Читать и слушать книги
Я наивно думала, что мой однокурсник-отличник — просто унылый зубрила, но, видимо, зря дала ему это понять... Кажется, теперь Стас вошёл в азарт доказать мне обратное. А способы у него те ещё.
— Господин! Она здесь!
Чёрные глаза шейха нашли меня сквозь стекло.
Всадник рванул дверцу джипа и выволок меня наружу. Я упала на колени в песок, который тут же набился в складки платья.
— Отпустите меня домой, пожалуйста! Меня пригласили сюда танцевать всего один танец... Я не ваша рабыня! Я русская девушка, приехала по работе, мне обещали...
— Молчать! — рявкнул охранник.
Самир аль-Джабир медленно объехал вокруг меня на коне. Жеребец ржал и бил копытами, поднимая песчаные вихри. Я понимала — это демонстрация силы, способ показать мне моё место.
Я чувствовала себя добычей, которую изучает хищник перед броском.
И тогда я впервые услышала его голос.
Низкий, хриплый, будоражащий…
— Взять её, — произнес он медленно, смакуя каждое слово. — Это сокровище теперь моё.
Пауза. Тишина пустыни, нарушаемая только храпом лошадей и завыванием ветра.
— Она принадлежит мне, — продолжил шейх, и его голос стал ещё опаснее. — Тот, кто посмеет противиться моей воле, будет убит.
Чёрные глаза шейха нашли меня сквозь стекло.
Всадник рванул дверцу джипа и выволок меня наружу. Я упала на колени в песок, который тут же набился в складки платья.
— Отпустите меня домой, пожалуйста! Меня пригласили сюда танцевать всего один танец... Я не ваша рабыня! Я русская девушка, приехала по работе, мне обещали...
— Молчать! — рявкнул охранник.
Самир аль-Джабир медленно объехал вокруг меня на коне. Жеребец ржал и бил копытами, поднимая песчаные вихри. Я понимала — это демонстрация силы, способ показать мне моё место.
Я чувствовала себя добычей, которую изучает хищник перед броском.
И тогда я впервые услышала его голос.
Низкий, хриплый, будоражащий…
— Взять её, — произнес он медленно, смакуя каждое слово. — Это сокровище теперь моё.
Пауза. Тишина пустыни, нарушаемая только храпом лошадей и завыванием ветра.
— Она принадлежит мне, — продолжил шейх, и его голос стал ещё опаснее. — Тот, кто посмеет противиться моей воле, будет убит.
— Сначала я тебя попробую. Обычай такой, — его губы касаются моей шеи, слова обжигают кожу. — А потом… все остальные.
— Какой обычай? Что вы несете? Дикость какая-то… Я…
— Отпустите... нет! — говорю с паникой. — У меня есть парень!
Я выдыхаю эту ложь, как последний аргумент.
Но он лишь усмехается в темноте.
— Я в курсе. Но сегодня… — и я замираю. — У тебя будет мужчина.
***
У властного горца на меня - большие планы. Ему плевать, что я не хочу быть с ним.
— Какой обычай? Что вы несете? Дикость какая-то… Я…
— Отпустите... нет! — говорю с паникой. — У меня есть парень!
Я выдыхаю эту ложь, как последний аргумент.
Но он лишь усмехается в темноте.
— Я в курсе. Но сегодня… — и я замираю. — У тебя будет мужчина.
***
У властного горца на меня - большие планы. Ему плевать, что я не хочу быть с ним.
Навязанный муж никогда не вызывал у Лары каких-либо чувств. Разве что раздражение: слишком покорный, услужливый… приторный. А хотелось покорять самой, приручать. Но – интересы семьи у ведьмы на первом месте.
Не зря говорят, что желать надо осторожно. Шутка богов, и навязанный муж остался в прошлом, вот только вместо него появилось целых три! Такой себе подарочек… Еще и со странной серой кожей и красными глазами. Смотрят не слишком-то доброжелательно, но хоть слушаются.
Ну что, Ларочка, хотела покорять? Вперед! Ибо ведьмы никогда не сдаются.
Не зря говорят, что желать надо осторожно. Шутка богов, и навязанный муж остался в прошлом, вот только вместо него появилось целых три! Такой себе подарочек… Еще и со странной серой кожей и красными глазами. Смотрят не слишком-то доброжелательно, но хоть слушаются.
Ну что, Ларочка, хотела покорять? Вперед! Ибо ведьмы никогда не сдаются.
Влад Молотов. На ринге Молот. За его спиной победы, скандалы и деньги, которые стирают любые последствия. Он не признаёт правил, ни в бою, ни в жизни.
Яна его личный помощник. Её работа — не дать ему потерять очередной контракт, перед важным боем. Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю она должна быть рядом с ним, несмотря на неприязнь к нему.
Он привык побеждать. Она привыкла держать удар.
Но это не ринг. И здесь правила пишут оба.
Яна его личный помощник. Её работа — не дать ему потерять очередной контракт, перед важным боем. Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю она должна быть рядом с ним, несмотря на неприязнь к нему.
Он привык побеждать. Она привыкла держать удар.
Но это не ринг. И здесь правила пишут оба.
Три года назад Лео Василакис вычеркнул Анну из своей жизни, уверенный, что она предала его накануне свадьбы. Теперь он - холодный греческий миллиардер, а она - измученная мать, готовая на всё ради спасения маленького сына.
Случайная встреча в Москве становится началом новой боли: Лео узнаёт, что Анна скрывает ребёнка, но ещё не знает главного - Никита его сын.
Чтобы спасти мальчика, Анна принимает жестокое условие мужчины, которого когда-то любила больше жизни. Но ненависть, страсть и тайны прошлого слишком опасны, когда сердце всё ещё помнит любовь.
Случайная встреча в Москве становится началом новой боли: Лео узнаёт, что Анна скрывает ребёнка, но ещё не знает главного - Никита его сын.
Чтобы спасти мальчика, Анна принимает жестокое условие мужчины, которого когда-то любила больше жизни. Но ненависть, страсть и тайны прошлого слишком опасны, когда сердце всё ещё помнит любовь.
Божечки-кошечки!
Все очень-очень плохо!
— Ты чего тут причитаешь, ходячая катастрофа? — сводный гад вваливается в ванную и вальяжно надвигается. Сжирает все мое пространство.
— Я... — гордость душит горло, и слова не идут.
Но паршивец оценивающе лапает меня взглядом и выносит вердикт:
— Кажется, у тебя проблемы, — задерживает внимание на моих бедрах.
— Всё со мной нормально, — возникаю и противлюсь, а самой бы в обморок не грохнуться.
— Я сказал: иди на кресло. И показывай, что у тебя там, бедовая.
Все очень-очень плохо!
— Ты чего тут причитаешь, ходячая катастрофа? — сводный гад вваливается в ванную и вальяжно надвигается. Сжирает все мое пространство.
— Я... — гордость душит горло, и слова не идут.
Но паршивец оценивающе лапает меня взглядом и выносит вердикт:
— Кажется, у тебя проблемы, — задерживает внимание на моих бедрах.
— Всё со мной нормально, — возникаю и противлюсь, а самой бы в обморок не грохнуться.
— Я сказал: иди на кресло. И показывай, что у тебя там, бедовая.
Муж сказал, что едет в командировку в Новосибирск, а сам отжигал с любовницей в Дубайске, ну а потом случилость то, что случилось, и вернуться назад он вовремя не смог.
Что ж... Развод - дело добровольное. Никто его не принуждал изменять.
Имущество делится. Адвокат у меня хороший.
Новый босс, только... скотина!
- Реброва, ты уволена.
- Ты в этом уверен, Бессонов?
Как там говорят седина в бороду, бес в ребро?
Только у нас не бес, а босс... посмотрим, кто из нас посмеётся последним.
- Никогда не стал бы спать с такой как ты!
- А вы что, спать собираетесь? Я рассчитывала на другое.
Что ж... Развод - дело добровольное. Никто его не принуждал изменять.
Имущество делится. Адвокат у меня хороший.
Новый босс, только... скотина!
- Реброва, ты уволена.
- Ты в этом уверен, Бессонов?
Как там говорят седина в бороду, бес в ребро?
Только у нас не бес, а босс... посмотрим, кто из нас посмеётся последним.
- Никогда не стал бы спать с такой как ты!
- А вы что, спать собираетесь? Я рассчитывала на другое.
- Она тебе изменила, Азамат! Она была с Джамалом! Она провела ночь с женихом твоей сестры.
Свадьба с любимым оборачивается скандалом. Его родственники готовы опорочить меня, унизить, обесчестить, выгнать прочь.
Но мой любимый даёт мне шанс.
- Вероника станет моей женой. Уже стала, если ты помнишь. Нас уже расписали в ЗАГСе.
Я была уверена, что его мудрости и мужества хватит, чтобы справиться с этим позором. Но я не учла того, что место рядом с ним для кого-то было слишком дорого.
Нас разлучили, заставив ненавидеть.
Но что делать, если мы не можем забыть?
- Найду тебя… если ты жива, я тебя найду. Землю и небо переверну, но ты будешь моей снова…
Свадьба с любимым оборачивается скандалом. Его родственники готовы опорочить меня, унизить, обесчестить, выгнать прочь.
Но мой любимый даёт мне шанс.
- Вероника станет моей женой. Уже стала, если ты помнишь. Нас уже расписали в ЗАГСе.
Я была уверена, что его мудрости и мужества хватит, чтобы справиться с этим позором. Но я не учла того, что место рядом с ним для кого-то было слишком дорого.
Нас разлучили, заставив ненавидеть.
Но что делать, если мы не можем забыть?
- Найду тебя… если ты жива, я тебя найду. Землю и небо переверну, но ты будешь моей снова…
— Как ты хочешь умереть?
— Что?
— Я не могу подарить тебе жизнь, которую ты хочешь, но могу даровать смерть.
— Я не хочу умирать...
— А вчера хотела… Тогда ты должна играть по моим правилам.
Юная студентка Алиса отправляется в загородный квест вместе с друзьями. Она предвкушает увлекательное путешествие и веселое времяпрепровождение. Этот день должен стать самым лучшим в ее жизни, а станет началом ада…
Алиса становится пленницей роскошной тюрьмы и участницей квеста на выживание. Где победителю достается еще одно испытание, а проигравшему — смерть.
Каждый день может стать последним.
«Тень» предлагает Алисе покровительство в обмен на ее волю. Каждый раз, когда хищник спасает Алису, он забирает у нее часть души.
Пока остальные учатся убивать, чтобы иметь возможность дышать, «Тень» методично играет с Алисой, заставляя ее поверить, что он — единственный, кто может ее спасти.
В каждом из нас живет хищник, и однажды он может проснуться.
— Что?
— Я не могу подарить тебе жизнь, которую ты хочешь, но могу даровать смерть.
— Я не хочу умирать...
— А вчера хотела… Тогда ты должна играть по моим правилам.
Юная студентка Алиса отправляется в загородный квест вместе с друзьями. Она предвкушает увлекательное путешествие и веселое времяпрепровождение. Этот день должен стать самым лучшим в ее жизни, а станет началом ада…
Алиса становится пленницей роскошной тюрьмы и участницей квеста на выживание. Где победителю достается еще одно испытание, а проигравшему — смерть.
Каждый день может стать последним.
«Тень» предлагает Алисе покровительство в обмен на ее волю. Каждый раз, когда хищник спасает Алису, он забирает у нее часть души.
Пока остальные учатся убивать, чтобы иметь возможность дышать, «Тень» методично играет с Алисой, заставляя ее поверить, что он — единственный, кто может ее спасти.
В каждом из нас живет хищник, и однажды он может проснуться.
Выберите полку для книги