Читать и слушать книги
После двенадцати лет брака идеальный муж выставил меня за дверь ради молодой любовницы. Оставил без копейки, цинично оформив нашу роскошную квартиру и машину на свою мать. Я оказалась на улице под ледяным дождем с одним-единственным чемоданом. Моим последним пристанищем стала убитая хрущевка на окраине, доставшаяся в наследство. Я думала, что это абсолютное падение в бездну, особенно когда в первую же ночь на гниющей кухне разорвало трубу.
Но именно этот ледяной потоп привел на мой порог его.
Роман — огромный, хмурый и невероятно надежный сосед снизу. Он пришел разнести меня за испорченный ремонт, а в итоге молча перекрыл воду и спас меня. И предложил сделку, которая перевернула всё.
Мой бывший муж уверен, что я сломаюсь и прибегу просить денег. Он жестоко ошибся. Теперь за моей спиной стоит мужчина, который решает проблемы делом, а не словом. Мужчина, рядом с которым я больше никогда не буду просто «удобной». И бывший еще горько пожалеет о том, кого потерял.
Но именно этот ледяной потоп привел на мой порог его.
Роман — огромный, хмурый и невероятно надежный сосед снизу. Он пришел разнести меня за испорченный ремонт, а в итоге молча перекрыл воду и спас меня. И предложил сделку, которая перевернула всё.
Мой бывший муж уверен, что я сломаюсь и прибегу просить денег. Он жестоко ошибся. Теперь за моей спиной стоит мужчина, который решает проблемы делом, а не словом. Мужчина, рядом с которым я больше никогда не буду просто «удобной». И бывший еще горько пожалеет о том, кого потерял.
❤️Два года назад я сбежала от мужа и забрала с собой сына.
Спряталась в провинциальном городе и попыталась забыть того, кто разбил мне сердце.
Но сегодня он меня нашёл…
– Аня, ты же понимаешь, что я не отдам тебе сына?
– Ренат, пожалуйста, Дамир ещё маленький, я ему нужна…
– Ну тогда ты вернёшься домой вместе с ним. Не захотела жить в сказке, будешь жить в аду.
Вот только Башаров не учёл, что в преисподней место и для него найдётся…
Спряталась в провинциальном городе и попыталась забыть того, кто разбил мне сердце.
Но сегодня он меня нашёл…
– Аня, ты же понимаешь, что я не отдам тебе сына?
– Ренат, пожалуйста, Дамир ещё маленький, я ему нужна…
– Ну тогда ты вернёшься домой вместе с ним. Не захотела жить в сказке, будешь жить в аду.
Вот только Башаров не учёл, что в преисподней место и для него найдётся…
— Я же всё равно рано или поздно тебя закрою, — говорю я, стоя в обезьяннике, привалившись спиной к решётке. Голос звучит твёрдо, но внутри всё дрожит от напряжения. — Допрыгаешься, мажорчик.
— А может, вместе попрыгаем? — Точилин в один шаг пересекает камеру и прижимается ко мне, вдавливая в металлические прутья. Его дыхание обжигает кожу на шее. Он смотрит на меня насмешливо, дерзко, с вызовом. — Как ты на это смотришь? — его шёпот звучит так близко, что мурашки бегут по спине.
Горячая волна бежит по напряжённому телу, когда мужская рука скользит по моей щеке, подбираясь к губам. Я чувствую терпкий, с нотками цитруса и древесины запах его одеколона. В груди что‑то сжимается, но я резко перехватываю широкую кисть и завожу ее за спину Глеба. Он слегка кривится от боли, но не произносит ни слова. Я наклоняюсь ближе, прикасаюсь к гладко выбритой щеке языком и шепчу:
— Шалишь, мальчик. Ещё раз протянешь ко мне руки — останешься инвалидом.
— А может, вместе попрыгаем? — Точилин в один шаг пересекает камеру и прижимается ко мне, вдавливая в металлические прутья. Его дыхание обжигает кожу на шее. Он смотрит на меня насмешливо, дерзко, с вызовом. — Как ты на это смотришь? — его шёпот звучит так близко, что мурашки бегут по спине.
Горячая волна бежит по напряжённому телу, когда мужская рука скользит по моей щеке, подбираясь к губам. Я чувствую терпкий, с нотками цитруса и древесины запах его одеколона. В груди что‑то сжимается, но я резко перехватываю широкую кисть и завожу ее за спину Глеба. Он слегка кривится от боли, но не произносит ни слова. Я наклоняюсь ближе, прикасаюсь к гладко выбритой щеке языком и шепчу:
— Шалишь, мальчик. Ещё раз протянешь ко мне руки — останешься инвалидом.
Бандиты обезврежены, муж спасён, а бухгалтер Лиза Мышкина наконец-то разобралась, что дебет с кредитом сводятся не только в отчётах, но и в отношениях. Но не тут-то было.
Один неосторожно подслушанный разговор - и семейное счастье трещит по швам. Лиза стремительно покидает райский остров, оставляя Алекса с разбитой бровью и разбитым сердцем. Впереди - Москва, холодный октябрь, папины огурцы и коллекция резиновых уточек, которые не предают.
Алекс же решает, что терять нечего, и летит через океан… Вот только в московской квартире его ждёт не только Лиза, но и её папа с трёхлитровой банкой огурцов и бутылкой с сюрпризом.
Смогут ли бухгалтер и миллионер свести свои чувства без ошибок на две строки? Удастся ли Дейву покорить русские валенки? И выживет ли американская печень после папиного самогона?
«Пышка на острове - 2» - это романтическая комедия про то, как любовь проверяется расстоянием, ревностью и способностью вовремя признаться в главном.
Один неосторожно подслушанный разговор - и семейное счастье трещит по швам. Лиза стремительно покидает райский остров, оставляя Алекса с разбитой бровью и разбитым сердцем. Впереди - Москва, холодный октябрь, папины огурцы и коллекция резиновых уточек, которые не предают.
Алекс же решает, что терять нечего, и летит через океан… Вот только в московской квартире его ждёт не только Лиза, но и её папа с трёхлитровой банкой огурцов и бутылкой с сюрпризом.
Смогут ли бухгалтер и миллионер свести свои чувства без ошибок на две строки? Удастся ли Дейву покорить русские валенки? И выживет ли американская печень после папиного самогона?
«Пышка на острове - 2» - это романтическая комедия про то, как любовь проверяется расстоянием, ревностью и способностью вовремя признаться в главном.
Двенадцать лет я строила бизнес мужа. А в награду получила его измену на нашем же диване и тридцать пять миллионов чужих долгов. Банк забирает квартиру, коллекторы угрожают, а бывший цинично заявляет, что я была лишь удобным обслуживающим персоналом.
Единственный выход — исчезнуть. Сбежать в глухой карельский лес, устроившись экономкой на строящуюся базу отдыха. Теперь моя реальность — непролазная грязь, ледяной ветер и суровый босс с тяжелым взглядом, который с ходу обещает, что я сломаюсь на вторые сутки.
Но я не сломаюсь. Я выживу, наведу здесь свои порядки и заставлю этого невыносимого мужчину смотреть на меня иначе. И когда мне покажется, что я наконец-то нашла свое безопасное убежище, прошлое нанесет новый удар.
Бывший муж выяснил, где я прячусь. Он мчится сюда, уверенный, что легко раздавит одинокую, бесправную беженку. Он просто еще не знает, чью территорию собирается нарушить... И какой хищник теперь стоит за моей спиной.
Единственный выход — исчезнуть. Сбежать в глухой карельский лес, устроившись экономкой на строящуюся базу отдыха. Теперь моя реальность — непролазная грязь, ледяной ветер и суровый босс с тяжелым взглядом, который с ходу обещает, что я сломаюсь на вторые сутки.
Но я не сломаюсь. Я выживу, наведу здесь свои порядки и заставлю этого невыносимого мужчину смотреть на меня иначе. И когда мне покажется, что я наконец-то нашла свое безопасное убежище, прошлое нанесет новый удар.
Бывший муж выяснил, где я прячусь. Он мчится сюда, уверенный, что легко раздавит одинокую, бесправную беженку. Он просто еще не знает, чью территорию собирается нарушить... И какой хищник теперь стоит за моей спиной.
Я пришла на деловой вечер за полезным контактом, а попала на праздник успеха бывшего мужа. С баннером, новой женщиной и моей старой фамилией на бейдже.
Он хотел красиво поблагодарить меня за прошлое.
А я вдруг решила вернуть себе настоящее.
И всё бы закончилось скандалом, если бы рядом не оказался мужчина, который понял главное: меня не нужно спасать. Меня нужно просто увидеть.
Он хотел красиво поблагодарить меня за прошлое.
А я вдруг решила вернуть себе настоящее.
И всё бы закончилось скандалом, если бы рядом не оказался мужчина, который понял главное: меня не нужно спасать. Меня нужно просто увидеть.
Тысяча игроков. Один город-лабиринт. Сорок восемь часов до того, как останется только победитель.
⏱️ Чунцин не спит. Чужая рука смыкается на запястье Сун Мэйли, и на нём загорается чёрный браслет с таймером. Игра, в которую не записываются. Партнёра не выбираешь.
🖤 Ей достался ОН. Атлетичный, дерзкий, бегущий по крышам так, будто город под ним музыкальный инструмент. Лю Чжэнь уходит от любой погони. Не умеет только одного - оставаться.
⚡ И самое опасное в этой паре не ножи преследователей. Самое опасное - ток, что бьёт между ними с первой секунды. А в Игре, где побеждает холодная голова, то, что заводит, стоит жизни.
🩸 Бежать. Не доверять. Не влюбляться. Из трёх правил они нарушат все.
💋 Высокое напряжение, смертельный риск и химия, от которой невозможно дышать.
⏱️ Чунцин не спит. Чужая рука смыкается на запястье Сун Мэйли, и на нём загорается чёрный браслет с таймером. Игра, в которую не записываются. Партнёра не выбираешь.
🖤 Ей достался ОН. Атлетичный, дерзкий, бегущий по крышам так, будто город под ним музыкальный инструмент. Лю Чжэнь уходит от любой погони. Не умеет только одного - оставаться.
⚡ И самое опасное в этой паре не ножи преследователей. Самое опасное - ток, что бьёт между ними с первой секунды. А в Игре, где побеждает холодная голова, то, что заводит, стоит жизни.
🩸 Бежать. Не доверять. Не влюбляться. Из трёх правил они нарушат все.
💋 Высокое напряжение, смертельный риск и химия, от которой невозможно дышать.
Сергей выходит в коридор. Совершенно расслабленный, он вытирает мокрые волосы полотенцем и делает шаг в сторону комнаты и тут его взгляд натыкается на меня.
Он замирает. Я вижу, как за долю секунды из его лица исчезает вся кровь, делая его серым, как пепел. В глазах вспыхивает животный, неподдельный ужас.
Тишина становится оглушительной, поглощая даже музыку. Я сижу в кресле, нога на ногу, прямо и неподвижно, глядя в его расширенные глаза.
— Серёжа, тяжёлая смена была, и ты решил помыться? — мой голос звучит в этой тишине идеально ровно.
Он замирает. Я вижу, как за долю секунды из его лица исчезает вся кровь, делая его серым, как пепел. В глазах вспыхивает животный, неподдельный ужас.
Тишина становится оглушительной, поглощая даже музыку. Я сижу в кресле, нога на ногу, прямо и неподвижно, глядя в его расширенные глаза.
— Серёжа, тяжёлая смена была, и ты решил помыться? — мой голос звучит в этой тишине идеально ровно.
Ужин остыл к десяти. Свечи догорели. Он так и не пришёл.
Вика не плакала. Она стояла у стола с двумя бокалами и думала: я накрывала на годовщину, а он даже не вспомнил.
Потом был взрыв. Не метафора — настоящий: мир рухнул в один вечер, когда она узнала. Развод. Кабинет адвоката, пахнущий кофе и бумагой. Чужое лицо в зеркале, потому что женщина, которая смотрит оттуда, ей незнакома.
Дочь. Садик. Кроссовки, которые жмут. Калькулятор ночью на телефоне. Другой воздух — тот, которым дышишь, когда наконец перестаёшь быть удобной.
А потом — галерея, аукцион, человек, который смотрит так, будто видит её целиком. И бывший муж, который не собирается уходить тихо.
Эта книга — про женщину, которая встала из-за стола. Про развод, который стал войной. Про любовь, которая приходит, когда ты к ней не готова. И про цену, которую платят те, кто осмелился жить заново.
Изменил — получай. Не месть.
Свободу.
Вика не плакала. Она стояла у стола с двумя бокалами и думала: я накрывала на годовщину, а он даже не вспомнил.
Потом был взрыв. Не метафора — настоящий: мир рухнул в один вечер, когда она узнала. Развод. Кабинет адвоката, пахнущий кофе и бумагой. Чужое лицо в зеркале, потому что женщина, которая смотрит оттуда, ей незнакома.
Дочь. Садик. Кроссовки, которые жмут. Калькулятор ночью на телефоне. Другой воздух — тот, которым дышишь, когда наконец перестаёшь быть удобной.
А потом — галерея, аукцион, человек, который смотрит так, будто видит её целиком. И бывший муж, который не собирается уходить тихо.
Эта книга — про женщину, которая встала из-за стола. Про развод, который стал войной. Про любовь, которая приходит, когда ты к ней не готова. И про цену, которую платят те, кто осмелился жить заново.
Изменил — получай. Не месть.
Свободу.
Меня ищет папочка и Леший, причём оба с одним желанием - наказать.
Хорошо, что про эту «норку» никто не знает, тут я могу отсидеться и подумать, как выпутаться, чтоб не жениться по желанию папочки, и чтоб Леший отвалил от меня с претензиями. Башка гудит, а тут какая-то зараза в дверь позвонила. Так звонят, когда знают, что дома кто-то есть.
Не понял! Перед дверью моей «норки» стоит коляска с ребёнком.
- Ты чей? - спрашиваю я. Мелкий выплёвывает соску, открывает рот и орёт.
- Оперный театр! Тише ты!
«Это твой сын». Всё!!! Ни подписи, ни номера телефона, ни имени ребёнка.
- Слушай, мелкий. Я понятия не имею, кто ты и откуда. Может, ты мой сын, в чём я очень сомневаюсь. Может, это шутка, прикол такой... Неважно. Сейчас у меня две проблемы: четверо здоровенных мужиков, верные псы моего папули, и ещё трое – шестёрки Лешего. Теперь нарисовалась третья проблема – ты, хоть и самая маленькая, зато самая громкая.
Судьба подкинула сюрприз! Что теперь с ним делать? Не бросать же...
Хорошо, что про эту «норку» никто не знает, тут я могу отсидеться и подумать, как выпутаться, чтоб не жениться по желанию папочки, и чтоб Леший отвалил от меня с претензиями. Башка гудит, а тут какая-то зараза в дверь позвонила. Так звонят, когда знают, что дома кто-то есть.
Не понял! Перед дверью моей «норки» стоит коляска с ребёнком.
- Ты чей? - спрашиваю я. Мелкий выплёвывает соску, открывает рот и орёт.
- Оперный театр! Тише ты!
«Это твой сын». Всё!!! Ни подписи, ни номера телефона, ни имени ребёнка.
- Слушай, мелкий. Я понятия не имею, кто ты и откуда. Может, ты мой сын, в чём я очень сомневаюсь. Может, это шутка, прикол такой... Неважно. Сейчас у меня две проблемы: четверо здоровенных мужиков, верные псы моего папули, и ещё трое – шестёрки Лешего. Теперь нарисовалась третья проблема – ты, хоть и самая маленькая, зато самая громкая.
Судьба подкинула сюрприз! Что теперь с ним делать? Не бросать же...
Выберите полку для книги