Читать и слушать книги
В моей жизни было все так, как я того пожелаю. Я получала то, что хотела и даже больше. Никогда не довольствовалась малым. Но все изменилось однажды. На вечеринке я встретила его... Красивого, горячего и не похожего на тех, кто за мной ухаживал.
И все было бы прекрасно, если бы не одно «но»... Он — отец моей лучшей подруги.
И все было бы прекрасно, если бы не одно «но»... Он — отец моей лучшей подруги.
В день собственной свадьбы Ксения узнаёт страшную правду — её жених изменял ей с близкой подругой. Разбитое сердце, бегство из-под венца, грязный подол свадебного платья и крик в пустоту — так начинается её новый путь. Путь через боль, предательство и разочарование. Но за каждым разрушением скрывается шанс построить что-то заново.
Год спустя Ксения уже не та сломленная девушка. Она научилась выбирать себя и верить не в слова, а в поступки. Когда в её жизнь входит Никита — надёжный, искренний, настоящий — она впервые чувствует, что любовь может быть не болью, а опорой.
Но прошлое не сдаётся без боя.
«Измена. Сбежавшая невеста» — это история о предательстве, выборе, прощении и силе начать с чистого листа. О том, как пройти сквозь пепел и не потерять себя. И о том, что настоящее счастье приходит тогда, когда ты перестаёшь ждать — и начинаешь жить.
Год спустя Ксения уже не та сломленная девушка. Она научилась выбирать себя и верить не в слова, а в поступки. Когда в её жизнь входит Никита — надёжный, искренний, настоящий — она впервые чувствует, что любовь может быть не болью, а опорой.
Но прошлое не сдаётся без боя.
«Измена. Сбежавшая невеста» — это история о предательстве, выборе, прощении и силе начать с чистого листа. О том, как пройти сквозь пепел и не потерять себя. И о том, что настоящее счастье приходит тогда, когда ты перестаёшь ждать — и начинаешь жить.
Она: одинокая мама, оставшаяся без работы. Он: успешный бизнесмен, которому нужна фиктивная семья.
Контракт был простым, пока малышка Мила не решила назвать его папой. Тогда-то и начались настоящие сложности.
Контракт был простым, пока малышка Мила не решила назвать его папой. Тогда-то и начались настоящие сложности.
— Ты хочешь сказать, что он на корабле? Твой бывший? Который клялся, что ноги его не будет рядом с тобой?
Выглядываю из-за приоткрытой двери ванной комнаты в большую, нет, огромную каюту для новобрачных. Мы должны были оказаться здесь счастливыми после свадьбы, но... Внезапно расстались.
Не пропадать же дорогущим билетам! Я мечтала о таком круизе с детства.
— Именно так. Сейчас он раскладывает вещи в шкаф и ведет себя вызывающе! Как избалованный мажор.
— И что ты будешь делать?
— Не знаю. Притворяюсь, что его нет.
— У вас одна кровать на двоих. И сто-олько ночей бок о бок...
На меня спускается волна жара. Пять лет вместе, эпичное расставание, и... Снова он — предатель. И мое сердце по-прежнему отвечает на его улыбку, оливковый отблеск глаз и голос.
— Я справлюсь. А он, — сжимаю в руке тюбик с зубной пастой, — поймет, от кого отказался.
Выглядываю из-за приоткрытой двери ванной комнаты в большую, нет, огромную каюту для новобрачных. Мы должны были оказаться здесь счастливыми после свадьбы, но... Внезапно расстались.
Не пропадать же дорогущим билетам! Я мечтала о таком круизе с детства.
— Именно так. Сейчас он раскладывает вещи в шкаф и ведет себя вызывающе! Как избалованный мажор.
— И что ты будешь делать?
— Не знаю. Притворяюсь, что его нет.
— У вас одна кровать на двоих. И сто-олько ночей бок о бок...
На меня спускается волна жара. Пять лет вместе, эпичное расставание, и... Снова он — предатель. И мое сердце по-прежнему отвечает на его улыбку, оливковый отблеск глаз и голос.
— Я справлюсь. А он, — сжимаю в руке тюбик с зубной пастой, — поймет, от кого отказался.
Я толкаю дверь локтем, балансируя с подносом, делаю шаг внутрь и...
Время останавливается.
Поднос выскальзывает из моих рук. Грохот разбивающейся посуды… Я вижу только их.
Мой муж. Моя сестра. В нашей постели.
Алла вскрикивает, хватает простыню, пытаясь прикрыться. Её глаза… огромные, испуганные, как у пойманного воришки ребёнка. Виктор... Виктор даже не вздрагивает. Он медленно поворачивает голову в мою сторону, и в его взгляде я не вижу ни стыда, ни раскаяния. Только раздражение. Словно я нарушила его планы, вернувшись домой не вовремя.
Время останавливается.
Поднос выскальзывает из моих рук. Грохот разбивающейся посуды… Я вижу только их.
Мой муж. Моя сестра. В нашей постели.
Алла вскрикивает, хватает простыню, пытаясь прикрыться. Её глаза… огромные, испуганные, как у пойманного воришки ребёнка. Виктор... Виктор даже не вздрагивает. Он медленно поворачивает голову в мою сторону, и в его взгляде я не вижу ни стыда, ни раскаяния. Только раздражение. Словно я нарушила его планы, вернувшись домой не вовремя.
Подхожу к кровати и тут замечаю это…
На подушке Андрея лежит длинный черный волос.
Я застываю, глядя на него, как на ядовитую змею. Сердце пропускает удар, потом начинает колотиться так громко, что, кажется, его слышно по всей квартире. Что за...? Нет, не может быть. Это какая-то ошибка.
У нас в семье никого нет с черными длинными волосами. Я и Ксюша светло-русые. Антон рыжеватый, в деда по материнской линии. А это...
Беру волос двумя пальцами, словно боясь, что он может ужалить. Разглядываю на свет настольной лампы. Длинный, прямой, блестящий. Явно женский. И на нем отблеск... фиолетовый? Будто его недавно красили модным оттенком, каким сейчас любят молодые девушки.
***
Серая мышка? Нет. Это была спящая королева мести!
На подушке Андрея лежит длинный черный волос.
Я застываю, глядя на него, как на ядовитую змею. Сердце пропускает удар, потом начинает колотиться так громко, что, кажется, его слышно по всей квартире. Что за...? Нет, не может быть. Это какая-то ошибка.
У нас в семье никого нет с черными длинными волосами. Я и Ксюша светло-русые. Антон рыжеватый, в деда по материнской линии. А это...
Беру волос двумя пальцами, словно боясь, что он может ужалить. Разглядываю на свет настольной лампы. Длинный, прямой, блестящий. Явно женский. И на нем отблеск... фиолетовый? Будто его недавно красили модным оттенком, каким сейчас любят молодые девушки.
***
Серая мышка? Нет. Это была спящая королева мести!
– У твоей жены венеричка. Полюбуйся! И у нас с тобой, кстати, тоже! – голос моей сводной сестры доносится сквозь тонкую дверь медицинского кабинета.
– Бред, – голос моего любимого мужа касается слуха.
– Не бред, Кирюша! Сашка твоя притащила половую инфекцию! Но самое обидное, что проблема не только у неё, но и у нас с тобой тоже. Не предохранялись, а надо было… – голос сестры режет по ушам.
Шестерёнки в голове начинают крутиться, и пазлы сами собой складываются в единую картину под названием «измена».
Что есть сил толкаю дверь и перешагиваю через порог.
– Ну, здравствуй, милый! Не хочешь мне ничего рассказать? – цежу сквозь зубы.
Вместо того чтобы подбирать оправдания, мерзавец предпочёл обвинить меня в измене и выгнать из дома с ребёнком под сердцем.
Я ушла, так и не сказав мерзавцу, что я беременна. Но через четыре года бывший объявился и предъявил права на ребёнка…
– Бред, – голос моего любимого мужа касается слуха.
– Не бред, Кирюша! Сашка твоя притащила половую инфекцию! Но самое обидное, что проблема не только у неё, но и у нас с тобой тоже. Не предохранялись, а надо было… – голос сестры режет по ушам.
Шестерёнки в голове начинают крутиться, и пазлы сами собой складываются в единую картину под названием «измена».
Что есть сил толкаю дверь и перешагиваю через порог.
– Ну, здравствуй, милый! Не хочешь мне ничего рассказать? – цежу сквозь зубы.
Вместо того чтобы подбирать оправдания, мерзавец предпочёл обвинить меня в измене и выгнать из дома с ребёнком под сердцем.
Я ушла, так и не сказав мерзавцу, что я беременна. Но через четыре года бывший объявился и предъявил права на ребёнка…
Приложила ухо к двери и замерла. Сначала я услышала приглушенное воркование, звук поцелуев, страстные вздохи, а потом – женский голос, капризный и писклявый:
– Витюша, ну когда ты расскажешь о нас своей старушке? Я так больше не могу! Почему она нежится в СПА, а я тут пылью дышу?
Я не верила своим ушам. Кто-то обзывает меня “старушкой”, а Виктор не останавливает?
– Настенька, – ответил мужской голос, – не спеши. Ты же знаешь, что сейчас неподходящий момент. У Арины ЕГЭ, поступление в университет. Успокойся, я все решу. Ты же нежишься со мной, разве тебе не нравится? Я лучше, чем спа, не так ли, моя нежная девочка!
Я узнала этот голос. Голос Виктора. Моего Виктора. Мужа, с которым я прожила двадцать лет. Мужчины, которого я любила, единственного мужчины в моей жизни. И предателя, который уложил любовницу в нашу кровать. Забыть это не удастся никогда!
***
Не сразу Вера встанет на ноги. Она будет долго страдать, потеряет почти все, но найдет в себе силы жить, сначала назло бывшему
– Витюша, ну когда ты расскажешь о нас своей старушке? Я так больше не могу! Почему она нежится в СПА, а я тут пылью дышу?
Я не верила своим ушам. Кто-то обзывает меня “старушкой”, а Виктор не останавливает?
– Настенька, – ответил мужской голос, – не спеши. Ты же знаешь, что сейчас неподходящий момент. У Арины ЕГЭ, поступление в университет. Успокойся, я все решу. Ты же нежишься со мной, разве тебе не нравится? Я лучше, чем спа, не так ли, моя нежная девочка!
Я узнала этот голос. Голос Виктора. Моего Виктора. Мужа, с которым я прожила двадцать лет. Мужчины, которого я любила, единственного мужчины в моей жизни. И предателя, который уложил любовницу в нашу кровать. Забыть это не удастся никогда!
***
Не сразу Вера встанет на ноги. Она будет долго страдать, потеряет почти все, но найдет в себе силы жить, сначала назло бывшему
– И чего вы хотите от меня Валерия Михайлова? Кстати, ваше имя мне знакомо, оно было у вас на бейждике, – какой наблюдательный попался мне миллиардер.
– Чтобы вы извинились за свое поведение! – потребовала у него.
– Я уже извинялся и не в моих правилах повторять что-либо дважды.
– Зато в ваших правилах целовать незнакомых девушек, верно? – парировала я.
– Узнать ответ на этот вопрос и есть цель вашего звонка? – он еще и издевается!
Я взбесилась и высказала все, что думаю о таких, как этот сноб:
– Цель моего звонка сказать, что вы козел. С золотыми рогами! – выкрикнула в трубку и сбросила звонок.
Моя карьера бортпроводницы бесславно завершилась из-за одного нервного богача, который решил справиться с боязнью летать с помощью моего поцелуя. Теперь он предлагает мне другую должность: своей фиктивной жены. Стоит ли соглашаться?
– Чтобы вы извинились за свое поведение! – потребовала у него.
– Я уже извинялся и не в моих правилах повторять что-либо дважды.
– Зато в ваших правилах целовать незнакомых девушек, верно? – парировала я.
– Узнать ответ на этот вопрос и есть цель вашего звонка? – он еще и издевается!
Я взбесилась и высказала все, что думаю о таких, как этот сноб:
– Цель моего звонка сказать, что вы козел. С золотыми рогами! – выкрикнула в трубку и сбросила звонок.
Моя карьера бортпроводницы бесславно завершилась из-за одного нервного богача, который решил справиться с боязнью летать с помощью моего поцелуя. Теперь он предлагает мне другую должность: своей фиктивной жены. Стоит ли соглашаться?
Я была наивной дурой и верила, что любимый человек не может предать. А он не просто предал, а обокрал и безжалостно выкинул на улицу, как ненужную вещь.
Я не простила этого!
Я поднялась с колен и вернулась в родной город, чтобы растоптать предателя.
Я не простила этого!
Я поднялась с колен и вернулась в родной город, чтобы растоптать предателя.
Выберите полку для книги