Книги в жанре «Любовные романы»
Он не признаёт отказа. Особенно — от неё.
Аслан Джабраилов — мужчина, который сжигает дотла. В его руках — власть, деньги и опасные тайны. В его крови — дикая ревность и желание обладать без остатка.
Полина пришла в его компанию за опытом. А попала в капкан. Он смотрит на неё так, что колени слабеют. Говорит так, что по коже бегут мурашки. И прикасается так, будто уже знает каждый изгиб её тела.
Она ненавидит его за эту самоуверенность. И ненавидит себя за то, что по ночам ждёт его сообщений.
Их связь — как порох. Одна искра — и уже не остановиться. Он умеет быть грубым до дрожи и нежным до безумия. Она учится отвечать ему — сначала вызовом, потом стоном.
Но у Аслана есть прошлое, которое не отпускает. И когда оно врывается в их жизнь, Полина понимает: этот мужчина способен не только сжечь её дотла, но и защитить ценой всего.
Он сказал: «Ты будешь только моя». И доказал это каждой ночью.
Аслан Джабраилов — мужчина, который сжигает дотла. В его руках — власть, деньги и опасные тайны. В его крови — дикая ревность и желание обладать без остатка.
Полина пришла в его компанию за опытом. А попала в капкан. Он смотрит на неё так, что колени слабеют. Говорит так, что по коже бегут мурашки. И прикасается так, будто уже знает каждый изгиб её тела.
Она ненавидит его за эту самоуверенность. И ненавидит себя за то, что по ночам ждёт его сообщений.
Их связь — как порох. Одна искра — и уже не остановиться. Он умеет быть грубым до дрожи и нежным до безумия. Она учится отвечать ему — сначала вызовом, потом стоном.
Но у Аслана есть прошлое, которое не отпускает. И когда оно врывается в их жизнь, Полина понимает: этот мужчина способен не только сжечь её дотла, но и защитить ценой всего.
Он сказал: «Ты будешь только моя». И доказал это каждой ночью.
Она пытается спасти свои отношения, ища новую работу. Он – генеральный, привыкший держать всё под контролем. В том числе и свои чувства. Но один непонятный импульс – и теперь все его правила летят в тартарары. Каждый день она ломает его принципы, а он пытается не потерять голову. Но всегда есть и те, кто не прочь вставить палки в колёса. Ведь испытательный срок длится всего месяц...
Меня зовут Лина, и я ненавижу Егора Горского. С пяти лет наши родители таскают нас друг за другом, как привязанных, и все эти годы он был моим личным наказанием. Вечно рядом, вечно лезет под руку и вечно ухмыляется, будто знает обо мне что-то, чего не знаю я сама. Я мечтаю, чтобы он провалился сквозь землю.
Но когда я спотыкаюсь, он подхватывает меня. Когда меня хотят уничтожить, он встаёт стеной. Он отравляет мне жизнь ежедневно — но стоит кому-то другому посмотреть на меня косо, и этот человек исчезает из нашей вселенной. Я всегда считала это частью его игры. Частью нашей войны. Но если он мой враг — почему каждый раз, когда мне больно, его руки дрожат сильнее, чем мои?
Он называет меня своей «самой нелюбимой», однако так ли это?
Но когда я спотыкаюсь, он подхватывает меня. Когда меня хотят уничтожить, он встаёт стеной. Он отравляет мне жизнь ежедневно — но стоит кому-то другому посмотреть на меня косо, и этот человек исчезает из нашей вселенной. Я всегда считала это частью его игры. Частью нашей войны. Но если он мой враг — почему каждый раз, когда мне больно, его руки дрожат сильнее, чем мои?
Он называет меня своей «самой нелюбимой», однако так ли это?
После похорон свекра я узнаю, что он оставил моей одиннадцатилетней дочери коллекцию из 127 произведений, а меня назначил независимым хранителем.
У меня семь дней на инвентаризацию.
Если я не закончу проверку — умру, исчезну или юридически не смогу продолжать — контроль над коллекцией перейдет к моему бывшему мужу Демьяну. И он получит право продавать картины, чтобы спасти свой выставочный центр от огромного долга.
В первый же день исчезает картина, из-за которой пять лет назад я потеряла работу и почти сразу после этого мужа.
Через несколько часов ее привозят ко мне домой с запиской:
«Савелий умер из-за того, что ты нашла пять лет назад».
Теперь в коллекции скрыта чужая ложь, в смерти Савелия слишком много вопросов, а у Демьяна — слишком много причин молчать.
Чтобы защитить дочь, мне придется закончить проверку и решить, можно ли снова довериться человеку, которому выгодно, чтобы я не дошла до седьмого дня.
У меня семь дней на инвентаризацию.
Если я не закончу проверку — умру, исчезну или юридически не смогу продолжать — контроль над коллекцией перейдет к моему бывшему мужу Демьяну. И он получит право продавать картины, чтобы спасти свой выставочный центр от огромного долга.
В первый же день исчезает картина, из-за которой пять лет назад я потеряла работу и почти сразу после этого мужа.
Через несколько часов ее привозят ко мне домой с запиской:
«Савелий умер из-за того, что ты нашла пять лет назад».
Теперь в коллекции скрыта чужая ложь, в смерти Савелия слишком много вопросов, а у Демьяна — слишком много причин молчать.
Чтобы защитить дочь, мне придется закончить проверку и решить, можно ли снова довериться человеку, которому выгодно, чтобы я не дошла до седьмого дня.
Он не имеет права к ней прикасаться. Она не имеет права его любить. Но как соблюдать субординацию, когда между ними вспыхивает пламя, способное сжечь их обоих?
Буду рада любой поддержке - звездочкам, комментариям, наградкам. ВЫ - моё вдохновение.
Буду рада любой поддержке - звездочкам, комментариям, наградкам. ВЫ - моё вдохновение.
Мое сердце отказывается верить в услышанное стоя в собственной прихожей.
Хотела сделать мужу сюрприз и приехала из командировки на день раньше. Но сюрприз ждал меня.
Правильно говорят, что самое болезненное предательство от близких. Как много я еще не знаю о собственной жизни.
Хотела сделать мужу сюрприз и приехала из командировки на день раньше. Но сюрприз ждал меня.
Правильно говорят, что самое болезненное предательство от близких. Как много я еще не знаю о собственной жизни.
Она - звезда, у которой есть все: контракты, поклонники и жених, который ее обожает.
Но когда этот самый жених оказывается предателем, а карьера трещит по швам, идеальная жизнь превращается в декорацию к фильму-катастрофе.
Выход? Заключить контракт с незнакомцем, который не задает лишних вопросов, зато умеет закрывать ее своей широкой спиной в случае опасности. Правда, у этого незнакомца есть один недостаток - он выводит ее из себя так, что искры летят. А еще, кажется, он единственный, кому плевать на ее звездный статус.
Но когда этот самый жених оказывается предателем, а карьера трещит по швам, идеальная жизнь превращается в декорацию к фильму-катастрофе.
Выход? Заключить контракт с незнакомцем, который не задает лишних вопросов, зато умеет закрывать ее своей широкой спиной в случае опасности. Правда, у этого незнакомца есть один недостаток - он выводит ее из себя так, что искры летят. А еще, кажется, он единственный, кому плевать на ее звездный статус.
— А что тут объяснять? — расслабленно говорит он. — Случилось как случилось. Это жизнь, Кира. Всякое в ней случается.
— Всякое? — С трудом держу внутри эмоции, которые кипят, бурлят и выжигают меня. — Ты привёл её в нашу квартиру. В нашу спальню. Ты изменил мне!
Глеб закатывает глаза.
— Кира, не надо разбрасываться громкими словами. Ну, гульнул я, да. Зачем сразу делать трагедию? Могла бы и глаза закрыть, учитывая, сколько всего я для тебя сделал.
— Я подам на развод.
Глеб только чуть приподнимает бровь. И вдруг довольно улыбается. Будто это именно то, что он хотел услышать.
— Хорошо, — кивает он. — Давай разводиться. Давно пора.
Я встретила его ещё будучи студенткой и думала, что мне очень повезло. Успешный имплантолог, звезда стоматологии. Но я даже не подозревала, сколько в нём подлости и мелочности.
— Всякое? — С трудом держу внутри эмоции, которые кипят, бурлят и выжигают меня. — Ты привёл её в нашу квартиру. В нашу спальню. Ты изменил мне!
Глеб закатывает глаза.
— Кира, не надо разбрасываться громкими словами. Ну, гульнул я, да. Зачем сразу делать трагедию? Могла бы и глаза закрыть, учитывая, сколько всего я для тебя сделал.
— Я подам на развод.
Глеб только чуть приподнимает бровь. И вдруг довольно улыбается. Будто это именно то, что он хотел услышать.
— Хорошо, — кивает он. — Давай разводиться. Давно пора.
Я встретила его ещё будучи студенткой и думала, что мне очень повезло. Успешный имплантолог, звезда стоматологии. Но я даже не подозревала, сколько в нём подлости и мелочности.
Он просто появляется в моей комнате, трогает мои вещи, смотрит так, будто я — вещь, которую можно присвоить. Он называет меня «сестрёнкой» и наблюдает, как я горю от стыда и оттого, что не могу оттолкнуть.
Я не понимаю, зачем ему это.
И боюсь, что однажды мне станет всё равно.
Я не понимаю, зачем ему это.
И боюсь, что однажды мне станет всё равно.
До главного показа — одиннадцать дней. Приглашённая модель ушла, перенос уничтожит сезонный заказ, и владелица ателье Таисия Ветрова сама встаёт перед камерой Глеба Арсеньева.
У неё одно условие: ни один кадр не увидит свет без её согласия. Глеб принимает правила — и снимает Таисию так, будто замечает не только точность каждой линии, но и всё желание, которое она привыкла оставлять при себе. Работа быстро становится слишком личной. Они выбирают откровенную связь без обещаний, уверенные, что сумеют отделить её от контракта.
Но после показа Глеба ждут восемь месяцев съёмок вдали от Ладорска, а Таисия не станет приложением к чужому маршруту. Смогут ли двое взрослых людей выбрать близость, не присваивая будущее друг друга?
У неё одно условие: ни один кадр не увидит свет без её согласия. Глеб принимает правила — и снимает Таисию так, будто замечает не только точность каждой линии, но и всё желание, которое она привыкла оставлять при себе. Работа быстро становится слишком личной. Они выбирают откровенную связь без обещаний, уверенные, что сумеют отделить её от контракта.
Но после показа Глеба ждут восемь месяцев съёмок вдали от Ладорска, а Таисия не станет приложением к чужому маршруту. Смогут ли двое взрослых людей выбрать близость, не присваивая будущее друг друга?
Выберите полку для книги