Книги по тегу «эмоционально»: ""

— Неси подкидыша, за ним пришли.
— Что? — шепчу едва слышно, переводя взгляд с мужа на посторонних людей.
— Это специалисты из органов опеки. Держи! — Слава протягивает бумаги.
Муж сделал тест-ДНК. Вероятность родства ноль процентов… Но что страшнее всего, Святик не мой сын тоже.
— Убедилась. Я говорил. Подкидыш, — выплёвывает муж.
Глаза наполняются слезами. Но для меня этот ноль ничего не меняет.
— Я его родила. Он мой сын, — произношу, дрожащим голосом.
— В моём доме не будет жить подкидыш.
— Так отпусти нас. Мне делали ЭКО, я думаю, что…
— Тебе нужно думать только о том, как сделать так, чтобы муж был тобой доволен. Тащи ребёнка!
— Отпусти меня. Нас… — прошу, сжимаясь внутри.
— Нет, — звучит чёткий ответ.
Сердце рвётся на части.
— Мне самому за ним сходить?
— Нет, я принесу, — шепчу я, продумывая план отступления.
Мне надо бежать. Плевать куда. Сейчас и неизвестность пугает не так, как перспектива потерять Святика. Бежать!

— Где Веселов? — спрашивает сопляк лет семи.

— Ну, я Веселов, — хмыкаю в ответ.

Мальчик проходится по мне долгим внимательным взглядом.

— Хорошо, — выносит вердикт. — Поговорим?

Вот это тон у пацана. А главное — нервы у него, похоже, из стали. Пришёл, набедокурил — и хоть бы хны!

— Ну пойдём, поговорим, — я указываю в сторону лестницы. — Дуй за мной.

— Дмитрий Александрович, может, лучше полицию вызовем? — предлагает мой помощник.

— Полицию?! — тут же возмущается пацан. — Да я ничего такого страшного не сделал!

— Вызовем, чтобы мать и отца твоих разыскали, раз ты молчишь как партизан!

— Ладно, расслабься, — я хлопаю помощника по плечу. — Пусть расскажет, что у него там, раз пришёл. А потом разберёмся.

И мы с пацаном отправляемся в мой кабинет. Даже интересно, что за «деликатные причины» привели ко мне этого странного парнишку.

Я представляла его сильные руки, которые нежно изучали мое тело. Его губы, которые шептали: «Моя». Его глаза — голубые, как арктические льды, в которых было столько тепла, столько желания, столько... надежды. Я цеплялась за эти воспоминания, как за спасательный круг. Никто не мог отнять их у меня. Никто не мог сломать то, что я теперь хранила глубоко внутри.
— Посмотри, что ты заставляешь меня делать, — раздался голос у самого уха.
Я вздрогнула. Поняла, что удары закончились, а Грейвз стоит за спиной. Его дыхание касалось моей шеи, и от этого «прикосновения» меня замутило.


Я была пленницей в клетке.
Он тем, кто не побоялся бросить вызов.
Но я не готова быть вновь чьей-то собственностью. Даже если его прикосновения заставляют меня дрожать, а поцелуи — забывать о прошлом.
Он дал мне свободу, дал надежду. Но смогу ли я довериться ему, если всю жизнь меня учили только выживать?

Неужели опять обман? Вся наша любовь, свадьба, ребенок… Это фикция? Ради власти? Что если, ему жена была нужна только на публику? Что если, он и в мэры баллотируется не из-за меня, а потому что сам жаждет власти?
А у меня ребенок под сердцем. Наш малыш… ка. Как раз хотела Эрику о ней сообщить. Нужен ли ему ребенок по-настоящему, не показухи ради? Он ведь всегда был убежденным холостяком…
Вздрагиваю от этой мысли. И разлом во мне расширяется. Все полости заливает обидой, мерзкой такой, кислотной. Пока ничего не укладывается в голове, но душа уже отравлена.
Муж. Мне. Изменил.

# типа фиктивные отношения после измены # публичная измена # бывшие босс и подчиненная – ныне муж и жена # он - коварный карьерист или защитник семьи? # она - не уверена в нем или в себе?

Есть предыстория, но можно читать отдельно

История полностью вымышлена и происходит в несуществующем городе N. в альтернативном мире

— Милый, ты скоро станешь дедушкой, — не выдерживаю и выдаю на одном дыхании. — Наша дочь беременна.

Марат поднимает на меня взгляд, полный задумчивости. Кажется даже, что он не совсем расслышал мои слова.

— Лейла... — муж смотрит прямо мне в глаза. И что-то в его взгляде мне очень не нравится. — Я скоро стану отцом. Моя любовница беременна.

— Что? — это единственное слово, которое я могу выдавить из пересохшего горла.

— Я хочу быть честен с тобой. Да и смысл скрывать? Все равно узнаешь, — Марат размышляет вслух, как будто сам с собой разговаривает. — В наших отношениях ничего не изменится. Ты — моя жена. Ты слишком хороша. Во всем до скрежета зубов, — раздраженно произносит муж. — Это как есть постоянно в ресторанах, в которых мы и жрём. А хочется домашней стряпни, — он кивает головой в сторону тарелки. — Родной и понятной!

— Видимо, давно жрёшь на стороне... — задумчиво говорю и смотрю на Марата. Вижу по его глазам, что попала в точку.

Арина пыталась проскользнуть под протянутой к ней рукой. Не получилось
Широкая ладонь сдавила плечо.
— Я сказал, мы идём наверх. Два раза повторять не привык. — Он кивнул на второй этаж. — Поднимайся! Показывай, где твоя комната!
— Какое вы имеете право! — она смотрела на прячущего глаза отца. — Вы, гость в нашем доме!
Демид рычал в рассерженное лицо:
— В этом доме всё принадлежит мне! Ты, в том числе!

– Однажды, – начинает он, и его взгляд уходит куда-то в сторону, в прошлое, – шесть лет назад, мне приснился сон. Я не верю в эту ерунду обычно, но тот сон был... другим. Слишком реальным, слишком ярким, будто я не спал, а жил в какой-то другой параллельной вселенной.
Он замолкает, проводя ладонью по лицу. Я вижу, как дрожат его пальцы.
– Там была ты, такая же, как сейчас: с этими глазами, с этой родинкой у виска. Ты стояла на перроне вокзала, и вокруг был туман. А ты улыбнулась и сказала мне одну фразу, которую я запомнил её дословно. Ты сказала: «Мы скоро встретимся».
По моей спине пробегает холодок. Это странно и нереально, но в его голосе нет ни капли лжи.
– И я проснулся, – продолжает Марат, и его голос становится глубже, напряжённее. – Я не знал твоего имени и не знал, где ты живёшь. Я запомнил только твоё лицо. И это стало моим проклятием.

— Вы понимаете, что я могу вас уволить?
Мой шеф, губернатор нашего города, никогда не повышает голос, однако легче от этого не становится. Смотреть он умеет так, что хочется заползти под стол и исчезнуть.
— Да, я понимаю.
Он кивает другой сотруднице:
— Оставьте нас.
У меня леденеет где-то в солнечном сплетении. Всё же он хочет меня уволить. Только не на людях, а за закрытыми дверями.
— ...полагаю, вы не откажетесь помочь мне и сыграть роль моей невесты?
Что?!
Я распахиваю рот, понимая, что сказать мне абсолютно нечего. Совсем.
— В противном случае, — заканчивает он, — я вас уволю.

Идя работать в политику, я не ожидала, что стану фиктивной невестой самого губернатора. Но ещё больше я не ожидала, что он завоюет мое сердце и сердце моей дочки… И что мне теперь делать?

— Ева.
Спустя шесть недель чёрный внедорожник перекрывает мне дорогу, а знакомый голос заставляет сердце остановиться.
Я сбежала от человека, который сделал меня своей пленницей.
Сменила город. Спряталась под чужим именем. И поклялась больше никогда не возвращаться на Сицилию.
Только одну вещь я не учла.
Я беременна от него.
Теперь мне нужно исчезнуть окончательно, прежде чем Дарио Романо узнает, что у главы сицилийской мафии будет наследник.
Но от таких мужчин невозможно убежать.
Он нашёл меня.
И на этот раз я скрываю от него тайну, способную навсегда изменить нас обоих.

Байрат – не наследник Валорского трона и не любимый сын кагана. Грубоватый, прямолинейный, большую часть жизни проводит в казармах да походах. Привычнее ему, чем во дворце с лестью и интригами. Был на вторых ролях и всё устраивало, пока судьба да воля отцовская не забросили в Миргород. Зря серчал на батюшку, ибо встретил не только брата названного, но и любовь – яркую, чистую. Да только увозят девушку в далекие земли вооружённые люди, а сама она молчит да слезы льёт. Значит пора развернуться во всю богатырскую удаль и рвать жилы, чтобы вернуть ту, что дороже жизни. Вот только в погоню за рыжеволосой девушкой-загадкой устремляется сама княжна миргородская, наставница её - Яра-воительница да с волхвом Драгомиром в придачу.