Читать и слушать книги
«Три недели я приходил в этот чёртов магазин и уходил. Уходил с лютым напряжением и привкусом безумия. Пил виски, стоял у окна, и в голове — только она. Как краснеет до корней волос, когда я подхожу ближе метра. Как дрожит, когда мои пальцы случайно задевают её. Как облизывает губу, когда думает, что я не вижу. Я всё вижу. »
У Дарьи — книжный магазин, кот и просроченная аренда. У Александра Волкова — её здание, криминальное прошлое и взгляд, от которого темнеет в глазах.
Он пришёл выселять. Она послала его к чёрту. Он вернулся на следующий день. И на следующий. С кофе, который она не просила. С руками, которые ловили её, когда падала. С голосом на ухо, от которого всё сжималось внизу живота так, что хотелось то ли сбежать, то ли остаться навсегда.
У Дарьи — книжный магазин, кот и просроченная аренда. У Александра Волкова — её здание, криминальное прошлое и взгляд, от которого темнеет в глазах.
Он пришёл выселять. Она послала его к чёрту. Он вернулся на следующий день. И на следующий. С кофе, который она не просила. С руками, которые ловили её, когда падала. С голосом на ухо, от которого всё сжималось внизу живота так, что хотелось то ли сбежать, то ли остаться навсегда.
💖 ЗАВЕРШЕНА 💖
Влюбиться в своего парня-ровесника?
Скучно.
Влюбиться в его старшего брата, который по совместительству Мозгоправ?
О, это уже мой уровень сложности.
Я хотела доказать себе, что взрослая. Я хотела просто подразнить его, а он... он просто взял и забрал меня себе. Мы пропустили стадию «нормальных свиданий» и сразу перешли к стадии «я без тебя не дышу».
— А ты мне скажешь, когда полюбишь? Или опять утаишь, как всё остальное?
— Скажу, — прошептала, ощущая, как большой палец медленно поглаживает мою нижнюю губу.
— Смотри, Ясмина. Ловлю на слове. И учти, я очень внимательный слушатель.
Влюбиться в своего парня-ровесника?
Скучно.
Влюбиться в его старшего брата, который по совместительству Мозгоправ?
О, это уже мой уровень сложности.
Я хотела доказать себе, что взрослая. Я хотела просто подразнить его, а он... он просто взял и забрал меня себе. Мы пропустили стадию «нормальных свиданий» и сразу перешли к стадии «я без тебя не дышу».
— А ты мне скажешь, когда полюбишь? Или опять утаишь, как всё остальное?
— Скажу, — прошептала, ощущая, как большой палец медленно поглаживает мою нижнюю губу.
— Смотри, Ясмина. Ловлю на слове. И учти, я очень внимательный слушатель.
В тёмном мире дроу власть принадлежит женщинам. Шаэ умна, красива и влиятельна, но её сердце сковано холодом мужа, Маэлора. В отчаянии она берёт второго супруга — молодого Элиана, лишь как оружие в игре ревности. Но что, если игра выйдет из‑под контроля, а чувства станут настоящими?
Это история о столкновении амбиций, страсти и принципов.
О том, что иногда случайно появившийся человек, становится самым важным в жизни.
Моя мать – бывшая звезда балета – посвятила всю свою жизнь театру, и, конечно же, моя судьба была предрешена с самого начала. Все свое детство я оправдывала имя, данное мне в честь великой Майи Плисецкой, бесконечно убиваясь в зале и снося все выпады балетмейстеров в свою сторону. Но с меня хватит!
Я больше не та девушка, которой можно манипулировать. Я сбежала из-под контроля матери, оставила балет, нашла хорошего парня и свободу в бальных танцах. Моя жизнь наконец-то принадлежит мне, и я ясно знаю, чего хочу.
Однако мои границы постоянно нарушаются. Кирилл – загадочный и опасно притягательный танцор. Его взгляд обжигает, а каждое его действие выбивает воздух из легких. Он флиртует, провоцирует, приближается всё ближе. Но я скажу ему только одно: «Не заигрывай со мной!»
О том, что иногда случайно появившийся человек, становится самым важным в жизни.
Моя мать – бывшая звезда балета – посвятила всю свою жизнь театру, и, конечно же, моя судьба была предрешена с самого начала. Все свое детство я оправдывала имя, данное мне в честь великой Майи Плисецкой, бесконечно убиваясь в зале и снося все выпады балетмейстеров в свою сторону. Но с меня хватит!
Я больше не та девушка, которой можно манипулировать. Я сбежала из-под контроля матери, оставила балет, нашла хорошего парня и свободу в бальных танцах. Моя жизнь наконец-то принадлежит мне, и я ясно знаю, чего хочу.
Однако мои границы постоянно нарушаются. Кирилл – загадочный и опасно притягательный танцор. Его взгляд обжигает, а каждое его действие выбивает воздух из легких. Он флиртует, провоцирует, приближается всё ближе. Но я скажу ему только одно: «Не заигрывай со мной!»
— Игорек, а ты говорил, мы будем одни. Это кто? Твоя домработница? — капризно тянет незнакомка.
Я ищу в глазах мужа хоть каплю раскаяния, но натыкаюсь на ледяную броню.
— Алина, давай без драм, — холодно чеканит Игорь. — Мы расстаемся. Посмотри в зеркало — ты расплылась, вечно в засаленном халате. Мне стыдно с тобой выйти в свет. Мне нужна эффектная муза, а не унылая кухарка. У тебя пятнадцать минут на сборы.
Ради его бизнеса я годами экономила на себе, не спала ночами и забыла о своих мечтах. А он вышвырнул меня на улицу вместе с котом, променяв на яркую пустышку. Я ушла раздавленной, уверенной, что моя жизнь кончена. Но неожиданная встреча со старым другом детства всё перевернула. Теперь он — успешный красавец со стальными мускулами, который пообещал стать моим личным тренером. Мы вылепим из меня такую красавицу, что бывший будет ползать на коленях, кусая локти. Трепещи, Игорь. Месть подают в идеальном размере.
Я ищу в глазах мужа хоть каплю раскаяния, но натыкаюсь на ледяную броню.
— Алина, давай без драм, — холодно чеканит Игорь. — Мы расстаемся. Посмотри в зеркало — ты расплылась, вечно в засаленном халате. Мне стыдно с тобой выйти в свет. Мне нужна эффектная муза, а не унылая кухарка. У тебя пятнадцать минут на сборы.
Ради его бизнеса я годами экономила на себе, не спала ночами и забыла о своих мечтах. А он вышвырнул меня на улицу вместе с котом, променяв на яркую пустышку. Я ушла раздавленной, уверенной, что моя жизнь кончена. Но неожиданная встреча со старым другом детства всё перевернула. Теперь он — успешный красавец со стальными мускулами, который пообещал стать моим личным тренером. Мы вылепим из меня такую красавицу, что бывший будет ползать на коленях, кусая локти. Трепещи, Игорь. Месть подают в идеальном размере.
Запах мокрой земли, мёд на губах, сила крепких рук... Совсем не это я искала, когда сбежала в деревню, чтобы заглушить городскую пустоту.
Взгляды, от которых нельзя спрятаться. Я думала, что найду здесь только тишину и покой. Но местные мужчины смотрят так, будто знают обо мне больше, чем я сама.
Мне казалось, что я приехала, чтобы убежать от себя прежней. Но с каждым днём понимаю: я искала место, где смогу стать другой. Настоящей.
Взгляды, от которых нельзя спрятаться. Я думала, что найду здесь только тишину и покой. Но местные мужчины смотрят так, будто знают обо мне больше, чем я сама.
Мне казалось, что я приехала, чтобы убежать от себя прежней. Но с каждым днём понимаю: я искала место, где смогу стать другой. Настоящей.
— Запомните, Ковалёва: вы сами выбрали этот путь. Вы подписали контракт. И пока он действует, ваше достоинство — это то, что я разрешаю вам иметь, — рассмеялся Воронов.
Он сказал: «Ты будешь на меня работать». И я подписала контракт, потому что у меня не было выбора. Теперь моя жизнь принадлежит ему — 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Он проверяет мои границы, ломает мою гордость и смотрит так, будто хочет не только мой труд. Но у каждого договора есть обратная сторона. И когда я увижу его настоящего — потерянного, одинокого, закованного в броню из контрактов — я пойму: самая большая опасность не в том, чтобы стать его должницей. А в том, чтобы захотеть остаться.
Он сказал: «Ты будешь на меня работать». И я подписала контракт, потому что у меня не было выбора. Теперь моя жизнь принадлежит ему — 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Он проверяет мои границы, ломает мою гордость и смотрит так, будто хочет не только мой труд. Но у каждого договора есть обратная сторона. И когда я увижу его настоящего — потерянного, одинокого, закованного в броню из контрактов — я пойму: самая большая опасность не в том, чтобы стать его должницей. А в том, чтобы захотеть остаться.
— Сними маску.
— Нет…
— Тогда мы сами узнаем тебя, маленькая.
— И когда узнаем, уже не отпустим.
Я пробралась на закрытый маскарад, не подозревая, что за дверями старого особняка скрывается не просто бал, а ночь без правил. Здесь под музыку и мерцание свечей люди позволяют себе слишком многое. Здесь желания звучат громче здравого смысла. И здесь меня встречают двое мужчин, которых я знаю слишком хорошо. Мои сводные братья. Холодные днём. Порочные ночью. Они не выдали меня сразу. Они решили сначала поиграть. А я слишком поздно поняла, что сама шагнула в их ловушку.
— Нет…
— Тогда мы сами узнаем тебя, маленькая.
— И когда узнаем, уже не отпустим.
Я пробралась на закрытый маскарад, не подозревая, что за дверями старого особняка скрывается не просто бал, а ночь без правил. Здесь под музыку и мерцание свечей люди позволяют себе слишком многое. Здесь желания звучат громче здравого смысла. И здесь меня встречают двое мужчин, которых я знаю слишком хорошо. Мои сводные братья. Холодные днём. Порочные ночью. Они не выдали меня сразу. Они решили сначала поиграть. А я слишком поздно поняла, что сама шагнула в их ловушку.
А что, если ад — не огонь и кипящая смола, а бесконечное проживание собственной боли? Что, если у каждого он свой?
И на что в нём способна хрупкая женщина?
На всё!
Добровольно спуститься туда, чтобы помочь отцу. Встретить мужчину, который скажет: «Я благодарен тебе за участие. Но не питай на мой счёт иллюзий...». Нарушить все законы преисподней. Раскрыть тайну чужой вины. И полюбить там, где любви не место. Вот только в аду за всё есть цена. И очень скоро Юле придётся выбирать: жизнь любимого мужчины — или счастье рядом с ним.
И на что в нём способна хрупкая женщина?
На всё!
Добровольно спуститься туда, чтобы помочь отцу. Встретить мужчину, который скажет: «Я благодарен тебе за участие. Но не питай на мой счёт иллюзий...». Нарушить все законы преисподней. Раскрыть тайну чужой вины. И полюбить там, где любви не место. Вот только в аду за всё есть цена. И очень скоро Юле придётся выбирать: жизнь любимого мужчины — или счастье рядом с ним.
«Волчья ДНК, — говорили они, — значит, и истинная для волка должна быть». Я не верю в истинную пару. Это бред. Нас создавали как оружие, а не как героев любовных романов.
Мой зверь молчал годами. Я был спокоен. Значит, никакой «пары» не существует. Те, кто верит — слабаки. Я не из таких.
Я живу один, работаю охранником в торговом центре, ни с кем не сближаюсь. Всё меняется, когда я ловлю девушку, которая пытается взломать дверь магазина. Её запах ударяет в голову, и зверь внутри завывает: «Моя».
Я не должен к ней приближаться. Но не могу удержаться.
А когда она попадает в беду, я готов на всё, чтобы её спасти. Даже если ради этого придётся выпустить зверя.
Мой зверь молчал годами. Я был спокоен. Значит, никакой «пары» не существует. Те, кто верит — слабаки. Я не из таких.
Я живу один, работаю охранником в торговом центре, ни с кем не сближаюсь. Всё меняется, когда я ловлю девушку, которая пытается взломать дверь магазина. Её запах ударяет в голову, и зверь внутри завывает: «Моя».
Я не должен к ней приближаться. Но не могу удержаться.
А когда она попадает в беду, я готов на всё, чтобы её спасти. Даже если ради этого придётся выпустить зверя.
Выберите полку для книги