Читать и слушать книги

- Ди, посмотри на меня. Посмотри мне в глаза и скажи, что принимаешь мой выбор, - Кадир обжег меня взглядом.
- Принимаю, - ответила глухо.
- Ты моя… этого ничто не изменит, твоя жизнь принадлежит мне, ты выполнишь все, что я прикажу. Когда Хана войдет в мой дом, ты будешь сидеть тихо и заниматься сыном. Она достойная, чистая девушка из приличной семьи, брак с ней позволит мне выйти на новый уровень. Так будет лучше для всех, и для Кости в том числе. Ты же умная девочка, знаешь, как себя вести.
- Разумеется, знаю: целовать твои ботинки и пресмыкаться перед твоей благородной женой, господин, как и положено послушной рабыне, - ответила, посмотрев на Кадира с вызовом, - но вот вопрос: понравится ли твоей жене, что у тебя есть другая и она только что родила тебе сына?
- А это, Ди, не твоя забота. То, как я буду любить свою жену, должно волновать тебя меньше всего. Она заменит тебя в моей спальне, пока ты восстанавливаешься после родов, но не бойся, потом меня хватит на вас двоих.

— Малыш, я сказал, что переведу нужную сумму. Ведение беременности я уже оплатил, — произнес мой муж мягко. — Не надо слез. Я всё решу. Нет. Лера ничего не знает.
В ушах зазвенело.
Я не могла сделать вдох, будто воздух превратился в кисель. Машинально оперлась ладонью о стену, чувствуя, как под ребрами разливается ледяной холод.
В голове метались хаотичные мысли.
Кому мой муж мог оплатить ведение беременности? Сотруднице? Тогда почему ее зовут Малыш?
И почему Лера, то есть я, ничего не знает?

Муж изменил мне, но вместо слов извинений я услышала холодное "Если ты сейчас переступишь этот порог... я сделаю так, что ты приползешь ко мне сама".
И он не соврал.

Я иду через тёмный зал нашего ресторана, мимо пустых столов.
Дверь в кабинет приоткрыта.
Я толкаю её рукой, уже открывая рот, чтобы сказать «привет, я быстро, только тетрадь заберу», и слова застревают где-то в горле, потому что то, что я вижу, не укладывается в голове сразу.
Кристина сидит на краю его стола. Олег стоит рядом, его губы – на её шее...
Секунда. Может, две. Время застывает.
Кристина видит меня первой. Её глаза расширяются, она отталкивает Олега так резко, что он чуть не падает, оборачивается – и я вижу его лицо.
– Вера, – говорит он, и голос у него дрожит, – Вера, это не то, что ты думаешь...
Смешно. Правда смешно. Как будто есть другое объяснение тому, что я вижу.
Я смотрю на его лицо и понимаю, что не хочу слышать никаких объяснений.

- Кем приходитесь больному? - интересуюсь у девицы в пеньюаре.
- Я? Я - флейтистка, - надув силиконовые губы, выдыхает дева.
Услышав, хмыкаю и вскидываю бровь. Но...
В этот момент я еще не знаю, что самое удивительное ждет меня в комнате.
Подойдя к кровати, я настолько ошеломлена, что даже очки приподнимаю. Не верю собственным глазам.
Вытянув руки и ноги, словно труп, в пошлых красных боксерах с золотой надписью «Гигант», лежит мой муж.
Вернув очки на место, произношу:
- Ну что, гигант, доигрался на флейте?
Он приоткрывает глаза и мертвым голосом шепчет:
- Не повод для дурацких шуток, Настя...
- Ну, для шуток, может, и не повод, а вот для развода - самое то...

– Посмотри на себя, Лара! Ты никакая. Ссохлась вся, поблекла и вечно торчишь на работе. А я живой мужик, мне нужна настоящая женщина рядом, а не мумия.
Муж сказал, что уезжает с друзьями в поход, поцеловал меня на прощание.
А через несколько часов меня срочно отправляют оперировать пациента в элитный комплекс на берегу моря.
Там меня ждут две неожиданные встречи.
Первая – мой муж, развлекающийся с незнакомкой на шезлонге санатория.
Вторая – самоуверенный хирург, рассерженный, что меня прислали делать операцию вместо него.
В тот день я начинаю новую жизнь.
Реанимации прошлого не будет.

Демьян Воронцов – избалованный наследник миллиардной империи. Он привык к роскоши и тому, что мир вращается вокруг него. Но одна эпичная выходка переполняет чашу терпения его отца.
Варя – гордая, пробивная и острая на язычок управляющая местной кофейни. Она терпеть не может наглых мажоров, строит свой маленький бизнес и привыкла рассчитывать только на себя.
Они делят одну тесную коммуналку и одну барную стойку на двоих. Он стал для нее ходячим стихийным бедствием. Она стала для него спасением, ради которого не жалко отдать все миллионы мира.
Но что будет, когда правда его нахождения рядом с ней выйдет наружу?

Он никогда не поднимал на меня руку. Этим я и оправдывала всё остальное — и себя заодно.

Потом он бросил пить.

Стал спать по ночам. Пошёл к врачу. Сам записал сына в школу и клеил с ним обложки на тетради. Знакомые говорили: повезло тебе, Ксюша, второй раз человек родился.

А потом я стояла в коридоре в платье, купленном на первые собственные деньги, и слушала, как он мягко, почти виновато просит меня переодеться. Он не кричал и ничего не запрещал. Он просил. Позже поставил пароль на мой телефон и объяснил, что так надёжнее. И ведь правда надёжнее.

Оказалось, водка ничего в нём не включала. Она просто снимала крышку.

Я бы, наверное, с этим жила. Я умею. Только рядом растёт мальчик, который уже знает, в какой комнате нельзя смеяться громко.

От чудовища уходят быстро. А как уйти от человека, которому по-настоящему плохо, который по-настоящему старается — и всё равно делает из дома место, где говорят вполголоса?

ЗАВЕРШЕНО!! СКИДКА НЕСК-КО ДНЕЙ!! ДАЛЕЕ- ПОВЫШЕНИЕ ЦЕНЫ
-Ты мне изменил! Как долго ты собирался скрывать свою вторую семью? - упираюсь глазами в горящий взгляд Гурова.
-Это просто ребенок. Ты моя жена, Мила. Между нами ничего не изменится.
Глотаю воздух, бьюсь в бессильной истерике. От боли щемит в груди. Как он может?!
-Ты врал мне столько лет, Гуров! Это не любовь! Я не буду терпеть твою измену и твою дочку от любовницы тоже.
-Будешь. Я тебя не отпущу, - убивает словами муж.
Тест на беременность с двумя яркими полосками горит огнем в кармане халата.
-Ты ходила к врачу сегодня. Ты беременна, Милена? - тянется ко мне, хватая за руку.
-Нет! Отпусти. Я ухожу, - вру, разрывая сердце на части.
Не прощу предателя, измена выбила почву из-под ног.
-Забудь о разводе, - безапелляционно выдает мой муж

Он пострадал от рук женщины и теперь ненавидит их всех.
Она устала от мужчин-шовинистов.
Она сделала себя сама и имеет хватку бультерьера. А как иначе, если у неё прозвище “Люся-железобетон”?
Оба успешны и состоятельны, и оба не верят в свое светлое будущее в семье.

- Сестра, какие внуки? Я военный человек и детей видел только на картинках.
- Миша, братик, ну пожалуйста, мне больше обратиться не к кому! – Лена всегда из меня верёвки вила, знает же, что отказать не смогу ей. – Внуки – это такие же солдаты, только маленькие и вообще, не забывай, что ты тоже дед… соломенный правда, но это сути не меняет!
Сестра на две недели сплавила мне своих внуков, и я согласился, да, под моим командованием было сотни солдат, что я с двумя сопляками не справлюсь?
Вот только не учёл я, что эти маленькие солдаты команд не понимают, тушёнку не едят, и на ночь сказки требуют!
Пришлось к новой соседке на поклон идти, которая, кстати, уже высказывалась по поводу моих методов воспитания.