Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
Он — самый закрытый, самый странный парень в университете. Черный джип, черная одежда, ноль эмоций. О нем ничего не известно. Он ни на кого не смотрит, кроме нее. Она — не героиня. Обычная девушка с педагогического, привыкшая справляться сама. С детства она усвоила: надеяться можно только на себя. И когда его тяжелый взгляд впервые упал на нее — внутри все сжалось: непонятные чувства, желание бежать и странное, пугающее тепло. Но сможет ли она перешагнуть через свои страхи? Поверить, что забота не душит, а защита — не клетка? Сможет ли она, которая всю жизнь боялась мужчин с властью и деньгами, довериться тому, кто выглядит как ее главный кошмар, но ведет себя как ее самая смелая мечта?
Две подруги, перешагнувшие сорокалетний рубеж, и их взрослые сыновья решают, что совместный отпуск в Крыму — прекрасная идея. Они еще не знают, что этот месяц перевернет жизнь каждой из них и докажет, что настоящая любовь не признает ни возраста, ни обстоятельств, ни даже пактов, заключенных в шутку.
Предлагая своей новой знакомой разыграть друзей и притвориться моей невестой, я даже подумать не мог, что все зайдет так далеко.
Новый колледж должен был стать для Полины Лебедевой началом новой жизни. Без прошлого. Без проблем. Без лишних людей.
Новый
Но там оказался Мирослав Соколов.
-Отпусти меня или ты привык мешать людям? - холодно просила я
- Я привык замечать интересное,- ответил он.
-Тогда у тебя плохой вкус.
На секунду в его взгляде появилось что-то кроме уверенности - не раздражение, не злость, скорее интерес.
-Мне нравится когда мне отвечают. - сказал он.
-Тогда ищи себе собеседника в лице другого лица. - уже зло ответила я
Я наконец вырвала руку и обошла его.
С этого момента колледж перестал быть для Полины безопасным местом.
А он — человеком, которого можно игнорировать.
Новый
Но там оказался Мирослав Соколов.
-Отпусти меня или ты привык мешать людям? - холодно просила я
- Я привык замечать интересное,- ответил он.
-Тогда у тебя плохой вкус.
На секунду в его взгляде появилось что-то кроме уверенности - не раздражение, не злость, скорее интерес.
-Мне нравится когда мне отвечают. - сказал он.
-Тогда ищи себе собеседника в лице другого лица. - уже зло ответила я
Я наконец вырвала руку и обошла его.
С этого момента колледж перестал быть для Полины безопасным местом.
А он — человеком, которого можно игнорировать.
Дита Волконская — дочь человека, который покупает все, включая людей. Макс — ее новый личный шофер.
Она не умеет любить. Только брать и владеть.
Он не умеет уступать.
Вопрос не в том, сдастся ли он.
Вопрос в том, кем он станет для нее: игрушкой или палачом?
Она не умеет любить. Только брать и владеть.
Он не умеет уступать.
Вопрос не в том, сдастся ли он.
Вопрос в том, кем он станет для нее: игрушкой или палачом?
Он пулей влетел мне в голову, вирусом осел в легких, взглядом поставил на колени.
Он тот, с которым хочется раз и навсегда.
Но он младше, и это проблема.
Для меня.
Потому что он не намерен сдаваться.— Что… — знакомый букет оказывается у меня в руках.
Макс шагает вперед, закрывает за собой дверь, а я слова вымолвить не могу.
— Это же…
— Тебе.
Нет…
— Цветы для Ани. Зачем ты врешь?
— С чего ты взяла? — усмехается, шагая вперед и оттесняя меня к стене.
В номере тут же становится жарко. Очень жарко.
— Ты с ней разговаривал. К ней собирался.
Улыбается. Глаза, как пули. Хочу отвернуться и не могу.
— Я с тобой был, забыла? — еще шаг, и я перестаю дышать.
— Нет. Стой на месте, пожалуйста.
— Причина, по которой я должен остановиться?
— У тебя есть девушка, — качает головой, сокращает между нами расстояние, а я выпаливаю. — Я замужем. У меня дочь, и… и я старше тебя на десять лет!
Сердце грохочет. Глаза в глаза. Его губы слишком близко. Чувствую обжигающее дыхание.
— Не убедила
Он тот, с которым хочется раз и навсегда.
Но он младше, и это проблема.
Для меня.
Потому что он не намерен сдаваться.— Что… — знакомый букет оказывается у меня в руках.
Макс шагает вперед, закрывает за собой дверь, а я слова вымолвить не могу.
— Это же…
— Тебе.
Нет…
— Цветы для Ани. Зачем ты врешь?
— С чего ты взяла? — усмехается, шагая вперед и оттесняя меня к стене.
В номере тут же становится жарко. Очень жарко.
— Ты с ней разговаривал. К ней собирался.
Улыбается. Глаза, как пули. Хочу отвернуться и не могу.
— Я с тобой был, забыла? — еще шаг, и я перестаю дышать.
— Нет. Стой на месте, пожалуйста.
— Причина, по которой я должен остановиться?
— У тебя есть девушка, — качает головой, сокращает между нами расстояние, а я выпаливаю. — Я замужем. У меня дочь, и… и я старше тебя на десять лет!
Сердце грохочет. Глаза в глаза. Его губы слишком близко. Чувствую обжигающее дыхание.
— Не убедила
— Пожалуйста… Мне больше не к кому обратиться.
Ратмир зло усмехается, поворачиваясь ко мне боком, от чего тени на его скулах становятся глубже, делая лицо острее.
— Что ты можешь мне предложить?
Я замираю. Деньги? Они у меня есть — жалкая пачка купюр в конверте. Но что-то мне подсказывает: не о деньгах речь.
Неужели я ничего не могу ему дать, кроме...
Мужская грубая ладонь останавливается на талии и властно сжимается.
— Тогда раздевайся.
Я пришла к нему за лечением, а получила нечто большее.
Ратмир не просто врач. Он — тот, к кому приползают без селезёнки и без надежды. Его методы запрещены, его пациенты вне закона, его руки знают кровь лучше, чем воду. Когда я спустилась в его подвал, я думала, что хуже травмы ничего быть не может.
Я ошибалась.
Ратмир зло усмехается, поворачиваясь ко мне боком, от чего тени на его скулах становятся глубже, делая лицо острее.
— Что ты можешь мне предложить?
Я замираю. Деньги? Они у меня есть — жалкая пачка купюр в конверте. Но что-то мне подсказывает: не о деньгах речь.
Неужели я ничего не могу ему дать, кроме...
Мужская грубая ладонь останавливается на талии и властно сжимается.
— Тогда раздевайся.
Я пришла к нему за лечением, а получила нечто большее.
Ратмир не просто врач. Он — тот, к кому приползают без селезёнки и без надежды. Его методы запрещены, его пациенты вне закона, его руки знают кровь лучше, чем воду. Когда я спустилась в его подвал, я думала, что хуже травмы ничего быть не может.
Я ошибалась.
ПлЕнница понимала, что бегство — это лишь начало.
Марат не простит ей этого «предательства».
Его люди будут рыскать по всем городам, проверяя её счета, опрашивая знакомых.
Но в тот момент это не имело значения.
Жанна научилась НЕ смотреть на проезжающие мимо чёрные иномарки, научилась менять походку и прятать свои глаза.
Она сбежала не просто от человека — она сбежала от образа жизни, который почти уничтожил её душу.
Трубка телефона, заставлявшая её дрожать от ужаса, теперь была лишь напоминанием о том, как близко она подошла к КРАЮ.
Марат не простит ей этого «предательства».
Его люди будут рыскать по всем городам, проверяя её счета, опрашивая знакомых.
Но в тот момент это не имело значения.
Жанна научилась НЕ смотреть на проезжающие мимо чёрные иномарки, научилась менять походку и прятать свои глаза.
Она сбежала не просто от человека — она сбежала от образа жизни, который почти уничтожил её душу.
Трубка телефона, заставлявшая её дрожать от ужаса, теперь была лишь напоминанием о том, как близко она подошла к КРАЮ.
— Карина, я думал, что могу доверять тебе. Что ты достаточно умна и сможешь отличить настоящее от красивой обёртки. Но раз нет — ты выйдешь за того, кого одобрю я. А твой так называемый жених и его семейка пусть даже не рассчитывают на наши деньги!
Всем своим видом отец демонстрировал презрение и недовольство.
— Да плевать на твои деньги! Денис любит меня! Это настоящее чувство. И ты не посмеешь решать за меня, за кого выходить замуж!
— Чтобы я больше не слышал имени Денис в этом доме – гремел отец, — не то что о встречах. Ты поняла?
Его голос лишь усиливался в сводах террасы. А по глазам поняла, что он принял решение, и теперь изменить это невозможно. Это война.
— Вот сам и женись на тех, кого выберешь!
— Карина, вернись!- кричал грозно папа вслед.
В лёгкой юбке и кофте схватила ключи в прихожей и выбежала из дома. Торопливо сбежала по ступенькам к своей машине.
Никто не помешает мне быть с любимым. Даже папа. И его сумасбродные запреты.
Всем своим видом отец демонстрировал презрение и недовольство.
— Да плевать на твои деньги! Денис любит меня! Это настоящее чувство. И ты не посмеешь решать за меня, за кого выходить замуж!
— Чтобы я больше не слышал имени Денис в этом доме – гремел отец, — не то что о встречах. Ты поняла?
Его голос лишь усиливался в сводах террасы. А по глазам поняла, что он принял решение, и теперь изменить это невозможно. Это война.
— Вот сам и женись на тех, кого выберешь!
— Карина, вернись!- кричал грозно папа вслед.
В лёгкой юбке и кофте схватила ключи в прихожей и выбежала из дома. Торопливо сбежала по ступенькам к своей машине.
Никто не помешает мне быть с любимым. Даже папа. И его сумасбродные запреты.
По контракту мне придется работать с бывшим парнем.
Я согласилась, уверенная, что мы оба профессионалы и между нами будут только деловые отношения.
Но, кажется, мой бывший так не считает. Этот наглый самоуверенный болван почему-то решил, что может вернуть меня по щелчку пальцев!
Но хуже всего, что от его поведения теперь зависит моя карьера...
Я согласилась, уверенная, что мы оба профессионалы и между нами будут только деловые отношения.
Но, кажется, мой бывший так не считает. Этот наглый самоуверенный болван почему-то решил, что может вернуть меня по щелчку пальцев!
Но хуже всего, что от его поведения теперь зависит моя карьера...
Выберите полку для книги