Читать и слушать книги

Она ненавидит его за наглость, перекрытую парковку и вечную ухмылку «хозяина жизни».
Он считает её колючей выскочкой, которую так и подмывает проучить.
Судьба (или неисправный трос) запирает их в стальной ловушке между этажами.
У них есть всего несколько часов в замкнутом пространстве, где ненависть плавится, превращаясь в первобытную жажду. Но что произойдет, когда двери откроются? Ведь завтра утром она придет на собеседование в компанию своей мечты...

Захожу в свой кабинет и вижу в кресле девчушку лет трех-четырех на вид.
— Здласте, вы ко мне? — спрашивает она деловым тоном, глядя на меня поверх моих же очков.
Ох ты ж, какая наглая пуговица!
— Я в свой кабинет. А ты кто такая? — спрашиваю серьезно, но не могу сдержать улыбку.
— Я Островская, — бордо отвечает она, — у меня тут встлеча.
Островская? Только слышу фамилию бывшей, и накрывают воспоминания. Пять лет прошло… Я стискиваю зубы.
— Но, если докажете, что кабинет плавда ваш, я уступлю кресло, — продолжает она.
— Маша! Вот ты где! — раздается до боли знакомый голос за спиной.
Я оборачиваюсь.
— Оля?
— Олег?! — Моя бывшая рыжая бестия смотрит на меня круглыми глазами. — Машуня, мы уходим, — зовет она дочь.
— Нет, Оля, пожалуй, задержитесь, — останавливаю их, а сам гляжу на девочку и вижу в ней семейные черты.

— Ты бросаешь меня после того, как я тебе жизнь спасла? В тот момент, когда я больше всего на свете в тебе нуждаюсь? — сидя на больничной койке, смотрю на мужа, который пришел сообщить мне "новость" о разводе.
— Мне выдался второй шанс на счастье, и я хочу им воспользоваться по полной, — пожимает плечами Лев, в его глазах нет ни капли раскаяния. — Прости, но чахнуть сидя у кровати больной жены, я не собираюсь.
А я ведь "чахла" и даже почку мужу отдала, когда его обе отказали. А он... он отплатил мне изменой.
— Лучше жить полной жизнью с моей племянницей ?
— Ты знаешь? — удивляется он, а потом отмахивается. — Неважно. Да, я влюбился в Кристину, и уверен, мы с ней можем построить что-то стоящее, а ты... ну... не болей.

Десять лет! Десять лет брака закончились тем, что я поняла, что даже самым родным людям доверять нельзя. Но на этом мои испытания не закончились.

Михаил взял трубку и вышел на балкон. Он вообще стал часто разговаривать по телефону при закрытых дверях.
До меня доносились только обрывки фраз:
- Нет, не сейчас…
- Нет, не надо приходить…
- Потом…
- Нет, она ничего…
Когда он вернулся, лицо у него было раздражённое.
- Кто звонил? - прямо спросила я.
- По работе.
- Так поздно?
- У людей бывают такие работы, с которых звонят поздно. Ир, прекрати! Это уже паранойя.
Вот эта фраза меня и добила.
Потому что “паранойя” - очень удобная мужская отговорка. Обтекаемая. Одним этим словом можно закрыть женщине рот и заставить её сомневаться в самой в себе.
Если бы он, к примеру, вспылил, то я бы, может, даже легче это восприняла. Если бы начал оправдываться слишком рьяно - тем более. Но он сказал именно это. Спокойно. Словно поставил мне психиатрический диагноз.

Я иду в спальню.
Кровать заправлена. Подушки ровные, покрывало без морщин. Я сама заправляла её позавчера, уезжая в аэропорт. Так и стоит. Хорошо. Значит, он был дома мало, или вообще не ночевал, или...
Моя прикроватная тумбочка.
На ней что-то лежит.
Я подхожу. Наклоняюсь. И несколько секунд просто смотрю, потому что мой мозг – отказывается сложить увиденное в слова.
Браслет. Тонкий, золотой, с мелкими бриллиантами по всей длине. Дорогой – я умею оценивать такие вещи, у меня насмотренный глаз. Женский. Не мой – я не ношу таких браслетов, я вообще почти не ношу украшений, только обручальное кольцо и бабушкины серьги по праздникам. И на застёжке – маленькая пластинка, инициалы. «Д.Л.»
Я сижу на полу.
Не помню, как оказалась на полу. Просто в какой-то момент ноги перестали держать, и я оказалась здесь – спиной к кровати, ногами на холодном паркете, браслет у меня в руках. Держу его на ладони. Смотрю на инициалы.
Д.Л.
Кто-то БЫЛА здесь!!! В нашей спальне...

Двухтомник в одной книге. Студентка-медик Василиса привыкла решать всё сама. Однажды в клубе она встречает Платона Корсака — опасного наследника империи.
Вспышка страсти перерастает в нечто большее, но за красивой сказкой скрывается тьма. Василисе приходится сделать невозможный выбор и исчезнуть.
Спустя пять лет судьба сводит их снова. Сможет ли она довериться прошлому и дать шанс тому, кто однажды разрушил их любовь?

— Аня, ты не так всё поняла! Мне спину прихватило, а Алисочка просто делала мне массаж! — скулит мой муж, пятясь по чужому газону и прикрывая голое достоинство диванной подушкой.
— Массаж? С моей дочерью? — ледяным тоном чеканит наш новый сосед, передергивая затвор охотничьего ружья.

Пятнадцать лет отношений уместились в пару чемоданов. Мой благоверный решил променять меня на молодую куклу и оставить без копейки.
Шах и мат, милый? Как бы не так. Я заберу свое, а ты так и останешься без штанов!

– Я десять лет сплю с твоим мужем! Он отец моих детей! – заявляет моя лучшая подруга.
Она снимает со спины ружьё, заряжает и направляет на меня дуло.
Волна страха прокатывается от макушки до самых пяток. Я невольно пячусь назад.
– Игорь уже давно тебя не любит! – продолжает орать как резаная. – Он не ушёл от тебя лишь по одной причине. Половина компании принадлежит тебе. Он боялся потерять бизнес!
По документам я и в самом деле совладелец компании. Но я и подумать не могла, что моя доля – единственная ниточка, на которой держится наш брак.
Я была уверена, у нас настоящая любовь! Двадцать лет брака, двое сыновей, дом – полная чаша! А на деле – предатель долгие годы спал с моей подругой.
– Но в случае твоей смерти компанию делить будет не с кем! – кладёт палец на спусковой крючок. – Как удачно мы встретились в лесу! Мне и моим детям надоело находиться на вторых ролях. Пора восстановить справедливость!
Раздаётся оглушительный выстрел, я падаю на землю, и мир растворяется во тьме…

«Всё началось с носков. И курицы, которую я так и не купила. Когда в телефоне мужа всплыло сообщение от любовницы, я поняла: моя семейная жизнь — спектакль с плохим сценарием и решила это изменить. Дальше была история развода без соплей, с честностью, кофе и шуруповёртом соседа снизу. История о том, как перестать быть вешалкой для чужих ожиданий и наконец выдохнуть: «А жить-то, оказывается, можно».»

— Что вы себе позволяете? — раздается низкий голос с легким акцентом у меня над головой.
— Простите?
— Я говорю, что вы делаете? — высокий темноволосый мужчина кивает в сторону качелей, где пацан пытается отцепить руки Дашки от качели, а моя дочь орет на всю площадку «Отвали!». — У вас не ребенок, а малолетняя хамка!
Мои глаза расширяются от возмущения!
— Хамка? — чувствую, как кровь приливает к лицу.
— Да, хамка, которая хамит моему сыну!
— А ваш натуральный бандит! — рычу в ответ. — Это вы его учите, что можно хватать девочек за руки?
— Вы… горе-мамаша, — цедит он сквозь зубы. — Управы на вас нет. Потом вырастают из таких девочек женщины, которые не уважают мужчин. Истерички, которые думают, что мир вертится вокруг них.

Кто же знал, что этот хам окажется моим новым боссом… о котором я буду думать непозволительно часто.