Читать и слушать книги
Его яхту знает всё Средиземное море. Меня на ней не должен узнать никто.
Он — Лео Астахов по прозвищу Капитан. Двадцать три, наследник, у которого вместо дома — семидесятиметровая яхта, вечный праздник от Монако до Ибицы. Самый весёлый человек на борту.
Я — младшая стюардесса. Форма, поднос, «как пожелаете». Никто не должен знать, что я дочь реставратора, которого пять лет назад сделали вором, и что на этой яхте спрятана картина, из-за которой уничтожили мою семью. Это мой последний шанс её вернуть.
Но в первую же ночь хозяин яхты увидел меня там, где меня быть не могло. И назначил цену за молчание: до конца рейса я — его девушка.
Теперь каждый его публичный поцелуй — мой щит. Каждая ссора — шаг в пропасть. А хуже всего те полчаса под утро, когда зрители расходятся и он остаётся у борта настоящим. Потому что я эксперт по подделкам...
Он — Лео Астахов по прозвищу Капитан. Двадцать три, наследник, у которого вместо дома — семидесятиметровая яхта, вечный праздник от Монако до Ибицы. Самый весёлый человек на борту.
Я — младшая стюардесса. Форма, поднос, «как пожелаете». Никто не должен знать, что я дочь реставратора, которого пять лет назад сделали вором, и что на этой яхте спрятана картина, из-за которой уничтожили мою семью. Это мой последний шанс её вернуть.
Но в первую же ночь хозяин яхты увидел меня там, где меня быть не могло. И назначил цену за молчание: до конца рейса я — его девушка.
Теперь каждый его публичный поцелуй — мой щит. Каждая ссора — шаг в пропасть. А хуже всего те полчаса под утро, когда зрители расходятся и он остаётся у борта настоящим. Потому что я эксперт по подделкам...
Я переехала в столицу, стараясь избежать свадьбы с мужчиной, выбранного моими родителями. Я докажу им, что сама вправе распоряжаться своей судьбой: где жить, учиться и с кем встречаться. И все почти получилось, пока я не стала жертвой мошенников.
Как выжить в столице без телефона, денег и чемодана? Попросить о помощи. А если из знакомых только сводный брат лучшей подруги, с которым вас связывает не самое радужное прошлое?
И если он согласится, то какую плату попросит взамен? Натурой? Не угадали! Работа по дому — его цена! Вот только я не желаю быть прислугой.
Я хочу совсем другого.
Как выжить в столице без телефона, денег и чемодана? Попросить о помощи. А если из знакомых только сводный брат лучшей подруги, с которым вас связывает не самое радужное прошлое?
И если он согласится, то какую плату попросит взамен? Натурой? Не угадали! Работа по дому — его цена! Вот только я не желаю быть прислугой.
Я хочу совсем другого.
– Ну ты и подонок, Эрик, – моя зависимость, моя одержимость, мой фетиш, смелеет, собирается свалить с моей, мать его, вечеринки!
– Стоять, мелочь мейд ин джапан!
Присвистываю и она оборачивается. Эти малиновые губы сорвут мне тормоза, чесслово.
– И что на этот раз? Что, Виртанен? Опять зажмешь меня, как тогда в библиотеке, поцелуешь и потребуешь потрогать своего дружка?
Отрицательно верчу башкой. Плохо же она меня знает. Я тот, к кому приходят, когда отчаяние достигает апогея. Тот, кто сможет избавить от "проблемы" и реального тюремного срока. Ведь мое сердце - лёд. А вместо крови течет криогенная жижа. Ни пощады, ни жалости, ни страха.
– Долбаный обиженный япошка только и ждёт, когда ты выйдешь отсюда и попадешь к нему в лапы. Оставайся здесь со мной, – дразню ее бровями, наваливаюсь на дверной косяк, – в моей постели тебе ничего не будет угрожать.
– Стоять, мелочь мейд ин джапан!
Присвистываю и она оборачивается. Эти малиновые губы сорвут мне тормоза, чесслово.
– И что на этот раз? Что, Виртанен? Опять зажмешь меня, как тогда в библиотеке, поцелуешь и потребуешь потрогать своего дружка?
Отрицательно верчу башкой. Плохо же она меня знает. Я тот, к кому приходят, когда отчаяние достигает апогея. Тот, кто сможет избавить от "проблемы" и реального тюремного срока. Ведь мое сердце - лёд. А вместо крови течет криогенная жижа. Ни пощады, ни жалости, ни страха.
– Долбаный обиженный япошка только и ждёт, когда ты выйдешь отсюда и попадешь к нему в лапы. Оставайся здесь со мной, – дразню ее бровями, наваливаюсь на дверной косяк, – в моей постели тебе ничего не будет угрожать.
Картер: Еще со старшей школы я знал, что мне придется на ней жениться, чтобы спасти семейный бизнес. Ненавижу эту мелкую прилипалу всем сердцем. Обязательно настанет день, когда я от нее отвяжусь.
Тиффани: Я влюбилась с первого взгляда и продолжала мечтать о нем все эти годы. Он меня презирает и не хочет жениться. Но я знаю, что могу сделать его счастливым, ему только нужно дать мне шанс. Обязательно настанет день, когда он меня полюбит.
– Моя жизнь никак не изменится даже после свадьбы, поняла? Я буду продолжать спать с кем хочу и делать что хочу. Так что не мечтай, что ты или твой отец сможете посадить меня на поводок.
Подбородок Тиффани задрожал, глаза на мокром месте. Господи, снова будет рыдать, плакса чертова.
– Зачем ты так со мной?
– Потому что ты бесишь меня с того самого первого дня, как я тебя увидел! До сих пор не понимаешь? Я тебя никогда не хотел и никогда не захочу!
____________________________
Тиффани: Я влюбилась с первого взгляда и продолжала мечтать о нем все эти годы. Он меня презирает и не хочет жениться. Но я знаю, что могу сделать его счастливым, ему только нужно дать мне шанс. Обязательно настанет день, когда он меня полюбит.
– Моя жизнь никак не изменится даже после свадьбы, поняла? Я буду продолжать спать с кем хочу и делать что хочу. Так что не мечтай, что ты или твой отец сможете посадить меня на поводок.
Подбородок Тиффани задрожал, глаза на мокром месте. Господи, снова будет рыдать, плакса чертова.
– Зачем ты так со мной?
– Потому что ты бесишь меня с того самого первого дня, как я тебя увидел! До сих пор не понимаешь? Я тебя никогда не хотел и никогда не захочу!
____________________________
- Ладно, Марк, хорошо. Просто объясни!
- Мне нужна фейковая гражданская жена.
- Да понял я это! – чуть не заорал мой друг, потом опять сбавил тон. – Но почему не пойти обычным путем?
Я приподнял бровь. А он раздраженно продолжил:
- Есть ведь эскорт, выбирай любую…
- Нет. – Коротко бросил я. – Мне нужна она.
И бросил другу фотку.
- Она??? – Его глаза округлились, опять сейчас, еще чуть-чуть, и выпадут из орбит.
Вот это его колбасит. Я, конечно, привык, что мои идеи вызывают невероятно большой спектр эмоций, но такую бурю еще не вызывали.
- Да. – Я опять коротко кивнул.
- Ты серьезно? – Прошептал Макс и рухнул в кресло, напротив моего стола. Еще раз глянул на фото и бросил его мне на стол. – Ты шутишь.
В книге есть постельные сцены.
- Мне нужна фейковая гражданская жена.
- Да понял я это! – чуть не заорал мой друг, потом опять сбавил тон. – Но почему не пойти обычным путем?
Я приподнял бровь. А он раздраженно продолжил:
- Есть ведь эскорт, выбирай любую…
- Нет. – Коротко бросил я. – Мне нужна она.
И бросил другу фотку.
- Она??? – Его глаза округлились, опять сейчас, еще чуть-чуть, и выпадут из орбит.
Вот это его колбасит. Я, конечно, привык, что мои идеи вызывают невероятно большой спектр эмоций, но такую бурю еще не вызывали.
- Да. – Я опять коротко кивнул.
- Ты серьезно? – Прошептал Макс и рухнул в кресло, напротив моего стола. Еще раз глянул на фото и бросил его мне на стол. – Ты шутишь.
В книге есть постельные сцены.
Она — королева порядка. Он — олицетворение хаоса. Одно пари, месяц безумных желаний и правило без права отказа.
Никита уверен: он выведет Лилю из зоны комфорта. Лиля знает: она заставит его повзрослеть. Но никто не ожидал, что «чистый эксперимент» обернется чувствами, которые невозможно просчитать по формулам.
Никита уверен: он выведет Лилю из зоны комфорта. Лиля знает: она заставит его повзрослеть. Но никто не ожидал, что «чистый эксперимент» обернется чувствами, которые невозможно просчитать по формулам.
- Я— твой шанс на спасение, девочка, — с наглой улыбкой на губах, заявляет Диамантис, смотря на меня сверху вниз.
- Какая самоуверенность, — фыркаю, пытаясь держать марку, и не обращать внимания, как моё тело пробивает мелкая дрожь, от такой близости с этим мужчиной. - Нет, спасибо. Я сама.
- Сама ты сможешь только всё потерять. Тебя сожрут, ты и полгода не продержишься, — рычит он сквозь зубы, напирая ещё сильнее, и я оказываюсь в ловушке, зажатой между стеной и его крепким телом. - Я тебе нужен, Аврора, признай это, — рука Дмитрия цепляет меня за подбородок. Смотрю в его потемневшие глаза и стараюсь не дышать, потому что мой мозг и так плывёт от его касаний и близости, а аромат его духов окончательно сведёт меня с ума. - Это взрослые игры, малышка. Под моей защитой тебе ничего не грозит. Тебя не тронут.
Диамантис прав. Без него я не смогу. Компанию отца разрушат или отберут, а меня... Нужно соглашаться. Вот только как побороть в себе те чувства, которые я испытываю к нему?
- Какая самоуверенность, — фыркаю, пытаясь держать марку, и не обращать внимания, как моё тело пробивает мелкая дрожь, от такой близости с этим мужчиной. - Нет, спасибо. Я сама.
- Сама ты сможешь только всё потерять. Тебя сожрут, ты и полгода не продержишься, — рычит он сквозь зубы, напирая ещё сильнее, и я оказываюсь в ловушке, зажатой между стеной и его крепким телом. - Я тебе нужен, Аврора, признай это, — рука Дмитрия цепляет меня за подбородок. Смотрю в его потемневшие глаза и стараюсь не дышать, потому что мой мозг и так плывёт от его касаний и близости, а аромат его духов окончательно сведёт меня с ума. - Это взрослые игры, малышка. Под моей защитой тебе ничего не грозит. Тебя не тронут.
Диамантис прав. Без него я не смогу. Компанию отца разрушат или отберут, а меня... Нужно соглашаться. Вот только как побороть в себе те чувства, которые я испытываю к нему?
— Ты грязная.
— Ты сделал меня такой.
— Давай останемся друзьями.
— Отличная идея. Твой друг свободен сегодня вечером?
— ...
— Что молчишь? Друзья же делятся всем.
— Ты сделал меня такой.
— Давай останемся друзьями.
— Отличная идея. Твой друг свободен сегодня вечером?
— ...
— Что молчишь? Друзья же делятся всем.
Он — наследник империи, привыкший получать всё по щелчку пальцев. Она — обычная студентка, у которой нет денег даже на новый учебник. Их связывает только безумный контракт: 30 дней она играет роль его безумно влюблённой невесты. Никаких чувств. Только деньги. Но что, если фальшивые эмоции станут настоящими? Роман о том, как легко потерять голову, когда на кону — всё.
В обморок упасть, что ли? Хотя нет, не умею я это. Ещё расшибу башку, а мне долг отрабатывать, лет десять или того дольше. Прощай карьера, прощай квартира в ипотеку, пять кошек и злополучная коллекция гераней.
– У меня нет таких денег, – судорожно сглотнув, шепчу я осипшим голосом. – Как вы предполагаете, я могу решить этот?..
– Отдайте мне свою душу, – на полном серьёзе говорит Марк, пристально глядя мне в глаза, а я начинаю хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.
Сейчас, кажется, научусь падать в обморок. Во блин влипла, это что банда какая-то? Что теперь? Принесут в жертву или сожгут на костре? Или в рабство продадут? Может, я уже пойду, и фиг с ней, с сестрой. Не было, не знаю, не помню такую… И вообще, я не местная, просто гуляла и дверью ошиблась.
Спасти сестру из беды, отдав свою душу, — умею, практикую. Не потерять свое сердце, — вот это будет сложнее. Невыполнимая задача!
Где я могла так накосячить, будучи примерной студенткой, дочерью и сестрой?
– У меня нет таких денег, – судорожно сглотнув, шепчу я осипшим голосом. – Как вы предполагаете, я могу решить этот?..
– Отдайте мне свою душу, – на полном серьёзе говорит Марк, пристально глядя мне в глаза, а я начинаю хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.
Сейчас, кажется, научусь падать в обморок. Во блин влипла, это что банда какая-то? Что теперь? Принесут в жертву или сожгут на костре? Или в рабство продадут? Может, я уже пойду, и фиг с ней, с сестрой. Не было, не знаю, не помню такую… И вообще, я не местная, просто гуляла и дверью ошиблась.
Спасти сестру из беды, отдав свою душу, — умею, практикую. Не потерять свое сердце, — вот это будет сложнее. Невыполнимая задача!
Где я могла так накосячить, будучи примерной студенткой, дочерью и сестрой?
Выберите полку для книги