Книги в жанре «Драма»

Я не выбирал войну. Я даже не думал, что окажусь здесь. В один момент моя жизнь перестала мне принадлежать. Меня определили в боевое военное учреждение, где страх считается слабостью, а сомнение лишь ускоряет падение. Я не рад этому пути, но другого мне не оставили. Эта история не объяснит тебе моего прошлого. Она заставит жить настоящим: шаг за шагом, день за днём, внутри системы, которая медленно стирает имена и превращает людей в функции. Здесь постепенно привыкаешь к тому, от чего раньше отворачивался, и замечаешь, как жестокость перестаёт пугать. Иногда рассказ отходит от меня, показывая чужие судьбы: короткие, сломанные, незавершённые. Именно они складываются в общую картину Келитис, где даже самые незначительные события имеют последствия. Здесь нет случайностей и нет безопасных решений. Финал приближается незаметно, но неизбежно, словно момент, в котором становится ясно: выбраться уже невозможно.

Жизнь — истории, что мы рассказываем сами себе.

Это история о Тихоне, который больше не планировал никого впускать в свою жизнь. У него был план: страдать, пить и изредка рисовать. Всё пошло не по плану, когда в его мастерскую судьбы влетела француженка с острым языком и стаканчиком кофе.

Эдит тоже не планировала ни во что влюбляться. Она вообще приехала в Москву не за этим. Но жизнь имеет специфическое чувство юмора. И когда двое людей, знающих о смерти больше, чем сто́ит, сталкиваются друг с другом, начинается другая история — не о спасении, но о выборе, определившем не только производную смерти, но и всей жизни.

Но эта история совсем не о любви...

Я привыкла выживать: детский дом, общага с тараканами, унылая работа без перспектив на рост. Единственная отдушина — мой байк и блогер-мотогонщик Макс по прозвищу Призрак, которым я всегда восхищалась.
Он красив, богат, старший брат моего лучшего друга. И наша первая встреча на треке заканчивается поцелуем.
Теперь миллионы девчонок ненавидят меня, а сам Макс презирает.
Но хуже то, что я, кажется, влюбляюсь в него.

Я очнулась в чужой постели, не помня ничего, кроме своего имени. За окном бушует ураган, отрезавший этот роскошный дом от всего остального мира. А рядом со мной — он.
Властный, мрачный, пугающе притягательный мужчина. Мой разум кричит об опасности и чудовищной лжи, скрытой на дне его потемневших глаз. Но почему каждый раз, когда он оказывается слишком близко, моё тело предательски плавится, словно мы знали друг друга всю жизнь?
Я заперта в ловушке. Наедине с мужчиной, который знает обо мне больше, чем говорит. Но что случится с нами, когда буря утихнет, а ко мне вернется память?

– Ты никуда не уедешь! – кричит он. – Или я заберу ребенка. Ты не работаешь, у тебя нет денег, кроме тех, что я тебе даю, ты не сможешь обеспечить ребенка – любой суд предоставит опеку над ребенком мне.
Я любила его больше жизни. И люблю до сих пор. Мы были так счастливы втроём – я, он и наш сын… Но в планах его отца мне места не было. Зато мой ребёнок – наследник их империи – был дорогим трофеем, от которого они отказываться не собирались. Единственный выход, который у меня остался, – побег.

Аня вернулась в родной город на похороны бабушки. Тут она встречает своего друга детства Олега, который предлоагает подруге фиктивный брак на короткий срок. Девушка соглашается, но вдруг понимает, что разводиться с "фиктивным" мужем она не хочет. К чему же приведут их недопонимания и ошибки?

— Второй двор, за шлагбаумом, — Люсьена вкатилась на гостевую парковку ЖК и встала между двумя внедорожниками, нос к выезду. — Вон его машина. А вон…
— Вижу.
Я видела. Через лобовое стекло, метров с сорока, при утреннем свете — не в сумерках, не мельком, не «показалось».
Детская площадка в центре двора: новые качели, резиновые дорожки, мамочки с колясками по периметру. И мой муж — посреди этого субботнего рая, без пиджака, рукава закатаны, — с чужим пятилетним мальчиком на плечах. Мальчик держал его за уши и хохотал. Парфён покачивался, изображая шторм, и осторожно придерживал детские коленки.
Рядом, у качелей, стояла молодая женщина. Хвост, длинная кофта, живот — заметный уже отовсюду живот, который она несла с удовольствием. Она что-то командовала обоим, смеясь, и Парфён послушно менял курс, и мальчик орал от счастья на весь двор.
Семья на прогулке. Образцовая, с рекламной картинки. Только муж в этой картинке был мой.

Эта история о долгом пути к исцелению после утраты, о смелости вновь открыть сердце и о том, что подлинная любовь способна возродиться даже из пепла и стать путеводной нитью к свету.

«Оливия зажгла свечи, встала пред крестом на колени и начала читать молитву за здравие отца, как это делала всегда после визита к нему. Свечи зудели, молитва от сердца не шла, Оливия понимала, что здоровья у отца уже никогда не будет...
Настала пора найти нового урода.»

«Шесть уродов. Шесть уродливых судеб.
Я одна из них.»

Эрик и Эллен были идеальной парой. Словно королевская чета из волшебной сказки: искренние чувства, белоснежный замок и чудесный сад. Он дарил ей алые розы, она дарила ему свою жизнь. Но даже прекраснейшая из историй может иметь непредсказуемый конец.

Когда уютный свет лампы резко гаснет, а сердце покоряется пустоте — наступет час признаться себе во всём. Они были идеальной парой, а в каждом идеале есть свой разрушительный изъян.