Читать и слушать книги
Узнав об измене мужа, Яна делает выбор — бороться. Бороться за свою свободу, благополучие и счастливое будущее. Но все оказывается сложнее, чем она могла представить.
***
— Любишь? — смеюсь я, но в этом смехе нет радости. — Так вот она какая, любовь. С привкусом горечи во рту, боли в груди и запахом чужих духов.
— Я накосячил, но я всё исправлю, — он тянется ко мне, но я отступаю ещё дальше.
— Ты прав, Костя. Ты действительно накосячил. И так, что я больше не хочу, чтобы ты был рядом. Я хочу развод.
— Развода не будет.
***
— Любишь? — смеюсь я, но в этом смехе нет радости. — Так вот она какая, любовь. С привкусом горечи во рту, боли в груди и запахом чужих духов.
— Я накосячил, но я всё исправлю, — он тянется ко мне, но я отступаю ещё дальше.
— Ты прав, Костя. Ты действительно накосячил. И так, что я больше не хочу, чтобы ты был рядом. Я хочу развод.
— Развода не будет.
— Милый, я хочу вот это колечко, — скулит девица рядом с моим женихом.
— Я куплю тебе все, что пожелаешь, когда наш сын появится на свет, — любезно отвечает он.
Замираю. Хотела уйти, чтобы этого не видеть, но ноги отказываются подчиняться. Переступая через себя и свою гордость, я оборачиваюсь назад, встречаясь с его насмешливым взглядом.
Моя жизнь должна была сложиться иначе, но увы. Не все сбывается именно так, как мы мечтаем. Мой родной отец сильно ошибся, когда связался не с теми людьми. Врачи поставили мне страшный диагноз. Семейная жизнь не задалась с самого начала, а я оказалась в полном отчаянии, пока не появился он…
Но есть ли у меня шанс, спастись из этого замкнутого круга?
— Я куплю тебе все, что пожелаешь, когда наш сын появится на свет, — любезно отвечает он.
Замираю. Хотела уйти, чтобы этого не видеть, но ноги отказываются подчиняться. Переступая через себя и свою гордость, я оборачиваюсь назад, встречаясь с его насмешливым взглядом.
Моя жизнь должна была сложиться иначе, но увы. Не все сбывается именно так, как мы мечтаем. Мой родной отец сильно ошибся, когда связался не с теми людьми. Врачи поставили мне страшный диагноз. Семейная жизнь не задалась с самого начала, а я оказалась в полном отчаянии, пока не появился он…
Но есть ли у меня шанс, спастись из этого замкнутого круга?
Рука быстро мерзнет, но мне удается сгрести снег с окна. В доме горит свет. Поэтому можно рассмотреть, что происходит внутри.
А вот и Костя идет по гостиной... с двумя бокалами шампанского.
Я приглядываюсь лучше. Мой муж не один... Он подходит к молодой девушке с длинными белокурыми волосами. Протягивает ей бокал. Что за...?!
Мчусь в дом. Дверь открыта. Руки чешутся. Хочу устроить скандал. Задыхаюсь от возмущения. Это развод! Однозначно развод!
Врываюсь в прихожую. Слышу их голоса.
— Кость, ну когда ты уже женишься на мне? — голос блондинки тоненький, но уверенный.
— Скоро... Очень скоро, — решительно заявляет мой муж.
Он и жениться на ней собрался?!
— Ну когда? — не отстает разлучница.
— Вот только жену схороню, кисунь, — слова мужа больно ударяют под дых.
А вот и Костя идет по гостиной... с двумя бокалами шампанского.
Я приглядываюсь лучше. Мой муж не один... Он подходит к молодой девушке с длинными белокурыми волосами. Протягивает ей бокал. Что за...?!
Мчусь в дом. Дверь открыта. Руки чешутся. Хочу устроить скандал. Задыхаюсь от возмущения. Это развод! Однозначно развод!
Врываюсь в прихожую. Слышу их голоса.
— Кость, ну когда ты уже женишься на мне? — голос блондинки тоненький, но уверенный.
— Скоро... Очень скоро, — решительно заявляет мой муж.
Он и жениться на ней собрался?!
— Ну когда? — не отстает разлучница.
— Вот только жену схороню, кисунь, — слова мужа больно ударяют под дых.
...Лифт доезжает до верхнего этажа. Двери ползут в разные стороны. Стою, ожидаю, пока сомкнутся, чтоб ехать вниз.
Вдруг в лифт входят двое в черных костюмах. Высокие, рослые. Бородатые. Берут меня под руки и выводят в коридор.
- Куда? Куда вы меня?.. - бормочу.
- Ты - Снегурочка? - спрашивает один из них с заметным акцентом.
- Да… А что… А куда?..
- Тебя ждут.
Кто ждет? Где? Зачем? Я ничего не понимаю...
На новогоднем корпоративе с Ольгой, героиней романа, случается то, что переворачивает всю ее судьбу. Отныне ей предстоит бороться с трудностями и строить жизнь заново.
Но прошлое обязательно вернётся - и сможет ли Оля противостоять ему и тем, кто неожиданно снова встанет на её пути?
Вдруг в лифт входят двое в черных костюмах. Высокие, рослые. Бородатые. Берут меня под руки и выводят в коридор.
- Куда? Куда вы меня?.. - бормочу.
- Ты - Снегурочка? - спрашивает один из них с заметным акцентом.
- Да… А что… А куда?..
- Тебя ждут.
Кто ждет? Где? Зачем? Я ничего не понимаю...
На новогоднем корпоративе с Ольгой, героиней романа, случается то, что переворачивает всю ее судьбу. Отныне ей предстоит бороться с трудностями и строить жизнь заново.
Но прошлое обязательно вернётся - и сможет ли Оля противостоять ему и тем, кто неожиданно снова встанет на её пути?
Сначала ничего не происходит. Потом, прижавшись ухом к двери, я слышу, как открывается соседская, и зажмуриваюсь.
Щелк! — мышеловка, что я разложила на его придверном коврике, захлопывается на босых ногах соседа.
— Ай, су-у-у… — орет он, потом раздается еще один щелчок.
Зажимаю ладошкой рот, жалея только о том, что не могу видеть это своими глазами.
Бах!
В попытке удержаться за стену, кто-то соскальзывает по подсолнечному маслу и падает, матерясь на весь подъезд.
Радуясь своей пакости, я начинаю хохотать и смеюсь, пока рядом с дверью не раздается легкий стук.
— Цы-ы-ыпа! Открыва-а-ай, — шипит угрожающе.
— Не могу. Я ключи потеряла. Наверно на коврике у тебя обронила. Поищи, а?
— Тебе хана, цыпа.
По шагам слышу, что он отошел от двери, и через секунду свет в квартире снова зажегся. Уже не так важно, что и в его тоже. За мой счет. Как-то резко становится не смешно, потому что есть веские подозрения, что моя выходка мне даром не пройдет.
Щелк! — мышеловка, что я разложила на его придверном коврике, захлопывается на босых ногах соседа.
— Ай, су-у-у… — орет он, потом раздается еще один щелчок.
Зажимаю ладошкой рот, жалея только о том, что не могу видеть это своими глазами.
Бах!
В попытке удержаться за стену, кто-то соскальзывает по подсолнечному маслу и падает, матерясь на весь подъезд.
Радуясь своей пакости, я начинаю хохотать и смеюсь, пока рядом с дверью не раздается легкий стук.
— Цы-ы-ыпа! Открыва-а-ай, — шипит угрожающе.
— Не могу. Я ключи потеряла. Наверно на коврике у тебя обронила. Поищи, а?
— Тебе хана, цыпа.
По шагам слышу, что он отошел от двери, и через секунду свет в квартире снова зажегся. Уже не так важно, что и в его тоже. За мой счет. Как-то резко становится не смешно, потому что есть веские подозрения, что моя выходка мне даром не пройдет.
- Кто тебе все пишет? - ворчит муж.
- Никто. Я отойду…
Он выхватывает девайс, а мне даже интересна его реакция.
По мере того, как он читает сообщения, его лицо вытягивается от удивления, а потом шока. Там есть скриншоты переписки, мольбы, а затем угрозы в мой адрес. И вся соль в том, что причина всего этого - Егор. Да, дорогой, это Арина, твоя любовница.
Муж поворачивает ко мне голову.
- Сам скажи, кто мне все пишет, - снова улыбаюсь, а внутри разбитое стекло.
- Поговорим позже, - прячет он мой телефон в карман, а я все же встаю. - Куда?!
- Я не сбегу, не дура.
- Надеюсь, - отпускает Егор, но не отводит от меня злого взгляда. Опасается, что начну мстить прямо здесь, в кругу его семьи? Верно, я ведь знаю его страшные тайны!
- Никто. Я отойду…
Он выхватывает девайс, а мне даже интересна его реакция.
По мере того, как он читает сообщения, его лицо вытягивается от удивления, а потом шока. Там есть скриншоты переписки, мольбы, а затем угрозы в мой адрес. И вся соль в том, что причина всего этого - Егор. Да, дорогой, это Арина, твоя любовница.
Муж поворачивает ко мне голову.
- Сам скажи, кто мне все пишет, - снова улыбаюсь, а внутри разбитое стекло.
- Поговорим позже, - прячет он мой телефон в карман, а я все же встаю. - Куда?!
- Я не сбегу, не дура.
- Надеюсь, - отпускает Егор, но не отводит от меня злого взгляда. Опасается, что начну мстить прямо здесь, в кругу его семьи? Верно, я ведь знаю его страшные тайны!
– Ты снова с Берсеневым? Я видела вас в новостях вместе. Диан, ты его простила? Рассказала про дочь?
– Не говори глупостей! Нет у меня ничего с ним. И быть не может. Он женится, так что вряд ли обрадуется, если узнает о Ксюше. Да и мне лишние проблемы не нужны.
– Но он ведь поймет, если увидит ее. Ты же понимаешь о чем я. Она копия своего отца. Особенно... глаза.
Когда-то Кирилл цинично изменил мне с другой на моих глазах. А спустя шесть лет заявился в наше агенство со своей невестой, выбрав меня в качестве координатора его свадьбы. Я давно вычеркнула его из своей жизни. И плевать, что до сих пор болит в груди. Главное, чтобы он не узнал, что у меня есть от него дочь. Особенно после того, как выяснилось, что его избранница беременна.
ХЭ.
– Не говори глупостей! Нет у меня ничего с ним. И быть не может. Он женится, так что вряд ли обрадуется, если узнает о Ксюше. Да и мне лишние проблемы не нужны.
– Но он ведь поймет, если увидит ее. Ты же понимаешь о чем я. Она копия своего отца. Особенно... глаза.
Когда-то Кирилл цинично изменил мне с другой на моих глазах. А спустя шесть лет заявился в наше агенство со своей невестой, выбрав меня в качестве координатора его свадьбы. Я давно вычеркнула его из своей жизни. И плевать, что до сих пор болит в груди. Главное, чтобы он не узнал, что у меня есть от него дочь. Особенно после того, как выяснилось, что его избранница беременна.
ХЭ.
— Володя? — спросонья принимаю вызов от мужа.
— Так хорошо, Владимир Петрович? — вместо супруга в динамике женский соблазнительный голос.
— Да, девочка моя, продолжай, — отвечает мой Володя.
— Умеет так твоя клуша?
— Не разговаривай! Продолжай молча.
Меня парализует ужасом происходящего. Дальше вместо разговоров я слушаю их стоны и шумное дыхание, а еще то, как мой муж называет другую: “сладкой девочкой”. Не знаю почему я не сбрасываю звонок, позволяя себе все дальше проваливаться под лед. Но потом раздаются шаги и девушка шепчет мне в трубку: — Все услышала, старая курица? А теперь подвинься. Он мой.
После двадцати пяти лет брака, становлюсь свидетельницей измены своего мужа с его секретаршей по телефону. Она просит меня подвинуться. А я, не стану бороться за того, кто месяцами обманывал меня. Вот только выяснится, что без моей поддержки он ничего не стоит, и будет утверждать, что это еще не конец.
Но я настроена иначе. Это точка для нас. И не финал для меня.
— Так хорошо, Владимир Петрович? — вместо супруга в динамике женский соблазнительный голос.
— Да, девочка моя, продолжай, — отвечает мой Володя.
— Умеет так твоя клуша?
— Не разговаривай! Продолжай молча.
Меня парализует ужасом происходящего. Дальше вместо разговоров я слушаю их стоны и шумное дыхание, а еще то, как мой муж называет другую: “сладкой девочкой”. Не знаю почему я не сбрасываю звонок, позволяя себе все дальше проваливаться под лед. Но потом раздаются шаги и девушка шепчет мне в трубку: — Все услышала, старая курица? А теперь подвинься. Он мой.
После двадцати пяти лет брака, становлюсь свидетельницей измены своего мужа с его секретаршей по телефону. Она просит меня подвинуться. А я, не стану бороться за того, кто месяцами обманывал меня. Вот только выяснится, что без моей поддержки он ничего не стоит, и будет утверждать, что это еще не конец.
Но я настроена иначе. Это точка для нас. И не финал для меня.
– Лямур-мур-мур, – раздался приторно-сладкий женский голос.
Затаив дыхание, я осторожно подошла к двери спальни. Она была чуть приоткрыта, и я смогла увидеть всё, что происходило внутри.
– А вы точно преподаватель французского? – пробасил мой муж, присев на край кровати.
– Конечно! Похоже, пришло время продемонстрировать вам свои профессиональные навыки, – ответила Милана – репетитор нашей дочери по иностранным языкам. – Начнём с французского поцелуя?
Прежде чем я успела осознать смысл её вопроса, она устроилась на коленях у моего мужа.
– Приступайте, – Илья облизнулся, обнимая своими лапами эту репетиторшу-вертихвостку.
Мой муж изменял мне с учительницей нашей дочери!
И где?!
В собственном доме!
Затаив дыхание, я осторожно подошла к двери спальни. Она была чуть приоткрыта, и я смогла увидеть всё, что происходило внутри.
– А вы точно преподаватель французского? – пробасил мой муж, присев на край кровати.
– Конечно! Похоже, пришло время продемонстрировать вам свои профессиональные навыки, – ответила Милана – репетитор нашей дочери по иностранным языкам. – Начнём с французского поцелуя?
Прежде чем я успела осознать смысл её вопроса, она устроилась на коленях у моего мужа.
– Приступайте, – Илья облизнулся, обнимая своими лапами эту репетиторшу-вертихвостку.
Мой муж изменял мне с учительницей нашей дочери!
И где?!
В собственном доме!
– Я сплю с твоим мужем, Ангелина! – слышу незнакомый женский голос в телефонной трубке.
Короткая пауза.
– Мы любим друг друга! – продолжает она. – Сегодня Ярослав сам обо всём подробно расскажет, а завтра я переезжаю к вам. Будь добра, поторопись собрать свои вещички!
– Это вы сейчас серьёзно?! – говорю, повышая голос. Сама же ног под собой не чувствую. Какая-то проходимка говорит ужасные вещи. Почему я должна верить?
– Сомневаешься? Как хочешь. Мои слова не воспринимаешь, мужа своего послушаешь. Вернее, он для тебя уже бывший!
Любовница мужа не заставила себя долго ждать. Приехала в этот же день, как только мы сели за стол!
Мой муж спокойно встретил её, обнимая на моих глазах! Он даже не постеснялся сына!
Короткая пауза.
– Мы любим друг друга! – продолжает она. – Сегодня Ярослав сам обо всём подробно расскажет, а завтра я переезжаю к вам. Будь добра, поторопись собрать свои вещички!
– Это вы сейчас серьёзно?! – говорю, повышая голос. Сама же ног под собой не чувствую. Какая-то проходимка говорит ужасные вещи. Почему я должна верить?
– Сомневаешься? Как хочешь. Мои слова не воспринимаешь, мужа своего послушаешь. Вернее, он для тебя уже бывший!
Любовница мужа не заставила себя долго ждать. Приехала в этот же день, как только мы сели за стол!
Мой муж спокойно встретил её, обнимая на моих глазах! Он даже не постеснялся сына!
Выберите полку для книги