чужим именем.
Паспорт и легенда будут готовы к утру. Девчонка напугана, бунтует и боится моего контроля сильнее, чем убийц на улицах. Ей придется подчиняться моим правилам, если хочет выжить.
Я обещал другу просто её спрятать. Но теперь, когда она в моих руках, я её уже никуда не отпущу.
«Он устроил мне сюрприз? Узнал, что меня выписывают?» – промелькнула мысль, но тут же растаяла, когда я услышала женский смех. Внутри всё оборвалось. Нет, не может быть. Только не это.
Я застыла, не в силах сделать ни шага. Рука сама потянулась к животу, словно пытаясь защитить нашего ещё не родившегося ребёнка от того, что я сейчас увижу.
– Андрей, ты невозможный, – промурлыкал женский голос.
Мои ноги будто приросли к полу. Я не хотела видеть, не хотела знать, но что-то толкало меня вперёд. Медленно, словно во сне, я толкнула дверь.
Мир рухнул в один миг.
На нашей кровати, в той самой постели, где мы занимались любовью перед моей госпитализацией, Андрей лежал с какой-то женщиной. Светлые волосы разметались по подушке… моей подушке. Стройные ноги обвивали его талию. Они были настолько увлечены друг другом, что даже не заметили, как я вошла.
Я застыла, не в силах сделать ни шага. Рука сама потянулась к животу, словно пытаясь защитить нашего ещё не родившегося ребёнка от того, что я сейчас увижу.
– Андрей, ты невозможный, – промурлыкал женский голос.
Мои ноги будто приросли к полу. Я не хотела видеть, не хотела знать, но что-то толкало меня вперёд. Медленно, словно во сне, я толкнула дверь.
Мир рухнул в один миг.
На нашей кровати, в той самой постели, где мы занимались любовью перед моей госпитализацией, Андрей лежал с какой-то женщиной. Светлые волосы разметались по подушке… моей подушке. Стройные ноги обвивали его талию. Они были настолько увлечены друг другом, что даже не заметили, как я вошла.
Сообщение среди ночи с неизвестного номера:
«Привет! Как дала?»
Вот это наглость!
Всё? Нет! Роняю смартфон себе на лицо и ломаю нос...
Пятница 13-е... сразу видно!
***
Нелепая опечатка в СМС, ошибка в одной цифре номера телефона...
И это стало началом отношений!
Если бы я знала, кто по ту сторону смартфона...
«Привет! Как дала?»
Вот это наглость!
Всё? Нет! Роняю смартфон себе на лицо и ломаю нос...
Пятница 13-е... сразу видно!
***
Нелепая опечатка в СМС, ошибка в одной цифре номера телефона...
И это стало началом отношений!
Если бы я знала, кто по ту сторону смартфона...
Выберите полку для книги