Читать и слушать книги

Одна ночь без имени. Месяц молчания. И свадьба, где она видит его снова — в смокинге, рядом с женихом, с той же наглой улыбкой.
Он — лучший друг её будущего зятя. Она — мать невесты. Между ними — годы, сотня правил и ни одной причины, чтобы быть вместе.
Но он не отступает. Он врывается в её жизнь, ломает её спокойствие, заставляет чувствовать то, что она так долго прятала. И каждый раз, когда он смотрит на неё, она забывает, что должна быть идеальной.

— Рита… Это не то, что ты подумала! — сказал муж, отстраняя от себя секретаршу.

— Ты изменил мне с ней. Я ухожу, — мой голос звучал чужим, стеклянным.

— Она беременна и просто родит мне ребенка. Я от тебя не отказывался, — он шагнул ближе, морщась.

Слёзы текли по щекам. Но худшее ждало впереди.

Выбежав из офиса, я узнала: горит дом, а в квартире заперт мой сын. Я рванулась туда, задыхаясь в дыму, но сил не хватило.

Очнулась — и не поверила: передо мной сидел пожарный, приводя меня в чувства. В нём я узнала моего бывшего — того, кто шесть лет назад отказался от своего родного сына, которому сейчас угрожала опасность.

— Спаси его… — прошептала я, глядя в знакомые до боли глаза.

О том, что мы с мужем разводимся, я узнала одновременно с двумя миллионами зрителей.

Пятнадцать лет Герман Орлов был лицом популярной программы о любви и отношениях. А я была человеком, который писал ему вопросы, спасал эфиры и находил слова, за которые его любили зрители.

Я никогда не спорила, чье имя стоит в титрах. Мы же семья.

Пока однажды Герман не объявил о нашем разводе в прямом эфире как об «общем решении», не представил женщину, с которой мне предстояло делить не только мужа, но и работу, и не предложил мне самой написать красивую историю нашего расставания.

Я отказалась.

А на следующий день обнаружила, что меня уже вычеркнули не только из его жизни, но и из истории программы, которую я создавала пятнадцать лет.

Теперь мне сорок один. Впервые я должна выяснить, кто такая Стефания Орлова, если больше не пишет правильные слова для мужа. Вернуть свое имя. Создать собственный проект. Не заставить дочь выбирать между родителями.

– Василиса, а я что-то не понял, а что ты здесь делаешь?
– Ну ты уж прости, милый, что я стала подозревать тебя в измене и решила проверить, куда же на самом деле ты поспешил такой нарядный. Не ради же начальника ты так оделся и надушился.
– Понятно. Опустилась до слежки. Хотя это было ожидаемо. Короче, Вася, едь домой. Не надо позориться на людях и закатывать скандалы.
– И ты думаешь, что я вот так просто тебя послушаюсь и подчинюсь? Костя, я не понимаю...
– Не понимаешь? Ладно, я тебе объясню. Ты – жена. С тобой у меня только две ассоциации – быт и рутина. А ещё усталость. А вот Рита – это новые, яркие эмоции. С ней я могу почувствовать себя молодым. И это не просто громкие слова. Она реально меня заряжает своей энергетикой. Рита как загадка, которую я ещё не разгадал, как дикая кошка, которую надо приручить. Теперь понимаешь?

— Аделина, где твой муж?
— В порту. Терминал.
— В одиннадцать вечера там спят даже краны.
— Папа, у него четыреста фур. Где-то всегда что-то горит.
— У меня восемь кварталов, а я здесь.
— Адочка, спина! — мама прошла мимо с той осанкой, за которую в музыкальном театре ей когда-то платили. — Ты стоишь, как продавщица.
— Мам, я сегодня работаю.
— Ты хозяйка. Хозяйка стоит иначе.
Она показала, как именно, и кто-то из гостей зааплодировал, решив, что это часть программы.
Надя подошла с таким лицом, будто уже всё знает, хотя знать ей было нечего.
— Ну? Он хоть позвонил?
— В девять. Сказал, на терминале авария.
— У него каждую пятницу что-нибудь горит, я заметила. Самый горючий порт в стране.
— Надя!!!

— У Аслана есть вторая жена. Она родила ему сына.
— И вы собирались мне сказать?
— Не устраивай сцен. Тебя никто не выгоняет.
— Тогда почему мои вещи уже стоят у ворот?
Пока я занималась семейным банкетным комплексом, муж жил на два дома, а его родня помогала ему.
Они оставили меня без жилья, работы и денег. Но очень скоро, к его несчастью, выяснилось: в делах Аслана слишком многое держалось на женщине, которую он решил заменить.

Дело было так: пришел с работы, жрать охота, а нечего. Собрался и пошел в кабак. А там – компашка, в которой друг оказался школьный, Костик. Подсел к ним, выпил. И понеслось!

Проснулся не у себя дома, и в объятиях некой блондинки с обалденными формами, имя которой не помнил.

- Котик, - свари для нас кофе, плиз! – промурлыкала она.

Я встал, ошарашенный случившимся, натянул штаны, и - какое там кофе! Удрал со скоростью света.

Вечером позвонил друг. Смеясь, рассказал о вчерашнем сабантуйчике, присовокупив, что Инка (блондинка), обижена твоим утренним бегством и ждет продолжения банкета.

- Ни за что! – возмутился я, - и не вздумай дать ей мои координаты.

- Должен будешь! – засмеялся друг, - с тебя магарыч!

— Мы разводимся? Ответь нормально!
Ольга испытующе посмотрела на меня.
— Все бумаги оформлены, мой юрист всё подготовил! Конечно! Смысл дальше жить? Нас ничего не связывает! Дети выросли, и они оба всё понимают, уже и у них у каждого своя жизнь!
— То есть ты так спокойно перечеркнёшь все двадцать пять лет брака?
— Хватит! Двадцати пяти лет там не было! Я тебя прошу!
— Что ты меня просишь! Я всё хорошо знаю!
— Лёша — это ошибка! Я до сих пор виню себя, Гордей! Ты не представляешь, как виню!
— Мне плевать, я тебя никогда не любил, если бы не Маша, то я давно бы ушёл, и ты это прекрасно знаешь! Хватит, Оля, этого цирка! Очень прошу тебя!

- Ей сорок пять сегодня, да? Ого. Это же капец, как много... Я в ее возрасте, наверное, уже просто буду на лавочке сидеть.
​Семен усмехается.
Этот его смешок прожигает меня насквозь.
​- Ну, сорок пять, это еще не совсем старость, но да... Уже не молодуха! Ладно, давай не будем о ней. Я соскучился...
​Стою за дверью и чувствую, как осколками вниз начал сыпаться мой мир, моя выстроенная жизнь.
Профессиональная привычка врача в критический момент отключать эмоции и действовать холодным разумом, сейчас сработала автоматически.
​Берусь за дверную ручку и толчком открываю дверь настежь.
​Дверь ударяется об ограничитель с громким щелчком.
​Семен вздрагивает, резко садится на кровати.
Девчонка визжит и судорожно пытается натянуть на себя скомканную простыню.
​- Ваша беседа, кажется, затянулась, - мой голос звучит удивительно спокойно, как будто я зашла в палату к пациенту, нарушающему больничный режим. - Здравствуй, Сема. С днем рождения меня?

— Моя вторая жена приедет к ужину.
Я готовилась увидеть молодую соперницу. Но в дом входит Зарема — богатая вдова пятидесяти лет, которую моя свекровь ненавидит уже тридцать лет.
Зачем же она согласилась стать второй женой моего мужа?
Ответ я слышу случайно:
— Ты ещё не понял? Я вышла за тебя не потому, что ты мне нужен.
После этого мне становится ясно: Зарема пришла в нашу семью за чем-то другим. И тайна, которую она ищет, способна разрушить гораздо больше, чем мой брак.