Читать и слушать книги
– Ты разделишь брачное ложе с Эльманом Хановым вместо сестры, Нила!
Каменею. Даже дышать не могу.
– Мама… что ты такое говоришь?! Я… не могу…
– Ты должна спасти сестру! Если правда вскроется, Ханов не пощадит никого из нашего рода! Если не жаль палок для сестры, пожалей хотя бы собственную бабку! Ты же так ее любишь, Нила!
Слезы стекают по щекам. Эльман Ханов будет в своем праве, если вскроется, что сестра нечиста…
– Мама… как… как вы это сделаете?!
Мать улыбается многозначительно и окидывает меня придирчивым взглядом:
– Очень просто, Ханов даже не заметит, которая из сестер-близняшек пришла к нему в брачную ночь. Только вот с твоим изъяном… надо что-то делать…
Каменею. Даже дышать не могу.
– Мама… что ты такое говоришь?! Я… не могу…
– Ты должна спасти сестру! Если правда вскроется, Ханов не пощадит никого из нашего рода! Если не жаль палок для сестры, пожалей хотя бы собственную бабку! Ты же так ее любишь, Нила!
Слезы стекают по щекам. Эльман Ханов будет в своем праве, если вскроется, что сестра нечиста…
– Мама… как… как вы это сделаете?!
Мать улыбается многозначительно и окидывает меня придирчивым взглядом:
– Очень просто, Ханов даже не заметит, которая из сестер-близняшек пришла к нему в брачную ночь. Только вот с твоим изъяном… надо что-то делать…
– А ты… Ты зачем приехала? – хмурится Влад, окидывая меня брезгливым взглядом.
– Отбивные привезла и… Плюшки. Я же написала, что привезу обед, – глуповато моргаю я, раскрывая перед его носом клеенчатую сумку.
– Ты вообще себя в зеркале видела? – продолжает он тихо. – Ты видела, в чем приперлась? Это бизнес-центр класса А, а не сельпо. Ты меня позоришь.
– Но… я хотела как лучше…
– Как лучше – сидеть дома и не отсвечивать, – отрезает он.
– Владик, я...
– Тебе здесь не место. Прости, я должен идти… Завтра у нас банкет. Меня ждут немецкие партнеры и…
И его ослепительная любовница, ее я тоже знаю… Мой муженек уверен, что его ждет головокружительный успех, только он не учел ма-аленькую деталь: я знаю о его лжи…
Завтрашний вечер и правда будет незабываемым. Особенно для моего мужа.
– Отбивные привезла и… Плюшки. Я же написала, что привезу обед, – глуповато моргаю я, раскрывая перед его носом клеенчатую сумку.
– Ты вообще себя в зеркале видела? – продолжает он тихо. – Ты видела, в чем приперлась? Это бизнес-центр класса А, а не сельпо. Ты меня позоришь.
– Но… я хотела как лучше…
– Как лучше – сидеть дома и не отсвечивать, – отрезает он.
– Владик, я...
– Тебе здесь не место. Прости, я должен идти… Завтра у нас банкет. Меня ждут немецкие партнеры и…
И его ослепительная любовница, ее я тоже знаю… Мой муженек уверен, что его ждет головокружительный успех, только он не учел ма-аленькую деталь: я знаю о его лжи…
Завтрашний вечер и правда будет незабываемым. Особенно для моего мужа.
– Это моя новая любовь и невеста, – произносит муж-генерал, обнимая мою молодую коллегу-терапевта в дверях нашей квартиры. – Мы вместе полгода, и я пришёл, чтобы расстаться с тобой.
Двадцать лет брака. Две прекрасные дочери. Командировки, из которых я его ждала, и из которых он мог не вернуться.
– Борис, почему? – только и могу выдавить из себя.
– Я устал от нашего брака, Лиза. Дети выросли, нас друг с другом больше ничего не держит. Я имею право на счастье.
– И вот это твоё счастье? Вот эта профурсетка, которая не кочевала с тобой из гарнизона в гарнизон, не ждала тебя из командировок и не спала ночами, укачивая твоих детей?
– Я не буду перед тобой оправдываться. Это были хорошие двадцать лет, но они подошли к концу.
– Уходи, – шепчу я, сдерживая слёзы, чтобы не расплакаться перед двумя мерзавцами.
– Лиза, я…
– Уходи! Вон отсюда! – кричу.
– Я хотел расстаться по-хорошему, – выдыхает Борис, – но… Видимо, ты не в состоянии адекватно принять моё решение. Прощай.
Двадцать лет брака. Две прекрасные дочери. Командировки, из которых я его ждала, и из которых он мог не вернуться.
– Борис, почему? – только и могу выдавить из себя.
– Я устал от нашего брака, Лиза. Дети выросли, нас друг с другом больше ничего не держит. Я имею право на счастье.
– И вот это твоё счастье? Вот эта профурсетка, которая не кочевала с тобой из гарнизона в гарнизон, не ждала тебя из командировок и не спала ночами, укачивая твоих детей?
– Я не буду перед тобой оправдываться. Это были хорошие двадцать лет, но они подошли к концу.
– Уходи, – шепчу я, сдерживая слёзы, чтобы не расплакаться перед двумя мерзавцами.
– Лиза, я…
– Уходи! Вон отсюда! – кричу.
– Я хотел расстаться по-хорошему, – выдыхает Борис, – но… Видимо, ты не в состоянии адекватно принять моё решение. Прощай.
Утро моего юбилея разбило мою жизнь вдребезги...
Гости и муж ждут в ресторане, а я дома… смотрю в зеркало на свои испорченные волосы.
Вернее, на то, что от них осталось.
– Что вы наделали? – шепчу, глядя в зеркало.
Но парикмахерша уже торопливо бежит на выход, и я понимаю, что это всё далеко не простая случайность.
Муж не стал меня жалеть. Сдернул косынку перед всеми гостями и весело рассмеялся:
– Надо было еще брови побрить. Вылитый Фантомас бы получился!
Тогда Федот даже не подозревал, насколько сильно скоро пожалеет.
И не только о своих злых словах, но и о тайнах, которые вскрылись вскоре после того несчастливого юбилея…
Это был последний день, когда я позволила ему себя унижать.
Гости и муж ждут в ресторане, а я дома… смотрю в зеркало на свои испорченные волосы.
Вернее, на то, что от них осталось.
– Что вы наделали? – шепчу, глядя в зеркало.
Но парикмахерша уже торопливо бежит на выход, и я понимаю, что это всё далеко не простая случайность.
Муж не стал меня жалеть. Сдернул косынку перед всеми гостями и весело рассмеялся:
– Надо было еще брови побрить. Вылитый Фантомас бы получился!
Тогда Федот даже не подозревал, насколько сильно скоро пожалеет.
И не только о своих злых словах, но и о тайнах, которые вскрылись вскоре после того несчастливого юбилея…
Это был последний день, когда я позволила ему себя унижать.
- Михал Мих-алыч, что Вы там ищ-щите под столом, - выдыхаю, заикаясь. - П-пирож-жок?
- Пирожок уже нашел. Перестань дёргаться, - рычит Медведь.
- Дёрг…что?! Да я даже дышать не могу, - мямлю, пока правая рука босса шарит у меня под ногой. - Вылезайте! Вам что там мёдом намазано?
- Пирожкова! Что это?! - босс замирает…
- Крышка от бочонка с медом…А Вы о чем думали?!
- Предупреждать надо, Маша…
- А спросить заранее?! Язык Вам на что? - шепчу, боясь его реакции.
- Язык, да, Маша?! Ну, с этим мы сейчас тоже разберемся, - хрипит Михаило, вылезая из-под стола и откусывая, найденный, румяный пирожок.
Даже и подумать не могла, чем обернётся для меня кулинарный баттл братьев Медведей…
- Пирожок уже нашел. Перестань дёргаться, - рычит Медведь.
- Дёрг…что?! Да я даже дышать не могу, - мямлю, пока правая рука босса шарит у меня под ногой. - Вылезайте! Вам что там мёдом намазано?
- Пирожкова! Что это?! - босс замирает…
- Крышка от бочонка с медом…А Вы о чем думали?!
- Предупреждать надо, Маша…
- А спросить заранее?! Язык Вам на что? - шепчу, боясь его реакции.
- Язык, да, Маша?! Ну, с этим мы сейчас тоже разберемся, - хрипит Михаило, вылезая из-под стола и откусывая, найденный, румяный пирожок.
Даже и подумать не могла, чем обернётся для меня кулинарный баттл братьев Медведей…
- Марина? - Кирилл застыл на входе, - так ты и есть та самая симпатичная помощница, за которую Артур поручился?
- Кирилл… Ты мой новый босс? - я откашлялась в кулак и опустила глаза. - Тебе лучше найти себе другого помощника...
Я сейчас выйду из этого кабинета, и больше никогда тебя - предателя не увижу...
Шаг, еще шаг. Еле иду. Ноги заплетаются. Хоть бы не споткнуться.
Спину жжет.
Слезы выкатились и бурным потоком хлынули из глаз.
В прошлом я любила его больше жизни, а он клялся мне в вечной верности... а потом… он передумал…
Он уволил меня, разорвал помолвку и приказал сделать аборт…
И вот спустя пять лет мы случайно встретились...
Наши дети, которых я сохранила в секрете... они так на него похожи... никак нельзя, чтобы он их увидел...
Я должна ненавидеть его... но...
Надо бежать, пока меня обратно не начали затягивать в бездну его серые омуты...
- Кирилл… Ты мой новый босс? - я откашлялась в кулак и опустила глаза. - Тебе лучше найти себе другого помощника...
Я сейчас выйду из этого кабинета, и больше никогда тебя - предателя не увижу...
Шаг, еще шаг. Еле иду. Ноги заплетаются. Хоть бы не споткнуться.
Спину жжет.
Слезы выкатились и бурным потоком хлынули из глаз.
В прошлом я любила его больше жизни, а он клялся мне в вечной верности... а потом… он передумал…
Он уволил меня, разорвал помолвку и приказал сделать аборт…
И вот спустя пять лет мы случайно встретились...
Наши дети, которых я сохранила в секрете... они так на него похожи... никак нельзя, чтобы он их увидел...
Я должна ненавидеть его... но...
Надо бежать, пока меня обратно не начали затягивать в бездну его серые омуты...
🦋 КНИГА ЗАВЕРШЕНА!🦋
❤️ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Да что я вам сделала?!
— Ничего.
— Тогда почему вы меня мучаете?!
— Потому что вы меня бесите.
Я застыла.
Он тоже.
Потому что мы оба поняли: сказал он совсем не то, что собирался.
Я — разведённая женщина сорока лет, которая давно перестала верить в любовь. Он — владелец строительного холдинга с характером бульдозера и привычкой командовать всеми вокруг.
Мы должны были ненавидеть друг друга.
Вместо этого он тайком пришёл на мой конкурс по танго, приревновал к партнёру, отказался подписывать отпуск, а потом заявился ко мне домой.
❤️ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Да что я вам сделала?!
— Ничего.
— Тогда почему вы меня мучаете?!
— Потому что вы меня бесите.
Я застыла.
Он тоже.
Потому что мы оба поняли: сказал он совсем не то, что собирался.
Я — разведённая женщина сорока лет, которая давно перестала верить в любовь. Он — владелец строительного холдинга с характером бульдозера и привычкой командовать всеми вокруг.
Мы должны были ненавидеть друг друга.
Вместо этого он тайком пришёл на мой конкурс по танго, приревновал к партнёру, отказался подписывать отпуск, а потом заявился ко мне домой.
– У тебя есть другая, да, Сергей?!
Муж смотрит на меня в упор, не мигая, затем говорит четко:
– Есть. Она ждет ребенка.
Мне кажется, что я удар под дых получаю. Другая женщина ждет ребенка от моего мужа… в то время как я вымаливала у неба малыша последние несколько лет…
Другая ждет от моего мужа ребенка, которого я так и не смогла подарить ему...
Мое сердце обрывается, когда я выдыхаю едва слышно:
– Тогда… я подаю на развод. Нам нужно развестись, Дронов.
– Ты совершаешь ошибку, Марина. Наш брак не пострадает. Я не позволю любовнице лезть в нашу семью…
– Я совершила ошибку, когда поверила, что чудовище может любить…
Муж предал, изменил, а я не смогла смириться. Ушла. Но потом… случилось то, что навсегда перевернуло наши жизни…
❤️ ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
Муж смотрит на меня в упор, не мигая, затем говорит четко:
– Есть. Она ждет ребенка.
Мне кажется, что я удар под дых получаю. Другая женщина ждет ребенка от моего мужа… в то время как я вымаливала у неба малыша последние несколько лет…
Другая ждет от моего мужа ребенка, которого я так и не смогла подарить ему...
Мое сердце обрывается, когда я выдыхаю едва слышно:
– Тогда… я подаю на развод. Нам нужно развестись, Дронов.
– Ты совершаешь ошибку, Марина. Наш брак не пострадает. Я не позволю любовнице лезть в нашу семью…
– Я совершила ошибку, когда поверила, что чудовище может любить…
Муж предал, изменил, а я не смогла смириться. Ушла. Но потом… случилось то, что навсегда перевернуло наши жизни…
❤️ ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!❤️
— Я пломокла, — хнычет дочка. — У Лелы волосики моклые!
Не могу поверить, что мои девочки оказались в такой опасности. Под дождём, голодные, без дома.
Когда слышу шум машины, отхожу подальше к тротуару, посильнее прикрыв девочек, но тщетно — колёса проезжают по луже, и меня окатывает едва ли не с головой.
Чёрт.
Я уже готова сыпать ругательствами, но машина тормозит в трёх метрах от нас.
— Скорее в машину, — говорит мужчина.
Сердце резко сжимается от ужаса. Я стекленею и не могу вымолвить ни слова.
Амир Гараев смотрит на меня из машины.
— Ника? — он смотрит на меня так, будто не сразу верит глазам.
— Простите. Вы обознались, — говорю быстро.
— Садись, до дома довезу, — упрямо говорит Амир.
— Нам некуда ити, нас из дому выгнали. Мы тепель бомжи, — громко, как настоящая артистка, говорит моя дочь.
И я вижу, как Амир Гараев меняется в лице.
Не могу поверить, что мои девочки оказались в такой опасности. Под дождём, голодные, без дома.
Когда слышу шум машины, отхожу подальше к тротуару, посильнее прикрыв девочек, но тщетно — колёса проезжают по луже, и меня окатывает едва ли не с головой.
Чёрт.
Я уже готова сыпать ругательствами, но машина тормозит в трёх метрах от нас.
— Скорее в машину, — говорит мужчина.
Сердце резко сжимается от ужаса. Я стекленею и не могу вымолвить ни слова.
Амир Гараев смотрит на меня из машины.
— Ника? — он смотрит на меня так, будто не сразу верит глазам.
— Простите. Вы обознались, — говорю быстро.
— Садись, до дома довезу, — упрямо говорит Амир.
— Нам некуда ити, нас из дому выгнали. Мы тепель бомжи, — громко, как настоящая артистка, говорит моя дочь.
И я вижу, как Амир Гараев меняется в лице.
— Дикий, тебе тут девочку привезли! — эта фраза стала для меня погибелью.
Отчим, обещавший моей умирающей матери заботится обо мне, проигрался в пух и прах. И не придумал ничего лучше, чем оставить меня в качестве залога, что вернет долг. Он просто вручил меня в руки человеку, который держит в страхе весь город.
Он бородатый, мускулистый, весь в татуировках — Дикий.
Каждый боится перейти ему дорогу, заглянуть в его стальные глаза, а я стала той, кого он хочет.
Как мне собраться себя из осколков, когда он наиграется со мной. А может...?
Отчим, обещавший моей умирающей матери заботится обо мне, проигрался в пух и прах. И не придумал ничего лучше, чем оставить меня в качестве залога, что вернет долг. Он просто вручил меня в руки человеку, который держит в страхе весь город.
Он бородатый, мускулистый, весь в татуировках — Дикий.
Каждый боится перейти ему дорогу, заглянуть в его стальные глаза, а я стала той, кого он хочет.
Как мне собраться себя из осколков, когда он наиграется со мной. А может...?
Выберите полку для книги