Книги по тегу «сильная героиня»: ""
- Сестра, какие внуки? Я военный человек и детей видел только на картинках.
- Миша, братик, ну пожалуйста, мне больше обратиться не к кому! – Лена всегда из меня верёвки вила, знает же, что отказать не смогу ей. – Внуки – это такие же солдаты, только маленькие и вообще, не забывай, что ты тоже дед… соломенный правда, но это сути не меняет!
Сестра на две недели сплавила мне своих внуков, и я согласился, да, под моим командованием было сотни солдат, что я с двумя сопляками не справлюсь?
Вот только не учёл я, что эти маленькие солдаты команд не понимают, тушёнку не едят, и на ночь сказки требуют!
Пришлось к новой соседке на поклон идти, которая, кстати, уже высказывалась по поводу моих методов воспитания.
- Миша, братик, ну пожалуйста, мне больше обратиться не к кому! – Лена всегда из меня верёвки вила, знает же, что отказать не смогу ей. – Внуки – это такие же солдаты, только маленькие и вообще, не забывай, что ты тоже дед… соломенный правда, но это сути не меняет!
Сестра на две недели сплавила мне своих внуков, и я согласился, да, под моим командованием было сотни солдат, что я с двумя сопляками не справлюсь?
Вот только не учёл я, что эти маленькие солдаты команд не понимают, тушёнку не едят, и на ночь сказки требуют!
Пришлось к новой соседке на поклон идти, которая, кстати, уже высказывалась по поводу моих методов воспитания.
Я пришла в частную клинику на плановый осмотр, но вместо одного врача меня встретили трое, которые превратили медицинскую процедуру в систему тотального контроля над моим телом и волей. С каждым новым инструментом, каждым прикосновением и приказом они стирали мои границы, пока я не перестала сопротивляться и не начала жаждать их внимания. Теперь я полностью принадлежу им — и я сама выбрала эту зависимость.
— Когда ты уже расскажешь своей жене, что у тебя есть сын? Тебя вообще не волнует, что он пошёл в её класс? Думаешь, она не узнает о том, кто его отец? — слышу за дверью собственной спальни знакомый женский голос и замираю в ожидании продолжения.
— Не думай об этом. В случае чего, я со всем разберусь. И вообще, он там будет под её присмотром, а она отличный педагог. Так что считай, что нам это только на руку. И сын пристроен, и жена не заявится в самый неподходящий момент.
Больше не жду. Я услышала достаточно. Толкаю дверь и захожу, застав любовничков на горяченьком.
— План, конечно, хорош. Вот только вы немного просчитались. Я не собираюсь быть нянькой вашему ребёнку. А что до тебя, Денис. Надеюсь, мне не стоит говорить, что теперь нас ждёт развод?
— А вот здесь, Лера, ты очень сильно ошибаешься, — холодно отвечает он, отрываясь от той, кого я считала, что больше никогда не будет в нашей жизни.
— Не думай об этом. В случае чего, я со всем разберусь. И вообще, он там будет под её присмотром, а она отличный педагог. Так что считай, что нам это только на руку. И сын пристроен, и жена не заявится в самый неподходящий момент.
Больше не жду. Я услышала достаточно. Толкаю дверь и захожу, застав любовничков на горяченьком.
— План, конечно, хорош. Вот только вы немного просчитались. Я не собираюсь быть нянькой вашему ребёнку. А что до тебя, Денис. Надеюсь, мне не стоит говорить, что теперь нас ждёт развод?
— А вот здесь, Лера, ты очень сильно ошибаешься, — холодно отвечает он, отрываясь от той, кого я считала, что больше никогда не будет в нашей жизни.
Я двенадцать лет организовывала переезды и думала, что меня уже трудно удивить чужим домом.
Потом открыла обычную техническую дверь и вышла в город, где дома перевозят целиком.
Вернуться сразу не получилось. Зато мне предложили способ не остаться без денег и крыши над головой: принять почти разорившийся Дом переездов вместе с тремя сотрудниками, долгами, старым оборудованием и последним заказом.
Нужно всего лишь перенести особняк дракона Корена Ларвея на новый участок.
Особняк исчезает прямо во время переезда.
На месте доставки появляется чужая оранжерея. Рабочий журнал утверждает, что заказ выполнен, городской реестр не видит ничего необычного, а мне дают трое суток, чтобы найти дом и спасти лицензию.
След приводит нас к улице, которой нет ни на одной современной карте.
И чем глубже мы разбираемся в старых маршрутах, тем яснее становится: кто-то много лет зарабатывает огромные деньги на домах, которые официально находятся совсем не там, где стоят на самом деле.
Потом открыла обычную техническую дверь и вышла в город, где дома перевозят целиком.
Вернуться сразу не получилось. Зато мне предложили способ не остаться без денег и крыши над головой: принять почти разорившийся Дом переездов вместе с тремя сотрудниками, долгами, старым оборудованием и последним заказом.
Нужно всего лишь перенести особняк дракона Корена Ларвея на новый участок.
Особняк исчезает прямо во время переезда.
На месте доставки появляется чужая оранжерея. Рабочий журнал утверждает, что заказ выполнен, городской реестр не видит ничего необычного, а мне дают трое суток, чтобы найти дом и спасти лицензию.
След приводит нас к улице, которой нет ни на одной современной карте.
И чем глубже мы разбираемся в старых маршрутах, тем яснее становится: кто-то много лет зарабатывает огромные деньги на домах, которые официально находятся совсем не там, где стоят на самом деле.
Я провалилась сквозь старую витрину и оказалась в заброшенном Стекольном дворе, который город собирался закрыть навсегда.
Денег нет. Документов нет. Зато на складе находят счетное окно с клеймом мастерской, не работавшей семь лет. И именно это стекло утверждает, что здесь недавно велось производство.
Старший поверенный Арден Сольвей дает мне три дня, чтобы доказать обратное.
Проблема в том, что я почти ничего не знаю о местной магии. Зато пятнадцать лет работала со стеклом и хорошо знаю одну вещь: производство всегда оставляет следы.
Чем внимательнее я изучаю городские счетные окна, тем хуже становится картина. Они не просто ошибаются. Кто-то годами заставляет их лгать — и с помощью этих ошибок отнимает у людей мастерские, склады и лавки.
Теперь мне предстоит вернуть к жизни разоренный Стекольный двор, найти заказчиков, разобраться с чужими долгами и доказать городу, что его безупречная система построена на подделке.
Денег нет. Документов нет. Зато на складе находят счетное окно с клеймом мастерской, не работавшей семь лет. И именно это стекло утверждает, что здесь недавно велось производство.
Старший поверенный Арден Сольвей дает мне три дня, чтобы доказать обратное.
Проблема в том, что я почти ничего не знаю о местной магии. Зато пятнадцать лет работала со стеклом и хорошо знаю одну вещь: производство всегда оставляет следы.
Чем внимательнее я изучаю городские счетные окна, тем хуже становится картина. Они не просто ошибаются. Кто-то годами заставляет их лгать — и с помощью этих ошибок отнимает у людей мастерские, склады и лавки.
Теперь мне предстоит вернуть к жизни разоренный Стекольный двор, найти заказчиков, разобраться с чужими долгами и доказать городу, что его безупречная система построена на подделке.
На свадьбе лучшей подруги я совершила ошибку.
Сделала бы это снова? Уже сделала. И не один раз.
Макс Барсов — та самая ошибка. Жестокая и самовлюбленная. И самое ужасное: он оказался братом моего парня.
Он сломал меня. А я позволила ему это сделать.
И я не понимаю, во что это выльется. В любовь? Нет. В одержимость. В зависимость. В мой персональный ад.
Сделала бы это снова? Уже сделала. И не один раз.
Макс Барсов — та самая ошибка. Жестокая и самовлюбленная. И самое ужасное: он оказался братом моего парня.
Он сломал меня. А я позволила ему это сделать.
И я не понимаю, во что это выльется. В любовь? Нет. В одержимость. В зависимость. В мой персональный ад.
— И как давно ты встречаешься с бывшей за моей спиной?
Егор отводит взгляд, сжимает челюсти недовольно, будто ему неприятно, что я застала его на горячем.
— Мы не встречаемся. Алиса захотела найти мать, пообщаться и… вот, — Егор пожимает плечами. — Это что, проблема?
— Не проблема, но ты ничего не сказал мне. За моей спиной ходил с ней в рестораны.
— И что? — выдает равнодушно. — Я дочь водил на встречи, а не то, что ты себе надумала.
Пятнадцать лет брака, общий ребенок и дочка, которую воспитала, как свою. А потом я узнаю, что мой муж и дочь, наврав мне, улетают на отдых с ней. С новой мамой.
Но тогда я еще не знала, что скрывается за этой поездкой на самом деле…
Егор отводит взгляд, сжимает челюсти недовольно, будто ему неприятно, что я застала его на горячем.
— Мы не встречаемся. Алиса захотела найти мать, пообщаться и… вот, — Егор пожимает плечами. — Это что, проблема?
— Не проблема, но ты ничего не сказал мне. За моей спиной ходил с ней в рестораны.
— И что? — выдает равнодушно. — Я дочь водил на встречи, а не то, что ты себе надумала.
Пятнадцать лет брака, общий ребенок и дочка, которую воспитала, как свою. А потом я узнаю, что мой муж и дочь, наврав мне, улетают на отдых с ней. С новой мамой.
Но тогда я еще не знала, что скрывается за этой поездкой на самом деле…
— Я запал на тебя, леди...
Прожигает меня взглядом брутальный наглец.
— Такие, как вы, меня не интересуют. Совсем…
Он делает шаг вперёд. Я отступаю к столу.
— Сопляки и сосунки — да?
Вместо ответа язвительно улыбаюсь.
Его руки упираются по бокам от моих бёдер.
Мы так близко, что я чувствую жар и запах его тела. Меня пробивает дрожь...
— Я хочу тебя, леди. Хочу и получу, — рычит он, нависая надо мной.
— Мечтать не вредно, — иронизирую, пытаясь выскользнуть из ловушки.
— Вредно — не мечтать…
Ухмыляется он, прижимаясь ко мне так, что по телу бегут мурашки.
— Я вот мечтаю попробовать тебя на вкус.., — шепчет он в мои губы.
— Ваши мечты — не моя проблема, — выдыхаю решительно, но в голове выстреливает мысль: «Ника, ты влипла...»
Прожигает меня взглядом брутальный наглец.
— Такие, как вы, меня не интересуют. Совсем…
Он делает шаг вперёд. Я отступаю к столу.
— Сопляки и сосунки — да?
Вместо ответа язвительно улыбаюсь.
Его руки упираются по бокам от моих бёдер.
Мы так близко, что я чувствую жар и запах его тела. Меня пробивает дрожь...
— Я хочу тебя, леди. Хочу и получу, — рычит он, нависая надо мной.
— Мечтать не вредно, — иронизирую, пытаясь выскользнуть из ловушки.
— Вредно — не мечтать…
Ухмыляется он, прижимаясь ко мне так, что по телу бегут мурашки.
— Я вот мечтаю попробовать тебя на вкус.., — шепчет он в мои губы.
— Ваши мечты — не моя проблема, — выдыхаю решительно, но в голове выстреливает мысль: «Ника, ты влипла...»
- Мне надоел этот шум и гам! – Влад кидал в сумку свои вещи, а я держала на руках двух малышей и не знала, что на это ответить. – Эти памперсы, бутылочки и вечные колики! Я не просил у тебя целый детский сад.
- Значит, это правда… ты и Катька…, - мне сегодня сердобольная «птичка» на хвосте принесла.
- Да я кран у неё чинил! – ага, целую неделю… - А вообще знаешь, да! Она баба красивая, горячая, не то, что ты! Ну понимаю родила, и что теперь в бомжиху надо превратиться? Толстая стала, на голове вечное гнездо! Да мне из-за вас домой идти не хочется!
- Быстрее манатки свои собирай, а то я помогу! – если бы не малыши на руках, я бы ему устроила…
Муж ушёл к другой, оставив меня с тремя детьми.
Не знаю даже, как мы выжили…, да, как и тысячи женщин вокруг – стиснув зубы, без стонов и истерик.
А через год меня в суд вызывают.
Ой, чо делается! Бывший подал на алименты.
Даже не знаю смеяться мне или плакать.
- Значит, это правда… ты и Катька…, - мне сегодня сердобольная «птичка» на хвосте принесла.
- Да я кран у неё чинил! – ага, целую неделю… - А вообще знаешь, да! Она баба красивая, горячая, не то, что ты! Ну понимаю родила, и что теперь в бомжиху надо превратиться? Толстая стала, на голове вечное гнездо! Да мне из-за вас домой идти не хочется!
- Быстрее манатки свои собирай, а то я помогу! – если бы не малыши на руках, я бы ему устроила…
Муж ушёл к другой, оставив меня с тремя детьми.
Не знаю даже, как мы выжили…, да, как и тысячи женщин вокруг – стиснув зубы, без стонов и истерик.
А через год меня в суд вызывают.
Ой, чо делается! Бывший подал на алименты.
Даже не знаю смеяться мне или плакать.
❗️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❗️МАКС. СКИДКА СЕГОДНЯ❗️
— Это правда?
— О чём ты?
— О том, что твоя любовница родила тебе сына ещё год назад.
Он не отвечает сразу.
— Кто тебе сказал?
— Значит, правда.
Я сжимаю телефон так, что экран впивается в ладонь. Там фотографии. Он, младенец, та самая женщина с торжествующей улыбкой. Почти счастье.
Только я в него не вписываюсь.
— Я не хотел, чтобы ты узнала так, — произносит муж ровно.
— А как ты хотел? На мой день рождения? Под бой курантов? После того, как я ещё раз пройду ЭКО?
— Не перегибай.
— Это я перегибаю?!
Голос срывается, но я уже не могу остановиться.
— Я десять лет слушала, что нам просто не везёт. А ты, оказывается, прекрасно можешь делать детей. Просто не со мной.
Он делает шаг вперёд.
— Успокойся.
— Не смей мне приказывать.
— Я твой муж.
— Нет, — качаю головой. — Ты просто мужчина, который слишком долго пользовался моей любовью.
Наутро я подам на развод.
А очень скоро меня ждёт самая жестокая насмешка судьбы…
— Это правда?
— О чём ты?
— О том, что твоя любовница родила тебе сына ещё год назад.
Он не отвечает сразу.
— Кто тебе сказал?
— Значит, правда.
Я сжимаю телефон так, что экран впивается в ладонь. Там фотографии. Он, младенец, та самая женщина с торжествующей улыбкой. Почти счастье.
Только я в него не вписываюсь.
— Я не хотел, чтобы ты узнала так, — произносит муж ровно.
— А как ты хотел? На мой день рождения? Под бой курантов? После того, как я ещё раз пройду ЭКО?
— Не перегибай.
— Это я перегибаю?!
Голос срывается, но я уже не могу остановиться.
— Я десять лет слушала, что нам просто не везёт. А ты, оказывается, прекрасно можешь делать детей. Просто не со мной.
Он делает шаг вперёд.
— Успокойся.
— Не смей мне приказывать.
— Я твой муж.
— Нет, — качаю головой. — Ты просто мужчина, который слишком долго пользовался моей любовью.
Наутро я подам на развод.
А очень скоро меня ждёт самая жестокая насмешка судьбы…
Выберите полку для книги