Книги по тегу «предательство»: ""
Днем я — скромная медсестра в элитной клинике, куда меня чудом устроила тетя. Ночью — бармен в шумном клубе, смешивающий коктейли, чтобы выжить.
Мой муж повесил на меня миллионные долги, завел любовницу и превратил мою жизнь в ад, отказываясь давать развод. Я работаю на износ ради дочери, боясь, что однажды просто не выдержу.
Но однажды в клинику вошел он. Руслан. Горец с ледяным взглядом и горячим сердцем. Он привык получать всё, что хочет. И сейчас он хочет помочь мне… но какую цену он попросит взамен?
Может ли любовь стать спасением, когда вокруг одни враги, а твой главный враг спит в твоей постели?
В тексте есть:
* Сильный и властный герой (Горец)
* Нежная, но сильная героиня
* Сложные жизненные обстоятельства
* Ребенок (дочь подросток)
* ХЭ (Счастливый конец)
Мой муж повесил на меня миллионные долги, завел любовницу и превратил мою жизнь в ад, отказываясь давать развод. Я работаю на износ ради дочери, боясь, что однажды просто не выдержу.
Но однажды в клинику вошел он. Руслан. Горец с ледяным взглядом и горячим сердцем. Он привык получать всё, что хочет. И сейчас он хочет помочь мне… но какую цену он попросит взамен?
Может ли любовь стать спасением, когда вокруг одни враги, а твой главный враг спит в твоей постели?
В тексте есть:
* Сильный и властный герой (Горец)
* Нежная, но сильная героиня
* Сложные жизненные обстоятельства
* Ребенок (дочь подросток)
* ХЭ (Счастливый конец)
— Ты серьёзно думаешь, что я ничего не узнаю?
— Крис… давай спокойно.
— Спокойно? Ты был в нашей постели. С ней.
— Это ошибка.
— Нет. Это твое осознанное решение.
В тот день я потеряла ребёнка. И веру в него. Он выбрал деньги. Решил, что я справлюсь. И я справилась.
А потом вернулась в его жизнь — с планом. Туда, где ему больнее всего. Туда, где он привык быть главным.
Он думал, что всё контролирует. Теперь правила другие. Иногда развод — не финал.
Иногда это только начало расплаты.
— Крис… давай спокойно.
— Спокойно? Ты был в нашей постели. С ней.
— Это ошибка.
— Нет. Это твое осознанное решение.
В тот день я потеряла ребёнка. И веру в него. Он выбрал деньги. Решил, что я справлюсь. И я справилась.
А потом вернулась в его жизнь — с планом. Туда, где ему больнее всего. Туда, где он привык быть главным.
Он думал, что всё контролирует. Теперь правила другие. Иногда развод — не финал.
Иногда это только начало расплаты.
— Лера, нам надо развестись.
— Что?
— У меня другая женщина.
— Ты сейчас серьёзно?
— Да. Я её люблю.
— А меня?
— Это уже не то.
Полгода он жил двойной жизнью. Улыбался, целовал, говорил «всё нормально».
Полгода я была женой. А он — предателем.
Он думает, что просто уходит к новой любви.
Что я тихо подпишу бумаги и останусь в прошлом.
Только он не знает одного.
Я слишком хорошо знаю его слабые места.
— Что?
— У меня другая женщина.
— Ты сейчас серьёзно?
— Да. Я её люблю.
— А меня?
— Это уже не то.
Полгода он жил двойной жизнью. Улыбался, целовал, говорил «всё нормально».
Полгода я была женой. А он — предателем.
Он думает, что просто уходит к новой любви.
Что я тихо подпишу бумаги и останусь в прошлом.
Только он не знает одного.
Я слишком хорошо знаю его слабые места.
Он появился в моей жизни, как ураган — дерзкий, опасный, с глазами, полными боли и запретной страсти.
Марк вырвал меня из золотой клетки богатой семьи, подарил свободу, о которой я мечтала. Ради него я бросила всё: родителей, будущее. Я думала, это любовь. Я думала, так будет всегда.
Но его настоящая правда разобьет мне сердце, заставив предать самых близких.
Романтическая драма о первой любви, которая обжигает.
Предательстве, которое ломает, о прощении, которое исцеляет. История о том, как найти себя, когда теряешь всё, и полюбить снова, когда, кажется, сердце превратилось в пепел.
Марк вырвал меня из золотой клетки богатой семьи, подарил свободу, о которой я мечтала. Ради него я бросила всё: родителей, будущее. Я думала, это любовь. Я думала, так будет всегда.
Но его настоящая правда разобьет мне сердце, заставив предать самых близких.
Романтическая драма о первой любви, которая обжигает.
Предательстве, которое ломает, о прощении, которое исцеляет. История о том, как найти себя, когда теряешь всё, и полюбить снова, когда, кажется, сердце превратилось в пепел.
Три вещи Лиза Воробьёва знала наверняка: как бороться за жизнь тех, кто не может сказать, что у них болит, что мир держится на волонтёрах и что Денис Игнатов — её личная катастрофа.
Красивый, успешный, талантливый — он разбивал ей сердце трижды.
И вот снова… на пороге её ветклиники.
Учёба, бизнес, девчонки — Денису всё давалось легко. Имея славу самовлюблённого засранца, он шёл вперёд, не оглядываясь. Но для него свет клином сошёлся именно на ней, его Воробьёныше, и именно с ней всё пошло не так.
Сейчас между ними стоит то, за что она вряд ли его простит.
И выбор, что ему придётся сделать: построить новое счастье на обмане или сказать правду, зная, что она отнимет у него Лизу навсегда.
Красивый, успешный, талантливый — он разбивал ей сердце трижды.
И вот снова… на пороге её ветклиники.
Учёба, бизнес, девчонки — Денису всё давалось легко. Имея славу самовлюблённого засранца, он шёл вперёд, не оглядываясь. Но для него свет клином сошёлся именно на ней, его Воробьёныше, и именно с ней всё пошло не так.
Сейчас между ними стоит то, за что она вряд ли его простит.
И выбор, что ему придётся сделать: построить новое счастье на обмане или сказать правду, зная, что она отнимет у него Лизу навсегда.
Они должны были стать чужими. Но судьба поселила их в одном номере.
Она привыкла верить в любовь. Планировала свадьбу, выбирала платье и мечтала о счастливом будущем. Пока не застала жениха с лучшей подругой на собственной кухне. Разбитая, опустошённая, она садится в первый попавшийся самолёт и улетает в Швейцарию — подальше от прошлого, в котором не осталось ничего, кроме боли.
Он не верит в сказки. У него есть бизнес, контракты, планы и железная хватка. Он летит на важные переговоры, от которых зависит будущее его компании. Но снегопад рушит все планы: рейс отменён, дороги перекрыты, а единственный свободный номер в отеле достаётся ему... в компании незнакомой девушки с печальными глазами.
Одна ночь в номере с видом на заснеженные горы.
Одна кровать на двоих.
Один шанс всё изменить.
Но что делать, если снег растает, а сказка закончится? И можно ли построить счастье на руинах прошлого, когда вокруг — только холод и метель?
Она привыкла верить в любовь. Планировала свадьбу, выбирала платье и мечтала о счастливом будущем. Пока не застала жениха с лучшей подругой на собственной кухне. Разбитая, опустошённая, она садится в первый попавшийся самолёт и улетает в Швейцарию — подальше от прошлого, в котором не осталось ничего, кроме боли.
Он не верит в сказки. У него есть бизнес, контракты, планы и железная хватка. Он летит на важные переговоры, от которых зависит будущее его компании. Но снегопад рушит все планы: рейс отменён, дороги перекрыты, а единственный свободный номер в отеле достаётся ему... в компании незнакомой девушки с печальными глазами.
Одна ночь в номере с видом на заснеженные горы.
Одна кровать на двоих.
Один шанс всё изменить.
Но что делать, если снег растает, а сказка закончится? И можно ли построить счастье на руинах прошлого, когда вокруг — только холод и метель?
— Я больше так не могу.
— Как — так?
— Я встретил другую женщину. И я буду с ней.
— А я?
— Ты… прошлое.
Всего несколько фраз — и двадцать лет будто стерли. Он сказал, что с ней чувствует себя живым. А со мной — привычка.
Привычка.
Он думал, я тихо уйду из нашей квартиры. Приму его любовницу. Переживу предательство и измену. Я уже знала, что буду делать дальше. И это будет совсем не та история, к которой он готовился.
— Как — так?
— Я встретил другую женщину. И я буду с ней.
— А я?
— Ты… прошлое.
Всего несколько фраз — и двадцать лет будто стерли. Он сказал, что с ней чувствует себя живым. А со мной — привычка.
Привычка.
Он думал, я тихо уйду из нашей квартиры. Приму его любовницу. Переживу предательство и измену. Я уже знала, что буду делать дальше. И это будет совсем не та история, к которой он готовился.
— Кира, хватит драматизировать! — он снова повышает голос, будто мои слёзы ему мешают. — Я устал! Мне нужна другая жизнь!
— Другая жизнь… — я задыхаюсь. — А я что? А дети? А всё, что было?
— Я не обязан жить ради твоего режима! — орёт он. — Я хочу свободу!
— Максим… мы же… — я запинаюсь, потому что в голове одно слово: семья. Мы же семья. Мы же вместе. Мы же прошли…
— Ты стала только мамой, — выстреливает он. — Только мамой, Кира! А мне нужна женщина. Лёгкая. Весёлая. А не постоянные счета, ланч-боксы и режим!
У меня в ушах звенит. Я смотрю на него и не узнаю. И самое страшное — я понимаю, что он не в порыве, не на эмоциях. Он говорит это так, как будто давно репетировал.
— Другая жизнь… — я задыхаюсь. — А я что? А дети? А всё, что было?
— Я не обязан жить ради твоего режима! — орёт он. — Я хочу свободу!
— Максим… мы же… — я запинаюсь, потому что в голове одно слово: семья. Мы же семья. Мы же вместе. Мы же прошли…
— Ты стала только мамой, — выстреливает он. — Только мамой, Кира! А мне нужна женщина. Лёгкая. Весёлая. А не постоянные счета, ланч-боксы и режим!
У меня в ушах звенит. Я смотрю на него и не узнаю. И самое страшное — я понимаю, что он не в порыве, не на эмоциях. Он говорит это так, как будто давно репетировал.
Измена. Развод. Потеря ребенка. Семь лет.
И вот он стоит передо мной. Мой новый босс. Мой бывший муж.
Артур Верлесс. Любовь, которая сожгла меня. Сожгла всю мою жизнь.
А он смотрит на меня, словно ничего не было. Словно, я птичка, пойманная в клетку.
Я знаю, что он тогда женился на другой. Но почему в его глазах целая буря? И почему на его пальце нет кольца?
И вот он стоит передо мной. Мой новый босс. Мой бывший муж.
Артур Верлесс. Любовь, которая сожгла меня. Сожгла всю мою жизнь.
А он смотрит на меня, словно ничего не было. Словно, я птичка, пойманная в клетку.
Я знаю, что он тогда женился на другой. Но почему в его глазах целая буря? И почему на его пальце нет кольца?
— Снеж, только не устраивай сцен…
— Ты серьёзно? Ты только что сказал, что уходишь!
— Я не могу больше так жить.
— С тремя детьми? Со мной?
— У меня будет сын. Я должен быть рядом с ним.
Сын. Он сказал это так, будто наконец-то выиграл приз. Будто наши три дочки — просто репетиция.
Муж, с которым я прожила восемь лет, уходит к беременной любовнице. К женщине, которая носит долгожданного наследника. А я остаюсь с тремя девочками и пустой половиной кровати.
Он говорит, что устал. Что запутался. Что имеет право на счастье.
Предательство оказалось больнее самой измены. Потому что измена — это слабость. А уйти к беременной любовнице, оставив жену с тремя детьми, — это выбор.
Он был уверен, что я сломаюсь. Что буду просить. Что испугаюсь остаться одна. Только он плохо меня знал.
— Ты серьёзно? Ты только что сказал, что уходишь!
— Я не могу больше так жить.
— С тремя детьми? Со мной?
— У меня будет сын. Я должен быть рядом с ним.
Сын. Он сказал это так, будто наконец-то выиграл приз. Будто наши три дочки — просто репетиция.
Муж, с которым я прожила восемь лет, уходит к беременной любовнице. К женщине, которая носит долгожданного наследника. А я остаюсь с тремя девочками и пустой половиной кровати.
Он говорит, что устал. Что запутался. Что имеет право на счастье.
Предательство оказалось больнее самой измены. Потому что измена — это слабость. А уйти к беременной любовнице, оставив жену с тремя детьми, — это выбор.
Он был уверен, что я сломаюсь. Что буду просить. Что испугаюсь остаться одна. Только он плохо меня знал.
Выберите полку для книги