Читать и слушать книги

Не верю своим глазам!

Мой муж на ходу заправляет рубашку в брюки, приглаживает волосы и оглядывается по сторонам.

Следом появляется Катя, румяная и растрепанная. На губах размазанная помада, волосы всклокочены.

Я не слепая и не дура. Нет сомнений, чем эти двое занимались в уборной.

В моей голове воет сирена, но вокруг все остается прежним. Люди, музыка, смех.

На голову предателю не рухнул потолок, его не пронзило молнией, и вообще мир поразительно безразличен к моей трагедии.

Было бы приятно, если бы кто-нибудь хотя бы завопил что-то вроде: «Внимание! Здесь только что умер один брак! Просим всех сохранять спокойствие».

Ты заигрался, милый. И ты пожалеешь.

💉💉💉РОМАН ЗАВЕРШЕН 💉💉💉

Я пришла на практику в больницу обычной девственницей: пышной, закомплексованной и уверенной, что такие, как я, не нужны мужчинам вроде Мирона Власова.
А он ведущий хирург, главный красавчик и бабник всего отделения.
Татуированный, харизматичный подонок, от которого сходят с ума все медсестры и пациентки.
Для него я была просто новой забавой. «Пышкой для разнообразия».
Он соблазнил меня. А я отдала ему все: и тело, и сердце.
Запретная практика обернулась самым большим грехом в моей жизни.
Интересно, что из этого вышло? Мне самой даже очень.
Но сможет ли этот самоуверенный бабник понять, что потерял, или я навсегда останусь для него «просто пышкой»?

— Соня, пять минут и спать, — крикнула я в комнату, застёгивая молнию на рюкзаке. И обернулась к мужу: — Ты чего маячишь? Случилось что на работе?
— Уложи её. Поговорить надо.
— Глеб, ты меня пугаешь.
— Уложи Соню. Я подожду на кухне.
— У меня есть женщина. Другая.
— И что теперь, — спросила я. — Зачем ты мне это говоришь? Покаяться решил? Или…
— Она беременна, Вера!

Война с «Паутиной» закончилась. Вера Волкова, легендарный оперативник ГРУ, наконец-то обрела долгожданный покой на солнечном побережье Франции вместе с мужем Марком Дювалем. Но прошлое не желает отпускать своих героев.
Убийство генерала Кулагина запускает цепную реакцию, вновь втягивая Веру в водоворот шпионских интриг. На этот раз её противник — не просто преступная сеть, а человек, который хочет переписать историю. Доктор Зимин, безумный создатель «Алмазной пыли», готовит операцию «Ничто» — план по стиранию памяти всего человечества.

Юлия жила в доме, где все блестело слишком красиво, чтобы быть правдой. Дорогой особняк, статусный муж, двое детей, безупречная семья — со стороны ее жизнь казалась мечтой. Но за закрытыми дверями этого дома годами зрела ложь.

Когда Юлия узнает, что Владимир ведет двойную игру, ее мир рушится в один миг. Человек, которому она доверяла больше жизни, оказывается холодным, расчетливым и опасным. И теперь он готов забрать у нее самое дорогое — детей, свободу и право на собственную жизнь.

Но Юлия больше не та женщина, которую можно сломать молчанием и страхом. Чтобы выжить и защитить детей, ей придется вступить в борьбу с мужем, который привык побеждать любой ценой. И чем глубже она погружается в его тайны, тем страшнее становится правда о том, кем он был все это время.

Иногда, чтобы спасти себя, нужно разрушить ту жизнь, которую ты когда-то считала счастьем.

— Я заберу у тебя детей, а если рыпнешься — сотру в порошок, — бросил мне муж, обнимая свою новую, молодую любовницу.
За пятнадцать лет брака я отдала ему всю себя, а он вышвырнул меня на улицу ни с чем, оклеветав перед всем городом. Он был всесилен и уверен, что сломал меня. Но не учел одного: человек, которого мой бывший боится больше всего на свете, внезапно предложил мне свою защиту.

Я не верила в любовь с первого взгляда. До тех пор, пока не встретила его.

Ден появился в моей жизни неожиданно и очень быстро стал тем человеком, рядом с которым я чувствовала себя особенной.

Он смотрел на меня так, будто я была самым важным человеком в его мире. Он умел заботиться, умел удивлять и умел делать так, чтобы я улыбалась.

Рядом с ним мне казалось, что я наконец-то нашла ту самую любовь, о которой мечтала.

Только иногда мы слишком сильно хотим поверить в счастливый конец.

Настолько сильно, что перестаём замечать то, что происходит прямо перед глазами.

«Любить нельзя уйти».

Наиль замирает в паре сантиметров. Дыхание тяжелое, как у зверя после загона.

— Я сказал — молчать, — глухо, почти по слогам. — Не просить, не ныть. Просто делай, что я говорю.

Смотрю на него. Он красивый, конечно, но сейчас от него такая агрессия прет, что перехватывает дыхание. Лицо перекошено, глаза горят какой-то больной, почти животной жаждой. Страшно.

— Наиль, ты перегрелся, выдохни, — пытаюсь вернуть его в реальность, но это только подливает масла в огонь.

Он делает резкий шаг вперед, нависая всей массой. Взгляд — тяжелый, в упор, в нем сейчас только голод. Смотрит так, будто я кусок мяса, который он собирается разорвать.

Его рука резко ложится на мой подбородок, сжимает жестко, пальцы впиваются в кожу.

— Ты больше рта не открываешь, — говорит тихо, почти в губы, и в голосе ни капли игры. — Твоя работа теперь — лежать и принимать всё, что я буду с тобой делать. И только попробуй дернуться.

Я хотела всего лишь удержать старый пансионат, пережить развод и доказать бывшему мужу, что без него не пропаду.

А получила капитана Игоря Северцева.

Он появился с документами, чемоданом и взглядом мужчины, который привык заходить в любую дверь так, будто её уже открыли по приказу. Сказал, что теперь отвечает за порядок, безопасность и ремонт.

Я сразу предупредила: командовать мной бесполезно.

Северцев спокойно ответил, что не собирается командовать. Он собирается остаться рядом.

И всё бы ничего, если бы рядом с ним я снова не начала верить мужчине. А это куда опаснее любого приказа.

Потому что капитан ещё не знает: человек, из-за которого он приехал в наш город, когда-то разрушил мою жизнь.

Меня похитили по ошибке. Вместо хрупкой модели люди опасного кавказца привезли меня — художницу плюс-сайз с острым языком и талантом влипать в неприятности.
Теперь я пленница в роскошном доме мужчины, которого должна ненавидеть. Но чем дольше я остаюсь рядом с Тимуром, тем сложнее не замечать его взгляд, заботу и то безумное притяжение, которое между нами вспыхивает.
Вот только в его мире за ошибки платят слишком дорого… А я, кажется, готова рискнуть сердцем.