Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушать любов»
— Татьяна, — произносит он тихо, так, что слышу только я. Голос низкий, без полутонов. — Сегодня ночью я снова на дежурстве.
Мужчина не говорит ни слова. Он подходит к кровати, и его фигура заслоняет лунный свет. От него исходит нечеловеческая, хищная уверенность. Он наклоняется, его руки упираются в матрас по обе стороны от меня, заточая меня в пространстве между его телом и кроватью.
— Теперь ты не сомневаешься? — шепот грубый, лишенный дневной сдержанности.
Я не успеваю ответить. Его губы находят мои, но это не нежное вопрошание прошлой ночи. Это захват. Властный, требовательный, голодный. Поцелуй, не оставляющий места для мыслей.
Романов разрывает поцелуй, его дыхание горячее и прерывистое. Прохладный ночной воздух обжигает обнаженную кожу, но его взгляд горячее огня. Он смотрит на мое тело — на остатки синяков, на белые бинты, — и в его глазах нет жалости. Есть только голод и одобрение.
— Моя, — хрипит он, и это слово звучит как клеймо.
Мужчина не говорит ни слова. Он подходит к кровати, и его фигура заслоняет лунный свет. От него исходит нечеловеческая, хищная уверенность. Он наклоняется, его руки упираются в матрас по обе стороны от меня, заточая меня в пространстве между его телом и кроватью.
— Теперь ты не сомневаешься? — шепот грубый, лишенный дневной сдержанности.
Я не успеваю ответить. Его губы находят мои, но это не нежное вопрошание прошлой ночи. Это захват. Властный, требовательный, голодный. Поцелуй, не оставляющий места для мыслей.
Романов разрывает поцелуй, его дыхание горячее и прерывистое. Прохладный ночной воздух обжигает обнаженную кожу, но его взгляд горячее огня. Он смотрит на мое тело — на остатки синяков, на белые бинты, — и в его глазах нет жалости. Есть только голод и одобрение.
— Моя, — хрипит он, и это слово звучит как клеймо.
— У меня есть другая женщина. Мы вместе уже почти целый год. В мае у нас с ней родится ребёнок.
Я не двигаюсь с места. У меня только одна мысль, все это выдержать.
Он продолжает:
— Но это совершенно не значит, что я ухожу от тебя. Лия, послушай меня внимательно. Ты — моя законная жена. Тимур — мой сын. Я ничего из этого всего разрушать не собираюсь. Всё, что мы построили вместе за пятнадцать лет, — остаётся.
— У неё будет мой ребёнок. Я буду их полностью содержать финансово. Они будут жить отдельно от нас. У тебя со мной в жизни ничего не изменится принципиально. Мы — как жили до этого, так и будем жить дальше. Они — другая жизнь, параллельная.
— Я никогда в жизни не опущусь до того, чтобы делить мужчину с другой женщиной. Я не настолько низко пала. Я подаю на развод.
Я не двигаюсь с места. У меня только одна мысль, все это выдержать.
Он продолжает:
— Но это совершенно не значит, что я ухожу от тебя. Лия, послушай меня внимательно. Ты — моя законная жена. Тимур — мой сын. Я ничего из этого всего разрушать не собираюсь. Всё, что мы построили вместе за пятнадцать лет, — остаётся.
— У неё будет мой ребёнок. Я буду их полностью содержать финансово. Они будут жить отдельно от нас. У тебя со мной в жизни ничего не изменится принципиально. Мы — как жили до этого, так и будем жить дальше. Они — другая жизнь, параллельная.
— Я никогда в жизни не опущусь до того, чтобы делить мужчину с другой женщиной. Я не настолько низко пала. Я подаю на развод.
🦋 КНИГА ЗАВЕРШЕНА!🦋
❤️ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Ярослав Викторович, статистика...
— К чёрту статистику! — рявкаю. — Хотите расскажу вам свою статистику?
Она молчит, а я продолжаю:
— Девочка двадцати трёх лет после института ищет работу для опыта. Через год выходит замуж. Через два рожает ребёнка. Через три увольняется.
Марина опускает взгляд.
— А женщина с ребёнком... — я постукиваю пальцем по резюме Софии. — Женщина с ребёнком будет пахать в три раза больше остальных.
Марина хмурится.
— Почему?
— Потому что ей деваться некуда. Потому что ей нужны деньги не на новый айфон и отпуск в Турции. Потому что у неё есть человек, за которого она отвечает. Такие сотрудники держатся за работу зубами.
❤️ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Ярослав Викторович, статистика...
— К чёрту статистику! — рявкаю. — Хотите расскажу вам свою статистику?
Она молчит, а я продолжаю:
— Девочка двадцати трёх лет после института ищет работу для опыта. Через год выходит замуж. Через два рожает ребёнка. Через три увольняется.
Марина опускает взгляд.
— А женщина с ребёнком... — я постукиваю пальцем по резюме Софии. — Женщина с ребёнком будет пахать в три раза больше остальных.
Марина хмурится.
— Почему?
— Потому что ей деваться некуда. Потому что ей нужны деньги не на новый айфон и отпуск в Турции. Потому что у неё есть человек, за которого она отвечает. Такие сотрудники держатся за работу зубами.
— Юрочка, ну когда? — капризно тянет она. — Мне уже скоро рожать. Я не хочу, чтобы мой сын появился на свет, пока ты ещё женат на… этой.
— Дианочка, потерпи, солнышко, — бархатным голосом отвечает муж.
— Давно пора с ней развестись. Подумаешь, выкидыши, — фыркает свекровь. — Сама виновата. Зато теперь у нас наконец-то будет внук!
— Она вообще ничего не заслуживает, — вступает дочь. — Ни дня в жизни не работала.
— Кому она потом будет нужна? — усмехается муж. — Старая клуша. Ни профессии, ни возраста, ни перспектив.
Я сижу под окном на клумбе с банками варенья в руках и офигеваю.
«Старая клуша», «ни профессии, ни перспектив» — это, значит, про меня. Ну-ну. Самое обидное, что родная дочь стоит там и даже не спорит.
Но ничего, мы ещё посмотрим, кто в итоге останется ни с чем.
Пятнадцать лет тайно проработала — хватит, пора возвращаться в профессию официально.
А там, кто знает, кого я встречу на новой работе…
— Дианочка, потерпи, солнышко, — бархатным голосом отвечает муж.
— Давно пора с ней развестись. Подумаешь, выкидыши, — фыркает свекровь. — Сама виновата. Зато теперь у нас наконец-то будет внук!
— Она вообще ничего не заслуживает, — вступает дочь. — Ни дня в жизни не работала.
— Кому она потом будет нужна? — усмехается муж. — Старая клуша. Ни профессии, ни возраста, ни перспектив.
Я сижу под окном на клумбе с банками варенья в руках и офигеваю.
«Старая клуша», «ни профессии, ни перспектив» — это, значит, про меня. Ну-ну. Самое обидное, что родная дочь стоит там и даже не спорит.
Но ничего, мы ещё посмотрим, кто в итоге останется ни с чем.
Пятнадцать лет тайно проработала — хватит, пора возвращаться в профессию официально.
А там, кто знает, кого я встречу на новой работе…
Пока муж моей сестры рискует жизнью в горячей точке, она тратит его деньги и изменяет с другими. Однажды я застаю сестру с любовником. И в этот же момент звонит Миша, её муж.
Яна просит меня ответить вместо неё, а сама скрывается за дверью спальни с другим мужчиной.
Моё желание рассказать Мише правду, исчезает в ту же секунду, когда я понимаю – он ранен, и он звонит попрощаться…
Яна просит меня ответить вместо неё, а сама скрывается за дверью спальни с другим мужчиной.
Моё желание рассказать Мише правду, исчезает в ту же секунду, когда я понимаю – он ранен, и он звонит попрощаться…
Удача и я. Равно несовместимость. Всю жизнь меня скрывали под чужой фамилией. Я привыкла. Прятали. Смирилась. А теперь ради мира отдали сыну главного врага моей семьи. Меня швырнули в его лапы как вещь. Любовь? Нет, чистая ненависть. Наш брак – фальшивка. Каждый взгляд и поцелуй скреплен жаждой мести. И я отыграюсь на нем за все. Начну прямо со свадьбы!
***
Притягиваю свою строптивую, крепко стискиваю в руках. Обхватываю ее маленькое оборзевшее в край личико, заставляя посмотреть на меня.
– Вот за это я и влюбился в тебя, Аль. Искренняя во всем.
– Не-на-ви-жу… – беззвучно, одними губами произносит она, ведь этот ответ не для чужих ушей, а только для меня.
– И я тебя.
***
Притягиваю свою строптивую, крепко стискиваю в руках. Обхватываю ее маленькое оборзевшее в край личико, заставляя посмотреть на меня.
– Вот за это я и влюбился в тебя, Аль. Искренняя во всем.
– Не-на-ви-жу… – беззвучно, одними губами произносит она, ведь этот ответ не для чужих ушей, а только для меня.
– И я тебя.
— Сколько их было?
Шамиль молчит.
— Сколько женщин было за семь лет?
— Я их не считал.
— И после каждой возвращался ко мне?
— Ты моя жена. Они — просто физиология.
— Тогда привыкай жить без жены. Я подаю на развод!
______________
Муж делил женщин на «достойных» и «удобных». Меня сделал своей правильной, почти святой супругой, а этим оправдывал всё, что годами творил за моей спиной.
Он оставил мне фамилию, дом и роль матери его сына. Другим отдавал то, чего, по его мнению, нельзя было позволять с женой.
Теперь Шамиль говорит, что любит меня.
Только между нами стоят семь лет лжи — и другой мужчина, который уже готов просить моей руки.
Шамиль молчит.
— Сколько женщин было за семь лет?
— Я их не считал.
— И после каждой возвращался ко мне?
— Ты моя жена. Они — просто физиология.
— Тогда привыкай жить без жены. Я подаю на развод!
______________
Муж делил женщин на «достойных» и «удобных». Меня сделал своей правильной, почти святой супругой, а этим оправдывал всё, что годами творил за моей спиной.
Он оставил мне фамилию, дом и роль матери его сына. Другим отдавал то, чего, по его мнению, нельзя было позволять с женой.
Теперь Шамиль говорит, что любит меня.
Только между нами стоят семь лет лжи — и другой мужчина, который уже готов просить моей руки.
- Ваш недавний развод - не повод превращать клинику в кондитерскую, - чеканит новый заведующий.
Мы застряли в лифте всего десять минут назад, а он уже выел мне мозг!
- Это экстренная помощь! - прижимаю к груди коробку с пончиками. - В тесных пространствах принято поддерживать друг друга, Максим Сергеевич, а не читать нотации.
Он делает шаг, вжимая меня в стену кабины. Воздух внезапно становится густым и пугающе горячим.
- Если я начну вас «поддерживать», Мария, - его голос падает до хриплого шёпота, - вы навсегда забудете бывшего мужа. А я - субординацию. Отдайте пончик, я с утра ничего не ел.
+++++
Я - Маша, врач-терапевт с пышными формами и большим сердцем. Мой план после развода: спасать людей и никаких романов.
Он - наш босс. Педант, сухарь и мой личный кошмар.
Мы бесим друг друга с первой секунды. Но почему от его взгляда у меня тахикардия? И почему он всё дольше смотрит на меня, когда никто не видит?
Мы застряли в лифте всего десять минут назад, а он уже выел мне мозг!
- Это экстренная помощь! - прижимаю к груди коробку с пончиками. - В тесных пространствах принято поддерживать друг друга, Максим Сергеевич, а не читать нотации.
Он делает шаг, вжимая меня в стену кабины. Воздух внезапно становится густым и пугающе горячим.
- Если я начну вас «поддерживать», Мария, - его голос падает до хриплого шёпота, - вы навсегда забудете бывшего мужа. А я - субординацию. Отдайте пончик, я с утра ничего не ел.
+++++
Я - Маша, врач-терапевт с пышными формами и большим сердцем. Мой план после развода: спасать людей и никаких романов.
Он - наш босс. Педант, сухарь и мой личный кошмар.
Мы бесим друг друга с первой секунды. Но почему от его взгляда у меня тахикардия? И почему он всё дольше смотрит на меня, когда никто не видит?
Он смотрел на меня — не торопясь, не приближаясь. Только взглядом. Сильным, тяжёлым.
Я стояла среди гильз. Под ногами хрустело. Воздух был сухим и звенящим. На коже — пыль, пот, запах пороха.
Он подошёл. Медленно. Ни слова. Только движение — плотное, уверенное.
Остановился впритык. Рука легла на талию. Без разрешения — как право, которое он взял, когда я прошептала: остаться.
Его губы накрыли мои. Сразу. Без прелюдий. Жёстко. Глубоко. Как будто сдерживался слишком долго. Я открылась ему без сопротивления. Впилась пальцами в его рубашку, прижимаясь всем телом. Я хотела его. Не «разрешала», не «допускала» — хотела.
Я стояла среди гильз. Под ногами хрустело. Воздух был сухим и звенящим. На коже — пыль, пот, запах пороха.
Он подошёл. Медленно. Ни слова. Только движение — плотное, уверенное.
Остановился впритык. Рука легла на талию. Без разрешения — как право, которое он взял, когда я прошептала: остаться.
Его губы накрыли мои. Сразу. Без прелюдий. Жёстко. Глубоко. Как будто сдерживался слишком долго. Я открылась ему без сопротивления. Впилась пальцами в его рубашку, прижимаясь всем телом. Я хотела его. Не «разрешала», не «допускала» — хотела.
🦋 КНИГА ЗАВЕРШЕНА!🦋
❤️ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Да что я вам сделала?!
— Ничего.
— Тогда почему вы меня мучаете?!
— Потому что вы меня бесите.
Я застыла.
Он тоже.
Потому что мы оба поняли: сказал он совсем не то, что собирался.
Я — разведённая женщина сорока лет, которая давно перестала верить в любовь. Он — владелец строительного холдинга с характером бульдозера и привычкой командовать всеми вокруг.
Мы должны были ненавидеть друг друга.
Вместо этого он тайком пришёл на мой конкурс по танго, приревновал к партнёру, отказался подписывать отпуск, а потом заявился ко мне домой.
❤️ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Да что я вам сделала?!
— Ничего.
— Тогда почему вы меня мучаете?!
— Потому что вы меня бесите.
Я застыла.
Он тоже.
Потому что мы оба поняли: сказал он совсем не то, что собирался.
Я — разведённая женщина сорока лет, которая давно перестала верить в любовь. Он — владелец строительного холдинга с характером бульдозера и привычкой командовать всеми вокруг.
Мы должны были ненавидеть друг друга.
Вместо этого он тайком пришёл на мой конкурс по танго, приревновал к партнёру, отказался подписывать отпуск, а потом заявился ко мне домой.
Выберите полку для книги