Читать и слушать книги
Алиса широко распахнула глаза и поняла - здесь ее точно не ждали!
Он - её муж. Артём. Обнажённый по пояс, с пьяной от желания улыбкой, а его пальцы блуждали по телу любовницы, как по своей территории.
- Ммм… Ты сводишь меня с ума… - прошептал он, уткнувшись в её шею.
- А ты такой горячий…, - ответила она, кусая его губу.
- С тобой я живой… Настоящий… А с ней - я просто… обязан.
Алиса считала свой брак спасением, а любовь - наградой. Но в один миг всё рухнуло: предательство мужа, потеря долгожданного ребенка и диагноз, который разделил её жизнь на «до» и «после».
Он - её муж. Артём. Обнажённый по пояс, с пьяной от желания улыбкой, а его пальцы блуждали по телу любовницы, как по своей территории.
- Ммм… Ты сводишь меня с ума… - прошептал он, уткнувшись в её шею.
- А ты такой горячий…, - ответила она, кусая его губу.
- С тобой я живой… Настоящий… А с ней - я просто… обязан.
Алиса считала свой брак спасением, а любовь - наградой. Но в один миг всё рухнуло: предательство мужа, потеря долгожданного ребенка и диагноз, который разделил её жизнь на «до» и «после».
ГЕРОИ НЕ УПОТРЕБЛЯЮТ ЗАПРЕЩЁННЫЕ ВЕЩЕСТВА
- Вы пропагандируете семейные ценности, традиции. Рассказываете всем о своем прекрасном и идеальном браке, - голос ведущей накаляет обстановку. - а попросту всех обманываете, Полина.
- Что? О чем вы? - сердце сжимается,.
- Разве это не ваш муж и его… кхм… кто она ему? - Сотрудница или… любовница?
Все же смотрю на огромный экран, где мелькают коллажи фотографий. На всех мой муж. Он идет под ручку с миниатюрной блондинкой (лицо замазано), крепко ее обнимает, они обедают в нашем с ним любимом ресторане, после заходят в здание мотеля.
Подавляю громкий всхлип, крепко вцепившись в подлокотники кресла.
Этот позор я так просто не оставлю. Не только мужу башку откручу, но и этой улыбчивой ведущей, с какого-то перепугу полившую меня обильной грязью.
- Вы пропагандируете семейные ценности, традиции. Рассказываете всем о своем прекрасном и идеальном браке, - голос ведущей накаляет обстановку. - а попросту всех обманываете, Полина.
- Что? О чем вы? - сердце сжимается,.
- Разве это не ваш муж и его… кхм… кто она ему? - Сотрудница или… любовница?
Все же смотрю на огромный экран, где мелькают коллажи фотографий. На всех мой муж. Он идет под ручку с миниатюрной блондинкой (лицо замазано), крепко ее обнимает, они обедают в нашем с ним любимом ресторане, после заходят в здание мотеля.
Подавляю громкий всхлип, крепко вцепившись в подлокотники кресла.
Этот позор я так просто не оставлю. Не только мужу башку откручу, но и этой улыбчивой ведущей, с какого-то перепугу полившую меня обильной грязью.
Внимание, купоны на скидку:
X71ZW4
W001PY
A9P8WL
1918 год. Давид Гартман чекист, Лидия Морозова монархистка. Он считает ее врагом революции, она не приемлет его работу. Ни один не поступается своими убеждениями, но непреодолимое чувство тянет их друг к другу.
Они переживут опасные приключения, тюрьму, эмиграцию.
В тексте есть:
- Откровенные сцены.
- Крутой, но душевный парень.
- Упрямая, но страстная героиня.
- Перестрелки и разборки.
- Интрига, исчезновение мужа.
- Измена, чисто случайно.
- Скандалы и примирения.
- Венчания аж два, у меня всё скрепно. ))
- Дети от главных героев.
- Хэппи-энд.
X71ZW4
W001PY
A9P8WL
1918 год. Давид Гартман чекист, Лидия Морозова монархистка. Он считает ее врагом революции, она не приемлет его работу. Ни один не поступается своими убеждениями, но непреодолимое чувство тянет их друг к другу.
Они переживут опасные приключения, тюрьму, эмиграцию.
В тексте есть:
- Откровенные сцены.
- Крутой, но душевный парень.
- Упрямая, но страстная героиня.
- Перестрелки и разборки.
- Интрига, исчезновение мужа.
- Измена, чисто случайно.
- Скандалы и примирения.
- Венчания аж два, у меня всё скрепно. ))
- Дети от главных героев.
- Хэппи-энд.
Уже десять минут я сломя голову носилась по торговому центру в поисках дочки. Выбежала на парковку и почти сразу взглядом наткнулась на родную рыжую макушку, которую прямо сейчас… трогал мой бывший муж!
— Бестужев! Руки от моей дочери убрал!
Да, вот так — «моей», потому что он на мою кровиночку никаких прав не имеет. И прекрасно это знает. Сам отказался от неё и от меня.
— Бестужев? — повторила за мной Алиска. Господи, только не это, как я не подумала? — Вы мой папа, что ли? Я тоже Бестужева! Ура! Сбылось! Я вчера на день рождения загадала папу!
Моя малышка появилась на свет семимесячной, буквально за несколько дней до того, как мой любимый на тот момент муж, решил, что обязательства в виде семьи ему не нужны, и продлил контракт на пять лет, не желая возвращаться домой. Ну и на развод подал тут же.
— Бестужев! Руки от моей дочери убрал!
Да, вот так — «моей», потому что он на мою кровиночку никаких прав не имеет. И прекрасно это знает. Сам отказался от неё и от меня.
— Бестужев? — повторила за мной Алиска. Господи, только не это, как я не подумала? — Вы мой папа, что ли? Я тоже Бестужева! Ура! Сбылось! Я вчера на день рождения загадала папу!
Моя малышка появилась на свет семимесячной, буквально за несколько дней до того, как мой любимый на тот момент муж, решил, что обязательства в виде семьи ему не нужны, и продлил контракт на пять лет, не желая возвращаться домой. Ну и на развод подал тут же.
– Ой, Ирина Сергеевна, так неловко, что вы нас застукали! – невеста сына виновато потупила глаза и прикрыла дверь туалета, не давая мне заглянуть внутрь. – Но ведь у нас скоро свадьба, нам простительно!
Угу.
Поверить не могу, что мой сын, такой застенчивый и нерешительный, и чтобы прямо в туалете моего ресторана, на девичнике, устроил такое...
Боже, наверное, я просто старею.
Конечно, они молодые, горячие.
– Ладно, – выдавила я, понимая, что лучше не смущать молодожёнов. – Антону привет.
Я развернулась и вышла в зал, и дошла уже до выхода, но вспомнила про заказ цветов. Под нос себе чертыхнулась и двинулась обратно.
И замерла, будто вкопанная.
Мир внутри в один миг перевернулся, воздух сгустился вокруг.
Потому что из того самого туалета, где я слышала стоны, откуда появилась Лилия...вместо моего сына вышел…
...мой муж.
Угу.
Поверить не могу, что мой сын, такой застенчивый и нерешительный, и чтобы прямо в туалете моего ресторана, на девичнике, устроил такое...
Боже, наверное, я просто старею.
Конечно, они молодые, горячие.
– Ладно, – выдавила я, понимая, что лучше не смущать молодожёнов. – Антону привет.
Я развернулась и вышла в зал, и дошла уже до выхода, но вспомнила про заказ цветов. Под нос себе чертыхнулась и двинулась обратно.
И замерла, будто вкопанная.
Мир внутри в один миг перевернулся, воздух сгустился вокруг.
Потому что из того самого туалета, где я слышала стоны, откуда появилась Лилия...вместо моего сына вышел…
...мой муж.
— Где моя одежда и кто меня раздевал?
— Я. Зажмурившись и не позволяя себе лишнего. Не трогаю девушек без сознания. Дождусь, пока ты сама попросишь меня взять тебя…
***
Напилась в самолете, а проснулась в постели незнакомого мужчины.
И кажется, он не собирается меня из нее выпускать…
— Я. Зажмурившись и не позволяя себе лишнего. Не трогаю девушек без сознания. Дождусь, пока ты сама попросишь меня взять тебя…
***
Напилась в самолете, а проснулась в постели незнакомого мужчины.
И кажется, он не собирается меня из нее выпускать…
Ко мне подошла новый ординатор моего мужа Снежана.
– Я так рада! Котик блестяще защитился, и больше ему не нужна старуха, – с ехидной улыбкой сообщила она. – Теперь мы с ним, наконец-то, будем вместе, и он сможет спокойно возглавить родную кафедру. А я рожу ему наследника. Сына! Вместо твоих убогих дочек…
В моей голове гудит, и мечутся глупые мысли:
«Не нужна старуха? Да мне только сорок пять!
Возглавить кафедру в Первом меде? Бросить клинику, в которую мой отец Константина еле устроил? Бред…»
Да, пока мысли и эмоции кипят, а из груди уже рвётся, неудержимое:
– Чарторыйский, ты офигел?
Банкет по случаю защиты моим любимым мужем докторской диссертации должен был стать нашим совместным триумфом.
А оказался дорогой в ад.
– Я так рада! Котик блестяще защитился, и больше ему не нужна старуха, – с ехидной улыбкой сообщила она. – Теперь мы с ним, наконец-то, будем вместе, и он сможет спокойно возглавить родную кафедру. А я рожу ему наследника. Сына! Вместо твоих убогих дочек…
В моей голове гудит, и мечутся глупые мысли:
«Не нужна старуха? Да мне только сорок пять!
Возглавить кафедру в Первом меде? Бросить клинику, в которую мой отец Константина еле устроил? Бред…»
Да, пока мысли и эмоции кипят, а из груди уже рвётся, неудержимое:
– Чарторыйский, ты офигел?
Банкет по случаю защиты моим любимым мужем докторской диссертации должен был стать нашим совместным триумфом.
А оказался дорогой в ад.
— Почему именно она? — сама не узнаю свой голос. С надломом. Будто измена мужа окончательно сломала что-то внутри. — Чем моя сестра лучше меня?
— В том-то и дело, Ритуль, — виновато выдает муж. — Она такая же как ты… просто моложе. Это как перенестись снова в наши с тобой двадцать. Когда мы были молодыми и безбашенными… А сейчас наша жизнь скучна до безобразия, одни поставщики да сделки!
— Не переживай, дорогой, не долго тебе скучать осталось. Я забираю фирму себе, так что будет у тебя шанс вспомнить прошлое по полной! Молодым ты, конечно, снова не станешь, а вот нищие студенческие времена ты вспомнишь! Главное, с дошираком осторожнее, желудок у тебя уже не тот…
Муж изменил с моей младшей сестрой и считает, что мы должны забыть этот нелепый эпизод. Ведь у нас двадцать лет брака, сын и общий бизнес. Это пока… но скоро я все это у него заберу. И все что у него останется — это двадцать лет лжи и голый зад!
— В том-то и дело, Ритуль, — виновато выдает муж. — Она такая же как ты… просто моложе. Это как перенестись снова в наши с тобой двадцать. Когда мы были молодыми и безбашенными… А сейчас наша жизнь скучна до безобразия, одни поставщики да сделки!
— Не переживай, дорогой, не долго тебе скучать осталось. Я забираю фирму себе, так что будет у тебя шанс вспомнить прошлое по полной! Молодым ты, конечно, снова не станешь, а вот нищие студенческие времена ты вспомнишь! Главное, с дошираком осторожнее, желудок у тебя уже не тот…
Муж изменил с моей младшей сестрой и считает, что мы должны забыть этот нелепый эпизод. Ведь у нас двадцать лет брака, сын и общий бизнес. Это пока… но скоро я все это у него заберу. И все что у него останется — это двадцать лет лжи и голый зад!
– Это не обязательно – знать меня. Главное, что у нас есть общий знакомый. Да еще какой! – и смеется. Причем как-то мерзко что ли… Не знаю почему, но я все-таки опускаюсь на скамью рядом с незнакомкой.
– Что-то я сомневаюсь, что у нас с вами могут общие знакомые…
– Поменьше высокомерия, мамаша! Гордыня еще никого лучше не сделала! Ваш муж – теперь и мой муж, – сообщает с каким-то мерзким хихиканьем. После чего тушит сигарету и достает пакетик с семечками.
___
После тридцати лет брака муж нашел себе двадцатилетнюю! Да еще и разводиться не хочет, чтобы не делить имущество.
– Что-то я сомневаюсь, что у нас с вами могут общие знакомые…
– Поменьше высокомерия, мамаша! Гордыня еще никого лучше не сделала! Ваш муж – теперь и мой муж, – сообщает с каким-то мерзким хихиканьем. После чего тушит сигарету и достает пакетик с семечками.
___
После тридцати лет брака муж нашел себе двадцатилетнюю! Да еще и разводиться не хочет, чтобы не делить имущество.
— Я полюбил другую, — заявил муж мне после ужина.
Я едва не упала. Вцепилась ледяными пальцами в ручку двери и замолчала.
Десять лет брака. Маленький сын, ипотека и тут такое.
— Я полюбил другую, Алиса, — повторил муж, глядя мне в глаза.
— Почему? Почему именно сейчас, — сердце дрогнуло.
Я отказывалась верить. Мы только встали на ноги, жизнь наладилась.
— Мне надоело видеть рядом с собой такую, как ты. И я изменил!
Я едва не упала. Вцепилась ледяными пальцами в ручку двери и замолчала.
Десять лет брака. Маленький сын, ипотека и тут такое.
— Я полюбил другую, Алиса, — повторил муж, глядя мне в глаза.
— Почему? Почему именно сейчас, — сердце дрогнуло.
Я отказывалась верить. Мы только встали на ноги, жизнь наладилась.
— Мне надоело видеть рядом с собой такую, как ты. И я изменил!
Выберите полку для книги