Читать и слушать книги

Мой муж публично объявил меня психически неуравновешенной, потребовал мои акции и захотел отобрать мою собственную жизнь. Я лишилась всего: дома, бизнеса и права кому-либо доверять.
Но рядом оказались двое защитников, назначенных моей бабушкой. Их властная забота, уверенные прикосновения и вынужденная близость пробудили во мне желание, которое я считала неправильным и слишком опасным, чтобы ему уступить.
Но как мне устоять, когда они оба решили больше не отпускать меня и защитить меня во что бы то ни стало?

Будет горячо и откровенно🔥

Я наконец всем доказала, что заслужила своё место в клинике, но новый кардиохирург одним требовательным взглядом заставил меня забыть о привычной осторожности. Его власть одновременно пугала и притягивала меня.
Пока трое близких мужчин решали, позволить ли ему войти в наши отношения, я всё сильнее боялась не чужого осуждения, а собственной готовности принять его.
Но может ли такая невозможная близость стать для меня настоящим счастьем?

🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!

— Моя мать давно подозревала, что ты гуляешь от меня, и решила перепроверить мой ли это ребенок, — он кивнул на девочку в ее руках. — Анализ показал, что я не отец этой девочки!
На несколько секунд Эльвира потеряла дар речи от шока. Этого не могло произойти. Не могло и все. Она занималась любовью только с мужем, была ему верна.
— Это не может быть! — воскликнула она. — Это какая-то ошибка!
— Нет никакой ошибки, — прошипел муж, — не нужно разыгрывать из себя невинность, Эльвира. Я сделал повторный анализ, и он показал те же результаты. Как ты понимаешь, они меня не устраивают. Растить чужого ублюдка я не намерен, как и жить с женщиной, которая мне изменила.
— Давай еще один анализ проведем, — попросила она, — тут явно что-то не так. Саша, я не изменяла тебе. Клянусь!
— Не клянись, твои слова потеряли вес. Я больше тебе не верю, Эля, — ответил Захаров, покачав головой. — Не пытайся оправдаться, всё и так предельно ясно.

— Я предлагаю вам особые условия работы, Елена, — я наклонился к ней, оказавшись достаточно близко, чтобы она почувствовала запах моего парфюма — сандала, кожи и табака. — Вы будете работать только со мной. Личным ассистентом. Ваш график будет определяться моими потребностями. Ваша зарплата будет в три раза выше рыночной. Но взамен я требую полного подчинения. Абсолютного. Безоговорочного.
В кабинете повисла тишина. Слышно было только шум дождя и тяжёлое дыхание девушки.
— Подчинения? — переспросила она, и в её голосе прозвучала нотка испуга.
— Да, — подтвердил я. — Вы будете выполнять любые мои поручения. В рабочее время и вне его. Вы будете носить то, что я скажу. Говорить то, что я разрешу. Быть там, где я прикажу. Это не сексуальные домогательства, Елена. Это контракт. Контракт на передачу контроля.
Я достал из ящика стола тонкую папку и положил перед ней.
— Здесь подробно описаны правила. Прочитайте. Если хоть один пункт вызовет у вас отвращение или страх, вы можете встать и

Он взял меня за талию уверенно, по-хозяйски и притянул к себе. Мое тело почувствовало жар его кожи, биение его сердца.
— Ты дрожишь, — заметил он.
— Отпусти, — прошептала я, но мои руки сами легли на его предплечья. Я не отталкивала его, просто держалась.
— Если я отпущу, ты уйдешь?
— Наверное.
— А если не отпущу?
Его лицо приблизилось, и я почувствовала его дыхание на своих губах. Мятное, свежее. Я облизнула пересохшие губы и заметила, как его взгляд скользнул вниз, к моему рту.
— Скажи, что не хочешь, чтобы я тебя поцеловал, и я остановлюсь.

Отчим моей матери. Человек, с которым у нас не может быть ничего ближе соседства. Но именно он показал мне, что запрет лишь сильнее разжигает огонь.

В кабинет к шефу проследовал важный гость, которого ждали с ужасом и благоговейным трепетом. Шеф выскочил ему навстречу:
– Ждём, ждём, Вадим Дмитриевич, – проводил в свой кабинет, не заметив, как гость завис на мне взглядом. Илона, помощница шефа, аккуратно закрыла дверь за мужчинами, повернулась ко мне:
– Подбери слюни, мужик не про твою честь!
Я молча продолжала пепелить дверь глазами, придумывая, как избежать того, что теперь неминуемо случиться.
– Эй, мадам, – Илона помахала файлом у меня перед глазами: – Ты будто привидение увидела.
Точно. Привидение трёхлетней давности. Тогда Вадим ещё не был привидением. Он был моим женихом, бросившим меня в день помолвки.

Он прибыл сюда за мной. Только мне он не нужен. Пусть найдёт себе другую дуру. Такую же наивную, влюблённую в него до обморока дуру, как я три года назад.

Едва я вернула свою компанию, как бывший муж снова попытается лишить меня акций, обвинив двух моих защитников в том, что они подчинили себе мою волю.
Спасти меня может только новый юрист фонда. Но как раз с ним не всё так просто.
Он пробуждает во мне запретное притяжение, которое грозит разрушить всё, что возникло между мной и двумя мужчинами, уже ставшими моей опорой.

Будет горячо и откровенно🔥

Лишившись замка и титула, Элиана фон Ральштайн оказывается в ледяных застенках прибрежной цитадели Вольфсхаут в руках сира Валериана — жестокого бастарда графа Альдрика. Намерения нового хозяина сломать её гордость грязным насилием разбиваются о ледяную ярость девушки, чьё тело помнит лишь карающие ладони Каэля Торна. Сам безземельный рыцарь, объявленный короной вне закона, возвращает власть над бандой «Отрекшихся» ради единственной цели — сжечь цитадель врага до основания.

Я застала мужа с другой. Не закричала, не заплакала — просто ушла в мастерскую и просидела там всю ночь, глядя на чертежи и не чувствуя ничего, кроме пустоты. Утром я взяла билет на ночной поезд и уехала, сама не зная куда.
В купе оказались двое мужчин, и они смотрели на меня так, как никто не смотрел двенадцать лет — будто видели меня настоящую.

💋 Эмоции на грани безумия
💋 Сложный, но сладкий выбор
💋 Властные, заботливые мужчины

Однажды он видит её. На остановке. Опущенные глаза. Тихая. Словно прячется от всего мира. Он не знает её имени. Не знает, где она живёт. Но он знает одно: она — не такая, как все. В ней есть то, чего нет в других. Что-то, что он хочет разгадать.

Он начинает следить. Изучать. Записывать. Он узнаёт её маршрут, её привычки, её страхи. Он не подходит. Он наблюдает. Он хочет прочитать её. До конца. Даже если она не захочет. Даже если закроется.

Потому что она — та самая книга. Та, которую он искал всю жизнь. Среди тысяч пустых обложек. Среди тысяч серых страниц.

Он нашёл её. И он не собирается её отпускать.

Но что, если она — не книга? Что, если она — не пустая? Что, если она — такая же, как он? Или хуже?

Ответ — в её глазах. В её молчании. В её страхе.