Книги в жанре «Драма»
Она умерла, спасая мужа. Он спасал другую.
Теперь она проснулась за пять лет до своей смерти — и знает, чем всё кончится.
Любовь умерла первой.
На её месте проснулась хищница, которая слишком хорошо знает, где у Деймона слабые места.
Она не будет кричать, умолять или спасать.
Она просто перестанет быть его опорой — и посмотрит, как рушится всё, что он построил на её жизни.
В этот раз гореть будет не она.
Теперь она проснулась за пять лет до своей смерти — и знает, чем всё кончится.
Любовь умерла первой.
На её месте проснулась хищница, которая слишком хорошо знает, где у Деймона слабые места.
Она не будет кричать, умолять или спасать.
Она просто перестанет быть его опорой — и посмотрит, как рушится всё, что он построил на её жизни.
В этот раз гореть будет не она.
Как и когда вымерли Дронты? Я расскажу Вам об этом! Без ИИ контента. Судно, потерпевшее кораблекрушение прибивает к острову, на котором живёт последнее семейство птиц.
– Анна, вы сегодня были великолепны. Зал просто стоял на ушах, – Павел делает шаг ко мне, обезоруживающе улыбаясь, и протягивает руку для приветствия. – Я счастлив, что скоро состоится наш совместный тур. Мы сделаем лучшее шоу в этой стране.
Веня тут же расплывается в широкой улыбке, победно поглядывая на меня, мол, «смотри, сам Беркутов пришел кланяться».
А я сижу, намертво вцепившись пальцами в подлокотники кресла, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Мои руки мелко дрожат. Этот человек стоит в двух шагах от меня, рассуждает о миллионах и славе, и даже не догадывается, что у нас есть общий сын.
Мысли о сыне, как всегда приводят меня в чувства.
Медленно разжимаю пальцы и заставляю себя подняться. Внутри полыхает жгучий огонь. Вся моя слабость, вся минутная паника испаряются, уступая место расчетливой, звенящей ярости.
Ты не узнал меня, Паша? Что ж, тем хуже для тебя. Теперь правила диктую я.
Веня тут же расплывается в широкой улыбке, победно поглядывая на меня, мол, «смотри, сам Беркутов пришел кланяться».
А я сижу, намертво вцепившись пальцами в подлокотники кресла, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Мои руки мелко дрожат. Этот человек стоит в двух шагах от меня, рассуждает о миллионах и славе, и даже не догадывается, что у нас есть общий сын.
Мысли о сыне, как всегда приводят меня в чувства.
Медленно разжимаю пальцы и заставляю себя подняться. Внутри полыхает жгучий огонь. Вся моя слабость, вся минутная паника испаряются, уступая место расчетливой, звенящей ярости.
Ты не узнал меня, Паша? Что ж, тем хуже для тебя. Теперь правила диктую я.
После травмы Арсений сменил службу спасателя на тоннели метро. Ведь в работе машиниста безопасность людей зависит только от соблюдения инструкций. А может быть, он все еще надеется встретить любимую женщину, которая шесть лет назад поверила навету и ушла к другому? Случай столкнул их на платформе, дав шанс объясниться. Смогут ли они услышать друг друга или так и останутся во власти обид и недопонимания, когда события помчатся вперед, как поезд без тормозов.
***
— Ты? Ты что тут делаешь?
На лице Катерины смятение. Да нет. Она смотрит на меня так, будто призрака увидела. Я, конечно, тоже в шоке. Я же смирился с тем, что больше ее не увижу. Какой смысл? Она все равно тогда не захотела меня услышать. А теперь она жена Павла.
— Работаю, как видишь, — отвечаю максимально спокойно, стараясь, чтобы голос не звучал вызовом. — Оказываю помощь пострадавшему пассажиру.
— Мама! А ты знакома с дядей героем? — теребит ее за кремовый стильный плащ мальчик с такими же лучистыми глазами, как у
***
— Ты? Ты что тут делаешь?
На лице Катерины смятение. Да нет. Она смотрит на меня так, будто призрака увидела. Я, конечно, тоже в шоке. Я же смирился с тем, что больше ее не увижу. Какой смысл? Она все равно тогда не захотела меня услышать. А теперь она жена Павла.
— Работаю, как видишь, — отвечаю максимально спокойно, стараясь, чтобы голос не звучал вызовом. — Оказываю помощь пострадавшему пассажиру.
— Мама! А ты знакома с дядей героем? — теребит ее за кремовый стильный плащ мальчик с такими же лучистыми глазами, как у
Я стояла в белом платье и думала, что сегодня самый счастливый день в моей жизни. Но я ошиблась...
Несколько случайно услышанных слов, и весь мой мир рассыпался в пыль. Меня предал муж, с которым я час назад стояла у алтаря. Но не это разбило меня окончательно.
Меня предал ещё один человек. Тот, кому я верила больше, чем себе. Тот, чьё имя я не поставила бы под сомнение никогда.
То что я услышала, не оставило мне выбора... только бежать, сжигая мосты. Бежать так, чтобы позади не осталось ничего: ни имени, ни дома, ни той жизни.
Но я не знала тогда, что побег это только начало. Что впереди меня ждёт правда, страшнее той, что разбила меня сегодня.
Несколько случайно услышанных слов, и весь мой мир рассыпался в пыль. Меня предал муж, с которым я час назад стояла у алтаря. Но не это разбило меня окончательно.
Меня предал ещё один человек. Тот, кому я верила больше, чем себе. Тот, чьё имя я не поставила бы под сомнение никогда.
То что я услышала, не оставило мне выбора... только бежать, сжигая мосты. Бежать так, чтобы позади не осталось ничего: ни имени, ни дома, ни той жизни.
Но я не знала тогда, что побег это только начало. Что впереди меня ждёт правда, страшнее той, что разбила меня сегодня.
Телефон на столе завибрировал. Я бросила взгляд на экран - Никита. Настроение мгновенно испортилось. Секунду я колебалась, потом всё же взяла трубку.
- Аня, - в голосе торжество. - Хочу поставить тебя в известность. Сегодня я прописал Дашу в квартире. И ещё… я подарил эту квартиру Свете. Дарственную уже оформили.
Я застыла, слышала его дыхание в трубке и не могла произнести ни слова.
- Ты слышишь меня? - спросил он, и в голосе проскользнула нотка высокомерия. - Я всё сделал по закону. Квартира теперь принадлежит Свете.
Я сжала телефон так сильно, что побелели костяшки пальцев.
- Ты… что? - наконец выдавила я. - Ты подарил квартиру Свете? Квартиру, которую я оплатила наполовину? Ты с ума сошёл, Никита?
- Я ничего тебе не должен, - холодно ответил он. - Квартира была моей до брака, я имел право распоряжаться ею по своему усмотрению. После развода, Света выпишет тебя оттуда, ребёнка, конечно, выписать она не имеет права, но тебя, да.
- Я оспорю сделку, - я вскочила с дивана
- Аня, - в голосе торжество. - Хочу поставить тебя в известность. Сегодня я прописал Дашу в квартире. И ещё… я подарил эту квартиру Свете. Дарственную уже оформили.
Я застыла, слышала его дыхание в трубке и не могла произнести ни слова.
- Ты слышишь меня? - спросил он, и в голосе проскользнула нотка высокомерия. - Я всё сделал по закону. Квартира теперь принадлежит Свете.
Я сжала телефон так сильно, что побелели костяшки пальцев.
- Ты… что? - наконец выдавила я. - Ты подарил квартиру Свете? Квартиру, которую я оплатила наполовину? Ты с ума сошёл, Никита?
- Я ничего тебе не должен, - холодно ответил он. - Квартира была моей до брака, я имел право распоряжаться ею по своему усмотрению. После развода, Света выпишет тебя оттуда, ребёнка, конечно, выписать она не имеет права, но тебя, да.
- Я оспорю сделку, - я вскочила с дивана
Максим Власов – единственное сокровище у матери. Он мечтал закончить институт, устроиться на престижную работу и сделать предложение любимой девушке. Кто же мог подумать, что возлюбленная отправит его за решетку на восемь долгих лет. Отсидев по "нехорошей" статье, Власов узнает, что его мать не пережила суда. Одержимый ненавистью, он мечтает лишь об одном: отомстить всем, кто виновен в его разрушенной жизни. Первой в "черном списке" оказывается его возлюбленная – Карина Горская. Будто насмехаясь, судьба услужливо устраивает им встречу...
Художница, подписывающая свои картины с фантастическими цветами псевдонимом Аль Фея, верит, что это сказочное имя принесет успех. И вот, однажды, покупатель, купивший две ее картины, восхищенный необыкновенной красотой цветов, делает ей предложение оформить шесть корпусов дома отдыха на Урале. Работа обещает хороший заработок. Художница соглашается. Но когда она прилетела в назначенный день, то в зале ожидания не увидела того самого клиента, обещавшего встретить её лично. Расстроенная тем, что могла стать жертвой обманщика, она направляется в бар выпить чашку чая. И неожиданно сталкивается с женщиной, в руках которой видит фото того самого клиента и листок с её именем.
Мэттью Вуд случайно узнаёт, что у него есть почти взрослая дочь от женщины, любовь с которой снится каждую ночь. Принять, что это не фантазия, а воспоминание далёкого прошлого нелегко. Ещё сложнее вернуть любовь невольно преданной когда-то девушки.
– Ты играешь в запрещённые игры и не по правилам.
Брюнетка нажала кнопку вызова лифта. Она шагнула в распахнувшиеся двери. Он тоже, оказавшись в тесном пространстве рядом с желанной женщиной.
– Разве в запрещённых играх бывают правила?
– А теперь цепляешься за слова, пряча за ними испуг.
Лишь покинув лифт и вставив в замок ключ, она ответила:
– Я не боюсь тебя.
Брюнетка нажала кнопку вызова лифта. Она шагнула в распахнувшиеся двери. Он тоже, оказавшись в тесном пространстве рядом с желанной женщиной.
– Разве в запрещённых играх бывают правила?
– А теперь цепляешься за слова, пряча за ними испуг.
Лишь покинув лифт и вставив в замок ключ, она ответила:
– Я не боюсь тебя.
Выберите полку для книги