Читать и слушать книги

– Это что, твоя жена? – тихо спросила девушка, испуганно посмотрев на меня.
– Машуль, подожди меня у машины, я сейчас приду.
Подтолкнув девушку в сторону парковки и дождавшись, когда она уйдёт, Марк недовольно и зло нахмурился. Но, судя по тому, что он опустил взгляд, злился он на себя.
– И как это понимать? Зачем отослал Машулю?
– Марина, не начинай!
– Ну давай, поведай мне о своей неземной любви к этой девушке, против которой ты не смог устоять. А заодно расскажи, почему ты продолжаешь жить со мной, когда...
– Я от тебя ухожу, – перебил меня Марк, ещё и тяжко вздохнул, мол, это решение далось ему с трудом.

– Если не хочешь, чтобы твою силиконовую задницу подстрелили, двигай за мной…
– Да как ты смеешь?! Между прочим, у меня всё своё, натуральное!
– Как в деревне у бабули? Свежо предание…
– А ты-то своё хозяйство давно проверял?
– Нахалка!
– Хам! И не лапай меня… – взвыла я, ощутив его ладони на своей талии.
– Успокойся! Я всего-то помогаю тебе перелезть через забор!
Тут он неожиданно подтолкнул меня вверх, нагло схватив за ягодицы.
– Руки убери, извращенец!
– А ты не дёргайся, а то свалишься прямёхонько на моё… хм… хозяйство.

Что делать, когда твой друг обвинил тебя в том, что ты стала другой? Потом еще и признался в кое-чем. А ты так некстати решила помириться с бывшим, ведь ты до их пор любишь его. У вас уже свадьба на носу. Но почему тогда ты так остро реагируешь на ссору с другом? Почему тебе так важно его присутствие в своей жизни? Готова ли ты ради него отказаться от воссоединения семьи?

ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!
— Мне нужен адвокат. Лучший в городе. Я хочу развода с Вероникой.
Мой бывший Артем стоял передо мной как ни в чем не бывало.
Семь лет назад он разбил мне сердце и ушел к другой, а теперь хочет, чтобы я занялась его разводом. Еще и не зная, что тогда я уже была от него беременной…
— Хорошо, Артем. Я возьму твое дело.
Он замер, не веря.
— Уверена?
— Да, но это будет не просто развод, — я обернулась, и мой взгляд был холоднее льда. — Это будет казнь. Твоей жены. Твоего свекра. Твоих иллюзий. Я разнесу твой мир в щепки. И это будет стоить тебе очень, очень дорого. Я выжгу из тебя всю ту грязь, в которую ты себя добровольно окунул. Готов ли ты заплатить такую цену?
Бывший нервно сглотнул и молчаливо кивнул.
Игра началась, дорогой!

- Пиши так: «Половину жене, я зажал. Мне и моей беременной женщине нужнее». Чего застыл? Мне повторить? Распишись и поставь дату. А я сразу же подпишу твои бумажки. И всё. Считай, в расчёте!
- Нина! Я не хотел, чтоб так!
- А как ты хотел? Чтоб я послушала, что ты кого-то там обрюхатил, что тебе, нажитое за четверть века, нужнее, а потом сказала «спасибо» и благословила на ход ноги?
- Опять цирк начинается?
- Шапито. Это гастролирующий цирк, если не знал. И он сейчас переезжает. Всё, Руслан, заканчиваем! Смирись, что ты – непорядочен! Смирись, что ты не дотянул даже свою неестественно «благородную» маску, как ты сам её себе видел! Смирись, что ты всё изговнил, и сделал так, чтобы я ни разу ни о чём не пожалела! Пожалуй, за это скажу «спасибо».

Меня зовут Ульяна Дворцова, мне пятьдесят лет, и я только сейчас понимаю, что не жила — существовала.
Тридцать лет я была идеальной женой. Готовила борщи, которые любил муж-дальнобойщик, гладила его рубашки, ждала из рейсов и не задавала лишних вопросов. Растила дочь Катю, работала мерчандайзером, улыбалась, когда нужно, и молчала, когда не нужно.
Катя выросла, вышла замуж, и я вдруг оказалась наедине с пустотой собственной жизни.
Что я умею? Кто я без роли жены и матери? О чём мои мечты?
Всё изменилось, когда я узнала, что мой муж мне изменяет. Не просто изменяет, живёт двойной жизнью уже много лет. Мир, который я считала стабильным и правильным, рухнул в одночасье.

Одно предложение с очень чёткими условиями, включая отсутствие поцелуев. Это должно упростить всё, сделать более профессиональным. Простая граница, которую я могу соблюдать. Но сможет ли он?
Я смотрю на шестизначную цифру в своей руке, и каждый месяц сумма становится немного больше. Я никогда не смогу её выплатить. Не в этой жизни, если только… не приму предложение отца моей лучшей подруги.
Четыре недели – срок моей финансовой свободы. Эти деньги полностью покроют мой долг.
Но есть одна сложность: его дочь, Амелия, моя соседка по квартире. Моя лучшая подруга. Как я могу принять такое предложение от её отца, не потеряв её?
Мой телефон загорается сообщением. Он хочет встретиться. Он хочет ответа, и я начинаю понимать, что такое настоящее искушение. Четыре недели – это всё, что нужно, чтобы начать всё сначала – обеспечить своё будущее. Но когда наши губы наконец встречаются в момент слабости, я не знаю, хватит ли этих четырёх недель.

- «Ну спасибо, братик, что напомнил, кто в нашей семье Иван-дурак», - надув губы и сложив руки на груди, говорю я.
- «Все, извини меня. Ты же знаешь, что я любя. Я всегда за тебя, в любой ситуации. Я рад, что ты снова дома», - обнимая и целуя меня в макушку, говорит брат.
Крепко обнимаю родного братика в ответ. И правда, как хорошо, что я дома. Так уютно и спокойно, ну, почти спокойно.
Меня зовут Яся, мне двадцать шесть лет. Я сбежала от мужа и вернулась в отчий дом, в свой родной город. Да-да, именно сбежала. Пока мой супруг был в очередной командировке по работе, я собрала свои вещи, села в поезд, и вот, спустя трое суток в дороге, я снова дома, в котором не была уже лет пять точно.

— Майя, радуйся. Мужчина берёт вторую жену — это честь.
— Честь? Когда меня обманывают в моём доме? Это позор.
Муж привёл в дом девочку и прикрылся словом «традиция».
Родня велела молчать, свекровь пригрозила: «дети останутся с отцом».
Но я не мебель, которую можно переставить. Я говорю вслух то, что привыкли прятать за тишиной. И если для них я стану «позорной женой» — пусть. Я выберу правду, даже если придётся идти против всех.

— Ты убила моего брата. Ты ведь даже не заплакала. Там, в палате. Даже слезинки не проронила.
Отвожу взгляд.
— Я держала его за руку, когда он уходил. Я не плакала, потому что он не хотел, чтобы я делала из этого трагедию. Он…
— ЗАТКНИСЬ! — Артём лупит кулаком по стене рядом со мной. — Замолчи, Лена! Замолчи!
Вздрагиваю от испуга.
— Прекрати.
— Нет. Ты хотела суд — ты получила. Ты хотела быть доверенным лицом — ты им стала. Тебе досталось всё: власть, ответственность, финальное слово. Теперь живи с этим! А я не могу. Я развожусь с тобой, Лена!

Спустя четыре года мы встретились в одной больнице. Он пытается добиться моего увольнения, а я — не потерять себя рядом с ним.