Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubov-vopreki»
– Знаешь, кто ты после этого?! – обращается к отцу старший сын вне себя от ярости.
Я лишилась дара речи. Когда забежала в спальню, то увидела самую отвратительную картину, которую только можно было представить.
Мой муж, отец моих детей лежал в постели! А рядом с ним, закинув ногу на него, лежала ОНА – любовница!
Всё это время муж обманывал меня. Никакой командировки не было!
– Вставай, гад! – пальцы сына непроизвольно сжимаются в кулак. – Пока мы тебя ждали на семейном празднике, ты с ней тут развлекался!
Двадцать пять лет семейной жизни. Трое замечательных детей. Младшей дочери всего четыре годика!
Я была уверена, что у нас большая и любящая семья! Всё исчезло в тот момент, когда я и дети поймали нашего отца за изменой в постели с другой. И весь этот ужас пришёлся в день юбилея свадьбы…
– Хочу к папе! – плачет четырехлетняя дочь, вытянув ручки перед собой.
Она одна не осознаёт, что происходит… Что он променял нас… Променял её, братика, сестричку и меня на любовницу!
Я лишилась дара речи. Когда забежала в спальню, то увидела самую отвратительную картину, которую только можно было представить.
Мой муж, отец моих детей лежал в постели! А рядом с ним, закинув ногу на него, лежала ОНА – любовница!
Всё это время муж обманывал меня. Никакой командировки не было!
– Вставай, гад! – пальцы сына непроизвольно сжимаются в кулак. – Пока мы тебя ждали на семейном празднике, ты с ней тут развлекался!
Двадцать пять лет семейной жизни. Трое замечательных детей. Младшей дочери всего четыре годика!
Я была уверена, что у нас большая и любящая семья! Всё исчезло в тот момент, когда я и дети поймали нашего отца за изменой в постели с другой. И весь этот ужас пришёлся в день юбилея свадьбы…
– Хочу к папе! – плачет четырехлетняя дочь, вытянув ручки перед собой.
Она одна не осознаёт, что происходит… Что он променял нас… Променял её, братика, сестричку и меня на любовницу!
Демьян Воронцов – избалованный наследник миллиардной империи. Он привык к роскоши и тому, что мир вращается вокруг него. Но одна эпичная выходка переполняет чашу терпения его отца.
Варя – гордая, пробивная и острая на язычок управляющая местной кофейни. Она терпеть не может наглых мажоров, строит свой маленький бизнес и привыкла рассчитывать только на себя.
Они делят одну тесную коммуналку и одну барную стойку на двоих. Он стал для нее ходячим стихийным бедствием. Она стала для него спасением, ради которого не жалко отдать все миллионы мира.
Но что будет, когда правда его нахождения рядом с ней выйдет наружу?
Варя – гордая, пробивная и острая на язычок управляющая местной кофейни. Она терпеть не может наглых мажоров, строит свой маленький бизнес и привыкла рассчитывать только на себя.
Они делят одну тесную коммуналку и одну барную стойку на двоих. Он стал для нее ходячим стихийным бедствием. Она стала для него спасением, ради которого не жалко отдать все миллионы мира.
Но что будет, когда правда его нахождения рядом с ней выйдет наружу?
— Твоему отцу следует тщательнее охранять свой бриллиант, — льдистые глаза хищно скользят по мне снизу вверх.
— А вам следует думать, прежде чем похищать дочь главного судьи. За такое вы снова попадете за решетку! — выпаливаю и тут же прикусываю язык в страхе. Тишина длится недолго.
— Я хочу, чтобы ты кое-что передала своему отцу, — вкрадчиво изрекает, будто он гребаный король всего мира. — Скажи, что в следующий раз, когда его дочь попадется мне на глаза, мы с братьями пустим ее по рукам, и сделаем так, чтобы каждый житель этого города об этом узнал. А теперь иди. Мой человек отвезет тебя домой…
Два года назад мой отец вынес приговор старшему из братьев Суворовых, и тот отправился в тюрьму. Но время летит, и Давид снова на свободе.
На свободе и вновь готов творить свои черные дела.
И первым в его списке числится месть моему отцу за вынесенный приговор
— А вам следует думать, прежде чем похищать дочь главного судьи. За такое вы снова попадете за решетку! — выпаливаю и тут же прикусываю язык в страхе. Тишина длится недолго.
— Я хочу, чтобы ты кое-что передала своему отцу, — вкрадчиво изрекает, будто он гребаный король всего мира. — Скажи, что в следующий раз, когда его дочь попадется мне на глаза, мы с братьями пустим ее по рукам, и сделаем так, чтобы каждый житель этого города об этом узнал. А теперь иди. Мой человек отвезет тебя домой…
Два года назад мой отец вынес приговор старшему из братьев Суворовых, и тот отправился в тюрьму. Но время летит, и Давид снова на свободе.
На свободе и вновь готов творить свои черные дела.
И первым в его списке числится месть моему отцу за вынесенный приговор
– Ваш сын попал в аварию. Он в реанимации.
Мне позвонили из больницы со словами, которые навсегда изменили мою жизнь.
– Ваш муж тоже пострадал. Произошло столкновение машины с мотоциклом. Ваш муж будет жить, ему повезло, а вот вашему ребёнку предстоит ещё побороться.
Когда я пришла в больницу, меня ждало ещё одно потрясение. Из палаты ко мне навстречу вышла молодая девушка – секретарша моего мужа.
– Я была там! Сидела рядом со своим боссом, это ваш сын во всём виноват! Он нарушил правила и выскочил на дорогу! – нападает на меня с обвинениями.
От неё я почувствовала аромат духов, которым дома были залиты вещи моего мужа.
– Вы так волнуетесь? На вас ни царапины.
– Конечно, я волнуюсь! – кричит девушка. – Я не просто личная помощница вашего мужа. Мы давно любим друг друга, у нас серьёзные отношения!
Двадцать три года брака, взрослый сын, и, как я думала, крепкая семья.
Сегодня всё изменилось: сын в реанимации после столкновения с машиной, где ехал отец со своей любовницей...
Мне позвонили из больницы со словами, которые навсегда изменили мою жизнь.
– Ваш муж тоже пострадал. Произошло столкновение машины с мотоциклом. Ваш муж будет жить, ему повезло, а вот вашему ребёнку предстоит ещё побороться.
Когда я пришла в больницу, меня ждало ещё одно потрясение. Из палаты ко мне навстречу вышла молодая девушка – секретарша моего мужа.
– Я была там! Сидела рядом со своим боссом, это ваш сын во всём виноват! Он нарушил правила и выскочил на дорогу! – нападает на меня с обвинениями.
От неё я почувствовала аромат духов, которым дома были залиты вещи моего мужа.
– Вы так волнуетесь? На вас ни царапины.
– Конечно, я волнуюсь! – кричит девушка. – Я не просто личная помощница вашего мужа. Мы давно любим друг друга, у нас серьёзные отношения!
Двадцать три года брака, взрослый сын, и, как я думала, крепкая семья.
Сегодня всё изменилось: сын в реанимации после столкновения с машиной, где ехал отец со своей любовницей...
— Эй! Тебя подвезти?
Любой нормальный человек ответил бы «да» или «нет, отвали, маньяк».
Девчонка замирает.
— Ты домой едешь или куда?
— Нет! — Она мотает головой так резко, что с волос летят брызги. — Домой нельзя!
— К друзьям? К родне? Гостиница?
Она опускает глаза на мокрый рюкзак, и я кожей чувствую, что сейчас сделаю огромную, феерическую глупость.
— У меня есть гостевая комната. Переночуешь. Утром разберёмся, куда тебя девать.
Глаза снова по пять копеек.
— Чего ты на меня так смотришь? Будто узнала.
— Нет! — выпаливает слишком быстро. — Не узнала. Мы не знакомы!
***
Я двадцать лет учился проезжать мимо чужих драм — и растаял от мокрого воробья на ночной остановке. Привёз домой девчонку, которая пахнет чем-то до боли знакомым. Утром генерал поднимет весь главк на поиски пропавшей дочери. А я ещё не знаю, что беглянка спит в моей гостевой. В моей футболке. И что одна ночь, которую я не помню, уже перевернула всю мою жизнь.
Любой нормальный человек ответил бы «да» или «нет, отвали, маньяк».
Девчонка замирает.
— Ты домой едешь или куда?
— Нет! — Она мотает головой так резко, что с волос летят брызги. — Домой нельзя!
— К друзьям? К родне? Гостиница?
Она опускает глаза на мокрый рюкзак, и я кожей чувствую, что сейчас сделаю огромную, феерическую глупость.
— У меня есть гостевая комната. Переночуешь. Утром разберёмся, куда тебя девать.
Глаза снова по пять копеек.
— Чего ты на меня так смотришь? Будто узнала.
— Нет! — выпаливает слишком быстро. — Не узнала. Мы не знакомы!
***
Я двадцать лет учился проезжать мимо чужих драм — и растаял от мокрого воробья на ночной остановке. Привёз домой девчонку, которая пахнет чем-то до боли знакомым. Утром генерал поднимет весь главк на поиски пропавшей дочери. А я ещё не знаю, что беглянка спит в моей гостевой. В моей футболке. И что одна ночь, которую я не помню, уже перевернула всю мою жизнь.
— Мы все выяснили! Это чудовищная ошибка, наша сотрудница… эмбриолог… она перепутала пробирки…
— Перепутала? — гремит голос Тамерлана. — Кто эта женщина, которой подсадили моего ребенка? Где она? Я хочу знать все.
— Мы… мы не имеем права разглашать…
— Имеете! — рявкает он. — Если не хотите, чтобы я сжег эту клинику дотла, вы скажете мне!
А я стою за дверью и думаю, что мне пора бежать.
Но и шага сделать не успеваю, когда за спиной раздаётся грозное:
— Стоять!
— Перепутала? — гремит голос Тамерлана. — Кто эта женщина, которой подсадили моего ребенка? Где она? Я хочу знать все.
— Мы… мы не имеем права разглашать…
— Имеете! — рявкает он. — Если не хотите, чтобы я сжег эту клинику дотла, вы скажете мне!
А я стою за дверью и думаю, что мне пора бежать.
Но и шага сделать не успеваю, когда за спиной раздаётся грозное:
— Стоять!
Перед ней возник молодой дворянин лет двадцати пяти. Высокий, плечистый, с холёным выбритым лицом, на котором красовались чёрные усы. Дорогой сюртук сидел на нём как влитой, сапоги сверкали. Холодные серые глаза смотрели тяжело, спокойно, изучающе – так разглядывают вещь.
– Как звать тебя? – спросил он.
– Анна, – ответила девушка, опустив взгляд.
– Анна, – повторил он, словно пробуя имя на вкус. Протянул руку, взял девушку за подбородок, повернул лицо к свету. – И лицо красивое. Это хорошо. Мне такие нравятся. Я – твой новый хозяин.
Отпустил, повернулся и ушёл в дом, не оглядываясь. Анна осталась одна. Пальцы дрожали, сердце колотилось тревожно, как в ночи перед грозой. Она смотрела вслед и не могла пошевелиться.
– Как звать тебя? – спросил он.
– Анна, – ответила девушка, опустив взгляд.
– Анна, – повторил он, словно пробуя имя на вкус. Протянул руку, взял девушку за подбородок, повернул лицо к свету. – И лицо красивое. Это хорошо. Мне такие нравятся. Я – твой новый хозяин.
Отпустил, повернулся и ушёл в дом, не оглядываясь. Анна осталась одна. Пальцы дрожали, сердце колотилось тревожно, как в ночи перед грозой. Она смотрела вслед и не могла пошевелиться.
Тарас — человек, который за деньги решает любые проблемы. Эля — правильная девушка, привыкшая всё контролировать. Их миры не должны были пересечься.
Эля всегда была идеальной: умной, собранной, целеустремлённой. Но однажды ей приходится обратиться к тому, за плечами которого не одна сломанная жизнь.
Тарас не ищет любви, не строит планов и никому не доверяет. Но встреча с Элей заставляет вспомнить, что значит быть живым.
Они договариваются о сделке, которая меняет всё. Он даёт ей защиту, она лечит его душу. Но когда у них появляется шанс на будущее, тени прошлого возвращаются.
Эля всегда была идеальной: умной, собранной, целеустремлённой. Но однажды ей приходится обратиться к тому, за плечами которого не одна сломанная жизнь.
Тарас не ищет любви, не строит планов и никому не доверяет. Но встреча с Элей заставляет вспомнить, что значит быть живым.
Они договариваются о сделке, которая меняет всё. Он даёт ей защиту, она лечит его душу. Но когда у них появляется шанс на будущее, тени прошлого возвращаются.
«Твой муж тебе изменяет! Он не любит тебя!»
Телефон пиликает входящим сообщением. Глупая улыбка появляется на лице. Максим мне изменяет?! Не верю!
Только вот следующее сообщение попадает прямо в цель. В самое сердце:
«Ты для него нелюбимая жена! Он сам сказал! Балласт!»
Перед глазами все темнеет. Дыхание перекрывает.
Руки дрожат, когда захожу в кабинет собственного мужа и застываю на месте, поймав его на измене...
– Ты… ты изменяешь мне? – выговариваю дрожащим голосом.
Муж окидывает меня яростным взглядом своих янтарных глаз:
– У нас с тобой договорной брак, Лера. Ты знала, на что шла. А теперь закрой дверь с другой стороны. Я занят.
Именно так. У нас с бизнесменом Максимом Бариновым брак, который изначально обречен.
Хотя… мне казалось, что моей любви хватит, ведь я полюбила мужа искренне, а он разорвал мое сердце на части… подчеркнув, что я для него всего лишь нелюбимая и навязанная жена…
Жена, которая под сердцем уже носит его малыша…
Телефон пиликает входящим сообщением. Глупая улыбка появляется на лице. Максим мне изменяет?! Не верю!
Только вот следующее сообщение попадает прямо в цель. В самое сердце:
«Ты для него нелюбимая жена! Он сам сказал! Балласт!»
Перед глазами все темнеет. Дыхание перекрывает.
Руки дрожат, когда захожу в кабинет собственного мужа и застываю на месте, поймав его на измене...
– Ты… ты изменяешь мне? – выговариваю дрожащим голосом.
Муж окидывает меня яростным взглядом своих янтарных глаз:
– У нас с тобой договорной брак, Лера. Ты знала, на что шла. А теперь закрой дверь с другой стороны. Я занят.
Именно так. У нас с бизнесменом Максимом Бариновым брак, который изначально обречен.
Хотя… мне казалось, что моей любви хватит, ведь я полюбила мужа искренне, а он разорвал мое сердце на части… подчеркнув, что я для него всего лишь нелюбимая и навязанная жена…
Жена, которая под сердцем уже носит его малыша…
— Ты... беременна? — хищно рычит Рустам.
Медленно поднимаю голову. Молчу.
Рус бледнеет. Делает резкий шаг ко мне.
— От кого?
— Не твое дело.
— Не мое?!
Его глаза темнеют.
— Ты моя...
— Нет! — перебиваю я. — Ты сам от меня отказался. Сам выбрал другую…
Рус сжимает кулаки и челюсти.
— Я никого не выбирал!
— Правда? — горько смеюсь. — А та? Связистка? Мать твоего ребенка?
Рус замирает. На лице растерянность. Всего секунду. И снова ярость.
— Кто отец?
— Мой муж, — отвечая, намеренно кладу ладонь на живот.
Рус смотрит так, словно его только что ударили.
— Любишь его?
Я молчу. Потому что любить могу только одного мужчину. Но…
Он никогда не должен узнать правду. И о ребёнке тоже.
Рустам смотрит на меня так долго, что мир вокруг перестает существовать.
— Если ты лжешь, Наташка.., — почти шепотом, произносит Рус. — Мы оба заплатим за эту ложь слишком дорогую цену...
Медленно поднимаю голову. Молчу.
Рус бледнеет. Делает резкий шаг ко мне.
— От кого?
— Не твое дело.
— Не мое?!
Его глаза темнеют.
— Ты моя...
— Нет! — перебиваю я. — Ты сам от меня отказался. Сам выбрал другую…
Рус сжимает кулаки и челюсти.
— Я никого не выбирал!
— Правда? — горько смеюсь. — А та? Связистка? Мать твоего ребенка?
Рус замирает. На лице растерянность. Всего секунду. И снова ярость.
— Кто отец?
— Мой муж, — отвечая, намеренно кладу ладонь на живот.
Рус смотрит так, словно его только что ударили.
— Любишь его?
Я молчу. Потому что любить могу только одного мужчину. Но…
Он никогда не должен узнать правду. И о ребёнке тоже.
Рустам смотрит на меня так долго, что мир вокруг перестает существовать.
— Если ты лжешь, Наташка.., — почти шепотом, произносит Рус. — Мы оба заплатим за эту ложь слишком дорогую цену...
Подборка книг о любви вопреки
Выберите полку для книги